Одержимость

Холодный ноябрьский ветер хлестал по лицу, когда T.O.P выходил из черного внедорожника перед своим особняком. Дождь, начавшийся еще днем, теперь превратился в настоящий ливень, и крупные капли с грохотом барабанили по крыше машины. Он резко дернул воротник пальто повыше, стараясь защититься от ледяных брызг. "Спокойной ночи, сэр", - глухо проговорил один из охранников, закрывая за ним тяжелую дубовую дверь. В прихожей пахло свежим воском и дорогим деревом - сегодня приходила уборщица. T.O.P медленно снял промокшие ботинки, чувствуя, как усталость наваливается на плечи тяжелым грузом. Ночные съемки клипа затянулись на четыре часа дольше запланированного. Он прошел в гостиную, щурясь от яркого света люстры. В комнате было слишком тихо - только тиканье старинных часов на каминной полке нарушало гнетущую тишину. Странно, но сегодня даже эта привычная деталь интерьера казалась ему зловещей. "Кофе?" - пробормотал он себе под нос, направляясь на кухню. Хотя в такую ночь лучше бы выпить чего-то покрепче. Поворот выключателя. Мягкий свет заполнил кухонное пространство. И тут он увидел... На мраморной столешнице, прямо посреди его любимой кофейной чашки из тонкого фарфора, стояла коробка. Небольшая, аккуратная, черного бархата с серебряной лентой. Такая, какие обычно дарят в ювелирных магазинах. T.O.P замер. В горле пересохло. Он точно не заказывал ничего. И уж тем более не оставлял на кухне никаких коробок перед уходом. Шаги его эхом разнеслись по дому, когда он медленно приближался к столу. Руки дрожали, хотя он изо всех сил старался взять себя в руки. "Может, менеджер что-то подбросил?" - слабая надежда мелькнула в сознании. Ближе. Еще ближе. Теперь он видел каждую складочку на бархате, каждый блик света на серебряной ленте. От коробки пахло... духами. Тяжелыми, цветочными, с горьковатым оттенком. Совсем не теми, что он когда-либо дарил своим подругам. Нож для бумаг лежал в ящике рядом. Дрожащими пальцами T.O.P достал его. Лезвие блеснуло в свете лампы, когда он перерезал ленту. Шелк с неприятным шелестом развязался. Крышка коробки приподнялась с едва слышным хлопком. Внутри, на атласной подушке цвета слоновой кости, лежала кукла. Не простая кукла. Это была его точная копия в миниатюре. Каждая деталь - от прически до крохотных кожаных ботинок - была выполнена с пугающей точностью. Даже выражение лица - то самое, задумчивое, с легкой улыбкой, которое он часто носил во время интервью. "Что за черт..." - вырвалось у него шепотом. Пальцы сами потянулись к кукле. В тот момент, когда он взял ее в руки, что-то показалось ему странным. Шея куклы... Она была неестественно теплой, почти как живая. И когда он повернул головку куклы, чтобы рассмотреть получше, его пальцы наткнулись на что-то липкое. Кровь. Не краска, не пищевой краситель - настоящая кровь, сочащаяся из аккуратного надреза на миниатюрной шее куклы. Она медленно стекала по его пальцам, теплая и густая. "АААРГХ!" - T.O.P отшвырнул куклу через всю кухню. Она ударилась о холодильник с глухим стуком, оставив кровавый след на белой эмали. Сердце бешено колотилось, в глазах потемнело. Он схватился за столешницу, чтобы не упасть. Дыхание сбилось, в ушах звенело. Только через несколько минут он смог заставить себя подойти к злополучной коробке. На дне, под вынутой подушкой, лежала записка. Бумага дорогая, с водяными знаками. А почерк... ровный, почти каллиграфический: "Хочешь почувствовать это по-настоящему?" Внизу, вместо подписи - отпечаток губной помады. Кроваво-красный. Почти черный при таком освещении. T.O.P схватил телефон. Пальцы дрожали так, что он трижды ошибался, набирая номер полиции. Полицейский участок пах дезинфицирующим средством и дешевым кофе. За столом напротив сидел детектив лет пятидесяти с усталыми глазами и пятном от соевого соуса на галстуке. Он лениво перекладывал бумаги, даже не пытаясь скрыть свое равнодушие. "Итак, мистер Чхве, - полицейский тяжело вздохнул, - вы утверждаете, что получили... куклу с кровью?" "Да! И записку с угрозами! Она уже несколько недель преследует меня!" - голос T.O.P звучал хрипло от напряжения. Полицейский перевел взгляд на пластиковый пакет с уликами, где лежала злополучная кукла. "Нет следов взлома, нет реального нападения... - он развел руками. - Что вы хотите, чтобы мы сделали? Преследование - это серьезно, но пока нет состава преступления." "Она была в моем доме! Оставила эту... эту мерзость на моей кухне!" - T.O.P ударил кулаком по столу, заставив бумаги подпрыгнуть. Полицейский лишь поднял брови: "Фанатки бывают навязчивыми. Поменяйте замки, усильте охрану. Если будет реальное нападение - звоните." T.O.P хотел что-то возразить, но в этот момент дверь кабинета приоткрылась. Молодой сержант с аккуратной стрижкой заглянул внутрь: "Сэр, вам звонят из прокуратуры." Когда T.O.P выходил из кабинета, подавленный и злой, этот же сержант неожиданно остановил его в коридоре: "Мистер Чхве, я... я знаю, кто вы. Моя младшая сестра вас обожает." Он огляделся по сторонам и понизил голос: "Такие... как эта женщина... они не останавливаются. Будьте осторожнее." В его глазах читалась искренняя тревога. T.O.P хотел поблагодарить, но сержант уже быстро удалялся по коридору, оставив его одного с нарастающим чувством безысходности. Той ночью T.O.P не выключал свет в спальне. Он лежал одетый на кровати, сжимая в руках бейсбольную биту. Каждый шорох за окном заставлял его вздрагивать. Часы на тумбочке показывали 3:17, когда его веки наконец начали слипаться... ГРОХОТ! Он вскочил, едва не ударившись головой о прикроватную лампу. Где-то в доме разбилось стекло. Сердце бешено колотилось, когда он схватил биту и медленно двинулся к двери. "Кто здесь?" - его голос дрожал. Тишина. Только часы в гостиной продолжали свое размеренное тиканье. Он проверил каждую комнату, каждый угол. Окна были целы, двери заперты. Охранники у ворот уверяли, что никто не приближался к дому. "Галлюцинации..." - прошептал он, потирая глаза. Возможно, это просто последствия переутомления. Но когда он вернулся в спальню, ледяной ужас сковал его тело. На его подушке, там, где только что лежала его голова, теперь лежал нож. Кухонный, с пятнами чего-то темного на лезвии. И телефон на тумбочке вибрировал, показывая новое сообщение: "Сладких снов, Хён-а." Внизу экрана - фотография. Он сам, спящий в кровати. Снято несколько минут назад. Из угла этой самой комнаты.