Часть 1
Никогда-никогда.
Оригинальный сценарий короткометражного художественного фильма
Автор: (под псевдонимом) Иссиня-4ёрный.
2025
СЦЕНА 1. ИНТ. 2015 год. Здание захолустной больницы в небольшом городе. На стенах обшарпанная, отходящая клочьями, зеленая краска, в полупустом коридоре на коричневой скамейке сидят две девочки 16-ти лет Наташа (вьющиеся короткие волосы, симпатичное ситцевое платье-сарафан, в цветочках, ниже колена) и ее подруга Лариса (блондинка с челкой в джинсах, кедах и футболке оверсайз) держат свои медицинские карточки.
ЛАРИСА
Я вот не понимаю, на кой черт нам эту диспансеризацию проходить? Что от нас в школе хотят?
НАТАША
Ой, не знаю! Сама волнуюсь! Ладно, еще терапевт! Но гинеколог! Боже мой!
ЛАРИСА
(ехидно улыбаясь, глядя на подругу)
А че, ты еще девочка, что ли? Мальчиков не было?
НАТАША
Сплюнь! Мне всего 16, какие мальчики?
ЛАРИСА
(подкалывая подругу)
С пальчиком, Натуля! Подлиннее желательно!(хихикает)
НАТАША
(махнув рукой)
Да ну тебя! Не смешно! Я ведь правда боюсь! Что они – эти врачи-гинекологи - там смотреть будут, а вдруг ковырять еще?
ЛАРИСА
Ой, мать! Как же ты с такими страхами отдаваться-то будешь? Там ведь тоже ковырять будут!
НАТАША
Я только по любви. Когда замуж выйду. Чтобы дети были, чтобы семья. А то понаделают абортов, штук семь! Что, предохраняться нельзя?
ЛАРИСА А че такого? (закидывает ногу на ногу) Секс еще никому не вредил! Подумаешь! Ну залетела – бывает. Главное, аборт не на позднем сроке делать.
НАТАША
Ой, не! Не, это не про меня! Никаких абортов! Я никогда! Никогда-никогда ни за что не сделаю, нет!
ЛАРИСА
Ой, Натуля, не зарекайся (ехидничает). Что такого в аборте? Что в нем плохого?
НАТАША
(встав со своего места возмущается)
Нет! Даже обсуждать не хочу!
ЛАРИСА
Все-все, садись обратно. Аж вскочила! Во, как задело!
Чуть успокоившись, Наташа садится рядом с подругой и немного от нее отворачивается, делая вид, что читает свою медицинскую карточку, лишь бы не продолжать не понравившийся диспут. Сцена 2. ДЕСЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ. НАТ. МАЙ. ЗАГОРОДНАЯ ДАЧА. КОМПАНИЯ ШЕСТЬ ЧЕЛОВЕК СИДЯТ ЗА ОБЕДЕННЫМ СТОЛОМ. Кто-то произносит тост, кто-то дожевывает салат, а НАТАША, скромно сидя в уголочке, внимательно слушает, что говорит выступающий. На нее мельком поглядывает высокий небритый мужчина, 38 лет (СЕМЕН), но затем, поковыряв вилкой картофельное пюре в своей тарелке, переключает внимание на произносящего тост (худощавый мужчина, 50 лет, с проплешиной на голове, в бриджах и клетчатой рубашке). - Давайте же выпьем, - завершает говорящий свой тост, - чтобы этот праздник Великой победы запомнился нам надолго! Наши деды и прадеды воевали за нас, наше будущее, чтобы мы жили! Почтим их память минутой молчания! Все дружно встают из-за стола, держа рюмку водки в правой руке. Молча стоят минуту, опустив голову. Наташа по истечении времени, пока все пьют водку, лишь касается губами стопки и незаметно ставит полную рюмку обратно на обеденный стол. Праздник продолжается, гости и присутствующие (члены семьи: отец, мать, сестра с мужем) расходятся, кто куда, за столом остается Наташа и Семен.
СЕМЕН
Ай, нехорошо! (нарочито цокает языком) Я ведь видел, что ты не выпила. Что, неужели память предков не почтишь? Они ведь за тебя воевали.
НАТАША
Дядь Сем, ну Вы ж знаете – не пью я. Мне от водки плохо, крепкая очень!
СЕМЕН
Так организм приспосабливать надо! Нам-то похеру – мы семья, а на другом празднике за чье здоровье не выпьешь, так обидятся ведь! Так что, давай (берет ее стопку и придвигает Наташе ближе) вперед и с песней.
