Свидетель

Я бегу так быстро, как только хватает сил, словно от этого зависит моя жизнь. Может быть, она и впрямь зависит от этого? Дождь хлёстко бьёт мою кожу и холодит пальцы. Жадно дышу. Мне хочется остановиться, упасть наземь, зареветь ребёнком и бить кулаками землю от возмущения, что мои проблемы никто ещё не решил. Потому что я не знаю, как решить их самой, не знаю, что мне делать и куда идти. Но возвращаться точно нельзя. Ни в коем случае, даже не думай об этом, Байрин! Людские кварталы пусты в поздний час. Я заворачиваю за угол очередного дома, хочу было сообразить, что стало с пустым, атаковавшим нас, и, чтобы сосредоточиться на его реацу, мне приходиться остановиться. Я не чувствую ничего и никого там, где он напал на наш отряд. Неужто и правда ушёл? Я так потрясена случившимся, что даже не заметила, в какой момент это произошло. Какой позор! И я ещё смею зваться шинигами. Запоздало боль начинает пробивать путь к моему сознанию. Опускаю глаза к рваной ране, идущей к груди от плеча. Она кажется мне странной и неестественной, должно быть, такой, какой она предстаёт ребёнку, не знающему, что с ней делать. Опираюсь спиной на забор и сползаю прямо на землю. Медленно закрываю ладонью рану. Кровь пропитала чёрные одежды, я чувствую её запах на своих рукавах сквозь сырой аромат земли и древесины у меня за спиной. Обессиленно запрокидываю голову. Небо вверху напоминает цемент - такое же плотное, серое, грубое и неподатливое. Молния взрезает низкие облака. В отдалении слышно, как кого-то окликают. Но это не шинигами. Голова пуста, будто думать мне совсем не о чем. Пульс бьёт по вискам наковальней. Внутри чувство, словно меня перекрутили через мясорубку. - Э-эй! - вновь слышу я. Безучастно поворачиваю голову в сторону. В конце улицы человек, скрытый в тени зонта. Лёгким движением он машет рукой, и от этого его кисть кропит дождём. Спиной я вжимаюсь ещё сильнее в забор, словно надеясь укрыться так от лишних звуков. Отстраненно обращаю взгляд в другой конец улицы. Но там никого. А? - Что-то вы совсем не откликаетесь, - вновь слышу я. Укоризненный тон. Это он мне? Шаги. Резко поворачиваю голову к высокой фигуре. Постукивая о мокрый асфальт деревянными подошвами гэта, мужчина неспешно направляется в мою сторону. В дождливом полумраке под зонтом различаю шляпу, тёмное хаори, да трость во второй его руке. Выглядит он незнакомо. Лишь когда он останавливается в паре метров, и мне удаётся увидеть его взгляд, я до конца осознаю, что смотрит мужчина прямо мне в глаза. Он и правда меня видит. Первый порыв - убежать. Но нужно ли это? Я неуклюже поднимаюсь и выставляю вперёд руку с мечом. - Ну-ну, не стоит так напрягаться, - выдает мужчина, в примирительном жесте приподнимая ладонь и придерживая трость одним лишь большим пальцем. Моё движение было скорее рефлекторным, выкинутым по привычке. Я буквально чувствую нутром, как он смотрит на мой меч. Сжимаю зубы от стыда. На рукояти кое как держится часть цубы, за ней - осколок лезвия с сантиметр длиной. - Гляжу, у вас тут образовалась проблема, - как бы невзначай замечает мужчина. Вне всякого сомнения, тело, находящееся передо мной, принадлежит человеку. И уровень реацу у него соответствующий. Человеческий. Я открываю рот, не зная, зачем, не находя слов, которые хочу сказать. Мужчина слегка наклоняется в мою сторону и произносит: -Думаю, я могу вам с этим помочь. Я смотрю на него в тупом оцепенении. Я не могу трезво оценить ситуацию и рассудить, какие есть варианты развития событий и что предпринять сейчас было бы наиболее рационально. Я хочу только чтобы всего этого просто не было. Тяжело и медленно я киваю. Незнакомец подходит ближе и тянется в мою сторону, будто собираясь поддеть рукой мой локоть. Я отшатываюсь, как ошпаренная. На мгновение на лице его возникает удивление. -Ну, если можете идти сами, то милости прошу. Мужчина слегка протягивает зонт, стараясь закрыть им и меня. В этот момент мне удаётся хорошо разглядеть неоднозначное выражение на его лице. Я не понимаю, как его для себя обозначить: внимательное или расслабленное, участливое или отстранённое, обеспокоенное или равнодушное. Мне не понятно даже, есть ли ему до меня дело или же у мужчины иные причины находиться здесь. С чего вдруг он предлагает мне свою помощь? Как он здесь оказался и почему видит меня? Кто он такой? Зародившиеся мысли натягиваются до предела и лопаются, как канат, не выдержавший нагрузки. Бездумными глазами я осматриваю мужское лицо и ничего в нём не нахожу. -Я… пойду за вами, - скомканно выдаю я, не желая ощущать так близко чужое присутствие. Есть в этом человеке нечто такое, что заставляет чувствовать себя ещё более уязвимой. С секунду он пристально глядит на меня, затем соглашается. -Ну, хорошо. Советую сильно не отставать. Разворачивается и неспешно отходит вдоль по улице, постукивая деревянными гэта о залитые водой дороги мира живых. Я жду, пока он отдалится метров на десять и начинаю плестись следом. Зажимаю ладонью плечо. В ногах - дикая усталость. В голове - ощущение, какое бывает в ночи при пробуждении от кошмара, когда сон ещё не отпустил до конца и не позволяет понять, что происходит и где я нахожусь. Ночная Каракура тонет в мареве дождя. Дома, улицы, вывески магазинов - всё сливается в одно размытое пятно. Город живых кажется безжизненным, серым и холодным, словно сам он тоже устал. На коже холодная дрожь. Воды под ногами так много, что она полностью поглощает мои варадзи и хлюпает под ступнями. Меня вообще не должно было быть здесь. Странная неестественная случайность - то, что я тут оказалась. В горле застрял жуткий ком. Я держусь взглядом за незнакомую фигуру впереди, думая лишь о том, куда мы идём, и не задавая никаких вопросов. Что может быть сейчас более безответственным, чем это? Вверить себя в руки абсолютно неизвестной мне личности, мотивов которого я не знаю. Мы доходим с ним до небольшого старого здания, выполненного на традиционный манер. Над входом вывеска, но текста я не различаю. Несмотря на поздний час, внутри горит свет. - Вот мы и на месте, - как ни в чём ни бывало, ободрённо произносит мужчина. Вдруг решётчатые сёдзи раздвигаются. В дверях мелькает красноволосая мальчишеская фигурка с удивлённым видом. - Хозяин, кто это с вами? Неужели тоже человек? И он тоже меня видит. Вдруг ощутив приступ тошноты, я пытаюсь опуститься коленями прямо на землю, чтобы не потерять равновесие. Но перед глазами всё застилает мутными пятнами, ноги мои подкашиваются. И разум съедает тьма.