Сердце принца

      Нечем дышать. Нечем. Воздуха в легких не осталось. Из сна вырвала паника. Фаенон понял, что и правда не мог больше сделать ни вдоха. Он почувствовал давление на своем животе, попытался понять причину, и его пальцы вцепились в руки, крепко сжимающие его. Фаенон заерзал, попытался растолкать Мидея, и тот резко открыл глаза, отпуская наконец Фаенона.        Глубокий хриплый вдох разогнал ночную тишину. Фаенон закашлялся, обернулся к Мидею. Тот тут же сел, взял Фаенона за руку. — Извини. Я не… — начал принц, взволнованно смотря на Фаенона, у которого даже глаза покраснели. — Тише. Кошмар приснился? — отдышавшись, спросил Фаенон. Мидей выглядел напуганным больше, чем сам Фаенон. И даже было не по себе видеть его в таком состоянии. — Мидей… Я не злюсь. Все хорошо. — Я не помню, что мне снилось, — признался принц, отворачиваясь. — Ты в порядке?        Фаенон надавил на его плечо, вынуждая лечь. За окном только-только начинало светать. Кефал еще был достаточно далеко, чтобы озарить небо своим светом. Мидей осторожно приобнял Фаенона, и тот уложил голову на его грудь. — Я уже сказал тебе, что все хорошо, — прошептал Фаенон. — Всякое бывает.        Мидей выводил узоры на его боку кончиками пальцев, о чем-то думал. Он не знал, следовало ли ему снова засыпать, так как до подъема оставалось не так уж много времени. Фаенон тоже все никак не засыпал, присушиваясь к чужому сердцебиению. — Думаю… Мне снилось мое прошлое, — нахмурился Мидей. — Да, вероятно, именно оно.        Вот оно. Зацепка. Фаенон всем своим видом пытался не показывать, что его вопрос прошлого Мидея интересовал едва ли не больше самого принца. Он взял Мидея за вторую руку, принялся оглаживать тыльную сторону ладони большим пальцем. — Хочешь рассказать? — как бы невзначай спросил он.        Мидей тяжело вздохнул. Конечно, он не хотел бы. Он все еще считал, что эта страница его жизни должна быть замазана чернилами и выброшена в бушующее пламя. Он сам старался не возвращаться к тем временам. Но Фаенон имел все права узнать о нем чуточку больше. Фаенон — не тот, от кого следовало скрываться. — Это началось еще до моего рождения. Отец и мама хотели прервать традицию убийства наследниками своих родителей ради трона, — тихо заговорил Мидей, смотря на темный потолок. Фаенон слушал его голос, анализировал каждое слово. — Когда мама была готова родить, отец испугался, что традиции окажутся сильнее их желания. Как только я появился на свет, он подал маме стакан воды. Только это была не вода, а яд. Мама поняла это только после того, как выпила все до последней капли. Яд ослабил ее. Поняв, что отец собирался убить меня, она вызвала его на бой. Будучи отравленной, истекающей кровью. Но она до последнего не выпускала клинок из рук. — Голос Мидея стал тише, и Фаенон прижался к нему ближе. История давалась Мидею тяжело. Он снова вздохнул. — Он убил ее. И сразу после этого, ссылаясь на волю Титана Раздора, сбросил меня в Реку Душ. Он обезумел. И для Кремноса настали темные времена. — Как ты выжил? — прошептал Фаенон. Ему казалось, что внутри него все похолодело. Из уст Мидея история звучала по-особенному печально. — Воды реки прокляли меня. Сама Смерть отвергла мое тело. И каждый день я умирал и воскресал. Я не помню ни дня, чтобы кто-то не отгрызал от меня куски, не глотал целиком и не терзал на части. — Мидей перевел дыхание. Фаенон его не торопил. Он прислушивался к сердцебиению, делился своим теплом, хоть сам принц и оставался горячим. — Когда я вырос и ощутил в себе силу, я смог биться за свою жизнь и вышел на кремносцев, среди которых был мой наставник Кратер. — Мидей… — прошептал Фаенон, чуть приподнимая голову, чтоб заглянуть в его глаза. — У меня есть вопрос. — Задавай. Я на любой отвечу. — Я ходил в библиотеку и наткнулся на кремносские легенды, — все же решил признаться Фаенон. Мидей не удивился. Не нахмурился. Не разозлился. Просто принял это как факт. — Почему… легенды постоянно изменяются? — Что ты имеешь в виду? — не понял Мидей. — Слова в книге. Они менялись сами и меняли историю полностью, — пояснил Фаенон. — Покажешь мне эту книгу?        Мидей хотел своими глазами увидеть то, о чем Фаенон говорил. Сам он ведь не встречался с подобными проблемами. И Фаенон кивнул в ответ.

