Раскрытия личности
5 августа 2025 г., 23:06
Брюс работает над делом в углу столовой «Сторожевой башни», когда слышит своё имя. Обычно это не вызывает беспокойства, но он в плаще и окружён людьми, которые точно НЕ знают, кто он такой. И имя, которое он слышит, — «Брюс Уэйн», а не Бэтмен. Он слегка напрягается и вслушивается в разговор, происходящий за столиком напротив.
Присутствуют почти все, кто был на том странном мероприятии по обмену телами. Капитан Марвел отсутствует, но на этот раз вместо него сидит Дик, закинув ноги на стол. Брюс иногда думает, что слишком сблизился с членами Лиги, но на самом деле он ничего не может с этим поделать. Героев чаще всего тянет к героям.
Он и сам это прекрасно знает.
Но в любом случае. Он слышит своё имя, потому что его произносит Хэл Джордан, и это автоматически заставляет его насторожиться. Едва заметный взгляд, брошенный поверх папок, которые он просматривает, подсказывает ему, в чём дело. Зелёный Фонарь держит в руках журнал. Кажется, это и есть тема разговора. Брюс узнаёт этот журнал, потому что неделю назад получил от них электронное письмо. Тогда он не придал этому значения, но теперь сожалеет об этом.
Судя по словам, нацарапанным на обложке журнала — на фотографии, где ОН подмигивает в камеру, — его признали самым сексуальным мужчиной на свете. В третий раз.
«О боже, — безучастно думает Брюс, — Брюси Уэйн сделал хет-трик». Если бы он не был уверен, что у Дианы суперслух, он бы выругался, несмотря на свои усиленные кевларовые ботинки. Потому что — и это просто его везение — Брюс Уэйн, судя по всему, получил одобрение Хэла Джордана.
«Посмотри на это оружие, Супер, серьёзно, — говорит Зелёный Фонарь. — Десять из десяти. Как думаешь, ему бы понравились супергерои?»
Брюс не знает, хорошо это или плохо, что в данный момент в его сторону смотрят только те, кто знает, кто он такой. Диана, Дик и Кларк — единственные, чьи лица он может видеть. Дик выглядит подавленным. Его лицо сохраняет нейтральное выражение, но Брюс научил его не выражать эмоции, и он видит ужас, который тот пытается скрыть. Брюсу жаль его. (Хотя не так жаль, как ему самому сейчас жаль себя). Диана, слава богу, лишь приподнимает бровь и бросает на Брюса беглый взгляд.
Но Кларк. Кларк тут же встречается с ним взглядом. На мгновение, пока никто не обращает на него внимания, на его лице появляется самодовольная ухмылка. О нет, думает Брюс. А потом Кларк открывает рот.
— Хэл, давай начистоту: кто НЕ увлекается супергероями? Если бы я не был женат, я бы точно не отказался. — Брюс думает, что на этом он остановится, но, видимо, пытка ещё не окончена. — Он определённо заслуживает этого звания, тебе не кажется?
Брюс сдерживает вздох. Честно говоря, это даже к лучшему, что это Кларк. Если бы Дик не был так травмирован тем, что они жаждут заполучить его отца, он бы, наверное, тоже подлил масла в огонь.
«О да», — боже правый, Барри присоединяется? «Одна только эта задница меня заводит. Кроме того, здоровяк, я могу сделать кое-что получше — я знаю, что Айрис будет так же готова, как и я».
— К тому же, — вмешивается Оливер с ужасно многозначительным тоном в голосе, — я знаю Уэйна и точно могу сказать, что он не ограничивается одним разом.
Брюс не уверен, что сможет выдержать продолжение разговора.
— Подожди, — говорит Барри, быстро переводя взгляд с Олли на Дину и обратно, — ты не... Ты не знаешь этого наверняка?
— Не-а, — говорит Олли. — Я просто знаю его с тех пор, как мы были молодыми и глупыми. Ну, точнее, ещё более глупыми.
Брюс немного расслабляется и благодарит всех богов за то, что Олли не упомянул...
«Хотя однажды, когда мы были подростками, мы с ним переспали на спор». Олли продолжает после паузы, и Брюс удивляется, почему он вообще думал, что об этом не расскажут.
