Муза

– Всех своих жертв так заманиваешь? – насмешливо спрашивает парень, поправляя кроп-топ, что слегка задрался. Субон неловко улыбается, все еще любуясь парнем и выверенностью картины, и снова наводит фотоаппарат, пытаясь поймать идеальный кадр. Нам Гю смотрит на него скучающими глазами и чуть поворачивает голову и вот! Субон готов поклясться, что поймал тот самый кадр. Он делает еще пару фотографий, на всякий случай, и наконец откладывает фотоаппарат. Подходит к парню и убирает прядку за ухо. Тот раздраженно морщится и снова поправляет волосы. – Не трогай, я же просил, – шипит он, а Субон снова беззлобно хмыкает. Муза не в настроении. Его ладони опускаются на чужое тело, слегка поглаживая, и ловит острый взгляд. Он кивает. Знает, что раздражает, но ничего не может с собой поделать. Произведение искусства всегда хочется потрогать. Когда его руки соскальзывают чуть ниже - все-так же невесомо, парень не выдерживает и встает с места. – Да чтоб тебя, – шипит он и отходит в сторону окна. Приоткрывает его и достает из кармана сумки яркую электронку. – Нафоткал? – недовольно спрашивает он, затянувшись. Субон лишь кивает. – По-моему, получилось неплохо. Хочешь посмотреть? – глупо предлагает он. Знает, что парня вряд ли заинтересует его работа, он здесь всего по одной причине. – Хочу то, что ты мне обещал, – ядовито улыбается он, выпуская пар в сторону полуоткрытого окна. Ну да, грустно хмыкает Субон, другого ожидать было глупо. Он берет свой рюкзак, роется где-то в глубине и наконец достает зип-лок с цветными таблетками. Замечает, как взгляд парня тут же меняется и становится неотрывным. Но смотрит он вовсе не на Субон, а на содержимое в его руках. Ну и ладно, думает он, стараясь не обижаться на это. Он протягивает руку - требовательно, будто вовсе не он просящий, и Субон фыркает на этот жест. Появляется иррациональное желание разговорить его, сказать или спросить что-то, что выведет его из себя, что-то, что раскроет его, заставит увидеть Субона человеком, а не как посредником между бесплатной дури. Но он, конечно же, ничего не делает. Того небольшого количества времени общения с ним хватило, чтобы понять какой у него характер. Поэтому услужливо бросает зип-лок на чужую ладонь, которая тут же сжимает его и прячет в свою сумку. – Не будешь сейчас? – отчего-то спрашивает Субон. Ему казалось, Нам Гю не терпится начать прямо сейчас. Тот смеряет его чуть презрительным взглядом. – Не доверяю незнакомцам, – брезгливо отвечает он, и снова отворачивается к окну. – Мы не незнакомцы, – из принципа говорит Субон. Нам Гю замирает на секунду, делает последнюю затяжку и оборачивается, пряча электронку в карман. – Да ну? – будто с ленивым вызовом спрашивает он. – Ну хорошо, тогда сталкерам. Лучше? – Я не…, – Танос замолкает, раздражаясь на ситуацию и эту фразу. Они же оба знают, что он не сталкер никакой. Это даже сталкерством не считается. Подумаешь, пришел пару раз на его работу. Он же не у дома его караулил. – Ну-ну, – меланхолично, но будто удовлетворенно тем, что тот не стал ему возражать, пробормотал Нам Гю. Нам Гю закрывает окно, прячет электронку в карман сумки и уже уверенно идет в сторону выхода, как Субон его тормозит, осторожно хватая за запястья. – Останься, – просит он. Выходит слишком отчаянно - он сам от себя такого не ожидал, но слова уже сами сказаны. – Хотя бы ненадолго, – добавляет он. Нам Гю снова смотрит на него этим своим взглядом, будто считывая его и решает про себя - ответить с презрением, язвительностью или равнодушием? В итоге он