Кайлус Блэк. Год эскалации войны

- Ну не думай об этом, к чему думать о нехорошем? - Об этом довольно-таки трудно не думать - наша команда с треском проиграла соревнование за Кубок по квиддичу, а к Драко, видимо, опять кто-то применил Конфундус… - Выветри это из головы, Кайлус, и не вини себя - ты не виноват в случившемся… - У хаффлпаффцев 580 чёртовых очков… Хорошо их Диггори поднапряг напоследок! Я был о них о всех другого мнения… - Ну не переживай, что произошло, то произошло… - У хаффлпаффцев 580 очков, у гриффиндорцев - 380, у рэйвенкловцев - 250, у нас - жалких 190. Такого позора даже во времена Флинта не было… Мы на вшивом четвёртом месте! - Не думай об этом, бедненький мой, давай я тебя успокою. Это общались между собой Дафна и Кайлус вскоре после унизительного провала слизеринской команды в матче против хаффлпаффцев. После этого диалога Дафна принялась прям ласкать Кайлуса, и ему было, надо признать, приятно, это хоть как-то расслабляло, умиротворяло… - Надо мне в следующем году стать капитаном, - сказал в один момент Кайлус. - Зачем, любовь моя? - спросила Дафна. - Тебе ведь будет ещё тяжелее… - Нельзя позволить этому придурку Блетчли остаться капитаном. Мы с Драко… Мы с Драко точно останемся в команде, и мы условились не допустить, чтобы Блетчли остался капитаном. - А Монтегю? - Если бедняга проваляется до июня в таком же состоянии, ему придётся заново проходить шестой курс - не до квиддича будет. К тому же мы не знаем, сколь сильно он подорвал здоровье. Может, он и без трости-то не сможет обходиться… - Не говори так - он поправится. - Я всего лишь говорю о вероятности плохого исхода. У него ведь по-прежнему не все дома… - И что с ним случилось? В последующие дни, да в целом в начале мая продолжалась активная война множества учащихся Хогвартса против Амбридж. Быстро стало ясно, что перед тем, как покинуть Хогвартс, Фред и Джордж Уизли успели распродать уйму забастовочных завтраков с весьма дурными свойствами. Стоило Амбридж войти в кабинет ЗОТИ, как собравшихся там учащихся начинало тошнить и лихорадить - одни падали в обморок, у других шла кровь из обеих ноздрей… Вопя от ярости и бессилия, Амбридж пыталась определить источник загадочных симптомов, но учащиеся упрямо и смело твердили ей, что страдают от «амбриджита». Оставив после уроков 4 класса подряд и ровно ничего этим не добившись, Амбридж была вынуждена отказаться от свойственных ей репрессий и позволить мокрым от пота, мертвенно-бледным и окровавленным учащимся младших курсов покидать её занятия целыми толпами. Однако даже потребители забастовочных завтраков не могли сравниться с Пивзом, этим непревзойдённым мастером сеять разрушение и хаос - похоже, полтергейст принял прощальный завет Фреда Уизли очень близко к сердцу. С безумным хихиканьем носился этот шалопай по всей школе, переворачивал столы, выскакивал из-за классных досок, опрокидывал вазы и статуи. Дважды он запихивал кошку Филча миссис Норрис в пустые рыцарские доспехи в коридоре, и разъярённый смотритель извлекал её оттуда истошно орущей, хотя и живой и невредимой. Пивз разбивал фонари и тушил свечи, жонглировал горящими факелами над головой у перепуганных учащихся, заставлял аккуратно сложенные стопки пергамента обрушиваться в огонь или за окно… Потом он ещё устроил на третьем этаже наводнение, открыв краны во всех умывальнях, набрал полную сумку тарантулов и выпустил их посреди вестибюля во время завтрака. Если Пивзу хотелось «передохнуть», он часами парил над Амбридж, сопровождая её повсюду, куда бы она ни пошла, и издавая громкие непристойные звуки всякий раз, как она открывала рот… Кайлус даже стало несколько жаль Амбридж. При этом он мало что мог сделать для того, чтобы унять Пивза - попробуй что-нибудь сделать неуловимому призраку… Один раз, которого Кайлусу вполне хватило, Пивз подлетел к нему в одном коридоре и на глазах у множества учащихся разных курсов и факультетов громко и насмешливо спросил: - Как поживает начальник нашей школьной горе-полиции? Скольких сегодня оштрафовал, мой массивный друг? Никто не усмехнулся, наверно, только потому что появился Филч и яростно завопил: - А ну иди сюда, Пивз! - Я тебе зачем-то сдался? - спросил Пивз, выпучив глаза. - Так догони, старый ты горе-полицейский! Уи-уи-уи-уи! Если не считать Филча, никто из школьного обслуживающего персонала даже не пытался помочь Амбридж, тогда как немало членов Инспекционного Отряда в какой-то момент стали махать рукой на свои обязанности и даже возможности от бессилия и понимания того, что их в Хогвартсе ненавидят все учащиеся, кроме слизеринцев. 