Взрывной праздничный ужин

Таня вздыхает, протирая пыль с полки, когда слышит звонок в дверь. Она бросает тряпку на диван и идёт открывать, зная, что это её подруга Наташа. Дверь распахивается, и перед ней появляется улыбающаяся рыжеволосая девушка с руками, загруженными пакетами еды. — Ну, здравствуй, свинка! — Таня говорит с лёгкой ухмылкой, глядя на то, как Наташа пытается пронести все пакеты в квартиру, её белая рубашка уже слегка натянута на округлом животе, а на пышных грудях вовсе еле держится. Наташа фыркает, проходя мимо: — Не называй меня так! Я просто… принесла нам немного еды для праздника. Ты же знаешь, я не могу прийти с пустыми руками. Она ставит пакеты на кухонный стол, и Таня замечает, как подруга уже начинает копаться в них, вытаскивая пачку чипсов. Наташа отрывает уголок и засовывает горсть в рот, жуя с довольным выражением на лице. — Ну, конечно, сразу начинаешь жрать, — с притворным раздражением говорит Таня, но внутри ей забавно наблюдать за тем, как Наташа с таким удовольствием наслаждается едой. — Я не жру! — протестует Наташа, но её щёки уже набиты чипсами, и она с трудом проговаривает слова. — Я просто… проверяю качество. Таня смеётся и возвращается к уборке, оставляя Наташу одну на кухне. Раскладывая на кухонный стол ингредиенты и напитки Нат то и дело облизывалась, предвкушая то как она будет всё это есть. Она всегда отличалась хорошим аппетитом, но сегодня, вся перевозбужденная, она была особенно голодна. Пухлая девушка приступила к головке, нарезала колбаску и овощи, натирала сыр и расставляла сладости. Приступив к тесту для пиццы и положив в духовку курицу она сама не заметила, как начала парой подъедать то кусок сыра, то колбаску, то какую-нибудь шоколадку, а её животик урчал и просил ещё. — Ммм... — Поглаживая урчащее пузико она посмотрела на тесто — Танечка не обидится, если я чуть-чуть подкреплюсь, мы же подружки! После этого она начала есть даже кусочки теста. Время шло, большая сочная курица остывала на столе, пицца вот вот должна была быть готова, а остальной стол... Опустел. Закусок не осталось, как и почти всех сладостей, из трёх двухлитровик колы осталось только две. Живот, ранее просто полненький, теперь походил больше на напряженный шарик, размером не больше чем небольшой мячик. Рука Наташи сама собой потирала и гладила животик, что урчал и требовал большего. — У-у-у-у~ Кола хорошо пошла~ ... Но маловато как-то... Я всё ещё такая голодная — Взгляд Наташи пал на блюда на столе, а ручки сами потянулись к миске с салатом — Ладно! Немножко скушаю, Танька даже не заметит! В то время Таня закончила уборку, уже догадываясь, что на кухне происходит что-то странное учитывая те охи и постанывания, что она слышала. Наконец заглянув туда, картина, представшая перед глазами девушки, заставляет её остановиться. Наташа сидит на стуле, её рубашка расстегнута до середины живота, который уже заметно округлился от съеденного, натянувшись и став размером не меньше чем животик беременной на 8-ом месяце девушки. Перед ней на столе лежит большая пицца, вернее то, что от неё осталось и она с удовольствием доедает последний кусок. — Ты серьёзно? — Таня говорит, скрестив руки на груди. — Ты съела всю еду? Наташа смущённо улыбается: — Ну… она такая вкусная была! Я не могла удержаться. Таня подходит ближе и наклоняется к животу Наташи, который бурчит и булькает то и дело. — Ты настоящая свинка, знаешь ли. Смотри, как ты раздулась! Наташа обиженно восклицает: — Я не свинка! Просто… я люблю чуть-чуть поесть. Таня хитро ухмыльнулась, ее темные волосы упали на плечи, когда она положила руки на свои бёдра, глядя на Наташу и понимая для себя что-то. — Как это не свинка? Ты самая настоящая свинюшка, ты столько в себя напихала! И так жопа в джинсы еле помещается, да и рубашка на груди за жизнь борется! Ещё наедать хочешь? Наташа надулась, на этот раз только в переносном смысле, ее щеки вспыхнули, когда она попыталась поправить рубашку, но это было