вопросительно поднимает бровь, губы кривятся в усмешке, но не привычно жестокой, скорее ленивой. – Зачем? – спрашивает он. Субон не знает ответ. Он просто не хочет, чтобы Нам Гю уходил. Он не знает встретятся ли они снова и не уверен встретятся ли они как сегодня вообще. Это отчаяние заставляет судорожно продумывать предлог. – Просто…ну… – звучит жалко, Субон сам понимает. Причина, по которой Нам Гю захочет остаться, не находится. Новые таблетки он предложить не может, фотографии уже сделаны - если продолжит, карта памяти рискует закончится слишком быстро. Нам Гю хмыкает и будто даже заинтересованно смотрит на Субона - будто ему правда интересно, что он предложит на этот раз. – Тебе же все равно некуда идти… – наконец выдавливает Субон и тут же осознает свою ошибку. От былой снисходительности не остается и следа, взгляд становится злее и острее. Он чувствует, как парень пытается вырвать руку. – Не твое дело, – зло шипит Нам Гю, все еще пытаясь вырвать руку из чужой хватки. Раздражение пронизывает его до костей. Кем он себя возомнил? – Извини! – тут же исправляется Субон. – Я не хотел обидеть, правда! Я имел ввиду… что… ну… ты можешь остаться у меня. Хотя бы на немного. Нам Гю все же вырывает свою руку, но остается на месте. Смотрит на парня, словно пытаясь понять, какого черта тот творит. – Хотя бы до начала твоей смены…– совсем тихо добавляет Субон. Нам Гю успокаивается и прикидывает варианты в голове. В принципе, остаться тут не такая плохая идея. По крайней мере, ему действительно некуда идти. Может, конечно, пойти в квартиру, но там наверняка сейчас Сэ Ми со своим парнем, которого Нам Гю терпеть не может. Если так подумать, то парень Сэ Ми его раздражает больше, чем этот. – Ладно, – дергает плечами Нам Гю и бросает свою сумку на ближайший стул. Субон старается улыбаться сдержанно, но судя по выражению лица Нам Гю получается у него плохо. – Боже, у тебя сейчас прямо звездочки из глаз посыпятся, – бормочет он равнодушным голосом, а потом добавляет. – Не думай, что это что-то значит. Субон лишь кивает, и что-то подсказывает Нам Гю, что у него не получится. *** Нам Гю плюхается на небольшую кровать и достает телефон. Проверяет входящие сообщения: спам, пару сообщений из рабочего чата - но это лишь рассылки и жалобы начальству на оборудования, так что можно игнорировать, несколько извращенцев, которых Нам Гю не успел отправить в блок (где они только берут его личный аккаунт?) и абсолютно ноль сообщений от Сэ Ми. Похоже, эту сучку совсем не волнует отсутствие и возможная смерть Нам Гю. Класс. Он сворачивает мессенджер. Открывает инстаграм, собираясь убить время рилсами и несмешными мемами, как ощущает на себе чужой пристальный взгляд. – Что? – спрашивает он, поднимая глаза от экрана, и видя перед собой горе-фотографа с абсолютно нелепыми фиолетовыми волосами. Тот вздрагивает, будто до этого пребывал в своих мыслях и кто-то его одернул. К нему возвращается осмысленный взгляд, и он тут же отводит взгляд и мотает головой, мол, ничего. Боже, неужели этот фотограф действительно настолько на нем помешан? Это даже льстит. Нам Гю хмыкает, и губы растягиваются в ехидную улыбку. – Так все-таки, ты всех своих жертв таким образом заманиваешь? – снова спрашивает Нам Гю, чуть наклоняя голову на бок. – Что? – снова переспрашивает фотограф, и Нам Гю не выдерживает - прыскает. Парень тут же глуповато улыбается в ответ, будто смеются вовсе не над ним. Ну что за очаровательный солнечный ребенок? Нам Гю снова поднимает бровь, намекая, что ждет ответа на свой вопрос, и