Идентификационный номер: Грейнджер

Гермиона стояла с руками на бёдрах, взгляд острый, как скальпель. Её волосы были чуть растрёпаны, а лицо не выражало никаких эмоций. И только по побелевшим костяшкам её пальцев можно было догадаться, что она находится на грани. — Пустишь? — как можно непринуждённее отозвался Драко, явно ожидая не такого приёма. Гермиона медленно отошла с прохода, указывая рукой в направлении гостиной. Это выглядело странно и очень тревожно. Малфой даже обернулся по пути, чтобы убедиться, что в его спину не направлена палочка. — Куда ты делся?! — выдала она на одном дыхании, как только они оказались в гостиной. — Ты знаешь, что мне пришлось из-за тебя сделать? Я оказалась в самом дорогостоящем ресторане в своей жизни, а там какой-то тип без умолку рассказывал мне вещи, о которых я вообще понятия не имею, словно специально пытаясь вызвать воспоминания. Он поднимал какие-то темы, которые… — она сжала кулаки, — и постоянно пытался до меня дотронуться, будто так было всегда! А я сидела и думала, куда ты сбежал! Драко поднял руки, будто защищаясь: — Спокойно. Мне жаль, что это вышло так. Но у меня правда были неотложные дела. Я… я нашёл причину. Он протянул ей книгу, которую Гермиона буквально вырвала из его рук и почти впилась в него глазами: — За это время я прочитала больше литературы, чем за всё обучение в Хогвартсе. Если в этой книге не будет ничего интересного... — Будет, — оборвал он её, и в этом «будет» звучала не хвастовство, а стальная уверенность. Она плюхнулась на диван и быстро открыла книгу, пролистав несколько страниц. Скорости её чтения можно было позавидовать. Уже через пару минут она закрыла книгу и уставилась на Драко. — Не понимаю. Зачем ты мне принёс книгу о Скичинели? Его творения хранятся в музее или утеряны. Драко, не моргая, кивнул: — Да, но мне кажется, что зеркало Желаний сейчас находится в твоей спальне. — Не может быть... — прошептала она и подорвалась с кресла, практически переходя на бег в направлении своей спальни. Драко успел догнать её только уже в комнате, где она сидела перед зеркалом, заворожённо рассматривая отметку мастера. Лунный свет, пробивавшийся сквозь окно, скользил по поверхности стекла, придавая ей странное серебристое сияние. — Мерлин, Драко, как ты догадался? — спросила она, поворачивая к нему голову. И Драко невольно залюбовался ею: то ли от блеска в её глазах, то ли от того, что она стояла практически на коленях перед ним. Конечно, вся магическая Британия знала, что это сильная и умная волшебница, но видеть её такой — взволнованной, восхищённой, с мягким румянцем на щеках — в домашних условиях начинало приносить Драко особое наслаждение. — Случайно заметил, — выдавил из себя Драко, прогоняя непрошенные картинки в своей больной голове. Рассказывать Грейнджер о том, что её несостоявшийся муж приложил к этому руку, он явно не собирался, рассчитывая забрать всю благодарность себе. Гермиона втянула воздух и повернула голову к зеркалу. Отражение мерцало, будто дышало, и в комнате стало ощутимо жарче. — Всегда считала, что это просто легенда, — в голосе уже не было прежней истерики. Было что-то вроде дрожащей надежды и страха одновременно. — Как его нейтрализовать? — Пока не знаю, — сказал Драко мягко, всё ещё заворожённо рассматривая её. — Но мы можем поискать способы. Что стоило знать о Гермионе Грейнджер, так это то, что лучше не отвлекаться на собственные мысли, когда она так чем-то увлечена — или быть готовым к последствиям. Но именно в этот момент Драко не был, явно рисуя картины с пометкой "для взрослых". Он даже не понял, когда она встала и занесла палочку. «Бомбарда!» — отозвалось где-то на краю его сознания, а в следующий миг он уже летел в стену. Взрывная волна прошла по комнате, зеркало вспыхнуло белым светом. — Малфой?! Драко, ты в порядке?! — щебетала Грейнджер, обхватив его лицо руками. Кажется, при падении он сломал ей кровать и совсем не так, как хотел в своих фантазиях. — Я же попросила отойти! Драко, всё ещё ошарашенный, смотрел на нее, будто видел впервые. Она беспокоилась о нем, она переживала ( справедливости ради, Грейнджер о многом переживает, но ему ее забота была