Скрипичный ключ к сердцу

— Доброе утро.  Звонкий голос Венти с утра пораньше мог легко вывести из себя, но Кадзуха был представителем очень спокойных людей, так что на приветствие отреагировал сухо. — Доброе.  Таким оно, конечно, не было. Мать, по-видимому, вернувшаяся за пару часов до пробуждения Кадзухи, мало того, что забыла выключить воду в раковине, которой за эти пару часов набежало немало, так еще и наследила в коридоре так, что без слез не взглянешь. Кадзуха не винил ее за это, знал, что она сейчас справлялась с трудностями и не всегда могла быть достаточно продуктивной.   Тем не менее, парень на дух не переносил грязь и беспорядок, так что утро начал не с чая, а с уборки коридора от грязных пятен. — Невеселый ты какой-то. — Да обычный вроде.  Довольно спокойно ответив, Кадзуха все-таки кивнул неосознанно. Проспал он сегодня тоже всего пару часов, так что чувствовал себя неважно. Конечно же, это отразилось и на его внешнем виде.   Венти не упустил возможности несколько раз за день напомнить Кадзухе про его огромные мешки под глазами. Ох уж эта прозрачная кожа… хоть ты тоже глаза крась, лишь бы внимание не привлекать.   С первых уроков на весь класс свалили очередной поток сознания про важность экзаменов. Конечно же, не забыли напомнить про то, что никто из присутствующих с такой подготовкой их не сдаст. Кадзуха пропускал все мимо ушей и без особого энтузиазма делал вид, что речь учителя ему была очень интересна.   Погода за окном снова была мрачной, что только подливало масла в огонь. Как же хотелось спать, когда голос учителя был таким убаюкивающим, а погода так и располагала, чтобы прикрыть глаза и отдохнуть. — Каэдэхара.  Кадзуха по привычке подскочил на месте и ошарашено уставился сначала на виновато скукожившегося Венти, а затем и на учителя.   — Я, конечно, понимаю, что мои уроки могут быть неинтересны, но чтобы такое неуважение. Спать нужно дома, молодые люди. Не забывайте об этом.  Кадзуха протер глаза ладонью и так и остался сидеть, закрывая ею свой взгляд и молясь про себя: да замолчи ты уже, понял я…  Вывести парня из себя было довольно сложно, но в моменты, когда его начинали отчитывать вот так, прилюдно, не останавливая свою шарманку, становилось очень неприятно. Кадзуха старался не думать о том, сколько взглядов на него сейчас было обращено.  Молча и внешне спокойно дослушав тираду учителя, Кадзуха продолжил заполнять таблицу под диктовку историка. Несмотря на то, что все, кроме учителя, в этой ситуации промолчали, Кадзуха понимал, что настроение на ближайшие пару уроков у него было испорчено.  Уже даже не столько из-за учителя, сколько из-за сна, который так нагло прервали.  — Прости… я мог бы разбудить раньше…- прошептал Венти, но получил на это лишь тихую отмашку. — Не волнуйся. Это не твоя проблема. И, видимо, не моя тоже,- Кадзуха многозначительно уставился на историка, который до этого почти две минуты своего времени посвятил нытью по поводу того, что его якобы не слушают.  Венти усмехнулся с позитивного настроя Кадзухи и больше этот вопрос не поднимал. Возможно исправить настроение было также просто, как и испортить. Или просто Кадзуха легко поддавался переменам.  И все бы ничего, да только ощущение посторонних взглядов не сходило со спины. Кадзуха не стал поворачиваться сам, а попросил Венти, которому крутиться, как пропеллер, во все направления, было обычным делом во время уроков.  Кадзуха краем глаза заметил, как тот скривился. — Роза…  То, что у Венти с Розалиной был какой-то давний конфликт Кадзуха и без того знал.  — Что?- спросил он, разворачиваясь вслед за Венти и по какому-то невероятному совпадению встречаясь взглядом со Скарой.   Зрительный контакт продлился всего пару секунду, прежде чем Кадзуха отвернулся, в последний момент заметив, как Скара быстро опустил голову в пустую тетрадь. Пусть лучше эти взгляды ловит спина, так хоть не настолько неловко.   До конца урока больше никаких странностей, к счастью, не происходило. — Я в столовку, тебе брать что-то? — Деньги все на карте, не надо,- Кадзуха отказался, хоть предложение Венти и звучало очень заманчиво.  Тот настаивать не стал. Осталось пережить два урока, и можно будет наконец-то выспаться дома.  Словно призрак, мимо парты Кадзухи пролетел Скара, прошмыгнув вместе с Розой в коридор. Недавний инцидент все еще был свежим в памяти Кадзухи, но совпадения ведь случаются, правда? Значит и переживать было незачем.   Такие переглядки, на удивление, стали происходить чаще. Кадзуха не успевал подсчитывать. И он не обратил бы на это внимания, если бы глаза Скары не были настолько обжигающе холодными.  У Кадзухи мурашки бежали от этого взгляда. Даже мимолетный он был таким страшно-опасным, что от него хотелось спрятаться. А потом что-то случайно происходило, и Кадзуха, совершенно неосознанно, ловил себя на том, что все чаще и чаще находился рядом со Скарой.  