фотограф наконец говорит. – Да каких жертв? Скажешь тоже. Никого я не заманиваю, – бурчит он. – Значит, я, должно быть, первый? Или исключение… – задумчиво хмыкает он, подняв глаза, будто правда задумался. – Ты даже не представляешь насколько… – едва слышно восхищенно прошептал фотограф, но стоит Нам Гю перевести на него вопросительный взгляд, как он тут же краснеет и отводит глаза. – Что ты вообще забыл в моем клубе? – снова спрашивает он пренебрежительным тоном и даже откладывает телефон. – Очевидно же, что он тебе не по карману, – он огибает взглядом его квартиру, намекая. – Ну я же студент, – пожимает плечами Субон, растирая ладонью собственную шею. “Да он стесняется…” удивленно проносится у Нам Гю, но не отстает. – Именно. Что ты забыл в том клубе, студент? – На самом деле, Нам Гю догадывается об ответе. Однако смотреть на то, как этот фотограф стеснительно краснеет перед ним ему определенно нравится. Такое редко встретишь на своей работе, так что это можно смело назвать каким-никаким развлечением. – Ну… Я там был с друзья… – начинает ожидаемо оправдываться тот. – Ага. Первый раз может быть. Но ты был там явно не один раз, – хмыкает Нам Гю, – Ген Хи сказал, что видел тебя за баром, высматривающим кого-то раза четыре. И это только в его смену. Фотограф ничего не отвечает, лишь смотрит на свои ладони и спустя пару секунду, нерешительно бормочет. – Слушай, может сменим тему..? Поздно. Нам Гю уже вошёл в азарт. – Почему? – хитро спрашивает он, улыбаясь своей коварной улыбкой. – Не хочешь признаваться, что сталкерил меня на протяжении месяца? – Слушай, это правда не… не то, как это выглядит. – А что это было тогда? – хмыкает он, продолжая сверлить его насмешливым пристальным взглядом. – “Я не сталкер, а тайный поклонник?” Фотограф стеснительно улыбается на это фразе, и Нам Гю на секунду замирает. Неужели он собирался это и сказать? Этот парень просто невозможен, фыркает Нам Гю. – Слушай, ты мне просто очень понравился. Я же говорил, у тебя хорошие черты лица, ты фактурный! А мне для курсовой работы как раз нужен такой как ты… Возможно в это можно было поверить, если бы он хотя бы говорил это уверенно. А пока это звучит так, будто он сам себе с трудом верит. Это забавляет. – О да, именно поэтому ты решил снимать на курсовую работу – Нам Гю разводит руками, выделяя это слово, – эротического танцора из дорого приватного клуба. Не забудь указать вид моей деятельности в своей работе, – откровенно издеваясь говорит Нам Гю, пока парень снова опускает взгляд и чуть нервно теребит одежду. – Можешь, кстати, мои контакты там указать. В комиссии наверняка есть богатые и одинокие мужчины, – хмыкает он и ловит чужой осуждающий взгляд. – Хватит. – Что? – искренне спрашивает он. – Ты же не такой, – говорит фотограф на этот раз абсолютно уверенно. О боже, только не говорите, что он из этих. Из тех, кто верит в радугу и единорогов. – Какой? – с вызовом и насмешкой спрашивает Нам Гю, – Продажный? Боюсь, что именно такой. Фотограф смотрит на него таким тоскливым и печальным взглядом, которым на него перестали смотреть друзья после его первого же “тяжелого периода”. Это странно. Вызывает неприятную ностальгию. Нам Гю дергает плечами, стараясь придать себе беззаботный вид и прогнать это чувство. Он не привык, что на него смотрят с жалостью. Уж лучше с отвращением. – Да ладно. Зато если бы я не был, ты бы не получил свои фотографии для диплома. Ищи везде свои плюсы, – хмыкает он и снова достает телефон. Ему абсолютно точно не нравится, куда зашел этот диалог.

