Лесной заговор

— Гуррас, твои идеи до добра не доведут! — быстрым шагом шел высокий, длинноволосый и очень взволнованный мужчина. Его волчий хвост висел в волнении. Периодически оборачиваясь на эльфа, который то и дело спотыкался и пытался поспевать за ним, он то и дело хмурился. — Юме! Ты понимаешь что это необходимо? Я стараюсь не меньше твоего! — с возмущением и страхом говорил мужчина, пытаясь перевески внимание своего собеседника на себя — Они бы умерли в муках! Т-… Вы сами попросили меня помочь! А теперь воротите нос. Они дети, конечно они не захотят лечится вонючими травками, я просто их припугнул. Оба мужчины были на взводе, пытались перекричать друг друга. В итоге высокий мужчина с волчьими зададками закрыл рот и ушел в сторону мед корпуса, оставляя Гурраса на едине со своими мыслями. Он то и дело ругал себя за выбор, корил себя за то что согласился лечить врагов, оставив сестру он бы приобрел знания которые ему и его сестре были бы необходимы.

Я сделал выбор…

— Гуррас! Мне нужно помощь с освоением новой темы… Я совсем ее не поняла. — толи с обидой, толи с обвинением говорила маленькая эльфийка, ее белые волосы с черными концами под конец дня уже растрепались но выглядели хорошо. — А чем я тебе помогу? Ты же знаешь что в светлой магии я не силен. — с неким энтузиазмом посмотрел на сестру эльф с совершенно противоположными волосами — Или они решили и под нас подстроится и дали тебе темные заклинания? Оба эльфа смотрели друг на друга, ожидая реакции. Ничего не дождавшись они хотели продолжить диалолог — перебивая друг друга. Поняв что они опять решили заговорить вместе тут же замолчали, смотря в глаза напротив Гуррас в голос рассмеялся. — И что ты смеешься? Голову в лекарской части уже совсем отбило? — с возмущением смотрела на смеющегося братца девчонка. — Ага! И не только отбило! —пытаясь говорить сквозь смех, произнес эльф. В эльфийских деревнях и лагерях к лекарям относятся хуже чем к свиньям, даже не смотря на то что они спасают чужие жизни. И это только из-за того что «целительной маной» обладают только темные, эльфы которые в середине всего существования эльфов были изгнаны и гонялись в любом возрасте стали на столько полезны, что их начали снова возвращать в их дома и насильно обучали лекарскому делу. Но отношение к ним никак не изменилось.

Прошло так много времени… Как же и с чего все началось?..

Ранняя ночь или совсем поздний летний вечер, на их части континента они выглядели совершенно одинаково, юноша надел на себя совсем не прогулочную обувь, накидывая на плечо накидку и сумку для всяких трав, он аккуратно осмотрелся в доме, высматривая недавно ушедшую спать сестренку. Убедившись что дом полон сонной маны и тишины эльф вышел на улицу и побрел в сторону выхода из деревни, обдумывая маршрут и травы которые нужно собрать и позже отнести в лечебницу. Еще даже не дойдя до выхода он почувствовал странную магию, обернувшись он увидел что за ним шел маленький… — Волк?! —паренек был ошарашен, волки… воины убившие чуть ли всех эльфов в прошлом тысячелетии, ставшие самыми заклятыми врагами всех «длинноухих людей», и один из их детенышей сейчас шел прямо за ним к выходу… или нет. Эльф быстро подхватил волчонка и тут же спрятал его под своей накидкой. — Вот черт… Если его увидят точно убьют —парень пытался говорить шепотом, но из-за волнения выходило не очень хорошо. Гуррас уже хотел повернуть в сторону дома, но стражники его заметили. —Эй! Недо-эльфийка! Тебе опять приспичило под ночь за травой? Парень проигнорировал свое уже всем налюбившее прозвище и продолжил делать все как решил за долю события, но второй стражник повернувшийся на паренька в юбке в пол, закатил глаза и отвернулся. — Да я передумал! Не переживайте, хаха —парень быстрым движение убрал уже встревоженного малыша в сумку, развернулся и начал идти назад. Второй стражник снова обернулся. — Ты уверен? Мы тебя завтра не выпустим. Завтра фестиваль, так что мы будем закрывать ворота. Повернув голову на стражей, парень вопросительно посмотрел на них. — Завтра фестиваль…? И почему ворота будут закрыты? Их же никогда в праздники не закрывают. —немного опешивший эльф полностью обернулся, придерживая сумку. — Говорят у волков в наше лето сезон охоты и они как раз будут на нашей с ними границе, так что Эмиал решил пока закрыть ворота. Вдруг что. — Вот как… —парень встал к стражникам полу-боком, немного потупив взгляд он потер переносицу и снова повернулся к собеседникам — Ладно, думаю мне все же нужно на ружу… Вы когда уходить будете? — Через четверть дня, может раньше, если ты не засидишь за стенами до самого утра в попытках годить своего суженного. —оба стражника разразились смехом, то и дело поглядывая на парня как на пятилетнего ребенка. Гуррас немного постоял, ожидая пока его собеседники успокоятся. Не дождавшись нормального продолжения диалога парень просто развернулся и ушел. Уже в своих мыслях эльф карил себя за то что ушел домой, а не растолкал эти две уже задыхающиеся малоумных персоны зовущих себя «стражниками». волчонок все это время сидел без движения, но из-за раздражения эльф понял это только когда подходил к дому — Вот черт… Ты там живой нет? —парень уже вошедший в дом начал копаться в сумке. Юному волку это не особо понравилось, он резко куснул эльфа за палец. — Ай-!.. —Гуррас резко закрыл рот, вспоминая что сестра уже легла спать. — Вот же. Людскую форму еще даже не раскрыл а уже рисовается… «Недо-эльфийка» прошел в пространство на подобии комнаты, хотя скорее это была мастерская палата. Юный лечец быстро прошел во внутрь, садясь на стул он ловко подхвати «щенка» за загривок и приблизил к своему лицу. — Хм… по раскрытым ушкам и глазам, ты уже должен был раскрыть людской вид. Может генетические узлы мешают? В это время волк то и дело пытался выбраться из рук. Пытался укусить, вырваться, поцарапать. Ничего не выходило. Пока до смерти напуганный детеныш пытался бороться за свободу его «благомученник» тщательно его осматривал, пытаясь увидеть физические повреждения или мутации. — Не просто же так детеныш находится в деревне можно сказать заклятых врагов его народа. Ничего не увидев и не почувствовав. Парень решил попытать удачу и спросить у волчонка — Может он и не раскрыл людской облик, но возможно речи он обучен!