Несбывшиеся мечты Лэйн

Холодно. Я шагаю по улицам ночного мегаполиса. Дороги озаряются неоновым светом от небоскрёбов, вынуждая меня щурить глаза. Мой плащ, до нитки пропитанный водой, неприятно давит на плечи, но всё же я продолжаю идти. Но куда?  Кажется, это Нью-Йорк? Я теряюсь в потоке бессмысленных мыслей, словно происходящее слишком странное, чтобы быть правдой. Не могу вспомнить, как давно попала сюда, а возможно, я была здесь всегда. А кто я такая? Точно! Я - Лэйн. Простой криптограф, которая после успешной стажировки на базе Сибири перебралась...Сюда. Но? Уже в который раз я продолжаю повторять этот текст, будто тот был искусственно внедрён в мою память: пустой, безэмоциональный и скучный. Я в отчаянии метаюсь в поисках настоящих воспоминаний, которые могли бы подтвердить правдивость моего существования, но нахожу лишь незаполненные пробелы. Ротков. Странное слово то и дело вертится на языке. Иногда мою голову посещают странные картинки: холодные образы домов, усыпанных снегом, полное крестов кладбище и изуродованные, заледеневшие тела отро...дий? Не понимаю.  Существа со сломанными крыльями, которые должны были выглядеть как ангелы из книжек, в итоге оказывались лишь заледеневшими трупами. К горлу медленно подбирались предположения -  кем на самом деле были те монстры. Словно в фотоплёнке, один кадр сменялся другим, пока окончательно не тонул в потоке мыслей. Но ведь было что-то ещё? Кто-то. Я не могу вспомнить его лица, а возможно и тела. Чей-то размытый силуэт - ненавязчивый, но отчего то продолжающий напоминать о себе. Мысли о нём откликаются тоской в груди, а в голове звучит протяжное: «Ты забудешь, а я останусь здесь». Я и правда забыла? Или это просто сон, который я по ошибке восприняла за правду? Как же бесит. Из транса меня вырывает чей-то болезненный стон, находящийся в паре десятков метров. Звук не был достаточно громким, чтобы я услышала, но отчего-то это случилось. Я остановилась. Непроизвольно повернув голову, взгляд скользнул по телу мужчины, который опирался на стену здания. Его тёмно-бордовая рубашка успела пропитаться кровью, зажевавшись краями в глубокую рану. Не было ни верхней одежды, ни зонта. Лишь беззащитный мужчина, который нуждается в помощи. Он не поднимал головы, а я в свою очередь просто смотрела. Пустое бездействие, а было ли это правильно - меня не интересовало. Сейчас я лишь изучала светлые пшеничные пряди, прилипшие ко лбу от дождя и мужественную статуру, которая оседала на холодный асфальт под натиском боли. Что-то во мне твердило пройти мимо, не нагружать себя чужой проблемой, когда не в состоянии справиться со своей. Другие люди будто намеренно игнорировали происходящее, взваливая ответственность на меня. Не успела я опомниться, как оказалась рядом с мужчиной. – Эй. Вы слышите меня? – произнесла я, придерживая его за локоть. Напрягая шею, он запрокинул голову и посмотрел на меня. Глухой стук отозвался в груди, а пальцы невольно задрожали. Его взгляд изучал каждый угол моего лица, останавливался на губах, но чуть позже все равно возвращался к глазам. Голубой цвет. Его небесные глаза, так напоминающие те, которые я мельком замечала во сне, а может, вспомнила о них только сейчас? Отогнав морок, я сжала губы и опустилась ниже, в попытке расслышать его шёпот: – Ожерелье. – Простите? – Скептически выгнув бровь, я потянулась к своей шее. Пальцы нащупали гладкие бусины, а вместе с ними – холод выплавленного металла с изображением Святой. – При жизни...