Кларк снова что-то говорит, и по его тону Брюс понимает, что это ужасно двусмысленно. Он не обращает внимания на сами слова. Брюс вспоминает их с Кларком недолгие отношения, которые были в самом начале их супергеройской карьеры (ещё до того, как они задумали Робина), и удивляется, что он нашёл в человеке, который сейчас говорит, что он «крутой парень». В этот самый момент в голове Бэтмена нет ничего, кроме сожалений. Эти сожаления немного смягчаются, когда я обмениваюсь сочувствующим взглядом с Диком, которого, похоже, не меньше задели слова Кларка.
Его сын, к несчастью для него, застрял прямо посреди этого разговора. Брюс знает, что Дик не может уйти, не объяснив причину, а объяснить причину, не раскрыв их личности, он не может. Брюс очень рад, что Дик решил сесть за другой столик. Однако Брюс сам в ловушке. Он не может уйти, не пройдя мимо остальных и неизбежно не ввязавшись в их разговор. Им с Диком придётся страдать вместе.
И, к сожалению, они действительно страдают. Кларк и Хэл ведут себя хуже всех, бесстыдно рассуждая о способностях Брюса в постели. (Ну, один из них рассуждает. Другому просто нравится всё больше и больше издеваться над Брюсом.) Оливер и Барри присоединяются, отпуская всё более непристойные комментарии, и даже Дина не остаётся в стороне.
Дик сидит с отсутствующим видом рядом с Дианой, которая, как надеется Брюс, будет беспристрастна. Она и правда беспристрастна, пока не называет его «достаточно мускулистым». Тогда его единственная надежда на то, что он не внесёт свой вклад, связана с Марсианином.
Он немного расстраивается, когда Джонн говорит: «Полагаю, мистер Уэйн достоин этого почётного звания».
В этот момент Брюс понимает, что готов попросить Селину украсть что-то важное, лишь бы выбраться из этой ситуации. Затем он задумывается и понимает, что Селина просто посмеялась бы и оставила его здесь страдать. Чёрт.
Его единственное спасение в том, что его пока не попросили внести свой вклад. Бэтмен работает над делом, и Бэтмена никто не побеспокоит. А вот Найтвингу повезло меньше.
— Найтвинг, а ты как? Брюс слышит, как Хэл говорит: «Ударь, пройди мимо или жестоко убей. Три знаменитости. Тебе нужно ударить хотя бы одну. Брюса Уэйна, Лекса Лютора и Кэт Грант».
Этот вопрос был задан после того, как тот же сценарий был предложен всем остальным за столом. (За исключением Дж’онна и Дианы, которые ушли, чтобы уладить кое-какие политические вопросы, и сбежали.) Дина и Барри голосуют за то, чтобы «уничтожить» Брюса, отчасти из-за его денег, а отчасти потому, что они не стали бы спать ни с одним из других вариантов. Хэл голосует так же, но добавляет, что, уничтожив Брюса, он «сможет увидеть эту задницу вблизи».
Олли, у которого уже есть деньги, решает тоже проголосовать за то, чтобы трахнуть Брюса Уэйна. Ради опыта.
О боже, Олли переспал бы с ним просто ради забавы. Это ужасное осознание. Кларк принимает такое же решение, но решает, что будет несносно подробно описывать, на что это было бы похоже. В этот момент Брюс всерьёз подумывает достать криптонит из своего пояса.
Ни один из них не проголосовал за его убийство. НИ ОДИН.
И вот теперь бедному Дику задают этот вопрос. Брюс сочувственно смотрит на него. Сын умоляюще смотрит на него.
В этот момент Брюс принимает решение.
Он поднимает руки, просовывает их в потайные выемки на доспехах и снимает капюшон. Он ухмыляется Дику, который, как он видит, широко раскрывает глаза под маской. Кларк пока ничего не заметил. Брюс наклоняет голову так, чтобы она скрывала его лицо, и ждёт.
«Я бы убил Уэйна, расправился с Лютором и прикончил Кэт Грант», — без колебаний отвечает Найтвинг.
«Подожди, что?» — говорит Барри. — «Чем ты руководствуешься? Зачем убивать Уэйна? Буквально все остальные жестоко расправились с Лютором».
Найтвинг смотрит прямо перед собой. «Уэйн — как отец Готэма. Он усыновил буквально всех. Это было бы странно».
Брюс его не видит, но знает, что Барри скептически морщит нос. «Серьёзно? Это что-то из ряда вон выходящее?»
