Сказки карточных морей

В королевстве, где реки пели на эльфийском, как забытые сны, жил шут по имени Джекстер. Он носил колпак с серебряными бубенцами, и когда смеялся, казалось, будто рассыпаются хрустальные звёзды. Но за его улыбкой скрывалась тайна: Джекстер любил ту, что никто не мог рассмешить — девушку из воды по имени Аквофал. Она жила в озере у старого моста. Её длинные, как водоросли, волосы сливались с течением, а глаза были синими-синими, словно глубина, куда не доходит свет. Говорили, что Аквофал — последняя капля дождя, оплакивающего мир. Каждый день Джекстер приходил к озеру. Он кувыркался на берегу, пел нелепые песни про рыб в перьях и даже пытался жонглировать лягушками. Но Аквофал лишь смотрела на него, и с её ресниц падала одна-единственная слезинка, растворяясь в воде. — Почему ты не смеёшься? — однажды спросил он, ловя отражение луны в ладони. — Потому что я — грусть, последнее что мне наследовал океан,когда ушёл, оставив после себя маленькое озеро, — ответила она. Тогда Джекстер снял свой колпак и забросил его на ветку ивы. — Я буду твоим океаном! Он не шутил три дня. Вместо этого он принёс Аквофал ракушки, в которых шумели древние течения, сплёл ей корону из речных цветов и научил ворон передавать ей письма — они писались рыбьей чешуёй на листьях кувшинок. Однажды ночью, когда туман обнял берег, Джекстер сделал последнее. Он встал на мосту и начал… танцевать. Нелепо, искренне, по-настоящему. Он падал, поднимался, кружился, как сумасшедший маятник, и вдруг — Тихий звук, похожий на звон разбитого стекла. Аквофал улыбалась. Её смех был похож на то, как звучит лёд, когда его касается весна. Из глаз больше не капали слёзы — вместо этого вода вокруг засверкала, как будто в ней проснулись тысячи светлячков. — Ты не грусть— сказал Джекстер, касаясь её руки. — Ты — радость, которая просто забыла, какого это — смеяться. С тех пор озеро у моста стало самым светлым местом в королевстве. А если прислушаться, бубенцы Джекстера до сих пор звенят в ритме двух сердец: одного, что билось, как ливень, и другого, что ответило ему, как отражение луны в воде. Ведь даже океан печали когда-то начинается с одной капли.