Арг-пха. – отвернувшись, он сплюнул кровь на асфальт. – Я верил, что Дева Мария поможет мне в духовном наставлении, укажет путь, как того желала матушка. И я молился. Молился за имена тех, кто погиб из-за моих планов. А особенно – за ложь, которую принёс в твою жизнь. Вопросов было слишком много – и ни на один у меня не получалось найти ответ. Кто этот мужчина, и почему это украшение на мне? Рой навязчивых мыслей вскружил голову. Придерживая незнакомца, ноги в слабости подкосились, а из уст получилось выдавить лишь жалкое: "Вспомни. Вспомни. Вспомни." – Мы знакомы? Он стыдливо отвёл глаза. – Мне хотелось, чтобы этот подарок..Кх-а...показал тебе настоящего меня. Ведь сам я признаться не мог. “Бредит? Вполне возможно, с такой раной и оставаться в сознании...Но почему меня преследует чувство дежавю??" Кое как оценив ситуацию, я помогла мужчине прислониться к стене и сползти на асфальт. – Нужна скорая, у вас есть телефон? Прижав свободной рукой рану ещё сильнее, мужчина прохрипел: – Нет. Выругавшись себе под нос, я прокричала с просьбой о помощи идущим вдалеке людям. А в ответ – безразличие, словно я декорация, а рядом не валяется истекающий кровью человек. – Лэйн. В этот раз земля ушла из под ног окончательно, я опустилась на корточки и в непонимании уставилась на незнакомца, который откуда то знал моё имя. – Да кто ты такой? В попытке ответить, его губы слегка разомкнулись, но тут же сомкнулись обратно. Казалось, пауза тянулась бесконечно, прежде чем он снова решился заговорить. – Они нас не услышат. Ни тебя, ни меня. Неосознанно моя рука потянулась к его груди, медленно скользнула вверх по шее – и вот уже мои тонкие пальцы обхватили мужской подбородок. Крепко, даже больно. – Ты слишком долго водишь меня за нос. Назови своё имя. – Рано. Вспомни, где настоящая ты. Дождь не прекращался. Капли назойливо отбивали ритм по холодной поверхности, словно пытались смыть всё: пыль, кровь, остатки воспоминаний. И пусть я блуждала по лабиринтам своего сознания, сметала всё в кучу и продолжала искать: ничего "старого" найти не получалось. В перерыве между размышлениями, я почувствовала не грубую, но крепкую хватку на своём затылке. Гладкая ладонь прошлась по волосам, будто в надежде защитить от происходящего: дать время, не давить. Он подался туловищем вперёд - насколько мог себе позволить в таком состоянии. Лицо мужчины оказалось в жалких сантиметрах от моего. "Поцелует?" Теперь я могла отчётливо видеть покусанные до крови губы, они словно застыли, прежде чем с них сорвалось: – Книга. Апокалипсиса. Всплеск. Моя память… Тело пробило невыносимой дрожью, словно все сокращающиеся мышцы окатили водой, а после - заморозили: болезненно и жестоко. Мысли продолжали метаться из угла в угол в желании проявить себя. Они вернулись... из тени, откуда когда-то вышла я сама. Мозг трещал по швам. Воспоминаний становилось настолько много, что удерживать под контролем их – и одновременно собственное тело становилось невыносимым. Схватившись за голову, я закричала. Эхом пронёсся похоронный реквием, который Каин увлечённо играл по вечерам в Роткове; громкие жалобы Анны, от отсутствия нормальной одежды; бурчание Ноа из-за супа...И похотливые звуки священников посреди леса. Всё слилось в единую симфонию, атакуя мой разум. В попытке облегчить боль, я схватилась за виски. Становилось только хуже. В глазах предательски потемнело, и я рухнула на асфальт. Прежде чем окончательно провалиться в неведение, я увидела улыбку: горестную и отчаянную. Словно извиняющуюся, но без сожаления - «так нужно, терпи» . Так мог улыбаться только он...Борис.