***

Он раскинувшись лежит у него на кровати. Темный кроп-топ задрался сильнее и теперь показывает еще больше кожи, чем предполагался. Волосы слегка сбились, а ожерелье - на бекрень. Но Нам Гю не обращает на это внимание. Он переводит взгляд с телефона на часы, с часов на своего загадочного “поклонника”, что теперь работает на компьютере, скорее всего редактируя фотографии. Он выглядит занятым, но Нам Гю слишком скучно. – Эй, – лениво тянет Нам Гю, желая привлечь внимание парня. Срабатывает практически сразу, тот поднимает голову и смотрит на него. – Что делаешь? Фотограф неловко улыбается и тихо отвечает. – Фотографии редактирую. – Мои, что ли? Получив в ответ виноватую улыбку, Нам Гю резко встает со своего места, и через пару секунд оказывается рядом, заглядывая парню через плечо. На плохом дешевом ноутбуке открыт фотошоп - наверняка пиратская версия, между делом думает Нам Гю, - и его фотография. На фотографии Нам Гю выглядит высокомерно и отстраненно. Взгляд незаинтересованный и равнодушный, голова наклонена чуть в бок, острые плечи видны даже из под одежды. Фотография обрезана по пояс. Нам Гю хмыкает и переводит взгляд на парня, который смотрит на него неотрывно, словно пытаясь разгадать его реакцию. – Нравится? – тихо спрашивает парень так, будто вся его жизнь зависит от ответа Нам Гю. Он лишь фыркает. – Ну да, неплохо, – отмечает он вслух и снова вглядывается в фотографию. Он действительно выглядит здесь неплохо. Фотограф тут же сворачивает приложение, и Нам Гю не успевает возмутиться, как перед ним открываются другие его фотографии. – Вот, можешь полистать, если хочешь, – предлагает фотограф так же тихо, будто боясь спугнуть. Нам Гю берет в руку мышку, опирается локтями на стол и начинает пролистывать фотографии. Пара кадров действительно неплохи. Может, ему стоит попросить прислать ему их. Нам Гю снова листает фотографии, пропуская смазанные и там, где у него неудачное выражение лица. Отмечает пару фотографий вслух, а потом студийные фотографии сменяются другими. В плохом качестве, смазанные, но он тут же узнает место на этих фотографиях. Это его клуб. – Ты что, фоткал мой клуб? – спрашивает Нам Гю и переводит взгляд на фотографа. Тот сидит, смущенный, красный, и пытается аккуратно отнять мышку из его рук, но Нам Гю не дает. – Отвечай. – Я всегда фотографирую, – жалко бормочет он в свое оправдание и снова пытается перехватить управление, – Это же все-таки мое хобби… Нам Гю не верит ни на секунду и снова листает фотографии. Фотографии бара, толпы в свете софитов, пару сотрудников. Его. Ну конечно. Он знал, что найдет что-то подобное. Фотограф издает какой-то пищащий звук, и начинает активнее вырывать мышку. Нам Гю это раздражает, и он решает заткнуть его. Нам Гю уверенно, практически собственнически отодвигает его от стола и садится на его колени. – Замолчи, – холодно говорит он и снова смотрит в экран. Возможно, это не самая лучшая идея - затыкать таким образом человека, который одержим тобой. Но это срабатывает: фотограф тут же замирает и не издает больше не звука. Нам Гю улыбается себе и снова листает фотографии. На удивление его на фотографиях не так много. Возможно, фотограф действительно не соврал, когда говорил, что ему нравится фотографировать всё. Некоторые фотографии получаются очень профессиональны - передают атмосферу клуба. Даже смазанные выглядят хорошо. Нам Гю замечает фотографию, на которой запечатлен он издалека. Он сидит возле клиента, смеется и поправляет свои волосы. На нем привычная откровенная одежда - топ в сетку, которая ничего не скрывает, и темные укороченные