Трещины

Джину ставит подписи странно. Это, наверное, звучит довольно утрированно. Руми вовсе не думает, что делать так плохо. Ей скорее не нравится, что она это замечает. И замечает очень даже часто. «От Джину» — написано на плакате. В социальных сетях вновь форсится видео с официальной фан-встречи Saja boys, где Джину довольно аккуратно и элегантно держит правую руку левой за предплечье, подписывая постер с собой. Выглядит, конечно, комично на фоне Мистери, который, слушая фанатов, ставит одни палочки на постерах маркером, загадочно отворачиваясь на дальнейших расспросах. В общем, Джину довольно аккуратен. Это обычная практика для каллиграфии, где используется кисть. Рука не должна отклоняться в разные стороны, она должна двигаться одной сплошной плавной линией, словно капля стекает по холсту. Руми об этом знает. Селин в свободное время часто занималась традиционными практиками. Каллиграфией тоже. В такие минуты женщина казалась Руми такой одухотворённой и спокойной. Её ровная спина и затихающая от прикосновения дрожащая рука походили на останавливание колебающейся струны. Джину продолжает использовать необычные старые привычки даже с шариковой ручкой или маркером, поражаясь при этом, каким аккуратным получается письмо. Это почему-то заставляет Руми испытывать необычные ощущения. Может, всё из-за того, что для него подобная вещь является обыденностью. С ним это не колебающаяся струна, которую прерывают, чтобы перестала отклоняться. У него это звучание, продолжение спокойства на лёгких нотках каягыма. Руми вовсе не нравится, что она это замечает. Эти привычки дают Джину имя, дают форму, дают черты, дают характер, дают человечность. — Я искренне не понимаю, о чём ты говоришь, — заявляет он на очередном шоу про тренды, качая головой на подобие социальных сетей. — От кого они? Почему не пишут имена в конце? Совсем непонятно, что происходит. — Ох, я слышал уже от многих, что Джину довольно старомоден, — говорит ведущий. Зал смеётся. Руми должна подпитываться от подобных шоу ненавистью. Для того, чтобы вылить яд на страницы ей необходимо видеть в Джину злейшего врага, способного принести большие проблемы миру. Для этого она и смотрит их. Но чем дольше длится это акцентирование на подобных моментах, тем больше Руми думает об этом, давя в себе лёгкую улыбку при виде сияющих глаз Джину, когда фанат наконец-то приносит ему кисть и чернила. Ей начинает казаться, что она так хорошо понимает это расслабление, когда ему удобно находиться в своей позиции и улыбаться из-за простых вещей, уверенный в следующих счастливых минутах… как самый обычный человек. «От Джину» — гласит лапша, рядом с которой стоит лапша с лицом Руми. Она берёт товар в руки, тяжело вздыхая. Красивая надпись, в его духе. Кто им делает рекламу? Работают хорошо. Может, даже слишком хорошо для обычной лапши. Руми позволяет себе слегка улыбнуться, открывая внутри себя малюсенькую трещину, сквозь которую просачивается бьющее в виски при каждом упоминании его имени «Джину ставит подписи странно». И Руми это кажется милым на данном этапе, когда она ест в круглосуточном супермаркете эту вкусную в своей простоте лапшу.