Летние забавы

На небе светило солнце. Светило так ярко, будто бы хотело заполнить своими лучами и светом всё живое, начиная от самых дальних деревьев, заканчивая травой на поляне. Она была сырой после дождя, из-за чего ласкала и щекотала босые ноги двух парней. Эти двое нарушали тишину летнего вечера. Один из них, тот, который был ниже, бежал вперед, смеясь. Казалось, он не обращал внимания ни на что вокруг. Не было ни страха, ни сомнения, только счастья. Счастья, которое текло по венам вместо крови, заполняя всё внутри. И из-за этого распирающего счастья было очень хорошо. Хорошо настолько, что хотелось кричать во все горло, чтобы все услышали о его счастье. Хотелось доказать всем вокруг, что он чувствует эту жизнь. Что он и есть эта жизнь. Со всей грустью, радостью и любовью. Вдруг сзади обнимают руки. Обнимают крепко за талию, прижимая к себе ближе, целуют куда-то в плечо. Более высокий парень догнал своего друга… А друга ли? От «друга» пахнет солнцем, дождем и… пылью? Почему этот запах был таким родным, будто бы был совсем рядом, только рукой подать до него. Почему-то всё начало плыть перед глазами. Солнце, поле, запах дождя и глаза «друга» — всё исчезало. Почему… Почему всё плывет, что происходит? И... Клэш открывает глаза. Сон… Такой приятный… Такой далёкий сон. Клэш моргает несколько раз и переводит свой взгляд на окно. Как и во сне, за окном светило солнце. Так же ярко, совершенно никого не стыдясь, оно заглядывало в окно совершенно незнакомым людям. Однако, в отличие от сна, оно не доставляло того же тепла. Наоборот, хотелось укутаться в одеяла и снова провалиться в ту приятную сказку сна. Как же это было бы хорошо… – Клэш...? – Слышится в комнате совсем тихо. Сзади раздается сонный голос, и Клэш поворачивается на него. Там, такой же сонный, лежит Секби. Его волосы были раскиданы по всей подушке, глаза были приоткрыты, а на губах играла улыбка. Секби смотрел с любовью, и Клэш знал, что этот взгляд был подарен только ему. – Да…? – Спишь? Тихий смех, и на лице Клэша тоже появляется улыбка. Ну конечно, как же без этого вопроса. Казалось бы, совершенный глупый и ненужный вопрос. Секби ведь видит, даже со своим минусовым зрением, что его друг не спит. Однако, без него каждое утро теряло свою неведомую красоту и уют. Будто бы без такого вопроса весь оставшийся день становился сер и скучен. – Да, солнце. Клэш отвечает мягко и перекатывается ближе к Секби, немного путается в одеяле, из-за чего чертыхается. Но борьбу с одеялом Клэш выигрывает и оказывается в столь желанных объятьях. Теплое дыхание на шее заставляет выдохнуть и прикрыть глаза. Оно посылает по телу мурашки, из-за чего Клэш слегка плавится. Слышит тихий смех, а потом сухие губы Секби касаются столь чувствительного участка кожи. – Секби… Секби, не… Не надо. Слова Клэша идут вразрез с его действиями. Потому что он в ответ, наоборот, кладет руки Секби на свою талию, притягивая тем самым ещё ближе, и открывает шею, подставляясь под ещё большое количество поцелуев. Руки Секби поглаживают по бокам, иногда сжимая их, а губы спускаются поцелуями ниже, по шее, и целуют в веснушчатые плечи. Такие утренние ласки расслабляют, и Клэш, не открывая глаз, спрашивает: – Ты кушать хочешь? – Точно бы не отказался. Но из-под одеяла вылезать не хотелось совсем. Наоборот, Клэш разворачивается в объятьях, переплетая свои ноги с чужими, более длинными, и снова смотрит в чужие глаза. Их переглядки не продолжаются долго. Клэш закидывает руки на шею своему парню, вплетает их в волосы и притягивает его для поцелуя. Совершенно детского, просто касания губами – не более. Затем уже Секби целует его в нос, щеки и лоб. Из-за этого всего всё меньше хочется вылезать из постели. Но хотелось того парням или нет – вставать надо было. Дела по дому росли в геометрическом прогрессе. Всё-таки никто, помимо них, не приготовит завтрак, не отправит вещи в стирки и не застелет кровать. А также, конечно, никто, кроме них, не поедет на велосипедах воровать яблоки из чужого сада, а потом и к речке, где они будут плескать и есть те самые яблоки. Параллельно, может быть, они найдут ещё много приключений. Ну а пока надо хотя бы встать. Выполнив все мыльно-рыльные процедуры, Клэш подметил, что нужно проверить смеситель. Видимо, ночью кран немного подтек, из-за чего на дне образовалась небольшая лужица, что очень сильно раздражала Клэша, так как каждые несколько минут можно было услышать, как капает вода. Любого это будет раздражать. Покопавшись в холодильнике, Клэш выудил несколько яиц, один помидор, недоеденную колбасу и немного сыра. Ну… С этим можно было что-то делать, хотя, грешным делом, промелькнула мысль, что нужно съездить в магазин. Быстро разогрев сковороду, сковородку, Клэш скидывает туда все свои находки, кроме, пожалуй, сыра, его он собирает положить отдельно. Яичница – блюдо совершенно не сложное в приготовлении, тем более для Клэша. Всё-таки он ведь не просто так учится на повара? Боковым зрением Клэш подмечает, как Секби роется на верхней полке и достает две кружки – одну достаточно старую и даже с обколотым краем, со странным рисунком феи Винкс, и вторую, не менее старую, с рисунком то ли динозавра, то ли ящерицы.