***

       Старый библиотекарь спал, уткнувшись носом в тяжелый талмуд перед собой. За Фаеноном с Мидеем бесшумно закрылись двери. Дорогу до той книги Фаенон помнил прекрасно. Он сразу нашел нужный стеллаж и средь множества книг выудил нужную. Он вручил ее Мидею, ожидая, когда он откроет ее в нужном месте. — Мне нужен переводчик, — сказал Мидей, оглядываясь по сторонам. — Ты не знаешь кремносский? — удивился Фаенон. — Только частично. — Принц поднял взгляд выше и заметил словарь на несколько полок выше. — Подожди. Я достану.        Фаенон смотрел за тем, как Мидей взбирался по лестнице. Из-за другого стеллажа раздался шорох. В полутемной библиотеке такое было даже жутко слышать. Из любопытства Фаенон пошел туда, осмотрелся, но ничего подозрительного не было. Внезапно прямо в его руки упал свернутый листок.        Сверху вниз на Фаенона смотрел тот самый голубь, которого они отправляли в Охему. Добрее он с того момента не стал, и взгляд его будто был еще более недовольным. Фаенон развернул лист, вчитался в витиеватые слова. Пальцы похолодели. «Доброго тебе утра, Фаенон из Элизии Эйдес,        Надеюсь, ваш брак процветает. И, как бывает в любом браке, любопытство может взять верх. Но это не тот случай, когда следует интересоваться всем подряд. Иной раз нужно сделать правильный выбор. И ты его не делаешь.        Любовь к Мидеймосу затмевает твой разум, Фаенон. Я советую тебе не искать ответы на свои вопросы. Оставь его прошлое, как пытается оставить он сам. Иначе сожаления разрушат вас обоих.        Не могу говорить прямо, но желаю вам счастливой жизни. Наслаждайтесь же ею, пока небо не погаснет.

Ваша Аглая»

       Он хотел перечитать письмо еще раз, но то вспыхнуло прямо в руках, тут же распадаясь пеплом. Голубя на месте уже не было. Библиотека все еще оставалась темной. Фаенон вернулся к Мидею. — Ты что, решил книжных червей на рыбалку наловить? — усмехнулся принц. — Пойдем, сядем у лампы.        Фаенон тяжело сглотнул. Он хотел остановить Мидея, но тот уже уселся в кресло и открыл книгу. — Слушай, Мидей, — начал Фаенон, садясь рядом на подлокотник. — Я…        Но нужная страница уже была открыта. Мидей увлеченно вчитывался в строки. Сердце едва ли не замерло. Он не имел оснований не доверять Аглае. Но ее слова были слишком прямолинейны. Отчего-то она крайне не хотела, чтобы они вспомнили прошлое Мидея. Иррационально ей хотелось верить. — Здесь написано то же самое, что я тебе сказал, — нахмурился Мидей. — Да? — нервно улыбнулся Фаенон. — Может… может, я просто уснул за чтением. Извини, я перепутал сон с явью.        Мидей долго смотрел на него, но решил не развивать дальше этот диалог. Он отдал Фаенону книгу в руки, собираясь уже уйти. Фаенон опустил взгляд. Слова у него на глазах изменились. И он захлопнул книгу, чтобы больше не искушать судьбу.