бесполезно — пуговицы отказывались застегиваться или даже сводится на её раздутом пузе. — И вовсе не еле помещается! Да и рубашка... Просто мала чутка! — запротестовала она, хотя в ее голосе не было уверенности. Она инстинктивно потерла живот, словно пытаясь унять охватившую ее полноту. Глаза Тани заблестели от опасного возбуждения. Она наклонилась ближе, и ее губы изогнулись в ещё более лукавой улыбке. — Ну что ж, если ты такая маленькая свинка, то, возможно, тебе нужно наказание. Ее голос был тихим, почти мурлыкающим, и от этого у Наташи по спине пробежали мурашки. Наташа моргнула, рыжие волосы обрамляли ее лицо, когда она посмотрела на Таню широко раскрытыми, растерянными глазами. — Наказание? Что ты имеешь в виду? Таня ответила не сразу. Вместо этого она отступила назад и, покачивая бедрами, направилась к кухонному столу. Ее движения были неторопливыми, рассчитанными, как будто она готовила почву для чего-то большего. Наташа нервно наблюдала за происходящим, ее пухлые пальцы теребили край рубашки. — Иди сюда, - скомандовала Таня твердым, но с несомненной теплотой в голосе. Наташа на мгновение заколебалась, прежде чем медленно подняться со стула, ее тело слегка покачивалось под тяжестью полного желудка. Она кое-как подошла к Тане, ее щеки все еще пылали от смущения. Таня повернулась к ней лицом, и ее губы изогнулись в озорной улыбке. — Нагнись, - приказала она, указывая на нижний шкафчик рядом с раковиной. Наташа нахмурилась, на ее лице отразилось замешательство. — Зачем? — Не задавай вопросов. — ответила Таня, ее тон не оставлял места для возражений. Наташа вздохнула и наклонилась, ее округлые бедра выпятились, когда она наклонилась вперед. Ее живот тяжело свисал, ткань рубашки слегка задралась, обнажая нежную натянутую кожу. Таня некоторое время наблюдала за ней, задержав взгляд на пышных формах Наташи. Затем быстрым движением она достала из ящика стола маленький электрический насос. Он был гладким и компактным, его назначение было сразу понятно. Наташа оглянулась через плечо, и ее глаза испуганно расширились. — Таня, что это?! Но Таня не ответила. Вместо этого она подошла ближе, держа пульт в одной руке и длинную трубку в другой. Прежде чем Наташа успела среагировать, Таня быстро сунула трубку в толстую задницу Нат и щелкнула выключателем. Насос с жужжанием заработал, и Наташа ахнула, почувствовав, как ее наполняет внезапный поток воздуха. — Таня! Что ты делаешь?! Наташа вскрикнула, ее голос дрожал от смеси шока и удовольствия. Ее руки вцепились в край столешницы, когда ощущения захлестнули ее с головой. Ее живот начал увеличиваться еще больше, давление внутри нарастало, пока насос творил свое волшебство. Таня со смесью восхищения и удовлетворения наблюдала, как тело Наташи реагирует на вторжение. — Ты сама виновата, маленькая свинка, тебе нужно соответствовать размерам своего аппетита не так ли? — прошептала она низким и страстным голосом. Наташа дышала короткими, неглубокими вдохами, пытаясь справиться с переполнявшими ее ощущениями. Живот продолжал раздуваться, он дулся и дулся, расширялся и расширялся, всё сильнее булькая, пока воздух выталкивал из него газы. Тихий стон сорвался с ее губ, когда давление стало почти невыносимым, но, как ни парадоксально, доставляющим удовольствие. — Таня… остановись… это слишком…~ — Наташа всхлипнула, хотя ее тело, казалось, предавало ее слова. Ее бедра слегка покачивались, как бы поощряя Таню продолжать. Таня ухмыльнулась, ее пальцы сжали пульт. — Ты уверена? Потому что мне кажется, тебе это нравится. Она слегка усилила давление, наблюдая, как живот Наташи увеличился еще больше. Звук наполняющего ее воздуха тихим эхом разнесся по кухне, смешиваясь с хриплыми стонами Наташи. Наташа еще крепче вцепилась в столешницу, костяшки пальцев побелели, когда она попыталась удержаться на ногах. — Я... я не могу… — она тяжело дышала, ее голос был едва громче шепота. Но, несмотря на ее протесты, нельзя было не заметить возбуждения в