Мечта героя

      Мир изменился благодаря Всемогущему. Но изменились ли сами люди? Бытует мнение, что они не меняются, а лишь подстраиваются под мироустройство, запихивая истинную натуру куда-то в глубины своих прогнивших душ. Такого мнения даже придерживались некоторые дети, у коих жизнь с каждым шагом отца или матери, каждой нотки их голоса превращалась в настоящий кошмар.

***

      — Если у неё не будет сильной причуды, я убью её! — распалённые мужские крики на первом этаже заглушались только редкими раскатами грома. Глава семейства Морияма был явно разозлён, а всё почему? Потому что его дочери уже три года, а причуда так и не проявлялась.       — Да плевать! Она вообще не должна была рождаться! Ты видел её глаза?! Это отродье не моя дочь! — ответные крики не заставили себя долго ждать. Такие слова — нож в сердце ребёнка, который это слышит. И ведь их дочка всё прекрасно понимала. Уже в три года знала, как устроена жизнь, и насколько она бывает жестока.       Малютка встаёт, желая спуститься вниз и попытаться остановить крики. Она верила, если её причуда будет сильной, то родители точно будут рады. Ацуко надеялась, что все эти слова — лишь порывы людских эмоций, не более. С самого рождения и до трёх лет была лишь одна вещь, которую та не забудет до конца — взгляд матери. Когда её белоснежные, словно чистые снежинки, глаза открылись и взглянули на мир, то увидели лишь непробиваемую ярость бездонных чёрных глаз Рико Мориямы, её матери. Рядом стоял отец — Рей Морияма, что с надеждой смотрел на младенца, но далеко не той… доброй, а какой-то другой.       Смахивая бусинки солёных слёз, девочка выбегает из своей комнаты, даже не закрывая дверь. Вероятно, просто так хотелось хотя бы раз увидеть чью-то улыбку, что та позабыла о правиле номер три этого дома: «Всегда закрывай за собой двери». Почему-то Ацу было это совсем не важно. Она, сломя голову, бежала по ступенькам винтовой лестницы и судорожно вдыхала полной грудью, стараясь не задохнуться от бега, в конце концов спорт — главный враг маленькой Мориямы.       — Мам! Пап! Не ругайтесь, у меня…у меня проявилась причуда, — судорожный писк раздался рядом с двумя взрослыми, когда малышка с горем пополам сократила расстояние. Да, она соврала им, но по-другому было никак. Как можно иначе заставить их сбавить тон своего голоса? Только вот… как действовать дальше, та не знала.       Повисла гробовая тишина. Только отец повернул голову в её сторону, словно выжидая использования причуды. Как быть? Она же… совсем не знает, как вообще должны ощущаться способности. Ведь… родители были беспричудными. Невинные глазки метнулись и сверкнули. Действия на панике… страхе и проблеске надежды действительно заставили время резко остановиться. Остановились крики, стуки сердец, дыхание. Словно фильм ужасов поставили на паузу.       — Простите! Простите меня! — Ацуко заморгала от слёз, что уже начинали неприятно щипать глаза. На секунду, она подумала, что им больно, а девочка не хотела причинять боль. Её добрая, невинная душа желала улыбок, лёгкости, свободы и просто… жизни. Но внезапно пробудившаяся причуда — крест на её мечтах и надеждах на светлое будущее. По крайней мере, так, видимо, думала только она одна.       — Ты посмела применить причуду на человеке?! Не могла на предмете?! Тебе показать, как это делается?! — крик возобновился сразу же после исчезновения действий причуды. Словно стараясь доказать правоту, а тем самым и наказать Ацуко за «промах», Рей схватил с рядом стоящей тумбочки стакан и швырнул прямо в девочку, надеясь, что та повторно её активирует, но… увы. Самое обидное, что мать даже не дёрнулась, чтобы ей помочь.       В животном страхе Ацу прикрывает руками макушку, заставляя предмет удариться о стену и разбиться на несколько крупных осколков, — Причуда злодея, — прорычала Рико одновременно со звуком стекла, упавшего на дорогой паркет. Такое напряжение стало первой травмой в жизни девочки.

