На ночь

– Я чур с мальчиками! – Ханджи прыгала козочкой вокруг походных палаток. Ночь застала их в пути. – Ты уточни хоть с какими, – Майк меланхолично щипал свои усы и тормошил догорающий огонь. В последнее время экспедиции выдавались крайне удачными, и разведчики расслабились. – С Эрвином и Левасиком, конечно! – по уставу капитаны должны находиться рядом со своими отрядами, но спустя долгие уговоры и одно «видимо, спать я не буду, потому что Оруо ужасно храпит» Эрвин сдался и разрешил распределяться самим с одним условием – не больше трёх человек на палатку. – Я против. Я с Очкастой спать не буду. – Вот Моблит мечтал бы оказаться на твоём месте, Коротышка. – А, что? Зачем Моблиту спать со мной? – предмет обсуждения стремительно покраснел. Почему-то Ханджи давались сложнейшие уравнения, но вот природу чувств своего подопечного она упорно не разгадывала. – А тебе зачем? Я тоже, может, мечтаю оказаться с Моблитом. – Как зачем? Подсматривать за вами, конечно! За Захариусами скучно, там смотреть нечего. И не обманывай, я-то знаю, где ты хочешь сейчас оказаться. И с кем... – Да ну, расскажи. – В мягкой кроватке после чашечки чая, с Эрвином под боком и чтобы... – рука капитана потянулась к чужому воротнику. – Так! Отбой. Все по палаткам. – Отлично, идёмте! – Предатели... – Нанаба лишь ухмыльнулась и пожала плечами на ворчание Леви. Она была рада, что в соседи им с Майком достался тихий Моблит. Зазвучал горн, разведчики закопошились и спустя десять минут все улеглись. Трещал ночной огонь, двое дозорных следили за слабым костром, остальные четверо ходили по периметру – забывать о безопасности было никак нельзя. В командорской палатке долго не было спокойствия. – Четырехглазая, какого хера? – Я хочу спать рядом с тобоооой... – Я про другое! – Я не сплю в рубашке, это неудобно. Иди сюда! – Эрвин! Сделай что-нибудь, что ты как пень старый застыл? Иначе завтра она не встанет. Клянусь. Леви яростно пинался, пока полуголая Ханджи пыталась утянуть его в объятия. – Видимо меня одного утомила эта поездка. Откуда у вас столько сил и энергии?.. – Эрвин устало потер переносицу, разглядывая клубок из своих лучших бойцов. – Стареешь, Эрв. Вот раньше ты с экспедиции возвращался, а на следующее утро уже на тренировке на УПМ крутился, – Ханджи отлетела в другой конец палатки. – Просто раньше я не был командором. Ложитесь уже, – он не стал дожидаться пока Ханджи начнет протестовать и лег поперек спальных мешков. – Спокойной ночи. – Споки-ноки, мальчики! – Мгм. Наконец настала блаженная тишина. Эрвин даже укрываться не стал, его поза для отдыха называлась «труп человека, который счастливо умер от старости, а не потому что его съели титаны». Конечно, никто из Разведотряда не рассчитывал на такую кончину. Он прислушался: птички щебетали свои вечерние песни, дежурные напевали что-то себе под нос, подала голос сова. В палатке было слишком тихо – предвестник скорой бури, если рядом есть Ханджи Зоэ. Эрвин напрягся, работа на вылазках за стены научила его никогда не расслабляться, даже если рядом только самые близкие друзья. – Эрвиииин... Он упорно делал вид, что спит, только дышать стал чаще, чем хотелось бы. Как хищник, почувствовав запах слабости, Ханджи перешла в наступление. – Эрвииин, я вижу, что ты не спишь. Почитай сказку, я не могу заснуть. Делать было нечего. – Ты даже не пыталась, полежи спокойно и заснешь. – Я себя знаю, я не засну... Ты старший, так что ты и рассказывай, это твоя обязанность. Вот ещё! Когда дело касалось его обязанностей, Эрвин был осведомлен о них лучше чем