18 мая был финальный матч Чемпионата по квиддичу - сыграли друг против друга команды Гриффиндора и Рэйвенкло. В начале матча Роджер Дэвис смог забить гол в ворота Гриффиндора, вследствие чего слизеринские зрители стали распевать свою токсичную песню. Однако вскоре гриффиндорская команда уже вела, тогда как Уизли… успешно отражал каждую атаку соперников. Да, да - в кои-то веки он играл уверенно, видно, мог, когда хотел… Прямо в ходе матча гриффиндорцы изменили текст токсичной песни слизеринцев и запели в поддержку своего вратаря следующее: Голы Уизли отбивает, И кольцо он защищает, Поэтому весь Гриффиндор и напевает: Уизли - наш король! Вратарством он живёт, Квоффл точно отобьёт, Точно нам победу принесёт, Уизли - наш король! Уизли - наш король! Уизли - наш король! Всегда он квоффлы отбивает, Уизли - наш король! - «Весьма благородно…», - подумал Кайлус, слушая эту песню гриффиндорцев. Гриффиндорский вратарь смог наконец хорошо сыграть, а гриффиндорский ловец поймал снитч, когда счёт был 100:10 в пользу команды Гриффиндора. Как следствие, команда львиного факультета выиграла матч со счётом 250:10. Она выиграла не только этот матч, но и соревнование за Кубок Хогвартса по квиддичу - по итогам финального матча квиддичного Чемпионата 1995-1996 года на первом месте была команда Гриффиндора с 630 игровыми очками, на втором, в свою очередь, команда Хаффлпаффа с 580, на третьем - команда Рэйвенкло с 260, ну а на четвёртом… Впервые за много лет на втором месте была команда Хаффлпаффа, это его явно была заслуга их капитана Диггори, для которого этот учебный год был последний. Как бы то ни было, Кубок по квиддичу достался команде Гриффиндора, несмотря на то, что им в этом году пришлось весьма туго - по произволу Амбридж из команд выбыли очень сильные игроки в лице Поттера и близнецов Уизли, и если ловца на место Поттера нашли хорошего, то вот Эндрю Керк и Джек Слоупер были, конечно, полные неумехи, которые более-менее сыграли только вот сейчас, в рамках финального матча… Впрочем, когда Гриффиндор стал обладателем Кубка по квиддичу, как и по итогам школьного квиддичного Чемпионата 1993-1994 года, гриффиндорцы наверняка быстро позабыли о Керке и Слоупере - они принялись прям чествовать своего вратаря, который, надо признать, был на этот раз неплох. Драко был настолько неприятно впечатлён хорошей игрой Уизли, что всё того же 18 мая тайком договорился с Кайлусом о том, что в сентябре они, кого бы из них ни назначили капитаном команды Слизерина (Драко был уверен, что капитаном станет именно кто-то из них в свете опозорившегося Блетчли и всё так же тяжелобольного Монтегю), постараются избавиться от Блетчли и заменить его вратарём получше. Окрестности замка Хогвартса сияли на солнце, как чисто вымытые, безоблачное небо улыбалось своему собственному отражению в искрящейся глади озера, а по шёлковым зелёным лужайкам изредка пробегала рябь от лёгкого ветерка. Всё это означало, что наступил июнь 1996-го, но для пятикурсников это было сигналом к одному: экзамены СОВ наконец придвинулись к ним вплотную. Им больше не задавали ничего на дом, все уроки были посвящены повторению вопросов, которые, по мнению преподавателей, почти наверняка должны были встретиться им на экзаменах. В атмосфере лихорадочной, сосредоточенной подготовки Кайлус забыл почти обо всём на свете, кроме СОВ, а расслабляться себе позволил разве что в ванной старост. Экзамены СОВ… Скорее бы они остались позади. В преддверии экзаменов многие однокурсники Кайлуса стали прям задёрганные, Макмиллан, например - у него появилась дурная привычка расспрашивать всех подряд о том, как они готовятся к экзаменам. Спрашивал он об этом и Кайлуса