ее глазах или того, как ее тело вздрагивало от каждой новой волны ощущений. Таня наклонилась ближе, ее губы коснулись Наташиного уха, и она прошептала: — Ты знаешь, я хотела это сделать ночью, но ты так набила себя, что я не смогла отказать себе От этих слов по спине Наташи пробежали мурашки, и она тихо застонала от удовольствия и капитуляции. Ее живот теперь был огромным, его упругая поверхность блестела от пота. Давление внутри нее было сильным, но сопровождалось странным, опьяняющим чувством эйфории. — Танечка… пожалуйста… Наташа застонала, ее голос дрожал от отчаяния. Таня тихо рассмеялась, ее теплое дыхание коснулось Наташиной кожи. — Говоришь «пожалуйста», когда хочешь больше? — поддразнила она, устанавливая насос на максимальную мощность. Все тело Наташи содрогнулось, когда воздух хлынул в нее с новой силой. Ее спина с силой выгнулась, и она издала громкий, безудержный стон, который эхом разнесся по кухне. Упав на стул своей жирной задницей, она схватила своё пузо руками пытаясь наивно сдержать его рот, но тщетно. Ее живот теперь был больше, чем когда-либо, по размерам соперничая с пляжным мячом, на котором лежали её груди-дыньки, и зловеще скрипел, угрожая достичь своего предела. — Таня! Я… я думаю, я лопну!~ захныкала Наташа дрожащим голосом, когда ее живот стал большим, упругим и блестящим в свете кухонной лампы издав громкий скрип. Ее руки неловко держали его, будто бы пытаясь предотвратить неизбежное. И вот Таня наконец нажала на кнопку и поток воздуха прекратился. Наташа уже хотела тяжело вздохнуть, но не стала, боясь порваться по швам, дыша маленькими вздохами — Дааа Наташ... Ты прям умеешь дуться правда?~ Это приятно не так ли?~ Наташа прерывисто выдохнула, ее щеки вспыхнули, когда Танины пальцы прошлись по ее коже. ― Я... я не знаю... — она запнулась, когда прикосновение Тани вызвало дрожь по ее телу. Она чувствовала, как каждое легкое надавливание, каждая ласка усиливают охватывающие ее ощущения. Таня тихо засмеялась, слегка царапая ногтями чувствительную плоть Наташи. ― Ты не знаешь? — поддразнила она, наклоняясь ближе, обдавая горячим дыханием Наташино ухо. ― Но твое тело говорит иначе, Наташа. Смотри, как оно реагирует на меня. У Наташи перехватило дыхание, когда руки Тани скользнули ниже, обводя ее пупок, прежде чем опуститься к складке, где живот соединялся с бедрами. Ее круглые бедра непроизвольно дернулись, требуя большего контакта, большего трения. ― Таня... пожалуйста... — неуверенно сказала она, ее голос был едва слышен. ― Пожалуйста что? — невинно спросила Таня, лениво проводя пальцами по Наташиной коже. ― Скажи точно, чего ты хочешь. Я не могу читать твои мысли, милая. ― Я... я хочу... — Наташа колебалась, ее разум был затуманен желанием и смущением. Но прежде чем она смогла закончить, рука Тани скользнула ниже, раскрыв пуговицу на джинсах, коснувшись влажной ткани ее нижнего белья. Наташа ахнула, ее спина выгнулась, когда тело предало ее, а пузо забулькало. Таня лукаво усмехнулась, ее пальцы чуть сильнее надавили на чувствительный комочек нервов, скрытый под тканью. ― Вот видишь? Очень приятно, — пробормотала она, и ее голос сочился удовлетворением. ― Твое тело знает, чего оно хочет, даже если ты сама боишься признать это. Руки Тани блуждали по всему телу Наташи, разминая натянутую обожру, которая не могла не стонать во время этого действа, вся раскрасневшись и то и дело борясь с отрыжкой и булькая раздутым пузом. Спустя ещё несколько прикосновений, Таня потянулась к лицу Нади и поцеловала её, после чего отошла на пару шагов ― А говоришь, что не свинка, жирная, дутая, пузатая и сисястая, настоящая свинюха, Наташка.~ ― Ммм... Я... Я не свинья *буэрп* я... я не... О-о-ох...