***

      — Это Ацуко Морияма! С сегодняшнего дня она будет ходить сюда вместе с вами! — до боли непривычный голос воспитателя детского садика, куда горе мамаша спихнула дочь, лишь бы та на глаза не попадалась, отдавался эхом в голове девочки, которой вот-вот стукнет пять годиков.       Отец был против такого и ярко выражал недовольства путём избиений своей жены, при этом девочке везло не больше, так как на тренировках Рея она получала буквально каждые минут пять или десять. То не так причуду применила, то внимание потеряла, то посмотрела на него не так. Самое удивительное, что беспричудный учил девочку использовать причуду. Забавно, но Ацуко казалось, что таким образом он пытается выплеснуть гнев и скрыть страх перед ней. Фраза: «Причуда злодея…» надолго въелась в памяти всех в этой горе семье, и это было видно.       Морияма носила чёрную водолазку с высоким горлом и длинными рукавами вместе с чёрными лосинами, скрывая многочисленные синяки и ссадины. Благо, что воспитатели не додумались спросить. Хотя… толку в этом никакого. Её отец, как самый настоящий мудак, всегда говорил: «Мы просто бедные, чтобы позволить ей дорогие наряды». Бедные? Серьёзно? Да они жили в трёхэтажном особняке, ходили только в брендах и имели крутую машину. Естественно, на публике не высвечивали этим, лишь бы не спалили их внутренние конфликты. Это злило Ацуко, но рассказать она не могла… попросту боялась. Куда она потом пойдёт? В детский дом? Нет, уж лучше в садике.       — Привет… — она неуверенно поздоровалась, словно вообще не знала, как это правильно делать, что было не удивительно, исходя из политики её матери: «Монстр должен находится дома!». И всё же она успела ей изрядно надоесть, поэтому Рико даже видеть её не хотела, вот и отдала на попечение воспитателей.       — Беги, играй, подготовка к школе начнётся только с завтрашнего дня, пока познакомься со всеми, — ей быстро дали инструкцию, пуская в свободное плавание. Естественно, о её причуде никто не знал, а Рей строго запретил Ацу рассказывать про неё. Чем это чревато он ей уже показал, когда ударил палкой по позвоночнику с такой силой, что на нежной девичьей кожице образовалась гематома.       Морияма медленно двинулась к толпе детей, которая пару раз чуть благополучно её не сбила. Неумение общаться очень сильно выражалось на её растерянном личике, кое не видело ничего, кроме боли. Всё же она хотела пообщаться, хотела иметь друзей, но вот… в душе была лишь липкая печаль, что никак не желала растворяться.       — Привет! Ты Ацуко, да?! — бодрый голосок зазвучал где-то сзади, от чего девочка вздрогнула и резко крутанулась на пятках. Естественно, тело не удержало равновесие, и уже через секунду раздался детский «Ай!» с уст Мориямы, которая благополучно ушибла себе копчик.       — Ты кто? — вполне логичный вопрос, учитывая, что к ней безбожно подкрались сзади. И всё-таки взглядом она неизвестного удосужила. Паренёк её возраста, что тоже не шибко её удивило, ведь голоса та мастерски распознавала, даже с учётом, что его голос был чем-то схож с женским. А вот выглядел он, как солнышко. Учитывая его яркие жёлтые волосы, паренёк действительно был на него похож.       — Меня зовут Денки Каминари! Ты не ушиблась? Давай культяпку! — такая искренняя и заботливая улыбка смогла вернуть маленький блеск в девичьих глазках. Он такой добрый и весёлый, что девочка невольно хихикнула, параллельно принимая его помощь.       Такое простое прикосновение, а так тепло. Денки был для неё первым лучиком в жизни. Улыбался ей, шутил, помогал осваиваться, и всё же не знал про неё ровным счётом ни черта. Самое удивительное, ему было всё равно на её странности, что ей и нравилось. Всё же ей так не хватало беззаботного общения хоть с кем-то.

***

      Год за годом. Класс за классом. В жизни девушки не менялось ровным счётом ничего. Один только Каминари вечно пытался поднять настроение резко потухшей к последнему классу Ацуко. Её давил факт, что она не всё рассказала ему, рассказала про причуду и семью, но вот один случай так и не попал ему в уши.

***

      Она просто сидела в своей комнате, как ворвалась дюже счастливая мать. Это было пугающе странно. Обычно она радовалась только отсутствию Мориямы в её особняке, а тут… как-то дюже странно. Где отец? Или… стоп. — Оторвись от гаджета и спускайся! Приехал дедуля Самай! — порхающая Рико вылетела из комнаты раньше, чем Ацуко успела ответить ей. Ну, раз приехал, так и пусть. Поздороваться и вернуться обратно — ничего сложного.

***

      Тогда это была самая роковая её ошибка, кою не исправить уже никогда. Она помнила злобные и довольные лица этих поехавших, помнила фразы: «Твоя причуда ужасна!», «Сдохни, ошибка!», помнила нож в руках деда… дорогой, охотничий. И в ту же секунду он полоснул лезвием по коже, что находилась чуть ниже груди. Слышится рвущаяся ткань блузки, чувствуется тепло крови, стекающей вниз, к пупку.       Это был второй раз, когда она применила причуду на основе самовыживания. Взгляд сверкнул в панике, останавливая время. Теперь это и вправду походило на фильм ужасов. Дед с безумными глазами и ножом в руках, а рядом счастливая мать. Как мало, оказывается, нужно было для её улыбки… всего лишь умереть…       В тот день она убежала к Каминари, но ничего не рассказала, лишь оправдалась, что по пути встретила животное и её поранили. Господи, ну и бред. Как же она ненавидела лгать ему… поэтому была решительно настроена признаться и… просто сбежать, чтобы защитить своего друга.

