Разбег и прыжок

      Обычно поражение нужно принимать с достоинством. У меня получается пока только с позором.       — Ты идиот! — от разочарованной интонации в голосе Эндрю стало дурно. — Ты хоть понимаешь, во что вляпался?       В глазах Миньярда я скатился не иначе как до самого Тартара, а то и ниже, после рассказа о моих совместных похождениях с Ичиро по местам глухим да забытым, где вооружён я был только скупым чувством юмора. Эндрю, обычно реагировавший на мои выходки усталостью, сейчас был напряжён, как перетянутая струна — тронь и порвётся. В любом случае неприятно знать, что ты являешься чьей-то головной болью.       — Вполне. — на самом деле нет, но знать это не обязательно.       — Нихера ты не понимаешь! Почему не обратился ко мне?! — фитиль наконец сгорел, дойдя до бомбы, и я не успел ни предпринять что-нибудь, ни найти укрытие перед взрывом.       Я сполз по спинке дивана ниже, в надежде уменьшиться не иначе как до фотона, пока кузен начал расхаживать по гостиной в поиске пачки сигарет. От его ходьбы образовывался сквозняк, и я, разгорячённый после попыток согреться под душем, неприятно поёжился. Единственный зритель семейного раздрая, в лице бледного Нила, тоже не походил на человека эмоционально здорового. Всё-таки фамилия Морияма уже сама по себе травма для окружающих.       — Не хотел беспокоить тебя по пустякам. — а ещё мне нужны живые новоприобретённые родственники в количестве двух штук, как и было. Да и я всё-таки не юная девица, чтобы за неё на стрелки ходить. Гиперопека, на первых порах казавшаяся мне эталоном заботы, теперь вставала комом в горле. Неудобно и некомфортно, жить можно, но будто что-то мешает.       — Блядский долг перед мафией для тебя пустяк? — шипение было наполнено удивлением, то ли моей наивностью, то ли непосредственностью. Но, Господи, какой там долг? Похожу за Ичиро хвостиком пару дней, помотаю нервы молодому господину и вылечу из криминала, как пробка от шампанского. Это, конечно, если он меня всё-таки не пристрелит, но я думаю, мы всё-таки пришли к какому-то балансу во взаимоотношениях, где велят пощадить и миловать.       — Когда ты так говоришь, то звучит будто нет. — Всё-таки язвлю, потому что начинаю ощущать стыд, от которого становится ещё стыднее. Логично, что Эндрю, зацикленный на безопасности семьи, сейчас переживает и может даже чуть-чуть обижен, что он не сном ни духом о происходящем, будто не достоин доверия. Как говорится, попытка исправить — усугубила положение.       — Ники, это серьёзно, — подаёт голос Джостен, видимо, наконец собравшись с мыслями. — Сколько ты ему должен?       Ну, видимо, уборка места убийства? Вывоз трупа без палева? Заметание следов подкупом полицейских, чтобы те не смотрели на цветочную лавку, если будет расследование? Всё перечислять нужно? И главное, как это объяснить, не раскрывая деталей? Всё, что я рассказал, можно уложить в одно предложение: «Шёл домой, наткнулся на якудза, сгонял с ними на сделку, поработал переводчиком и задолжал». О пытках, убийствах и другом кровопролитии мои нервные клетки слёзно умоляли не говорить.       — Немного. — с сомнением говорю и понимаю, что пары дней не хватит. Этот пижон припашет на месяц. — Не о чем переживать, я сам разберусь.       — Ники. — давит Эндрю, сверля меня взглядом со своего насеста на подоконнике. Сигарета между пальцев тлела, пока блондин не стряхнул пепел и не затянулся.       — Что, Ники? Я в ваши дела не лезу, не лезьте и вы в мои. — смысл довольно грубоват, но я старался высказать это помягче, но чтобы не оставалось возражений, твёрдо. Вздыхаю. — Просто доверьтесь мне.       — У тебя есть план? — с сомнением интересуется Нил после паузы и переглядываний с Эндрю.       — Да. — план есть всегда, просто он строится уже в процессе происходящего. Его ещё обычно импровизацией называют. — Разумеется.       Десятый номер смотрит на меня скептически, понимает, зараза, что спизданул, но молчит. Эндрю мне вообще не верит с тех пор, как я очнулся, а если и да, то делает это с таким видом, будто человек с аутизмом говорит ему, что летучие мыши — это вампиры под прикрытием, и ради приличия, чтобы не обижать, приходится согласиться.       — Ты мне сообщишь, если что-то выйдет из-под контроля и будет тебе угрожать. — от Эндрю я воспринял это как благословение и дальше строить попытки выжить, попутно наступая на все существующие мины в этом неугодном адекватности мире.       — Само собой. — растягиваю губы в благодарной улыбке, на которую закатывают глаза.       Ну вроде пронесло.