— Да, — повторяет Найтвинг. — Это правда для большинства жителей Готэма в возрасте до 30 лет. Разве не так, Бэтмен?
Брюс склоняется над своими документами. Он знает, что видны только его волосы, и позволяет себе улыбнуться. Он слышит, как до них доходит, что на нём нет капюшона. По столу пробегает волна шёпота. Он замечает, что отсутствие капюшона намеренно не обсуждается.
— Понятия не имею, — говорит он, перекладывая листок бумаги и делая вид, что полностью поглощён делом. — Мне уже не 30.
«Летучие мыши, не обращая внимания на то, что тебе больше 30, — говорит Зеленая Стрела, — ты хочешь сказать, что тебя привлекает Брюс? ПОДОЖДИ. Ты хочешь сказать, что спала с Брюсом Уэйном? Потому что я был уверен в этом на 90%, и приятно время от времени получать подтверждение».
Брюса трясёт от усилий, которые он прилагает, чтобы сдержать смех. Он делает свой рык Бэтмена более низким, чтобы скрыть его.
— Это неправда.
— Хм, — недовольно произносит Эрроу. — У меня тут есть номер Брюси, не хочешь передумать?
— Давай. Позвони ему.
Теперь Брюсу приходится говорить более короткими предложениями, чтобы не рассмеяться. Давно ему не было так весело. Он мстит за те страдания, которые ему только что причинили, а месть сладка.
Он слышит шорох, когда Оливер достаёт телефон, и тихий сигнал, когда тот набирает номер. Наступает напряжённая пауза, а затем...
Что ж, у Брюса звонит телефон. Он открывает карман своего рабочего пояса и достаёт телефон. В этот момент он слышит, как Дик заливается смехом. Даже Кларк хихикает. От улыбки у Брюса болит лицо, но ему удаётся снова стать серьёзным, чтобы сделать то, что он собирается.
Брюс отвечает на звонок, поднося телефон к уху и поднимая взгляд.
— Привет, — говорит он, глядя Зелёной Стреле прямо в глаза. — Чем могу помочь?
Вся Лига справедливости просто сходит с ума. В том числе Кларк и Дик, которые к этому моменту уже корчатся от смеха. Дик держится за руку Кларка, чтобы не упасть.
Брюс с гордостью наблюдает за хаосом.
— Подожди, — говорит Олли, широко раскрытыми глазами глядя на Кларка. — Ты смеёшься. Почему ты смеёшься? Ты ЗНАЛ?
Кларк, не в силах выдавить из себя ни слова от смеха, кивает. Олли ругается, а Брюсу приходится приложить усилия, чтобы сохранить серьёзное выражение лица Бэтмена.
Барри, кажется, слегка ошеломлён и недоверчиво переводит взгляд с Брюса на его капюшон и обратно. Рядом с ним Дина, похоже, лихорадочно соображает. Её взгляд останавливается на Найтвинге. Брюс видит, как она делает выводы.
— Ты! — говорит она, указывая на другого готамита. — Дик!
— Да уж, какой придурок... — начинает Олли, но его быстро перебивают.
— Нет! — продолжает Дина. — Найтвинг — это Дик Грейсон!
Дик слегка приподнимается, опираясь на руку Кларка. Он кивает и, воспользовавшись моментом, снимает маску, вытирая выступившие от смеха слёзы. Он пытается взять себя в руки.
— Зачем ты говоришь нам это СЕЙЧАС?! — стонет Хэл, прерывая поток ругательств и восклицаний остальных.
— Что ж, — говорит Брюс, и в его голосе слышится ухмылка, а хрипотца становится меньше, чем обычно. — Вопреки распространённому мнению, у меня ЕСТЬ чувство юмора.
Олли издает сдавленный звук, уткнувшись лицом в стол. Брюс снова надевает капюшон, собирает папки с материалами дела — здесь он больше ничего не добьется — и направляется к зета-трубам. Дик следует за ним через мгновение.
Они добираются до Бэт-пещеры, не успев взглянуть друг другу в глаза, и полностью теряют самообладание.
— Мне даже не жаль, — с трудом выговаривает Брюс между приступами смеха.
Входит Дэмиан, пока Бэтмен и Найтвинг пытаются взять себя в руки.
Когда он спрашивает их, что их так рассмешило, ни один из них не может подобрать слов, чтобы ответить.