шорты. Глаза подведены черным, а ладони украшают многочисленные кольца. Он в окружении неона, безликих людей, мерцаний и коктейлей, что стоят на столике рядом. Нам Гю залипает на эту фотографию. Он красив. Действительно красив. Нам Гю снова оборачивается, смотрит на фотографа и требовательно говорит: – Пришли мне эту. Тот послушно кивает. Снова тишина, а потом он тихо произносит. – Только у меня нет твоих контактов… Нам Гю усмехается. – Поверить не могу, что ты сталкерил меня все это время, но не нашел мой аккаунт. – Я не..! – начинает фотограф, но Нам Гю вместо ответа показывает ему свой профиль в инстаграме. – Переписывай быстрее, – он всучает ему в руки телефон, достает из кармана электронку и, затянувшись, продолжает листать фотографии. Однако скоро фотографии кончаются. Клубные фотографии сменяются какими-то, очевидно, академическими заданиями, и Нам Гю слегка разочарованно цокает. Он оборачивается, смотрит на фотографа, что все еще очаровательно смущен их положением. Нам Гю скользит оценивающим взглядом по его лицу, что-то решая про себя, а потом все же говорит. – Ты мог бы подрабатывать профессиональным фотографом в каких-нибудь заведениях. Кто-нибудь да взял бы на полставки, – Нам Гю говорит это с привычным безразличием, будто вовсе и не имеет ввиду то, что говорит. – Да брось, – грустно усмехается фотограф и опускает глаза. – Я серьезно, – отвечает Нам Гю, но не продолжает. Парень чуть хмурится, снова поднимает свои большие глаза, как у жалостливого бездомного щенка, и Нам Гю закатывает глаза, поднимаясь с кресла - точнее с чужих колен. Переводит взгляд на время. Полседьмого. Еще куча времени. Еще просто хуева туча времени.

***

Субон слышит странное шуршание со стороны кровати, на которой обосновалась его муза. Не то, чтобы он против. Наоборот - он только за. Он готов даже на полу спать, если муза решит заночевать тут. Субон хмыкает этим мечтательным глупым мыслям, мотает головой в сторону и снова фокусируется на работе. Лишь иногда бросает быстрый взгляд на него, как бы вскользь. Однако через еще десять минут Танос снова задерживает взгляд на парня, что подозрительно притих - до этого из его угла доносились музыка из тиктока, чьи-то голосовые сообщения или приглушенный смех или фырканье. Нам Гю все также лежит на кровати, но теперь тупо пялится в потолок, а телефон оказывается откинут куда-то подальше. Это… странно. – Эй, – на пробу зовет Субон, – все хорошо? Ответа не следует. Нам Гю даже не поворачивается в его сторону, будто Субона и вовсе не существует. Это напрягает, потому что он практически сразу понимает: его игнорируют ненамеренно. – Эй, – снова зовет он, приподнимаясь со своего места, и медленно подходит к кровати. Нам Гю по прежнему не двигается, смотрит в потолок, но Субон замечает, насколько расслабленно его тело. Танос не знает, что делать. Вдруг ему плохо? Вдруг так быть не должно? Очевидно, что Нам Гю принял. Это понятно даже ему, который в жизни ничего не пробовал. Субон без понятия, как себя вести. Возможно стоит вызвать скорую? Но Субон отметает эту идею практически сразу - возникнет слишком много вопросов. Будут проблемы и у него, и у Нам Гю. Но что тогда? Загуглить? Это даже звучит смешно. Из внутреннего оцепенения и паники, его вырывает чужой голос. Голос Нам Гю. Он звучит непривычно расслабленным и тягучим. – Ты у меня сейчас плывешь перед глазами, знаешь? – бормочет он лениво, – Но у тебя такие яркие волосы… Субон замирает, пытаясь поймать чужой взгляд, но он слишком расфокусированный. – Ты как себя вообще чувствуешь? – обеспокоенно и почему-то шепотом