приятна), а потом глухо выдохнул: — Поцелуй меня, Грейнджер. По-моему, я заслужил. Грейнджер прекратила рассматривать его голову и наконец посмотрела ему в глаза. Что она там увидела, одному Мерлину известно, но она мягко опустила свои губы на его. Поцелуй был похож на весенний ветер — лёгкий, почти неосязаемый, но обжигающий до глубины. Драко притянул её ближе за талию, углубляя его. В этот момент он однозначно понял: страсть второй Грейнджер — это буря, красивая, но опасная, а вот это тепло… это то, что отпускать он не хочет. Грейнджер тихо простонала ему в губы, что произвело просто неизгладимое впечатление на Драко, который одним рывком перевернул её, оказываясь сверху, и припал к её шее. Гермиона тем временем запустила пальцы в его волосы, притягивая ближе, и неизвестно, чем бы всё закончилось, но их прервал звонок в дверь. — Не открывай, — хрипло попросил Драко, отрываясь от её шеи. — Это Лео. Он обещал зайти, — тихо сказала она, глядя на него каким-то опьянённым взглядом. Алая отметка на шее говорила сама за себя, и Драко решил дальше её не отговаривать. Гермиона медленно поднялась, поправила волосы и направилась к двери. Драко тоже поднялся и окинул взглядом комнату. Сломанная кровать — меньшее из бед: шкаф перекошен, уже полюбившееся ему кресло превратилось в обугленный силуэт, шторы лежали на полу, а окна… как они вообще остались целы? Комната выглядела так, словно через неё прошёл миниатюрный дракон. Кое-как отряхнувшись, Драко направился вслед за Грейнджер — просто чтобы посмотреть на лицо этого Лео. К сожалению для Драко, это был не Лео. А защитник всея магической Британии — великий Гарри Поттер, который в этот момент рассматривал Гермиону. Точнее —алую отметку, красующуюся у неё на шее. Гарри медленно перевёл взгляд на Драко, стоявшего чуть в стороне, с непроницаемым лицом. — Я… эм… не вовремя зашёл? — с невинной интонацией поинтересовался он. Гермиона вспыхнула и быстро заговорила: — Ну что ты, Гарри! Драко, похоже, нашёл причину моих бед, и я просто… попыталась избавиться от неё. Но не очень получилось. — Правда? — Гарри прищурился, переводя взгляд с неё обратно на Малфоя. — Абсолютно, — спокойно ответила Гермиона. Драко в это время уже улыбался — с тем самым выражением, от которого хотелось и ударить, и поцеловать одновременно. Гарри поймал его взгляд и, к удивлению Гермионы, тоже улыбнулся. — Что? — настороженно спросила она. — Что смешного? — Ничего, — ответил Гарри, едва сдерживая усмешку. — Просто… тебе стоит посмотреть на себя в зеркало. Гермиона нахмурилась, подошла к зеркалу, и тут же густо покраснела. На шее, прямо под линией ключицы, пылало свидетельство явно не «магической неудачи». — О, Мерлин… — пробормотала она и быстрым взмахом палочки убрала засос. — Вот теперь можешь смеяться. Она обернулась, выпрямившись с видом ведьмы, которая ни при чём: — Так зачем ты вообще пришёл? — Хотел поговорить с тобой наедине, — ответил Гарри, взглядом намекая Драко на дверь. — Я уже ухожу, — спокойно сказал Малфой, словно ожидал этого. Подошёл к Гермионе, склонился и поцеловал её в щёку. — Увидимся завтра. Она лишь кивнула, стараясь не встречаться с ним глазами. Когда дверь за ним закрылась, Гарри выдохнул и сложил руки на груди. — Это выглядит… странно, — наконец сказал он. — Знаю, — коротко ответила Гермиона и, чуть улыбнувшись, добавила: — Но мне нравится. — Ну, если нравится… — протянул Гарри, покачав головой. — Просто мне сообщили, что в одном из магических спортзалов Пэнси Паркинсон флиртовала с твоим женихом. Брови Гермионы взлетели вверх: — С чего ты решил, что меня это должно интересовать? Гарри усмехнулся: — Не знаю. Но обычно, когда в одной истории появляются Малфой и Паркинсон, это не сулит ничего хорошего. Гермиона задумалась, постукивая пальцем по губам. — Ты что-то такое уже говорил, — произнесла она тихо. — Но мне нужно поговорить с Забини. Теперь уже Гарри удивился. — С Забини? Зачем тебе Блейз? Гермиона кинула взгляд в направлении спальни: — Потому что причина моих бед, похоже, в этой квартире, — сказала она медленно. — И мне необходимо узнать, как и у кого он ее приобрел. Гарри нахмурился, но кивнул, доставая палочку.