при том, что был из друзей Поттера, а тот своим друзьям явно намекнул: с Блэком после того, как он сдал Амбридж Джинни, контакты не поддерживать, к тому же он цепной пёс Амбридж, правая её рука… Но Макмиллан иногда нервно заговаривал с Кайлусом насчёт СОВ. Драко тем временем был не просто уверен в том, что всё будет нормально, он был, пожалуй, даже беспечен. На уроке зельеварения в понедельник 3 июня Драко, поучая Крэбба и Гойла, громко и надменно сказал: - Разумеется, важно не то, сколько вы знаете, важно, кого вы знаете. Отец уже много лет на короткой ноге со старухой Гризельдой Марчбэнкс, председательницей Волшебной Экзаменационной Комиссии, она и на званых ужинах у нас бывала, и вообще… - Всё это просто замечательно, мистер Малфой, - спокойно, но холодно сказал профессор Снейп, - но вынужден вас огорчить тем, что вы не на перемене, а на уроке, причём уроке повторения материалов, которые непременно будут на экзамене СОВ по зельеварению. Профессор Снейп мягко, но осадил Драко, и тот на уроке больше не болтал. - Итак, - сказал жёсткий преподаватель зельеварения, обращаясь уже ко всем пятикурсникам Слизерина и Гриффиндора, - учитывая, что на вашем курсе на одного способного учащегося приходятся 2 или 3 безнадёжных болвана, сегодня вы снова приготовите умиротворяющий бальзам… Того же 3 июня на уроке трансфигурации пятикурсники получили расписание экзаменов СОВ и ознакомились с правилами их проведения. - Как видите, - сказала профессор Макгонагалл, когда пятикурсники переписали с доски даты и время всех экзаменов, - вы будете сдавать СОВ в течение двух недель. Утренние часы отведены под письменные работы, послеобеденные - под проверку практических навыков. Практический экзамен по астрономии, разумеется, будет проходить ночью. Далее я должна предупредить вас, что на ваши экзаменационные принадлежности наложены исключительно жёсткие антиобманные заклятья. Использование напоминалок, а также самоотвечающих перьев, накладных манжет-шпаргалок и самоправящихся чернил запрещено. К сожалению, практически ежегодно в школе находится как минимум 1 ученик, считающий, что ему по силам обвести Волшебную Экзаменационную Комиссию вокруг пальца. Могу только выразить надежду, что среди гриффиндорцев таковых не окажется. Наш новый… директор (это профессор Макгонагалл сказала прям холодно) попросила деканов факультетов предупредить своих учащихся, что мошенничество будет караться строжайшим образом, поскольку, как вы сами понимаете, ваши результаты могут бросить тень на новые порядки, установленные директором… Профессор Макгонагалл едва заметно вздохнула. Кайлус увидел, как затрепетали крылья её точёного носа. - Тем не менее, - продолжила профессор Макгонагалл, - у вас нет причин не показать всё, на что вы способны. Вам необходимо думать о будущем. - Можно спросить, профессор? - сказала Грейнджер, подняв руку. - Когда станут известны наши результаты? - В июле каждому из вас отправят сову с оценками, - ответил профессор Макгонагалл. Тем временем торговля из-под полы различными средствами, способствующими повышению концентрации, живости ума и внимательности, которая и раньше процветала среди пяти- и семикурсников, достигла своего апогея. Члены Инспекционного Отряда не могли ничего с этим поделать, хотя должны были изымать все эти сомнительные зелья как контрабанду. Некоторые члены Отряда и вовсе принимали такие зелья как взятку - массивная, хотя и не такая полная, как раньше, Миллисента Булстроуд как-то прицепилась к какому-то хилому рэйвенкловцу с какого-то из младших курсов, но когда он отдал ей собственного изготовления «стимулятор ума и энергичности», она просто прогнала его и велела считать, что ему подфартило. Кайлус, в свою очередь, бескомпромиссно изымал такого рода зелья, а тех, у кого их отбирал, штрафовал. В один момент он и вовсе чуть ли не припёр к стенке одного сомнительного горе-торговца из Рэйвенкло и попросил передать остальным торговцам, что им лучше не попадаться на глаза Кайлусу Блэку как старшему члену Инспекционного Отряда. Кайлус не знал, боялись ли впоследствии эти торговцы и изготовители зелий других членов