***

      Нет, не пронесло.       — Группа поддержки? — едко усмехается Ичиро, когда видит у ворот две низкорослые хмурые фигуры. Мужчина будто наслаждался их недовольством и, как малое дитя, желал им подгадить. Часто замечаю за ним такие вредные черты характера и каждый раз удивляюсь, как это гармонирует с его строгим видом одновременно.       — Скорее, подающие надежду сталкеры. — я пристёгиваюсь и принципиально не смотрю в сторону Нила и Эндрю, которые сочли своей обязанностью провести мне в течение всего дня детальный экскурс, что делать в той или иной ситуации, и ходили чуть ли не наступая мне на пятки. Не покидало ощущение, будто из меня за краткий срок пытались слепить какого-то наёмника, и даже сунули складной нож, который теперь холодил карман джинсов. Эндрю начинал подхватывать от Нила паранойю.       Не прекращалось это даже на тренировке, из-за чего на нас косо смотрели, чуя какие-то подозрительные колебания в атмосфере. Даже Кевин промолчал, когда я сказал, что на вечерней меня не будет.       — Выглядит жалко, — Ичиро вдавил газ, срываясь с места, да так, что было прекрасно слышно, как заскрипели шины. Ирод, бедная машина.       — Так какие планы? — решаю поинтересоваться, чем меня собираются сегодня эксплуатировать, помимо физической активности. — Говорю сразу, у меня такой же слабый желудок, как у Селены, если дело касается чьих-то внутренностей.       Бить приятно, когда знаешь за что, а вот за просто так — это уже мозговая недостаточность.       — Сегодня ты ночная бабочка, — невозмутимо просвещает Ичиро, кидая в ошарашенного меня тонкой папкой. Я от открывшейся перспективы только хватал ртом воздух, пытаясь понять, с какого более обидного обзывательства лучше возмутиться. — Твоя задача: найти, заинтересовать, соблазнить и отвести в подготовленное укромное место свою цель. Больше от тебя ничего не требуется.       — Нихуя себе задача, — не стесняюсь в выражениях, с трудом сдерживая себя от желания настучать папкой японцу по голове, чтобы все тараканы оттуда выбежали. — На нормальную проститутку у Господина денег не нашлось?       — Жертве нравятся молоденькие, смуглые брюнеты спортивного телосложения. Угадай, кто ходит у меня под носом? — твоя смерть, блядь. — Он быстро клюнет на тебя.       — Вчера мы говорили об обратном, — возражаю я, отвернувшись к окну, изображая вселенское негодование. Ну кого мной можно соблазнить, если мой вид мало отличался от Джостена из первой книги? Прилично я одевался только по мероприятиям с дресс-кодом, в остальное время предпочитая набор «То, что валялось под кроватью».       — Поэтому нам придётся здорово потратиться, чтобы исправить это, — вздохнул Ичиро то ли потому, что представлял, что он имел в виду под "потратиться", то ли потому, что мы застряли на заедающем светофоре. Второй месяц никак не починят.

***

      — Что-то я передумал. — с сомнением, которое обычно возникало только когда я засматривался на продукты по акции, закусываю щёку изнутри. Ичиро переводит на меня уставший взгляд, явно задумываясь, точно ли я ему нужен живым. — Давай я лучше тебе всё-таки со временем деньгами отдам? На работу там устроюсь, микрозаймов наберу и сочтёмся?       Мы стояли в зале ожидания, разобрав который, можно купить приличный особняк где-нибудь на тех же Гавайях. И именно в этот момент мои сомнения достигли апогея, потому что вся эта тусовка была за гранью моего понимания и восприятия мира. А если я чего-то не понимал, то мог наворотить такого дерьма по случайности, что разбирать приходилось год, а то и два, а ещё краснеть раза в два больше.       — Не беси меня. — звучит как «не заставляй меня прятать твой труп». Учитывая все вложенные в меня усилия, за последние два часа он вполне имел на это право. За костюм с благородными синими вставками отдали столько, что чек от него впору ставить в рамочку, после носки аккуратно вешать в отдельный для него стеклянный шкафчик с искусственным освещением и передавать из поколения в поколение. А уж сколько нервов мы потратили на сочинении легенды про мальчика из Мехико, что вырвался из-под родительского контроля, чтобы покорить взрослые развлечения, не стоит даже говорить без рюмки корвалола. Льюис Санчес до конца жизни будет вызывать нервную икоту. Конструктивных диалогов, как можно уже понять, у нас не было.       — Мне не по себе. — неожиданно даже для себя исповедуюсь. — Лучше умереть от физического насилия, чем от позора.       — Удивительная тяга к смерти. — невпечатлённо говорит Ичиро, смотря на приближающегося сотрудника с нашими приглашениями после подтверждения всех формальностей. Власти у Морияма хоть отбавляй, раз он смог протащить сюда несуществующего, по сути, человека.       В правительство и то легче пройти, чем на тусовку нелегалов. Пояснили мне это тем, что преступный мир сейчас вообще стабильностью похвастаться не может, все боятся псов из ФБР и других прочих неугодных организаций, что нашли время усердно работать прямо во время криминальных войн. Одна напасть хуже другой, и всё это напоминает ведьмин шабаш — попробуй разбери, кто, где и что и вообще происходит.       — Надеюсь, в конце этого вечера ты всё же меня прихлопнешь. Я не переживу этого стыда. — Даже воспоминания Ники в этой сфере мне не помогут, потому что флирт воспринимался мной как ковыряние в носу прилюдно или просмотр «Сумерек», где при каждом взаимодействии "волка" и "овечки" хочется вскрыться хоть саморезом, хоть пультом. Ну не ощущается он по-другому. Нет ничего удивительного в том, что к своим двадцати трём я остался девственником.       — Не раньше, чем ты всё отработаешь.       — Лучше бы я его съел. — бурчу себе под нос, вспоминая виновника. Вот спрятали бы где-нибудь сами, и бед бы не знали. Но почему-то я подумал, что это слишком трудоёмкое занятие, и нахрючим мы так, что в процессе придётся избавляться уже от нескольких тел. Например, свидетелей, которые бы застали картину, как хрупкая девушка и подобие бомжа пихают труп в мусорный бак. Прямое доказательство, что даже мёртвые могут доставлять проблемы. Особенно мёртвые.       — Что? — не понимающе пялится на меня японец, вычисляя в какой момент у меня всё таки поехала крыша. Вместе со стенами.       — Уел ты меня говорю.

Продолжение следует...