Бельмонт

Глава 2 — Шесть лет спустя Мне шесть. Формально — всего шесть лет, но в голове я гораздо старше. Прошло три года с того утра, когда я открыла глаза в теле девочки с янтарными глазами и фарфоровой кожей. Ни пятнышка, ни родинки — будто тело лепили вручную, стремясь к совершенству. Иногда я ловила на себе странные взгляды. Даже взрослые, повидавшие многое, порой замирали, глядя на меня. Домовые эльфы почтительно склоняли головы, но взгляд их всегда чуть скользил в сторону, будто я слишком яркая — или слишком чужая. Казалось, моя внешность — не просто красивая, а… неправильная. Неподходящая для ребёнка. Будто я — нечто другое. Я тоже это чувствовала. Иногда, глядя в зеркало, мне казалось, что отражение чуть опаздывает, или взгляд в нём глубже, чем должен быть у шестилетней девочки. Но я лишь вздыхала. Всё равно — это теперь моё тело. Моя жизнь. Каждое утро начинается одинаково: в мою комнату заглядывает Тили — самый суетливый домовой эльф с дрожащими ушами, который с волнением напоминает, что пора вставать. — Мисс Мариэль, просыпайтесь, у вас через десять минут занятия! Фло — старшая из домовых эльфов — заботливо помогает с причёской и одеждой, бормочет заклинания, пока расчёсывает волосы, и всегда находит пылинки даже там, где их нет. Потом — уроки. Сначала с матерью — Изабель. Она преподаёт историю магии, родословные великих домов, структуру политического мира, ритуалы. Изабель — женщина строгая, точная, с британской сдержанностью и лёгким оттенком парижской стали. Когда она говорит, в доме становится тише. — Произнеси заново, — требует она сегодня, когда я путаю древний девиз Бельмонтов. — "Par le sang, par l’ombre, par le pacte", — повторяю чётко по-французски — языку моего отца. Я знаю, что он улыбается, когда слышит эти слова. После уроков с матерью — практика с отцом, Луи. Он совсем другой. Молчаливый, ироничный, чуть рассеянный. Может целый день просидеть над заклинанием, изучая, как оно взаимодействует с погодой или растениями. Он учит меня ощущать магию не словами, а кожей, дыханием, внутренним чувством. — Закрой глаза, — говорит он. — Что ты чувствуешь здесь, в саду? — Силу… но не свою. Что-то древнее. Он кивает. Значит, я права. Потом мы просто стоим, и ветер играет листвой. Его молчание — тоже урок. После обеда — самостоятельные занятия. Я читаю много. У меня есть отдельная полка с книгами, которую охраняет моя ворона — фамильяр Ноа. Мы общаемся почти мысленно: она передаёт мне образы, ощущения, намёки. Иногда воспоминания прошлой жизни — той, что была раньше, в двадцать лет. Она напоминает, что я не просто Мариэль. Я — часть чего-то большего. Я здесь не случайно. С семьёй я общаюсь спокойно, без притворства. Они видят меня насквозь. Луи относится ко мне как к взрослой, Изабель — как к проекту, который нельзя сломать. Думаю, они знают, что я особенная, но не задают лишних вопросов. Ужин — семейный ритуал. Домовые эльфы — Фло, Тили и Мирон — безупречно сервируют стол, магия переплетается с уютом. У Фло есть коллекция плавающих свечей, Мирон ворчит на летучие приборы, а Тили постоянно забывает, что нельзя трогать вещи хозяйки. Дом полон старинной магии: призраков предков, следов забытых ритуалов. Луи говорит, что всему своё время. Иногда ночью я слышу их тихие разговоры, шёпоты за стенами. Они что-то скрывают, возможно — от меня. Я не лезу. Пока. Этот дом — как сложный узор, в котором я постепенно распутываю свою жизнь. На шестом году жизни я уже знаю, как растят детей в древних родах. Это не игры и сказки, а магия, дисциплина, ритуалы, заклинания. Я прошла первое очищение, умею вызывать защиту, начерчивать руны, связывать волю в узлы. Но иногда, перед сном, я просто лежу и думаю: может, это и есть счастье — второй шанс, дом, где меня принимают, семья, которая смотрит в глаза. Магия, что зовёт дальше. Раннее утро заливало дом мягким светом. Я стояла в большом зале с высокими потолками, стены которого украшали гобелены с древними символами семьи Бельмонт. На полу под ногами был выложен круг из таинственных рун — место для тренировок. Отец мягко улыбнулся и сказал: — Сегодня мы не будем загадывать больших чудес, Мариэль. Твоя задача — почувствовать магию вокруг себя, понять, что она живёт в тебе. Я кивнула, стараясь сосредоточиться. Закрыла глаза, глубоко вдохнула и выдохнула. — Представь, что внутри тебя горит маленький огонёк, — тихо добавил отец. Я пыталась почувствовать это тепло, это что-то, что я раньше не замечала. Внутри было словно лёгкое покалывание, едва заметное, но живое. — Хорошо, — улыбнулся Луи. — Магия — это не всегда громкие вспышки и взрывы. Иногда это просто тихое дыхание мира. Твои янтарные глаза — особенные. Они позволяют видеть то, что скрыто от других. Я открыла глаза и посмотрела на него. — Почему они такие? — спросила я. Отец задумался на мгновение и ответил: — Это древнее наследие нашего рода, Мариэль. Янтарные глаза — знак магической силы, который передаётся от поколения к поколению. Они помогают чувствовать и понимать магию вокруг. Я смотрела в его глаза, и внутри меня что-то трепетало — гордость, удивление и тепло. В комнату тихо вошли домовые эльфы — Фло, Тили и Мирон. Фло улыбнулась и сказала: — Мисс Мариэль, вы отлично справились сегодня. Тили протянул мне свежее печенье, а Мирон пошутил: — Главное — не забывай отдыхать между тренировками, а то магия устанет. Я улыбнулась и погладила свою ворону Ноа, которая смотрела на меня с окна. — Спасибо, — прошептала я ей. В тот момент я поняла — моя магия только начинает пробуждаться, и это всего лишь начало большого пути.