Инспекционного Отряда, но вот его, Кайлуса, они боялись точно. Первый экзамен, по теории заклинаний, был у пятикурсников в понедельник 10 июня. За ужином накануне экзамена среди пятикурсников царила атмосфера лёгкой подавленности, и это, в общем-то, можно было понять - их весь год буквально пугали СОВ и просто душили домашними заданиями… Наутро 10 июня за завтраком пятикурсники не разговаривали между собой. Парвати Патил бормотала себе под нос заклинания, и солонка перед ней судорожно подёргивалась, Грейнджер перечитывала «Успехи заклинательных наук» с такой скоростью, что взгляд её казался расплывшимся, а Лонгботтом, снова, кажется, ставший робким и неуклюжим, каждые полминуты ронял нож или вилку и опрокидывал вазочку с мармеладом. С окончанием завтрака пяти- и семикурсники остались слоняться в вестибюле (семикурсникам предстояло сдавать что-то из выпускных экзаменов ЖАБА), тогда как другие учащиеся разошлись по учебным аудиториям. В половине десятого оставшихся в вестибюле начали класс за классом приглашать обратно в Большой зал, который по виду претерпел определённые изменения: 4 факультетских стола убрали, заменив их множеством парт, обращённых к концу зала, где находился преподавательский стол. За столом этим стояла профессор Макгонагалл. Когда все расселись по местам и успокоились, она сказала «Итак, начали», и перевернула огромные песочные часы. Рядом с ними были разложены и расставлены запасные перья, баночки с чернилами и свитки пергамента. Этот экзамен дался Кайлусу легко, по крайней мере, по его собственным ощущениям. После экзамена пятикурсники пообедали вместе со всеми остальными (на время обеда факультетские столы вернули), а потом перешли в небольшую комнатку рядом с Большим залом, откуда их должны были пригласить на устный экзамен. Вскоре их начали вызывать по 4 человека в алфавитном порядке. Кайлусу повезло, ведь он оказался в первой же четвёрке в соответствии с алфавитным порядком. Значит, всё закончится быстро… Как бы то ни было, в один момент профессор Флитвик объявил первую четвёрку участников практического экзамена по заклинаниям, выкрикнув: - Аббот, Ханна! Блэк, Кайлус! Боунс, Сьюзен! Бут, Терри! Кайлус вошёл в Большой зал, стараясь сохранять спокойствие. - Блэк, вам к профессору Драммонду, - сказал стоявший сразу за дверью профессор Флитвик и указал на один из четырёх маленьких столиков. За всеми четырьмя столиками сидело по древнему виду экзаменаторов. На одном из них сидела главный из экзаменаторов в лице Гризельды Марчбэнкс, но Кайлусу достался профессор Драммонд - высокий и худой бледноватый старик с редкими седыми волосами и как будто сонными карими глазами. Он был не вялым, но и не сказать, чтобы прям энергичным. - Ну-с, мистер Блэк, - сказал профессор Драммонд негромко и несколько заторможено, - посмотрим-ка, что вы можете… Перво-наперво заставьте-ка этот стакан маленько повисеть в воздухе и, когда я попрошу аккуратно вернуть его на месте, сделайте так, чтобы он не разбился. С этим Кайлус вполне справился за счёт спокойного и качественного применения левитационных чар. Справился он и с остальными поручениями профессора Драммонда - смог превратить тарелку в небольшой гриб, сделать серого цвета крысу белой, а затем вернуть ей её настоящий цвет… - Так, хорошо… - негромко проговорил в итоге профессор Драммонд, записывая что-то в свой пергамент и щурясь. - Идите, мистер Блэк - лучше нам не задерживать остальных… Вечером из недолгого общения с Драко Кайлус понял, что у того экзамен принимала Марчбэнкс, и Драко, видимо, не очень хорошо справился, так как при виде Поттера забыл о необходимости удерживать в воздухе стакан, отпустил его, и тот разлетелся вдребезги. - Со всем остальным, кажется, повезло, но этот дурацкий стакан… - сказал Драко явно раздражённым тоном. - Поттер… Не могли его, что ли, принять чуть позже, после моего ухода? Марчбэнкс ведь это припомнит и выставит только «Выше ожидаемого», даю голову на отсечение, что «Выше ожидаемого»… Особо разговаривать с Драко, да с кем бы то ни было у Кайлуса возможности не было - 11 июня были письменный и практический экзамены по весьма непростой