Панические атаки и с чем их едят

Все начиналось, как обычно. Очередная ночь. Очередная борьба за одеяло со Злобиным, который постоянно перетягивал его на себя, потому что: «Боков, ну отдай, мне холодно, ну тебе жалко что-ли, хочешь, чтобы я здесь заморозился?». А потом — ещё одно утро, которое Женя встречает с головной болью и пиханием ногами от Вани, со словами:   — Жень, подъем, дела сами себя не раскроют.                        ***   Со Злобиным они начали встречаться спонтанно. Полгода назад Женя приехал расследовать дело в Курортный, а тут напарником поставили Ваню. С ним было легко, не нужно было притворяться «злым и угрюмым следователем», можно было говорить о чём угодно, и Злобин всегда выслушает, поддержит, не посмотрит осуждающе и не назовёт слабаком. Дело закрыли, пора было возвращаться обратно, но перед отъездом вечером, когда Женя собирал вещи, пришёл Ваня и впервые, после смерти жены, Боков услышал фразу:   — Я тебя люблю, не оставляй меня одного, пожалуйста.   Женя знал, что это неправильно, знал, что в какой-то мере незаконно, но вместо того, чтобы оттолкнуть Ваню, выгнать из номера, накричать в конце концов— он просто остался с ним. Остался потому, что понял, что со Злобиным он наконец-то почувствовал себя живым, как когда-то с Мариной. Ваню хотелось оберегать, любить, варить ему кофе, целоваться с ним в какой-нибудь маленькой квартирке, лишь бы общей, лежать в одной кровати в обнимку и говорить, что всё обязательно будет хорошо, лишь бы Ване было спокойно и уютно.   В тот вечер были долгие поцелуи, объятия и кучу несказанных слов друг другу. На следующий день он отправил телеграмму в Ростов ,с просьбой перевести его в Курортный, собрал вещи и переехал в квартиру к Злобину.                           ***   После второй серии пихов ногами Женя всё-таки встаёт. Всё идёт, как обычно. Они приводят себя в порядок, потом Женя заваривает им обоим утренний кофе, и ровно через час после подъёма они уже выходят к отделению, ловя на себе косой взгляд двух бабулек на лавочке. С переезда Бокова они каждый раз ждали их около подъезда с утра — такое ощущение, что они питались энергией от негативных взглядов на жильцов.   — Вань, знаешь, вот если бы кого-нибудь можно было убить, но мне бы за это ничего не было,угадай, кто бы это был?   — Кто?   — Вот эти бабки, они меня уже заебали.   И в подтверждение своих слов Боков обернулся к бабкам и произнёс такую вещь, что и так стеснительный Ваня стал красным от смущения в два раза больше, чем обычно:   — Ну шо, гражданочки, заебали вы меня, да? Трахаемся мы — а шо вы думали? Просто сожителя себе Ванек нашёл, шо б коммуналка не такая дорогая была?   Бабки тут же сменили косой взгляд на удивлённый и просто глотали ртом воздух.   — Шо, нечего ответить? А я уж думал, такой приятный диалог с вами будет. Жаль, мне так хотелось с кем-то подискутировать.   Боков развернулся, взял за талию ещё красного, как помидор, Злобина и продолжил уверенно идти до места назначения.   — Вань, да расслабься, нечего смущаться, может, они хоть смотреть на нас перестанут.                       ***   День в отделе проходил спокойно. Ване с Женей повезло — у них был кабинет на двоих, поэтому они успевали и поработать, и бросить друг другу несколько раз: «Я тебя люблю» или «Нет, мне всё-таки повезло, что ты никому из девушек не достался, и я тебя первым перехватил». Целоваться на работе они пока не пробовали — слишком рискованно, а вдруг кто-нибудь зайдёт. А в милиции работать ещё хочется, желательно продолжать это делать в Курортном, вместе.   