спрашивает он. Нам Гю лишь улыбается уголками губ. – Прекрасно, – довольно тянет Нам Гю, и губы растягиваются в широкой улыбке. – Точно? Может тебе надо кого-нибудь вызвать? – продолжает бормотать Субон, но Нам Гю накрывает его рот своей рукой, заставляя замолчать. – Тш-ш, не шуми, ну, – мягко тянет Нам Гю, и прежде чем Субон успевает среагировать, оказывается на кровати. Нам Гю свалил его, потянув за шею. И откуда в нем столько силы? Нам Гю смеется с реакции Субона, пока тот непонимающе хмурится. Но через секунду Нам Гю снова возвращается к своему обожаемому потолку и смотрит на него большими влюбленными глазами. А Субон? Субон смотрит такими же на Нам Гю. Все еще обеспокоенными, но влюбленными… Время тянется медленно, тягуче, и им некуда спешить. Они просто смотрят куда-то сквозь вещи. А потом Нам Гю говорит, все также лениво и мягко. – Поставь какую-нибудь музыку, только спокойную. Субон послушно тянется к телефону, заходит в свой спотифай и включает плейлист, что обещает “безмятежную атмосферу”. Он тихо фыркает на это, но включает. Муза кивает, словно одобряя, и снова проваливается в свои мысли. Субон аккуратно ложится рядом и ловит себя на том, что наслаждается этой абсолютно странной атмосферой. Да уж, не думал, что так он проведет вечер пятницы. Субон продолжает неотрывно смотреть на Нам Гю - на его смазанный макияж и слегка смятую одежду. Тянет руку, чтобы поправить задравшуюся ткань, и замечает такой же неотрывный взгляд чужих темный глаз. Он замирает, уже собирается извинится и убрать руку, как Нам Гю хватает его за руку. – Что… – тихо начинает Субон, но Нам Гю не дает ему закончить. Он резко подается вперед, тянет его руку и сталкивается губами с его. Субон удивленно вздыхает, распахивает глаза, собирается что-то сказать, но ему не дают. Чужие губы требовательно сминают его, а язык мажет по губам. Субон автоматически приоткрывает рот, позволяя углубить поцелуй, и чувствует чужую полуусмешку. Нам Гю переплетает их языки, притягивает его за шею, чуть сжимая волосы на затылке, и у Субона перехватывает дыхание. Все это слишком реалистично. Нам Гю чуть отступает, прикусывает чужую нижнюю губу напоследок и отстраняется. Смотрит на Таноса быстрым оценивающим взглядом, взгляд скользит по его лицу, доходит до влажные, блестящие губы, и он снова целует его. Это безумие, думает Субон, но охотно растворяется в нем, соглашаясь на его условия. Он пытается перехватить инициативу, за что получает недовольное хмыканье и очередной, на этот раз болезненный укус. Субон быстро сдается, соглашаясь на свою позицию, и Нам Гю удовлетворительно мычит, снова вылизывая его рот. У них обоих сбивается дыхание, но Нам Гю, кажется, даже не собирается останавливаться. Он приподнимается и через секунду оказывается на Субоне. Снова целует и начинает тереться об него. Субон чувствует чужой стояк на своем животе через слои одежды, и эта мысль буквально выбивает почву у него из под ног, заставляя его замереть. Но Нам Гю секундная задержка ничуть не смущает, он спускается поцелуями ниже, целуя его челюсть и доходит до шеи. Нам Гю целует его в шею настолько мягко и тягуче, что Субон замирает с придыханием, а потом ощущает как Нам Гю кусает и засасывает его кожу. Субон давится воздухом, стараясь отпрянуть, уйти от прикосновений, но Нам Гю лишь ухмыляется и зализывает только что поставленный засос. Он проделывает это снова и снова, и Субон практически уверен, что на его шеи не осталось живого места. Он говорит об этом вслух и видит довольную улыбку кота в ответ. – Зато красиво, – беззаботно шепчет Нам Гю, на секунду