Часть 1
25 июля 2025 г., 21:14
Зима 1989-го. Утро начинается с жёлтой плитки старенькой кухни, заляпанной кофейными каплями. Яша молчит, скрестив руки на груди, пока Роза варит кофе в потёртой турке. На Шершанском — майка "Кино", на Роботе — свитер, который пахнет гитарными струнами.
— Ты сегодня какой? — спрашивает Роза тихо, не оборачиваясь.
— Такой, как всегда, — бурчит Яша и ссутуливается.
Он не умеет ловить нежность в лоб. Не то чтобы не хотел — просто тревога бьётся, как бас в их демке. Лишнее движение — и он уже мысленно в бегах.
Роза ставит перед ним кружку.
— Без сахара, как просил. Но с корицей. Я подумал, вдруг ты не против новых нот.
— Я не просил корицу, — хмуро.
— Я не заставляю, — мягко. — Можешь не пить. Просто это запах дома.
Пауза. Яша вдыхает. Пахнет не только корицей, а ещё чем-то из детства, из безопасности, которую он когда-то потерял. Он пьёт.
Вечером — репетиция. Яша за установкой, Роза рядом, пробует рифф. Рыжий сбивается. Роза не злится.
— Яш, ты чего, опять заклинил? — усмехается он, но без укора.
— Может, мне вообще не играть, раз всё фигня? — бормочет Шершанский
Это у него защита: отстаньте все, я сам себя накажу лучше, чем вы. Роза знает. Подходит, кладёт руку на плечо.
— Ты не фигня. Просто, может, тебе сейчас важно не бить, а дышать. Давай чай, а потом сыграем заново. Всё по кайфу.
Яша не отвечает, но не отстраняется. Через десять минут он снова стучит — как будто никто и не ломался.
Позже, на кухне, Роза варит кофе снова. В этот раз с кардамоном.
— Ты как думаешь, можно вообще научиться быть с человеком, которому страшно от самой идеи, что кто-то рядом?
Яша смотрит на него, как на космос.
— Если ты не уйдёшь, пока я шиплю, может, научусь. Только не дави, ладно?
— Я не давлю. Я варю кофе, чтобы мы дожили до весны.
Яша улыбается — уголком губ. Роза улыбается — всем телом.