Когда до конца рабочего дня оставалось буквально два часа, в кабинет влетела Райкина:   — Так, перестаём хуи пинать, у нас новый труп. Злобин и Боков — вы едете со мной, идите в машину и ждите меня там, я пока остальных предупрежу.   Уже в машине Надя всё объяснила:   — Мужчина вышел на пробежку в лес вместе с собакой. Она что-то учуяла и убежала в направлении запаха; тот, конечно, за ней, а там девушка на мосту повешенная. Он сразу пошёл нам звонить, ничего вроде без нас не трогал.                        ***   Только доехав до места преступления, Боков осознал, насколько всё плохо. Девушка была насажена на деревяшку прямо посередине моста. Ну, как сказать девушка, её тело ,оно было обнажённое, на нём виднелись многочисленные гематомы и ссадины, а её голова была на соседней деревяшке — с неё были срезаны волосы, и не было одного глаза.   — Так, Боков и Злобин, идите работайте, я пока пойду с мужчиной, который нашёл тело, ещё раз поговорю. Я не думала, что здесь всё так печально.   — Вань, пойдём, — позвал Женя уже по пути к телу, но ни ответа, ни звука шагов не последовало.   — Вань, пойдём, пожалуйста, давай побыстрее это закончим.   И только в этот раз Боков обернулся. Злобин сидел около машины и мелко трясся. Женя тут же подбежал к нему.   — Ванюша, что с тобой?                        ***   Ваня очнулся уже в машине. На нём был плед, который непонятно откуда взялся. Повертев головой, он понял, что за рулём Женя, и они куда-то едут.   — А как же тело?   — Я попросил Надю самой его изучить. Завтра поедем уже всё о нём узнавать.   Отвернувшись к окну, он услышал:   — Вань, часто с тобой такое?   — До тебя было часто, ты появился — и пока такого больше не было,до сегодняшнего дня.   — Давно?   — С детства, наверное, с класса 3.   — И когда первый раз произошло?   — У папы был выходной на работе. Он повёл меня кататься на аттракционах. В том парке было очень много американских горок, а я боялся высоты. Ну, папа решил меня «вылечить» от этой боязни и повёл меня туда одного. Я сопротивлялся, а он постоянно повторял:   — Ну ты же мужчина, ты не должен ничего бояться.   Туда он меня всё-таки посадил, а когда горка поехала, я испытал такой сильный страх: вокруг меня как будто схлопнулся мир, и я сидел в чёрной комнате, стены которой на меня давили. Пока она работала, я не мог успокоиться, даже встать не смог. Папа на руках выносил меня, орал, что я придуриваюсь, и что ему стыдно, что я так себя веду. С тех пор, когда мне страшно, на меня накатывает это ощущение — оно само как-то проходит, я не могу его контролировать.   — Ты по врачам ходил?   — Ты что, папа считал, что я абсолютно здоров и всё просто придумываю.Я же мужчина, я не могу болеть чем-то.                       ***   Злобин сидел на кухне, когда услышал скрип открывающейся двери. Значит, Женя пришёл. Сначала он что-то поставил в гостиной и только потом зашёл к Злобину. — Вань, в общем, я поговорил со знакомым психиатром. Тебе нужно к нему сходить. Он тебе объяснит, что в таких ситуациях делать. По моим рассказам, твой диагноз пока:панические атаки — верный он, или нет, мы узнаем только после ,как он сам тебя увидит ,и ты ему в точности расскажешь,что при этом ощущаешь. Ещё он сказал, что при коммуникации с животными тебе будет легче, так что, знакомься. Имя я ему пока не придумал.   Боков присвистнул, и из гостиной сразу выбежал щенок.   — Я его с приюта забрала сразу после диалога с врачом. Мне кажется, у него глаза такие же, как у тебя.   Ваня обернулся к старшему.   — Правда?   — Ну, ты повернулся — одно лицо. Вань, пожалуйста, сходи к врачу, если хочешь, я могу сидеть с тобой в кабинете.   — Да, я схожу, обязательно… Шо.   — Шо?   — Давай назовём собаку Шо.