отстранившись от чужой шеи, чтобы полюбоваться своей работой. На шеи действительно не осталось нетронутого участка кожи - все было в фиолетовых гематомах и темных пятнах, а также следах его помады. Она наверняка вся безобразно размазана на его губах, вскользь думает Нам Гю, но пожимает плечами и снова целует чужую шею. На этот раз мягко. Нам Гю весь такой - построен на контрастах. Нам Гю спускается еще ниже, целует его ключицу, требовательно тянет его футболку - намекая снять, и Субон уже порывается послушно стянуть ее - лишь бы эти поцелуи никогда не прекращались, как вдруг осознание бьет его молотком по голове. Он поднимает глаза на Нам Гю, отрываясь от своей футболки, и видит в глазах ни намека на осмысленность. Он вряд ли даже понимает, кто перед ним. Это ломает картинку, рушит его построенный эгоистичный рай, возвращая в жестокую реальность. Нам Гю снова дергает край его футболки, но Субон накрывает его ладони своими и замечает, что чужие руки чуть дрожат. Наверняка побочки от дури. Но это заземляет еще сильней. Все это просто неправильно. – Не надо, – говорит Субон и чуть приподнимается на локтях. Нам Гю непонимающе хмыкает и смотрит на него в упор, словно пытается разгадать сложную загадку. – А? – все-таки говорит он, все еще непонимающе хмурится, – Не хочешь? Субон качает головой. Хочет. Конечно хочет. Нам Гю невозможно не хотеть. Но он не хочет, чтобы это было так. Чтобы это произошло под дурью. Чтобы руки Нам Гю дрожат, но не от предвкушения. Он хочет, чтобы Нам Гю различал, кто перед ним. Чтобы он хотел поцеловать Субона, а не кого-то. Но он не будет говорить это вслух, в этом нет смысла - Нам Гю все еще под кайфом. Вместо этого он поднимается полностью, заставляя парня скатиться на его колени. – Давай лучше фильм посмотрим? – предлагает он первое, что пришло в голову. Нам Гю выглядит еще сильнее сбитым с толку, но едва заметно кивает, отсаживаясь. Субон торопливо поднимается и идет к своему ноутбуку, надеясь, что стояк спадет как можно быстрее. Он приносит ноутбук и ставит его в ноги, а сам садится к Нам Гю, опираясь на изголовье кровати. Включает какой-то фильм, но знает, что никто его не смотрит. Нам Гю все еще пребывает в своем мирке, лежа у него на груди и бездумно водя пальцами по его футболке, а Субон аккуратно обнимает его за плечи и старается не думать слишком сильно о том, какой же он все-таки мудак, что позволил этому вообще случится.

***

Нам Гю лежит на кровати и, кажется, дремает. Субон тупо смотрит в монитор, стараясь работать, но на деле же просто таращится в экран. Из головы никак не уходит воспоминание чужих мягких губ на своих губах, чужая ухмылка и сбитое дыхание. Субон тяжело вздыхает и проводит ладонями по лицу, стараясь собраться с мыслями. Совсем скоро защита курсовой, надо хотя бы постараться поработать. Но спящая неподалеку муза совсем не помогает в этом. Субон снова пытается взять себя в руки и отредактировать работу, но через 10 минут бросает это бесполезное занятия и поднимается со своего места. Идет на кухню и ставит чайник. Пока ждет, когда он закипит, мысли то и дело возвращаются к Нам Гю. Он испытывает странные противоречивые желания - прогнать его от греха подальше, чтобы Субон не натворить ничего похуже, и сделать все, лишь бы тот задержался в его квартире. И он не может понять, что побеждает: здравый смысл или эгоистичное желание. Механический щелчок выводит его из мыслей, и Субон наливает чай в свою кружку чай и застывает над второй - сам не заметил, как поставил. Прикидывает в голове, стоит ли наливать ему или нет. Пожимает плечами и заливает вторую