Я стараюсь никого не обижать и быть хорошим,

Даже за глаза человека не оскорблю,

Даже мнение чужое уважаю, предположим,

Только я никого не люблю.

Такими же быстрыми движениями Секби заваривает чай, какой-то сладко-ягодный. Три ложки сахара в одну кружку и ни одной в другую. Всё как всегда. Клэш засматривается на своего парня и немного забывает про свое дело. Однако запах гари быстро напоминает обо всём. «Совершенно не сложное в приготовлении блюдо» теперь лежит на тарелках, слегка подгоревшее. Ну, сыр должен был всё исправить. Запах слегка подгоревшей, но всё ещё вкусной еды, развивался по всей кухни. Романтика

А люди любят: они стоят с букетами в метро,

Как будто ждали свидания целый год.

Люди любят хрусталь и столовое серебро,

Достают на юбилей, покупают коньяк и торт.

В углу этой же самой кухни включается радио. Ещё в первый день Клэш вставил в него небольшую флешку с их плейлистом, из-за чего теперь целыми днями у них было прекрасное музыкальное сопровождение. Парни садятся за стол и желают друг другу приятного аппетита. — Что у нас по планам на день? Ну, помимо очевидного — поехать на речку? – не переставая жевать кусочек колбасы, спрашивает Клэш. Секби поднимает взгляд с тарелки на своего парня. Он задумывается и начинает почёсывать свои волосы, которые всё ещё торчали в разные стороны, потом оглядывается по сторонам и что-то вспоминает. — Ну… Нам бы съездить в магазин — купить продукты, а то ты сам видел, у нас в холодильнике твой сородич повесился. А так… Больше, вроде, планов у нас нет. Клэш просиял. Больше всего в деревне тот любил поездки в магазин. Ведь это значило, что они больше часа будут ехать на велосипедах к ближайшему магазинчику. Там накупят еды и обязательно какие-нибудь вкусняшки, хотя Секби будет бурчать, но всё равно всё купит. На обратном же пути они точно поедут в объезд с горы и будут заливаться смехом или петь любимые песни. Так что, как только последний кусочек яичницы отправился в рот, Клэш тут же подрывается с места, чуть не опрокинув стол. — Осторожнее, мышь. – придерживая стол, говорит Секби, а потом следом встаёт, захватывая с собой грязные тарелки, пока Клэш берёт кружки.

Люди любят, хватают гантели, крутят педали,

По утрам терпеливо выгуливают собак.

Вы думали, люди не любят?

Не угадали, люди любят, да ещё как!

