Спаси маленького Юаня, Лань Чжань...

— Вэнь Цин, чей это малыш? — спросил Вэй Усянь, глядя на младенца на руках Вэнь Цин — тому было едва ли немногим более месяца от роду. — Не знаю, Вэй Усянь, — призналась Вэнь Цин. — Бабушка передала мне его на руки и попросила позаботиться, тут же испустив последний вздох от слабости. Что нам делать, Вэй Усянь, куда нам идти? — Пойдём на гору Луаньцзан, Вэнь Цин, там безопаснее, — решил Вэй Усянь. — И растить маленького ребенка среди этой тьмы? — нахмурилась Вэнь Цин. — Но я ведь там выжил, — пожал плечами Вэй Усянь. — Да, Юань-эр совсем крошка, но ведь и я был изранен и лишён золотого ядра, а выжил там. Тем более, на Луаньцзан, в уединении, мне будет легче вернуть к жизни Вэнь Нина. — Не пытался бы ты, — покачала головой Вэнь Цин. — Смерть брата выбила у меня почву из-под ног, это верно, но делать из А-Нина живого мертвеца… Ведь это может быть просто опасно. А если, очнувшись, А-Нин будет уже не тем, кем был прежде? — Но и я не могу лишиться такого друга, каким был для меня Вэнь Нин, — заметил Вэй Усянь. — А ты действительно убита горем. Довольно с тебя смерти бабушки Вэнь. Идём. Вэнь Цин вздохнула, но согласилась.       С того дня, как Вэй Усянь и остатки семейства Вэнь поселились на горе Луаньцзан, для всех началась совершенно новая жизнь. Пока Вэни обустраивали деревню, а Вэй Усянь хлопотал над воскрешением Вэнь Нина, стремясь свести воздействие темной энергии в его новом существовании к минимуму, хотя, разумеется, совсем без неё тоже было нельзя, Вэнь Цин посвятила себя заботам о маленьком Юане. Достать грудного молока для него было негде, и Вэнь Цин пришлось воспользоваться духовной энергией, чтобы призвать свое собственное. Пришлось окружить колыбельку Юаня куполом из светлой ци, чтобы снизить влияние темной, которая была здесь повсюду. Это оказалось особенно важно, после того, как Вэй Усянь пришел к Вэнь Цин однажды и печально признался: — Вэнь Цин, я сделал всё, чтобы присутствие темной энергии в Вэнь Нине после его воскрешения, было не столь велико, но безуспешно. А не позволять ему подходить к А-Юаню тоже не хотелось бы. Хоть и дальний, но всё же Вэнь Нин — его дядя. — Он улыбнулся, готовясь преподнести Вэнь Цин уже более счастливую новость. — Зато теперь я наверняка знаю, что Вэнь Нин очнётся. Не позднее, чем завтра он снова будет с нами. — Но ты уверен? — строго спросила Вэнь Цин. — Этим шутить нельзя. — Это стоило мне огромного труда, Вэнь Цин, но да, я уверен, — кивнул Вэй Усянь. — Жаль, я не смогу прийти в пещеру Фумо, чтобы приветствовать А-Нина, — вздохнула Вэнь Цин. — А-Юаня не оставить одного. Но, может быть, немного позднее.