кружку кипятком. Лишним не будет. Он тащит кружки в комнату, открывает дверь в свою комнату плечом и замечает, что парень проснулся. Смотрит сонными, плохо соображающими глазами, но уже в полу подъеме. Субон подходит к кровати и ставит кружку на тумбочку. Нам Гю переводит сложный взгляд с дымящийся кружки Субона, будто не понимая, что он вообще хочет. – Будешь? – аккуратно спрашивает Субон, и Нам Гю снова фокусируется на кружке, будто пытается разглядеть в ней ответ. Он втыкает в неё еще пару секунд, а потом пожимает плечами как-то нервно и вскользь смотрит на свои руки. Они продолжают мелко трястись. Субон также аккуратно присаживается на край кровати со своей кружкой и смотрит на Нам Гю. Он этого даже не замечает, слишком увлечен своими мыслями. А потом резко мотает головой и поднимает свои невероятно красивые, но неестественно расширенные зрачки Субона. – Сколько сейчас времени? – хрипло и будто заполошно спрашивает он, и Субон выгибает брови в удивлении, но Нам Гю не дожидается ответа и начинает судорожно искать свой телефон. –Полдевятого, – тихо отвечает Субон, но Нам Гю даже ухом не ведет, продолжая искать свой телефон, пока не находит его где-то на матрасе. Смотрит на дисплей, на котором горит “20:36” и выдыхает. Вроде облегченно, а вроде напряженно. – Что-то случилось? – спрашивает парень и получает презрительный взгляд. – Пока еще нет, – бормочет Нам Гю и проводит ладонью по волосам, зачесывая их, – Но мне пора идти. – Что? Зачем? – Танос сам удивляется своей детской интонации, но ничего не может с собой поделать. Нам Гю кидает на него быстрый взгляд, но снисходительно отвечает, параллельно бросая свои вещи в сумку. – Мне на работу надо. Таносу хочется практически плакать от разочарования. Работа - это не конец света, но он знает, что это конец их встречи и, скорее всего, “общения”. Нам Гю больше не появится в его квартире, не после того, что случилось. Даже за дурь вряд ли согласится. И у Таноса нет абсолютно никакой идеи, как его удержать. – Слушай, может… ну… – начинает Танос, но замечает насмешливый прищур Нам Гю, как будто он прочитал его мысли и заранее отвечает на все его предложение “не-а, не получится”. От этого хочется натурально расплакаться. – Как-нибудь в следующей раз, фотограф, – ухмыляется Нам Гю, пока обновляет тон на губах. Быстро бросает тюбик в сумку следом, встает с кровати и уверенно идет в сторону двери. – Но ты даже чай не выпил! – отчаянно говорит Танос и видит в ответ лишь усмешку. Даже добрую как будто. Снисходительную, понимает Субон. – Ну давай я тебя хотя бы провожу! – пробует последнюю попытку Субон, нагоняя его в коридоре, где Нам Гю уже обувается. Тот снова тянет усмешку. – Не в этот раз, несталкер, – смешливо говорит он и, небрежно накинув на себя ветровку, смотрит наконец на Субона. – Как-нибудь в следующий, а? – хитро или все-таки смешливо говорит он и тянет улыбку. Субон пораженно идет открывать ему входную дверь. Дверь открывается на распашку, а у Субона все такой же побитый взгляд. Это слегка давит, все-таки Нам Гю не хочет бросать его в таком убитом настроение, у него-то хорошее. Да и дурь он неплохую подогнал. Ну что ж, ладно. Нам Гю резко подходит к нему и звонко чмокает в щечку на прощание. Детский, практически невинный поцелуй, но фотограф так очаровательно заливается краской и ошеломленно смотрит на него, что Нам Гю не сдерживает смеха, выходя на лестничную клетку. Он хмыкает, посылает ему воздушный поцелуй и сбегает вниз по лестнице не оборачиваясь. А Субон лишь неотрывно смотрит ему вслед, а на щеке снова след от красной яркой помады.