Объяснить это чем-то, кроме как мистикой, он не мог. Сам встреч он никогда не искал. Все это происходило против его воли. Кадзуха просто не был тем человеком, который нуждался в постоянной компании, так что вся эта ситуация его немало удивляла, но не напрягала.  Напрягал только сам Скара. Или больше его глаза? Наверное, все же глаза.  Так прошла первая неделя учебы. Вечно сонная и полная недовольств и усталости неделя, к которой после летних каникул было привыкнуть очень сложно. Возможно кому-то. Кадзухе привыкать к новому графику жизни было не так уж и сложно.   Да, он, как и все, не высыпался, и зачастую корил себя за то, что просидел всю ночь за экраном, но, в общем и целом, на учебу не жаловался. К соседу по парте Кадзуха привык еще быстрее. Венти, может, и был той еще занозой в заднице, зато сам по себе источал позитив, да и полезным иногда бывал.  Жаловаться было не на что, если исключить из школьной жизни постоянную игру в гляделки со Скарой. Карма Кадзуху что ли настигла? За что ему выпала эта уникальная возможность посоревноваться в долготе взгляда с человеком, которого он даже не знал?  Хотя за недолгое время учебы вместе Кадзуха убедился в том, что за спокойным и нелюдимым Скарой скрывался тот еще высокомерный придурок. Или такое предвзятое отношение появилось из-за того, что эти голубые глаза неслабо так отравляли школьную жизнь. Кадзуха сказать точно не мог.  Понедельник и ночь без сна— худшее комбо, которое может быть в учебное время. Кадзуха в моменты совпадения этих двух факторов чаще всего больше походил на призрака, чем на реального человека. Глаза, и без того больные во всех смыслах, воспалились, а мешки под ними только подчеркнули всю эту красоту.  Кадзуха не потрудился с утра уложить челку или, в целом, заняться прической. На голове, как и в голове творился хаос, так что учился и разговаривал с Венти Кадзуха на автопилоте.   До одного занимательного момента.   Кадзуха возвращался со столовой с только что купленным пакетиком сока и уже готов был повернуть за угол к кабинету, когда услышал до боли знакомый голос. Звучал в стенах школы он очень редко, потому что его обладатель, в принципе, был не очень разговорчивым, но Кадзуха за предыдущую неделю насилия над его мозгом этими странными взглядами сумел его запомнить.   Скара.  Кадзуха сам не понял, почему остановился, но уже через мгновение причина вылезла сама собой. Говорил Скара о нем.   Второй голос Кадзуха тоже узнал: Тарталья, парень с параллели, весельчак из богатой семьи. Точно, Венти говорил еще в первый день, что новенький дружил с рыжим и Лайлой. Теперь все становилось понятнее.  Кадзуха воткнул трубочку в пакетик и почему-то решил остаться послушать, в каком именно контексте прозвучало его имя в разговоре двух близко ему не знакомых людей. — И что он?- голос Тартальи звучал приглушенно из-за остального шума в коридоре, но разобрать его было можно. — На нервы действует,- холодный голос Скары обжигал даже через стену.   Они говорили о… Кадзухе? Точно? Даже он сам опешил. То есть Скара всю прошлую неделю буквально прожигал его взглядом, а теперь оказалось, что это Кадзуха действовал ему на нервы? — Медлительный, какой-то весь не от мира сего. Аж бесит.  — Дак ты такой же,- передразнил Тарталья с явной усмешкой.  Ее можно было хорошо услышать. — Допустим,- голос Скары прозвучал тише,- тогда он просто бесит. Без причины. Хотя нет, причина есть.  Кадзуха затаил дыхание, ожидая, что же такого интересного он сейчас про себя услышит. — Он придурок.  Значит друг о друге они со Скарой были похожего мнения. Это даже немного рассмешило Кадзуху. Оба не были знакомы толком, а уже успели надоесть.   Отличие было лишь в том, что не Кадзуха начал игру в гляделки, да и Скару в подобном ключе ни с кем со школы не обсуждал. Так что подобное оскорбление из его уст сейчас звучало очень неуместно и пошло.  Делать было нечего. Кадзуху не обидели эти слова, потому что он точно знал, что в них не было правды. Чем он там Скаре не угодил, разбираться не хотелось, а вот аккуратно указать ему на бестактность очень хотелось. Уж не высокомерному неформалу из богатенькой семьи Кадзухе предъявлять за внешний вид или интеллектуальные способности.  Выйдя из-за угла, Кадзуха убедился в том, что голоса принадлежали именно Скаре и Тарталье, так что он достаточно показательно прошел мимо них и напоследок впервые сам взглянул своему страху в глаза. Как хорошо, что рубашка могла скрыть пробежавшие по коже мурашки.  Но, несмотря на то, что эти голубые глаза были до ужаса холодными, на этот раз Кадзуха смог разглядеть в них удивление и непонимание. Пусть даже на мгновение, но он почувствовал себя водящим.   Хотя, впрочем, к концу дня этот инцидент уже не казался таким уж серьезным, а свой поступок Кадзуха расценил как глупый и забавный даже. Но смеяться— не плакать, а уметь посмеяться над собой— залог спокойной и приятной жизни.  С такими мыслями Кадзуха возвращался домой, думая о том, что приготовить на ужин, придет ли сегодня мама, хватит ли заряда на ноутбуке, чтобы поиграть, и перестанут ли эти страшные голубые глаза наблюдать за ним со спины?