дисциплине в лице трансфигурации. Кайлус многое перечитал и при этом постарался лечь спать пораньше - заспанным и вялым с трансфигурацией не справишься. Выспаться Кайлусу, кажется, получилось, да и письменный экзамен по трансфигурации оказался несложный. В начале же практического экзамена Аббот от нервов превратила выданного ей хорька в многочисленную стаю фламинго, вследствие чего экзамен пришлось прервать на 10 минут, чтобы изловить всех птиц и вынести из зала. Когда же экзамен был возобновлён, Марчбэнкс сказала Кайлусу заставить исчезнуть стоявшую на столе на задних лапках толстенькую серую шиншиллу, смотревшую на Кайлуса каким-то прям умным взглядом. Кайлусу удалось и заставить зверька исчезнуть, и вернуть его обратно, Марчбэнкс только сдержанно сказала «Да, отлично, следующий!». 12 июня был несложный, хотя и несколько омрачённый мерзким запахом навоза практический экзамен по травологии, тогда как письменный вообще был ерундой. 13 июня, в свою очередь, были письменный и практический экзамены по ЗОТИ. Было просто замечательно, что вопросы в рамках письменного экзамена были не по содержанию этого дурацкого учебника Слинкхарда, а о том или ином заклинании самообороны. К счастью для Кайлуса, он в этих заклинаниях очень даже разбирался. В рамках практического экзамена Кайлус сдержанно продемонстрировал перед лысым и тощим профессором Тофти применение всех требуемых щитовых чар, в том числе заклинания Ридикулус для отпугивания боггарта. 17 июня были письменный и практический экзамены по зельеварению. За пятикурсниками наблюдала Марчбэнкс - может, и жёсткая по виду, но и вполовину не такая сварливая по отношению к Поттеру и Лонгботтому, как профессор Снейп. В свете отсутствия профессора Снейпа эти двое наверняка справились и с письменным, и с практическим экзаменом по зельеварению как минимум на «Удовлетворительно» - минимальную проходную оценку. Кайлус и вовсе не испытывал никаких трудностей с зельеварением что при профессоре Снейпе, что при этой Марчбэнкс. 18 июня были проведены 2 экзамена уже по уходу за магическими существами. Практический экзамен прошёл на зелёной поляне у опушки Запретного леса. Пятикурсников попросили опознать нарла среди дюжины обыкновенных ежей (правильный метод состоял в том, чтобы предложить им всем по очереди молоко, поскольку нарлы, крайне подозрительные существа, чьи иглы обладают целым рядом волшебных свойств, обычно приходят от этого в бешенство, считая, что их пытаются отравить), показать, как нужно обращаться с лукотрусом, покормить и почистить огненного краба, избежав при этом серьёзных ожогов, и наконец выбрать из множества продуктов те, что не принесут вреда больному единорогу. Экзамен этот был не то, чтобы сложный, но в какой-то степени изматывающий, так что по окончании его Кайлус охотно ушёл в замок Хогвартса и практически сразу же заглянул в ванную старост - нет у него, что ли, права чуток расслабиться? Изощрённостью отличались письменный экзамен по астрономии и наполовину письменный, а наполовину практический по нумерологии, оба из которых пришлись на 19 июня. Экзамен по нумерологии был так сложен что теоретической, что практической составляющей, что в голову Кайлуса даже закралось неприятное ощущение, что по нумерологии у него будет не «Превосходно», а вполне сносная, но не такая высокая оценка в лице «Выше ожидаемого». Впрочем, по прошествии ночи с 19 на 20 июня Кайлус пришёл к выводу, что вот эти 2 дневных экзамена были, пожалуй, не так уж плохи. В ту ночь произошёл один весьма неприятный, можно даже сказать, одиозный инцидент, и все пятикурсники и наблюдавшие за ними в рамках практического экзамена по астрономии экзаменаторы стали этому инциденту свидетелями. Начиналось же всё нормально - в 11 вечера 19 июня пятикурсники поднялись на верхушку Астрономической башни и воочию убедились в том, что ночь для наблюдений за звёздами просто идеальная: тихая, безоблачная… Окрестности замка купались в серебристом лунном свете, воздух был прохладный, бодрящий. В один момент пятикурсники настроили телескопы и по команде Марчбэнкс принялись заполнять пустые карты, которые им