кто-либо. И рассказывание сказок на ночь своим офицерам во время экспедиций в длиннющий список его должностных правил не входило. – Вот Моблит мне всегда сказки читает. Я всем расскажу, какой ты командир!.. Не заботишься о своих людях... – Ханджи. Я устал. Пожалуйста. – Ну Эрвиииииин... – Вот посмотри на Леви – маленький, а спит без сказки. – Это я маленький?! Эрвин, ты не охуел случаем? – палатка разом оживилась. – Вот, он тоже не спит! Давай сказку. – Да, Эрвин, расскажи нам что-нибудь. Тут же все такие маленькие, мы сами никак не уснём, – Леви умудрился лёжа скрестить руки, и если бы желчью в его голосе можно было убивать, то вся разведка лежала бы покойниками. – Святая Мария, Леви, не обижайся, пожалуйста! Я не хотел тебя задеть, это невинная шутка. – Если тебе что-то не нравится во мне, то надо было сразу говорить. – Всё меня устраивает, извини. – Я тебе проститутка, чтобы ты мне оценку ставил "устраивает–не устраивает"? – Ну что же вы! Не ругайтесь, я же перестану верить в любовь... Знаете, какой лучший способ помириться? – ... – Послушать сказку конечно! Эрвасик, начинай! – Титан с вами, ладно... Только успокойтесь, – Эрвин раскинул руки, теперь он больше походил на распятье на кресте. Ханджи сразу забралась в объятия, а Леви Эрвин сам подтащил ближе. – Жили-были на свете старый король с королевой, и не было у них детей. Но вот, наконец, родилась дочь, на ее именины собрали весь людской народ, а также двенадцать лесных фей... – А тринадцатая фея была очень злая и старая, да? Поэтому ее не позвали, она обиделась и наслала проклятье, из-за которого принцесса должна умереть в шестнадцать! Я знаю эту сказку. Хорошая, но давай другую. – Ханджи, мы читали одни и те же сказки, ты знаешь все те, которые знаю я. – Ну давай тогда Леви что-нибудь расскажет! У них должны были быть другие сказки. – Хм, и правда, что вам рассказывали в Подземельях? – Нам рассказывали как правильно держать нож, чтобы не убили, как воровать, чтобы не поймали и где не ходить, чтобы не продали. – И что, ни одной даже самой коротенькой сказочки?... – Ну вообще была парочка. – Расскажи, Левичка, пожалуйста-пожалуйста! – Девушка работала в лавке, а потом пришел торговец с Поверхности. Ему понравилась эта девушка и он забрал её наверх. Конец. – И всё? А ещё?... – Маленькая девочка оказалась потомком короля и ее забрали наверх. Или парень торговал красивыми камнями, которые обрабатывал, его заметили и отвели на Поверхность. А, ещё была про разбойника, который смог обхитрить охрану и пробрался наверх. Конечно, в реальности такое не прокатит, но всё же. – Ясненько и грустненько... А все сказки заканчиваются выходом на Поверхность? – Ну да. Выбрался – герой, не выбрался – не судьба. – Жестоко. – Кто бы говорил, тут вообще людей как закуску едят. – Так, всё, заканчиваем вечер народного фольклора. Спать, – Эрвин уже не хотел вмешиваться, но дальше от Ханджи могли посыпаться неудобные вопросы, которые Леви ненавидел всей своей душой. Всё снова затихло. Эрвин бы пропел молитву последователей Стен в благодарность, но усталость опять свалилась на него всей своей немаленькой тушей. Или может это вес двух человек на руках так утягивал в сонное царство? Как оказалось, он зря не вспомнил ни одной, даже коротенькой, молитвы. Тишина наглым образом была прервана. – А поцеловать? – этот шепот разбудил в командоре желание убивать. – Кого?.. – даже предсмертные крики воспроизводились не с таким ужасом, как это одно слово. – Меня можно в лоб, Леви в засос, – Ханджи оживилась. – А Моблит тебя тоже на ночь