~ ― А кто всё съела а? Сожрала всю еду и мне ничего не оставила? Разве не ты? А?! Наташа зажмурилась и потянула за рубашку руками ― Н-ну ладно! Д-да! Я свинка! Я не умею себя *буэрп* сдерживать! Я толстушка и дутая свинья! ― Вот, вот так то... Ну ничего, молодец, главное ты признала, у меня для тебя есть небольшая награда. С этими словами Таня достала из кармана... Конфетку ментос, перекладывая её между своими пальцами. ― Т-тань... Ну ты чего... Я же лопну... ― Не смотря на глаза, голодный взгляд Наташки устремился прямо на конфетку. ― Да ладно тебе, свинки не лопаются, ты же не шарик какой-то. ― После этих слов она подошла поближе. — М-м-м~ *буэрп* Ну... Я... Наташа положила руки на свой огромный живот и слегка надавила на него, покачиваясь на месте. Сразу же из её рта вышла долгая отрыжка сопровождаемая протяжным жалобным стоном. — У-у-у~ Нет, я самый *ууурп* самый настоящий шарик... Конфетка выглядит так вкусно... Но я ведь и правда точно лопну~ Таня подошла почти вплотную и тяжело вздохнула говоря с наигранно расстроенным голосом. — Ну ладно, а ведь это последняя специально для тебя, награда всё-таки, да и... Это ведь мой день рождения. Наташа то смотрела на Таню жалобным взглядом, всхлипывая, то на конфетку с явным желанием в глазах. Всё её тело подсказывало, нет, кричало ей, что это очень плохая идея. Газы выходили то и дело отрыжкой, а пузо, безмерно раздутое и тугое, поскрипывало и без остановки булькало. Нат зажмурилась и облизала губки, после чего снова взглянула на Таню и наконец сказала: — М-м-м~ *буэрп* Л-ладно! Раз сегодня твой день рождения, то как я могу тебе отказать?.. Да и от одной конфетки ничего страшного не произойдет, правда? Таня улыбнулась и вытягула руку с конфеткой прямо ко рту своей надутой как шар подруги. — Конечно, свинка, кушай! Нат кивнула издав пару коротких стонов и, буквально, слизала конфетку с руки подруги, что сразу упала на брюхо ненасытной Наташи. Девушка даже не потрудилась разжевать сладлсть перед тем как проглотить, а после опустила взгляд на своё пузо, осматривая его. — М... *Уурп* Какая вкусная~ И ничего плохого не случилось! Ты права Танечка! Свинки и правда не лоп- *БУЭЭРП* А-А-АХ!~ С громким мычанием, сопровождаемым отрыжкой и протяжным стоном Наташи, натянутый живот забурлил, начал сильнее скрипеть и дрогнул, приступая к неумолимому раздутию. В отличие от насоса, что раздувал брюхо Наташи ровномерно и постепенно, газы внутри неё накапливались толчками, распирая её волнами. Нат схватишась крепко за пузо, пытаясь наивно остановить неизбежное, а Таня массирлвала его прижавшись к брюху подруги. — Щщщщ, тихо тихо Наташенька, всё хорошо! — У-у-у-у-у! А-а-а-ах! *Буэрп* Т-тань! М-меня распирает! Н-не мог- *Уууурп* У-у-у-у-у! — Да, Нат, тебя раздувает как шарик газиками. Пузо Наташи страшно скрипело и покралось красными растяжками, переваливая размером за все мыслимые пределы. Скоро, к отрыжкам непроизвольно присоединились и периодические пуки. Наташа держалась за пузо хныча — А-а-а-ах, я... Я не могу! Я такая большая! — Да, ты прото огромная — Таня поцеловала живот Наташи чувствуя как он натягивается как барабан. — А-ах! О-о-ох А-а-а-ах! Я! *Буэрп* я лопну! Я точно л-лопну! — Да моя свинка, твоё пузо раздулось до предела, смотри как скрипит, скоро ты точно лопнешь! — У-у-у-у-у у-у-у-у-у-у-у! А-А-А-АХ! А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!~ Крики Наташи, полные напряжения и... Извращенного удовольвия раздовались по всей квартиры, соправождаемые натростающим скрипом её кожи. Живот начал трястись, став размером почти с саму Нат и вдруг перестал рости. Она жалобно посмотрела на него, а потом на Таньку, что отршла на пару шагов назад улыбаысь. — С-сейчас! *БУЭЭРП* Лопну! *УУУУУРП* Передутое до нельзя, распертое пузико девушки булькнуло и раздулось последним толчком, Нат завизжала держась за него и отгибая голову наверх. И наконец комнату обдал громкий грязный и влажный хлопок, после которого послышался лишь звук падения сожержимого прожорливой свинки по комнате. Таню буквально откинуло волной нагнетенного воздуха и газа, она лежала на полу улыбаясь, после чего поднялась на ноги и пошла мыться в экстазе от исполнения давно желанного плана. — С днём рождения меня.