О волках, вампирах и мелких шалостях

В последнее время Стэнли стал куда более агрессивным и даже чрезмерные физические нагрузки не помогали ему удерживать свой нрав. Он огрызался, рычал, а иногда даже скулил, совсем походя на собаку в поведении, хотя из собачьего у него только уши да хвост. Да и те волчьи. Ксено уже давно приметил эту закономерность в своём возлюбленном, так что, стараясь соответствовать статусу хорошего мужа, мог только терпеть периодичные всплески злости и гормонов Стэна, связанные с гоном. И нынешний раз не был исключением. Был конец зимы, почти самое начало весны, когда подснежники только-только начинают выглядывать из-под снежного одеяла, оповещая о том, что вскоре и сама природа очнётся от сладкой дрёмы. Самое начало весны - зелёный свет для начала брачного периода у многих животных, так как после заморозков и холодов очень уж хочется согреться, но редких солнечных лучей так недостаточно. Стэнли с начала февраля стал чаще выходить на улицу, просто чтоб почувствовать свободу от человеческого тела, будучи обычным глупеньким волком в снегу. Чаще всего Ксено насильно затаскивал мужа обратно в дом после подобных длительных прогулок под предлогом, что не хочет, чтобы Снайдер болел. Такое уж проявление свободы. А сейчас Стэна не было на пороге дома уже который час. Вампир духом собирался уже выходить на поиски ненаглядного, как внезапно услышал громкое рычание. Уингфилд сразу же встрепенулся и выглянул в окно, и увидел, как пара молодых волков опасливо глядели на одного большого, который как раз и издавал предупреждающий звук. Ксено помотал головой, а после поспешил к входной двери, попутно накидывая на себя пальто, и вышел на веранду. – Стэн! – позвал Ксено, однако тот, кому это предназначалось, не отозвался, продолжая устрашающе рычать на бедную пару. А затем Стэн сорвался с места, гоняя прочь скулящий молодняк. Случайно забредшие волчары - обычное явление в лесу. Особенно в брачный период. Где-то внутри вампира зародился испанский стыд, однако он понимал причины такого поведения супруга и не смел останавливать его, пока это не несло потенциальный вред здоровью. Уингфилд ещё пару минут стоял на морозе в ожидании. А затем волк вернулся, ныне же явно перевозбужденный из-за успешной защиты территории, и сразу же накинулся на бедного вампира, радостно вылизывая ему лицо. И вот как этот комок серого счастья с бешено виляющим хвостом мог представлять опасность? Ксено невольно рассмеялся: "Стэн! Стэн, упаси, не лижи меня! Хватит, хватит!" Однако Снайдера слова, кажется, не останавливали, а лишь раззадоривали сильнее. Так бы и продолжалось, если бы вампир не укусил мужа легонько в шею, чтоб приструнить. Тот заскулил и всё же заставил себя отступить. – Пойдем внутрь, бешеный, – ласково потрепав супруга за ухом, вампир проследовал в тепло, а за ним послушно вбежал волчок. Пока Ксено снимал с себя пальто, он слушал возбуждённые самодовольные речи Стэна, который уже принял свой человеческий облик. – Ну ты же видел, как я их?! Видел?! – неустанно спрашивал оборотень с таким рвением, будто был ребенком, а не взрослым. – Да, да, да, – только отмахнулся Ксено, будто бы незаинтересованный совсем. А в ответ от Стэна он получил только обиженно надутые губы. А чтоб тот не обиделся, вампир нежно чмокнул его в губы и отправил переодеваться, так как с мокрыми волками водиться желания не было. И вот Ксено остался один в большом помещении гостиной. Сейчас в обычно холодной груди было такое приятное тепло и даже мертвое сердце трепетало. Кажется, кровопийца слишком размяк в этих отношениях. Слишком было приятным слово "уют"… Уингфилд решил развлечь себя чтением перед камином. От множественных мыслей его всегда спасали книги, а вкупе с тихим треском дров на фоне - приятное времяпровождение обеспечено. Стэнли же застал супруга с каким-то философским трактатом в руках. Теперь оборотень был сухим и одетым, так что можно было понежиться с любимым! Снайдер тихо подкрался к дивану, а после аккуратно сел рядом и обвил руками тонкую вампирскую талию, а затем и вовсе полностью пересел за спину Ксено, чтоб тот при желании мог откинуться на грудь мужа. Но как и следовало ожидать, кровопийца никак не отреагировал на это, слишком погруженный в одно дело. Тогда Стэн ткнулся лицом в шею вампира и аккуратно прикусил её - ответа не было. Такая безразличность сама вызвала волка на дуэль! Стэнли просто забавлялся, пока игриво покусывал бледную шею. Затем же он стал добавлять чуть больше силы, чтоб оставались следы. А когда место на шее кончилось, оборотень стал целовать новооставленные метки на теле мужа. Раз, два… девять, десять… пятнадцать! Всего столько теперь красовалось следов укусов на тонкой вампирской шее! Снайдер уже было расстегнул пару пуговиц домашней рубашки Ксено, чтоб стянуть ткань с плеч и начать кусать и их, как внезапно книга с громким звуком захлопнулась. – Засранец... – опасно медленно прошипел Уингфилд, откладывая трактат в сторону. Затем ловким движением он развернулся на месте и теперь был лицом к лицу со своим супругом. – Решил вампиром закусить... Закономерно, Стэнли заскулил - не то от страха, не то от игривости. Но уши и хвост он всё же поджал. Кажется, он доигрался! Снайдер положил руки себе на шею, чтоб отсрочить неминуемое, но Ксено только с удивительной силой схватился за запястья и развел руки в стороны, затем же кровопийца склонился к загорелой коже и поддразнивающе провел по ней краями клыков. – Ай! Ксено! Садист! – жалобно шипел волк на мстительные укусы от мужа. Кажется, Ксено собирался покусать Стэна где только мог! Даже на ключицы перешёл! – Будешь знать, – Уингфилд прервался, чтоб переместиться на нетронутое клыками место, – как вампира без разрешения кусать! – такой игривый и нескромный тон! – Нет! Не-е-ет! – жалобно пискнул Снайдер, когда снова его кожу стали осыпать проказливыми метками с последующими зализываниями. Но Ксено только хихикал в ответ, наслаждаясь своим доминированием в такой простой и глупой ситуации. Но! Просто укусов шеи было явно недостаточно для того, чтоб Ксено полностью утолил свою жажду мести за покушение на его до этого бледную шею… – Куда лезешь! – возмутился оборотень, когда его муж без капли стыда задрал ему футболку и стал осыпать укусами даже ни в чем неповинные грудь с прессом. – Ты провинился, – просто ответил вампир с хитрым прищуром. Это был лишь короткий миг спокойствия, а затем продолжился бесконтрольный дождь из укусов, поцелуев и зализываний. Даже кажется, что гон здесь у Ксено, а не у Стэна… А через неопределенное количество времени Уингфилд, кажется, насытился хныканьями и скулежом мужа и наконец отстранился, искренне наслаждаясь проделанной работой: оборотень неудобно лежал на диване, его лицо позорно заливалось краской, а всё, что выше талии было покрыто множественными укусами разной степени. – Ты хорошо для меня поскулил, – с нахальной ухмылкой похвалил мужа Ксено, а после наградил его полноценным поцелуем в губы с почесываниями за ушком.