целует?.. – Нет... Надо попросить наверное? Он просто так сказки хорошо читает, что я даже не дослушиваю до конца... – Эрвин тяжело вздохнул. Обычно он был тем, кто последним замечал, что двое рядовых садятся на обедах ближе друг к другу, а Нанаба теперь ночует в Майка не просто так. То, что они с Леви объяснились, он вообще считает благословением небес, а не собственным достижением. Но тут ситуация была запущенная, Ханджи явно привыкла к тому, как её сопровождают, и даже не подозревает, что забота Моблита находится где-то за рамками не то что профессиональных, но и дружеских отношений. Тут даже такой профан, как Эрвин, не мог не заметить попыток Бернера. Наверное, поэтому бедняга после экспедиций заливает в себя литр спиртного, давно пора бы дать ему отпуск дабы он смог наконец собраться с силами и решить всё прямо. – Вот сразу видно человека, у которого никого кроме отца не было. – Ты просто не знаешь, сколько у меня двоюродных сестёр. – А у меня четыре брата. И, кстати, все девушки с фамилией "Смит" не становятся автоматически твоими сестрами. Этак у нас из них ещё один Гарнизон образуется. – А у меня вообще никого не было! Заебали, я ухожу сменять дозорных. У меня и так бессонница, нашлись тут, бабочки-полуночники, то же мне. Там от меня явно будет больше пользы, – Леви начал шариться в поисках своих сапог. Сапоги никак не находились, с тихим "блять" он поднялся, чтобы рассмотреть всё это безобразие сверху, благо рост позволял, и балки низких палаток не стали причиной нового конфликта. Ханджи и Эрвин молча переглянулись, в этот же момент последний резко сел и, схватив Леви за ремень, опрокинул его обратно. При этом Эрвин успел мазнуть губами по чужой щеке и сразу отвернуться к Ханджи. – Эрвин!.. – Эрвин краснел молча, Ханджи не краснела и пищала. – Ну что ты как неродной? Меня что-ли стесняешься? Не стесняйся, чего я там не видела, можете сколько угодно целоваться, я посмотрю, – Ханджи доверительно закивала головой. – Ложимся спать! Дозорные разбудят, когда их нужно будет сменить. Без самодеятельности. – А то что ты сделал не самодеятельность? Я хотел проявить инициативу, – Леви шипел как кошка. – Я тоже. – А меня поцеловать?... – на вопрос так никто и не ответил, Леви дулся, Эрвин лежал, прижав к себе их обоих, – Смешные вы, мальчики... Спокойной ночи тогда. Но дозорные так их и не разбудили. Наутро рядом с пресловутой палаткой собралась делегация из соседней. – Чёт даже жаль будить. Вон как спят, без задних ног, – Майку пришлось сложиться пополам, чтобы увидеть происходящее. – А я не удивлена, я думала, что у них там оргия...Звуки по крайней мере были страшными. – Бедный командор... – Моблит сочувствующе покачал головой, ему было не впервой не чувствовать отлежавшиеся конечности – его дама сердца без зазрений совести использовала его плечи и руки в качестве подушки. "Бедный" командор, кажется, даже не поменял своего положения с вечера, в отличие от его сожителей: Леви обхватил его руками, свернувшись калачиком, а Ханджи просто легла накрест, закинув ноги поверх и устроившись головой на широкой груди. Ночные разговоры смогли утомить их сильнее борьбы с титанами. – Не-а, нам в этом месяце финансирование увеличили, так что не "бедный", – Майк уже успел отогнать желающих поглазеть солдат. – Ладно, давайте дадим им ещё десять минут, соберём всех пока что. Что, командор не человек что-ли? Может и проспать немного. Согласные Нанаба и Моблит отправились к своим отрядам, а святую троицу оставили в покое. Эрвин, так и не заснувший, был благодарен им как никогда.