НАТАША
Не хочу. Не пью я! Не пью!
СЕМЕН
Вот потому ты и не замужем по сей день – кому нужна такая баба, которая себя нормально не ведет?
Наташа хочет возразить, на ее лице искреннее возмущение, но в этот момент за стол возвращается ее отец. Присев на свое место, он дотягивается до кастрюли посредине стола и, зацепив вилкой пожаренное на костре мясо, кладет в свою тарелку. Взглядом находит бутылку водки и наполняет себе стопку.ОТЕЦ
Ой, Натуль! А ты чего ж не выпила?
НАТАША
Пап, не обижайся…
ОТЕЦ
Ты пить – не пей, никто не заставляет! Но минуту молчания – память почтить – стопочку надо. Давай!
НАТАША
Пап, я пригубила!
ОТЕЦ
Ну что такое – пригубила? Давай. Одну – и я отстану.
Наташа тяжело вздыхает, все-таки взяв рюмку водки. С обреченным лицом чокается с отцом стопкой, и выпивает залпом, на что СЕМЕН, посматривая на НАТАШУ, ухмыляется, ковыряя в зубах зубочисткой. Допив свою порцию, отец выходит из за стола и направляется к мангалу. Кочергой ковыряет угли, затем тушит их водой из поллитровой бутылки.
СЕМЕН (заметив, что Наташа покраснела)
Ну что, пошла волна приятных ощущений? Давай еще одну!
Наташа ничего не отвечает, от внезапного легкого головокружения опирается о спинку стула, взор чуть мутнеет. Взгляд бросает то на отца, то на Семена, то на заставленный блюдами стол.
НАТАША (глядя на бутылку водки)
Мне плохо… Голова кружится…
СЕМЕН
Это ты, мать, опьянела. Давай еще одну. Клин клином!
(Семен наполняет стопку и, вручив девушке в руку, придерживает за донышко, чтобы она выпила все содержимое.)
Вот молодец, ай, хорошая девочка! Все! (встает из за стола) Теперь полегчает! Я ж все-таки фельдшер, на скоряке 10 лет оттарабанил! У нас только так из шока выводили! Однажды приезжаю на вызов, а там мужик себе пальцы в мясорубку зас…
Слова Семена Наташа воспринимает через какую-то ширму, сознание чуть мутнеет, голова кружится сильнее. Но, завершив фразу, Семен уходит, и Наташа, чтобы не сидеть за столом просто так, решает немного пройтись по садовому участку. Она видит, как ее отец топит баню и, подойдя поближе, вызывается помочь. За работой опьянение чуть спадает, и вскоре всем скопом (сперва мужчины, затем женщины) идут париться. Наташа, подойдя к уличному умывальнику, охлаждает лицо водой. Она заходит в баню самая последняя, когда веселые родственники снова возвращаются за стол. Обмотавшись полотенцем, как это принято в бане, ложится на деревянные доски спиной. Закрывает глаза и ненароком засыпает. Резкий хлопок двери заставляет девушку вздрогнуть. Наташа просыпается, едва не вскочив с досок. На пороге, плотно заперев за собой дверь, со спущенным на бедрах полотенцем, появляется Семен. Он шатается, придерживается о косяк входной двери, но все же улыбается, заметив родственницу.
СЕМЕН (восклицает)
Наташа!
НАТАША
Напугали… (облегченно вздыхает) Дядь Сем, Вы где так наклюкаться успели? Вы же пьяный!
СЕМЕН
Я? Пьяный? Да я на кабана в таком виде ходил как-то раз!
НАТАША (ухмыляясь)
Что, тоже с полотенцем? (накидывает на себя халат, снятый с крючка и, потуже затянув пояс, запахнувшись получше, чтобы даже рук не видно было, направляется к выходу) Вы попариться? Я пойду тогда.
В этот момент Семен резко перехватывает девушку, взяв ее за локоть. Взгляд из приветливого дружелюбного становится набыченным и даже чуть злым. Наташа пугается, делает шаг назад.
СЕМЕН
Погоди… (хватка ослабевает, мужчина опускает голову) Наташ… (прижимает свою руку к груди, и Наташа хмурится)
НАТАША
Что, плохо? Еще бы! После водки парилка! Я сейчас в аптечке нитроглицерин поищу!