роздали. Марчбэнкс и её коллега Тофти ходили среди пятикурсников, наблюдая за тем, как они определяют точные координаты планет и звёзд, видимых в телескоп. Тишину изредка нарушали только шелест карт, случайный скрип телескопа, поправляемого на опоре да царапанье по пергаменту многочисленных перьев. Прошло полчаса, потом час, и маленькие квадратики отражённого золотого света на земле внизу стали исчезать один за другим - это гасли окна в замке. Когда в один момент Кайлус закончить наносить на карту созвездие Ориона, парадные двери замка распахнулись, и на каменную лестницу и лужайку перед ней хлынул свет. Поправляя телескоп, Кайлус взглянул вниз и, прежде, чем двери снова закрылись и лужайка опять погрузилась во мрак, успел заметить на ярко освещённой траве чьи-то удлинённые тени, коих было не то 5, не то 6. - «Хмм, кто это?», - подумал несколько заинтригованный Кайлус, но постарался сконцентрироваться на окуляре - приник к нему, подстроил его и стал наблюдать уже за Венерой. Посмотрев вниз, Кайлус приготовился нанести планету на карту, но что-то ему помешало - его перо замерло над пергаментом, он покосился вниз и увидел на лужайке с полдюжины движущихся фигур. Если бы они не двигались и лунный свет не серебрил им макушки, их нельзя было бы различить на фоне тёмной земли. Даже на таком расстоянии походка того, кто возглавлял шествие (его фигура была самой коротенькой), показалась Кайлусу знакомой - это была Амбридж, и слизеринец не сразу понял, куда это она вышла посреди полуночи, да ещё в сопровождении неких пятерых спутников (в них Кайлус не смог никого признать). В один момент позади Кайлуса послышался кашель профессора Марчбэнкс, и Кайлус вспомнил, что экзамен ещё в самом разгаре. Он уже успел забыть координаты Венеры. Торопливо прижавшись глазом к телескопу, Кайлус снова нашёл Венеру и снова собрался нанести на карту, как вдруг его слух, напрягшийся в ожидании необычных звуков, уловил вдалеке стук, эхом разнёсшийся по пустынной территории школы, и сразу за ним - приглушённый лай собаки. Кажется, у Хагрида была собака… Так, стоп, Амбридж и эти её спутники идут к Хагриду? Да, так и есть - в окнах хижины Хагрида горел свет, и на их фоне вырисовывались силуэты людей, пересёкших лужайку. Открылась дверь, и Кайлус ясно увидел, как порог хижины перешагнули 6 чётко очерченных фигур. Затем дверь снова закрылась, и наступила тишина. В один момент она сменилась прям сильным и жутким рёвом, который взмыл сквозь тьму к самой верхушке Астрономической башни. Как заметил Кайлус, несколько соседей Поттера и сам Поттер вынырнули из-за своих телескопов и стали всматриваться во мрак в направлении хижины Хагрида. Послышался суховатый кашель профессора Тофти. - Пожалуйста, друзья мои, сосредоточьтесь, - мягко сказал он. Большая часть учеников вернулась к телескопам. Поттер, как заметил Кайлус, посмотрел налево: взгляд Грейнджер был прикован к хижине Хагрида. - Кхм, осталось 20 минут, - сказал профессор Тофти, в который раз прокашлявшись. В один момент что-то громко бабахнуло, и несколько пятикурсников дёрнулись от неожиданности и завопили «Ай!», наткнувшись глазом на свои телескопы. Дверь хижины Хагрида распахнулась настежь, и из хижины хлынул поток света, и пятикурсники, в том числе Кайлус, ясно увидели на пороге массивную фигуру хозяина - он ревел от ярости и потрясал кулаками, а шестеро человек вокруг, судя по тонким красным лучикам, которые они направляли в его сторону, пытались сразить его оглушающим заклинанием. - Негодяи! - закричала, что есть мочи, Грейнджер. - Ну-ну, уважаемая, вы на экзамене! - возмутился профессор Тофти. Но никто уже не обращал на звёздные карты ни малейшего внимания. Лучи красного света всё ещё метались около хижины Хагрида, но почему-то словно отскакивали от него: он по-прежнему стоял, выпрямившись во весь рост, и по-прежнему, насколько мог судить Кайлус, отбивался от нападавших. Видимо, сказывалась великанья кровь - Хагрид же полувеликан. Крики и вопли разносились по всей территории школы, кто-то крикнул «Будьте же благоразумны, Хагрид!». - Чёрта с два, Долиш! - проревел, что есть мочи, Хагрид. - Так просто вы