Он направляется к раковине, однако Клэш оказывается быстрее и протискивается вперед. В отместку Секби, как бы случайно, зажимает того у раковины. — Отойти не хочешь? – с небольшим наездом спрашивает Клэш. – Совершенно нет. Тарелки ставятся на дно раковины вслед за кружками, после чего руки Секби ложатся на его талию, из-за чего Клэш вздрагивает. Аккуратно поглаживают, забираются под футболку и гладят чужую тёплую кожу. Секби задирает её ещё выше, ощупывая рёбра, огибая место сосков и снова опускаясь вниз, доходя ровно до выпирающихся косточек таза, прижимая ближе. – Прекрати… – тихо шепчет Клэш. Секби того не слышит, наоборот, прижимает ближе. Прилив нежности, который был всегда с утра, требовал залюбить Клэша. Его любимого, дорогого бойфренда, которого хотелось расцеловать в каждую клеточку тела. Показать ему, что Секби любит. Очень любит. — Если тебе правда не нравится, то скажи мне, и я остановлюсь. Ты ведь знаешь это. Проговорил Секби, параллельно с этим полностью снимая чужую футболку и разворачивая Клэша к себе лицом. Клэш чувствует себя слишком раскрытым, так как глаза Секби теперь блуждают по всему телу. Хочется неосознанно прикрыться. Однако Клэш знает, что Секби нравится в нём всё. Подтверждением тому становятся губы Секби, которые касаются сосков Клэша. Сначала совсем невинно, всего лишь поцелуями, и только потом их прикусывает. На это действие Клэш, совсем не сдерживаясь, стонет. Да и зачем сдерживаться – никто все равно не услышит, а перед Секби стесняться было нечего. Слишком уж давно они в отношениях, дольше длиться только их дружба. Они видели слёзы друг друга после разбитых коленей, улыбки, когда удачно сдавали контрольные, и, конечно же, взаимно успокаивались в объятьях после неудачных отношений. Всё это шло к тому, чтобы они стали теми, кем являются сейчас. И вот Секби, его парень, улыбается во все тридцать два, а Клэшу только остаётся, что схватиться за столешницу сзади и смотреть в наглые глаза. — Боже...ты…ты ящер ебливый…мхх. Оставляя соски в покои, Секби спускается дорожкой поцелуев-укусов ниже, вставая тем самым на колени перед возлюбленным. Кладет руки на бедра и целует в небольшой шрам над пупком. Клэш хорошо помнит историю появления этого шрама. Где-то год назад, в эпоху подросткового бунта, он проколол пупок у какого-то своего дружка на квартире. Вроде, это был Веназар. Удивительно, что ему не занесли никаких болячек или не прокололи ещё дырок. Пирсинг он снял через две недели, когда понял, что рана вообще не заживает. Ну, и после часовой лекции от Секби про сепсис, столбняк и тому подобное. Умеет же тот на мозги капать. Вот снова тот хмурится и смотрит тем самым осуждающим взглядом. Клэш в ответ только отводит взгляд и кладет руку на волосы парня, поглаживая их. Руки Секби проводят по кромке домашних шорт, слегка нажимает на пах через них, из-за чего Клэш стонет и сжимает волосы в руке. Старается не смотреть вниз, но чувствует, как те самые шорты спускают с него, а потом и руку на члене. Поцелуи, прелюдия и взаимная дрочка были делом частым у них. Однако сейчас, видно, Секби решил попробовать что-то новое. Иначе дыхания на члене Клэш просто не мог объяснить. — Ты…ты хоть знаешь, как это делается? — Ну…я видел, как делают минет в порно. Да и моя девушка успела меня побаловать. А что, боишься? — Секби смотрит снизу и ухмыляется. — Я просто не люблю разного рода эксперименты, — Клэш хмурится, но добавляет: — Но… мне нравится смотреть на тебя сверху вниз. Есть в этом что-то такое… Что «такое…» Клэш сказать не успевает, его член пережимают, и он стонет, запрокидывая голову назад. Ещё несколько движений рукой, и головку члена накрывают ртом, спускаются ниже, слегка задевая зубами, из-за чего Клэш шипит. Но даже так было приятно. Секби старался пройти по каждой венке и заглотнуть больше. Неосознанно Клэш давит сильнее и получает недовольный взгляд снизу. Секби отстраняется, снова пережимая, получая недовольный всхлип от Клэша. Последний урок усваивается, и старается не давить больше. Клэш наблюдает, как его парень задаёт собственный темп, и слегка сжимает волосы того. Чувствует, как головка толкается в горло Секби, и тот, будто бы испытывает себя на силу, старается подавить рвотный рефлекс. Клэш хнычет, дергается и стонет. Даже неумелые движения Секби доставляли ему уйму удовольствия. Перед глазами плывет от переизбытка чувств, эмоций и подступающего оргазма. Хорошо, как же хорошо. Кажется, он по-новому влюбляется в своего парня. Оргазм подбирается достаточно быстро, что неудивительно, с учётом того, как долго длились прелюдии. Клэш успевает в последний момент отдернуть Секби за волосы, кончая тому прям на лицо. — По-моему, — говорит Секби, параллельно поднимаясь и стирая футболкой сперму с лица, — меня сейчас вырвет. – Прости… – Ничего страшного. Нам стоит пойти и умыться хотя бы. У Клэша дрожат ноги. Он тянется за поцелуем к Секби, не обращая внимания на вкус спермы на языке. Целуются они недолго, но достаточно для того, чтобы, оторвавшись друг от друга, между ними образовался мостик из слюны. — Фу, как ты вообще можешь меня целовать после такого? — Я просто люблю тебя, — произносит Клэш и тянется к чужим штанам. Но видит красные щеки своего парня и бегающий взгляд, что за…? Клэш смотрит вниз и удивленно приподнимает брови. Интересно. — Ты… ты кончил от того, что делал мне минет? Серьезно, Секби? — Заткнись… Я тебя тоже люблю, как видишь.