***

      — Ками-кун… — она позвала его, отвлекаясь от воспоминаний. Хватает его за рукав кофты и несильно сжимает, словно провинившийся ребёнок, ищущий прощения за проступок у родителя. Ацуко остановила его. Да, они уже выпустились считай, но девушка намерена была сбежать. Она хотела защищить его… безумно.       — Ацу, милая, всё в порядке? Ты плачешь, — обеспокоенный голос Денки, заставил Морияму невольно коснуться пальцами свободной руки своей щеки. Действительно, слёзы… она так не хотела прощаться с ним, так привязалась, что уже и не знала, с кем будет сидеть и смотреть сериалы, шутить, кушать вкусности и просто зависать летом на местном пляже.       — Прости, я… мы можем поговорить? — она игнорирует вопрос о своих делах и лишь сильнее сжала ткань кофты друга. Ацу даже дожидаться ответа не стала, а просто продолжила, — На самом деле… в тот день, когда я сказала, что меня ранило животное… я соврала. Прости, Ками-кун… я не смогла сказать правду о том, что это мать рассказала деду про причуду, он приехал и чуть не зарезал меня… если бы не ты и моя остановка времени… я бы погибла, Денки, я… — она вечно прерывалась, всхлипывала, была, словно маленький котёнок, которому нужна защита. Даже договорить не смогла, как Каминари молча заключает её в свои объятия, позволяя уткнуться носом в его плечо.       — Милая моя Ацу… я догадывался, что это снова твоя скотская семья. Ты пройдёшь это. Я всё понимаю, я чувствую, что ты хочешь защитить меня, и я уважаю это, — он говорил успокаивающе тихо, мягко поднимая её голову, — послушай меня, сестрёнка, стань героем. Чтобы не допускать больше ада в этой жизни и дарить людям улыбки, как дарила мне. Твоя причуда прекрасна, прекрати ненавидеть себя. Мы обязательно свидимся.       Это был последний их разговор перед тем, как Ацуко Морияма исчезла. Полностью. С радаров, с сетей. Она скрывалась до своего поступления в UA.

***

      — О чём задумалась? — мужской голос обрывает поток детских воспоминаний, что играли флеш беками в голове девушки, только что застывшей перед дверью, на которой было написано «1-А». Да, этот голос она слышит впервые, что её и напугало. Ну, а что поделать? Жизнь научила реагировать на незнакомое быстро и без промедлений.       Ацуко не ответила, а лишь резко обернулась, в попытках заточить незнакомца в причуду, но… у неё впервые не вышло. Как? Почему? Неужели причуда исчезла? Пусть она и мало знала о них, но была уверена, что так быстро она не пропадает, — Почему моя причуда не работает? — вполне логичный вопрос для той, что вообще не знала героев. Ни в лицо, ни по имени, а если бы знала, то поняла кто именно сейчас перед ней стоит.       — Не смей больше так использовать причуду, на первый раз прощаю, но в будущем поблажек не жди, — мужчина, что перед ней стоял и нагло стирал причуду взглядом, не удосужился ответить на её вопрос. Всего лишь предупредил и таким образом намекнул, что Ацуко находится в школе UA, и использовать силы на учителях — хреновая идея.       — А, да, извините, — тихий ответ, напоминающий больше сарказм. Раз это его причуда, то понятно, почему остановка времени не подействовала, а раз он тоже тут, это значило лишь одно — он один из учителей, и сейчас у неё должен был быть урок с ним. Влипла, так влипла. Так ещё и опозорилась, а всё из-за её придурошной семейки тиранов, из-за которых та реагировала на малейший незнакомый голос и шаги, как на потенциальную угрозу жизни. За столько лет Морияма научилась мастерски запоминать мельчайшие детали людей. Запах, голос, шаги и даже дыхание. Такова расплата за страдания дома, если так вообще можно было назвать место, где она выросла и родилась.       — Забудь, заходи давай, не тяни время, урок начался, — поторопил ту учитель, что наблюдал за её мимолётным шоком. Словно она из пещеры вылезла. Эта девчонка была первой, кто не узнал Сотри голову. Удивительная малявка. По крайней мере, так думал Айзава в тот момент. Он намеренно не копал на неё информацию, в отличие от того же директора и Всемогущего, которые уже про Ацуко узнали всё, что только можно и нельзя.       Естественно, девушка уже не стала позориться больше, препираясь с ним, поэтому решила открыть дверь класса дрожащей рукой и шагнуть в кабинет, где будет проходить её дальнейшая жизнь, а возможно… это шанс начать всё с нуля, во что Морияма слабо верила. Ну, как говорится: «Не попробуешь — не узнаешь». Добро пожаловать на геройский факультет!