меня не возьмёте! Кайлус увидел силуэт собаки, что пыталась защитить Хагрида, но в итоге была, кажется, убита. Испустив максимально яростный вопль, Хагрид сгрёб виновника в охапку и отшвырнул прочь, и тот пролетел футов 10, грянулся оземь и больше не вставал. - Смотрите! - пискнула Парвати Патил, опершись о парапет и указывая на парадные двери замка, которые снова открылись, после чего на тёмную лужайку опять пролился свет, и к хижине лесника устремилась ещё одна высокая чёрная фигура. - Это безобразие! - взволнованно воскликнул профессор Тофти. - Осталось всего 16 минут! Но пятикурсники пропустили его оклик мимо ушей - они наблюдали за новым участником событий, со всех ног мчащимся к месту, где разгорелась битва. - Как вы смеете?! - крикнул этот человек на бегу. - Как вы смеете?! - «Макгонагалл!», - быстро догадался Кайлус. - Оставьте его в покое немедленно! - раздался в темноте голос профессора Макгонагалл. - По какому праву вы на него нападаете?! Он не сделал ничего, что могло бы послужить… Грейнджер, Патил-гриффиндорка и Браун одновременно завизжали: люди у хижины послали навстречу декану их факультета не меньше четырёх оглушающих заклинаний. На полпути между хижиной и замком красные лучи угодили в неё, и на мгновение фигура профессора Макгонагалл словно осветилась изнутри зловещим красным светом, потом ноги её оторвались от земли, она упала навзничь и больше не шевелилась. - Разорви меня горгулья! - воскликнул профессор Тофти, который, по-видимому, тоже успел совершенно забыть об экзамене. - Без всякого предупреждения! Это возмутительно! - Трусы! - максимально громко проревел Хагрид (его слова были хорошо слышны на верхушке башни, и после этого возгласа в замке снова вспыхнуло несколько окон). - Жалкие трусы! Получайте, вот вам! - О Боже! - воскликнула Грейнджер. Хагрид угостил двух ближайших к нему противников мощными ударами, и, судя по тому, как они рухнули наземь, это был чистый нокаут. Кайлус увидел, как Хагрид согнулся вдвое, и решил, что его наконец одолели с помощью оглушающего заклинания, но нет - в следующий миг Хагрид распрямился снова, и теперь у него на спине чернело что-то похожее на тюк, и Кайлус сообразил, что это бесчувственное тело собаки лесника… - Взять его, взять! - вопила Амбридж, однако её последний не выведенный из строя помощник явно не спешил броситься на Хагрида, наоборот пятясь, да так, что он споткнулся о лежащего без чувств коллегу и упал. Хагрид развернулся и кинулся бежать с собакой на плечах. Амбридж послала ему вслед ещё одно оглушающее заклинание, но промахнулась, и Хагрид, во всю мочь несущийся к далёким воротам, исчез во мраке. Наступила тревожная тишина, которая длилась, наверное, целую минуту. Ошеломлённые пятикурсники смотрели вниз, не отрываясь, во тьму. В один момент раздался слабый голос профессора Тофти: - Эмм, прошу, у вас ещё 5 минут. Стоило этим 5 минутам закончиться, как Кайлус, едва сдав всё необходимое, буквально рванул вниз. - Правильно, Блэк, - рявкнул вслед Кайлусу заметивший его Уизли, - беги к Амбридж и скажи, что ты всей душой поддерживаешь это беззаконие! Как Кайлусу хотелось остановиться и рявкнуть этому Уизли что-нибудь в ответ… Но Кайлус, позабыв обо всём на свете, в том числе о неположенном времени для выхода из замка, побежал, что есть мочи, к Амбридж и, судя по тому, что была упомянута фамилия Долиша, мракоборцам, которых она вызвала для ареста Хагрида. И чего он ей такого сделал? Наплела про него какую-нибудь околесицу? Ордер-то на арест Хагрида у этих мракоборцев есть, или они вообще все дружно плюнули на законность? Ответы на такого рода вопросы Кайлус мог бы получить только у Амбридж да этих мракоборцев, вот и рванул прямо к ним, к хижине Хагрида… Слизеринец бежал, что есть мочи, а то вдруг Амбридж и эти мракоборцы пойдут в Запретный лес или ещё куда-нибудь… Кайлусу было уже тяжело дышать, живот у него болел так, словно и на Кайлусе применили оглушающее заклинание, а он всё бежал… Вот он выбежал из замка в сторону этой хижины, рванул к ней так, словно хотел пробежать расстояние от замка до дома Хагрида за минуту… Но в один момент Кайлус не