СЕМЕН
Да не поможет! (рявкает он) Душа у меня болит, понимаешь? Душа! А сердце плачет!
НАТАША
Дядь Сем, Вы пьяный. Я пойду.
Наталья снова направляется к выходу более уверенным шагом, но Семен резко поднимает ее и, подхватив за мягкое место, сажает на доски. Наталья в шоке, она пытается слезть, но он сжал ее руки, не дав возможности что-либо сделать.
Вы чего? Отпустите? Пустите!
СЕМЕН
Ты меня мучаешь… (стиснув зубы, произносит Семен) Засранка такая! Я, как увидел тебя сегодня… Может, ты поэтому в свои 26 еще не замужем? Я тебе нравлюсь, а?
НАТАША
Вы что! Вы что! (кричит, задыхаясь от испуга)
СЕМЕН ехидно улыбается.
Кричи. Громче. Все дрыхнут пьяные! А баня закрыта. Сегодня… (жадно целует в шею, несмотря на то, что Наталья пытается вырваться из цепкой хватки) ты будешь моей… Лакомка ты моя… (стискивает грудь через халат, задирает полотенце и, прислонившись ближе, трется пахом о ее низ живота).
НАТАША (кричит во всю глотку, но он зажимает ей рот рукой, пока другая ощупывает выпуклости и распускает простыню на ее груди)
- Пустите! Пустите! А-а-а-а! Помогите, кто-нибудь!
Семен крепко держит, не позволяя вырваться, резким движением сдергивает с себя простыню и, наклонившись, впивается в обнаженную грудь.
СЕМЕН (постанывая)
Моя лакомка… Ты по пьяни еще вкуснее… Как я представлял… М-м-м…
Наташа плачет и задыхается от страха, не оставляет попыток освободиться и, едва ей удалось вырвать руку, дает хлесткую пощечину.
НАТАША
Вы же мой дядя! Нельзя! Нельзя!
Семен не обращает никакого внимания ни на ее слова, ни на рыдания, ни на взвизгивания от боли… Повалив девушку на спину, стонет, как боров, от удовольствия. Спустя несколько минут приподнимается над хрупким обессиленным от рыдания тельцем, на котором красуются бордовые отметины, следы рук, зубов и густой белой жижи между ног…СЕМЕН
Ты мне не поверишь, но… я влюблен в тебя… И хотел бы все иначе. Прости, что так… Не говори никому, ладно?
Бросает напоследок Семен и, обернувшись простыней, выходит из бани. Наташа лежит с закрытыми глазами, еле дышит от пережитого ужаса, по щекам текут слезы и затекают в уши. Спустя полчаса кое-как встает с досок и, трясущимися руками набрав черпаком воды, ополаскивается, все еще плача. Той же ночью уезжает в город. Рано утром ей звонит отец и спрашивает, почему уехала, не попрощавшись. Наташа говорит, что ей пришлось выйти на работу в выходной праздничный день. Отец удивляется, но ничего не уточняет. СЦЕНА 3. СПУСТЯ 2 МЕСЯЦА. ИНТ. МОСКОВСКАЯ КВАРТИРА. Наталья, заперевшись в туалете, внимательно читает только что вытащенную, смятую вчетверо, бумажку. Лицо краснеет, на глазах слезы, а девушку едва не хватает истерика, когда она держит в руках тест с положительным результатом. Он выпадает из ее дрожащих рук, а сама девушка сползает на колени. Прижимает ладони к груди, горько плачет взахлеб.
НАТАША
Нет! Господи, нет! Нет! Не-е-е-ет! (кричит так, что слышно на лестничной клетке) Я не могу сделать аборт! Убить! Нет! И не могу не сделать! Нет! Господи! Господи, за что?! – рыдая и крича, она в итоге, обессилев, распласталась на кафеле ванной комнаты без чувств…
СЦЕНА 4. Московская городская поликлиника. Отделение женской консультации. В очереди сидит бледная Наташа и еще несколько девушек. Наконец, из кабинета выходит медсестра и приглашает Наташу на осмотр. Наталья заходит и, подняв взор, от удивления разевает рот – врачом оказывается школьная подруга, Лариса.ЛАРИСА (ухмыляясь)
Ой, кого я вижу! Противница абортов собственной персоной! Ну, заходи-заходи! Что, заикрили тебя? А я говорила – никогда не говори никогда! И что это ты не предохранялась, умная такая?
Наталья оборачивается на входную дверь, зажмурив глаза…