выдержал, остановился и стал тяжело дышать - всё-таки нельзя так издеваться над собственным дыханием, телом… Кайлус даже опустил голову и стал смотреть на траву, смотреть и дышать, чтобы хоть отчасти полегчало… - Стой! - услышал Кайлус громкий и явно рассерженный мужской голос. - Колдовать буду! Кайлус резко поднял голову и заодно руки - если сейчас и его укокошат, как профессора Макгонагалл… - Я из школы! - крикнул Кайлус. - Не бойтесь, я ничего вам не сделаю! - Зато я тебе такое сделаю! - рявкнул в ответ некий мужчина, не подходивший к Кайлусу так, чтобы тот мог его увидеть. - Ты чего это тут шляешься в неположенное время? - У моего, пятого курса буквально только сейчас закончился практический экзамен по астрономии, сэр, и мы все… Мы все слышали шум, исходящий со стороны хижины Хагрида. Что… Что здесь произошло, сэр? - Чего? У пятого курса практический экзамен по астрономии? - Эмм, да, сэр, закончился минут 10 назад, и… - Твою мать! Это некий мужчина (видимо, один из мракоборцев) прям проорал, причём явно раздражённо. - Это что ж выходит, - вновь заговорил всё тот же, судя по голосу, мужчина, - уже утром об этом инциденте вся школа прознает? - Да, боюсь, вы правы, сэр, - ответил Кайлус, осторожно убравший в один момент руки по швам. - Отлично, чтоб меня разорвало, просто отлично! Нам-то говорили, всё будет без шума, незаметно! Ага, как же! - Вам говорили? Кто? Боюсь, я не… - Директор Амбридж, кто ж ещё? Мы тут по её вызову - Хагрид, мол, нюхлера ей в кабинет запустил… Так, секунду! Видимо, мракоборец понял, что толком не знает, с кем говорит. - Ты-то вообще кто и откуда такой на мою голову? - раздражённо спросил он. - Кайлус Блэк, - представился Кайлус спокойно, но слышно, - староста пятого курса факультета Слизерин и старший член Инспекционного От… - Староста, значит? Видно, не ахти какой, коль припёрся сюда в неположенное время! - Как я уже сказал, сэр, у меня совсем недавно закончился практический экзамен по астрономии, в ходе которого я оказался невольным наблюдателем того, что произошло в хижине Ха… - И ты не мог успокоиться и просто уйти спать? - Сэр, вы упомянули, что директор Амбридж… - Да, она вызвала нас сюда! Делать нам больше нечего, кроме, как арестовывать Хагрида только потому что директор Амбридж кажется, будто бы он ей нюхлера в кабинет запустил! - Сэр, у вас есть ордер на… - Да есть у нас чёртов ордер, хочешь - подойди, посмотри, убедись и будь счастлив! Кайлус подойти не решился. - Ну подходи давай, я не собака, не кусаюсь! - раздражённо проговорил собеседник Кайлуса. Кайлус двинулся вперёд, и вскоре перед ним предстал… Долиш. - Мистер Долиш? - спросил Кайлус, искренне удивившись и даже попятившись назад. - Ну Долиш, и что? - буркнул в ответ Долиш в таком же бежевом пальто, что и 14 апреля в кабинете Дамблдора, скрывавший левой ладонью левый свой глаз, который, видимо, был хорош подбит Хагридом. - Вы… Вы скрываете левый глаз… - Наверно, да, коль Хагрид мне его подбил! И Долиш убрал ладонь от левого глаза, за счёт чего Кайлус увидел, что этот глаз Долиша закрыт и прям почернел, тогда как под ним имеется прям большой, тёмно-фиолетовый какой-то синяк до самых ноздрей. С этим синяком и без того неприглядный Долиш выглядел прям омерзительно. - Шёл бы ты отсюда, староста, да не трепался о произошедшем! - буркнул Долиш, снова спрятав левый глаз ладонью левой руки. - В неположенное время бодрствуешь, с вопросами лезешь! Тут и без тебя проблем хватает - нам теперь придётся таскаться по Запретному лесу и ещё что-то делать с профессором Макгонагалл - Тикнесс, идиот, наделал лишнего… Так, секунду! Что это я вообще с тобой болтаю? Ты давай вали, пока я не позвал твоего директора! Ну и ночка! По сравнению с ней послеобеденный экзамен по истории магии 20 июня был полной ерундой, тем более, что вопросы были большей частью о создании Международной Конфедерации магов, соответствующих обстоятельствах, Международном Статуте о секретности волшебников… Все эти исторические темы Кайлус знал прекрасно и едва ли не на оценку «Превосходно», и не благодаря преподавателю истории магии профессору Бинсу, а, пожалуй, вопреки…