***

— Мидей, а ваш покровительствующий титан… Почему его нет в Кремносе? — спросил Фаенон, когда они шли до инженеров.        Небо уже было светлым, пели птицы и бегали детишки по улицам. Кремносцы вели свой размеренный быт. Торговцы рыбой готовы были драться друг с другом за покупателей, отчего слышалась их крепкая ругань. Несли люди к озерам грязное белье на стирку. Тащили на своих плечах охотники огромных кабанов.        Мидей развел руками, будто ответ был очевиден: — Он пропал незадолго до того, как я вернулся в Кремнос. Люди говорят, что он просто исчез, оставив моего отца. Где он, мы понятия не имеем. — Но ты ведь должен был перенять его силу. Разве нет? — Когда это нужно будет, я сам этого труса найду, — засмеялся Мидей. — Пока что… Все хорошо.        Все и правда было хорошо. Фаенону даже становилось не по себе от того, что все у них складывалось. Аглая упоминала черное течение, ставшее катастрофой для некоторых полисов. Но их оно пока никак не трогало. Охема сдерживала натиск. Айдония не подавала прошения о помощи. Даже Янусополис молчал, справляясь как-то самостоятельно.       Пока по землям ходил Кефал, бояться было нечего. Мыслями Фаенон вновь вернулся к письму Аглаи. Он хотел бы задать ей несколько вопросов, но теперь вряд ли она бы ответила.        Инженеры снова находились где-то средь шестерней. Снова с их стороны раздавались бранные реплики. Мидей закатил глаза, пока они не видели, и только после этого постучал по люку. Высунулась макушка старшего работника. — А, наследный принц! — заулыбался он. — Какими судьбами? — Пришел проверить вашу работу. Как и каждый день до этого, — строго произнес Мидей, скрещивая руки на груди. — Что можете сказать? — Одну из шестерней установили. Отлили ее быстро и добротно. Смажем, и будем дожидаться остальных, — весело сказал инженер. — При хорошем раскладе, через недельку уже дальше двинемся. — А литейщики и камнетесы знают о том, что вы уже через неделю хотите все завершить? — засмеялся Фаенон. — Ба-а-а, да этим лишь бы поныть. Управятся. Мы вот работаем и не ноем, так и пусть эти заткнутся, — заворчал инженер. — Но на сегодня мы уже почти закончили. С Вашего позволения, удаляюсь доделывать работу.        Внизу упало что-то тяжелое и металлическое, а затем последовала новая порция ругани. Макушка скрылась под полом. Фаенон посмотрел на Мидея, и тот кивнул в сторону выхода. Не было смысла идти к камнетесам и литейщикам. Они бы начали ругаться на инженеров, а этого Мидей уже наслушался.        Фаенон вдохнул полной грудью свежий воздух, прикрыл глаза.

***

— Жестче! — раздался крик со стороны, и Фаенон стиснул зубы.        Кратер наблюдал за их тренировкой, уперев руки в бока. Не повезло же им попасться ему на глаза. Мидей с усмешкой ударил правой рукой, и Фаенон смог отразить его атаку. Тут же он прокрутил в ладони меч, чтоб отвлечь внимание и толкнуть Мидея рукой. — Фаенон! — выкрикнул снова Кратер. — Прекращай полагаться на свою изворотливость! Бейся лоб в лоб! — Да, Фаенон, бейся, — засмеялся Мидей, ставя ему подножку при следующем ударе. — Мидеймос! Хватит учиться у него плохому! Я что тебе говорил?! — злился Кратер. — О, так ты учишься у меня плохому, Мидеймос? — иронично выгнул бровь Фаенон, попадая прямо в блок. Он шагнул ближе, подцепил широкое ожерелье, что Мидей забыл снять перед тренировкой, и затем зашептал: — Как тебе не стыдно? — Кто бы говорил о стыде? — прищурился Мидей, отталкивая его и целясь в печень.        Фаенон увернулся, шлепнул плоской частью деревянного меча принца по бедру и звонко рассмеялся. Мидей сдул упавшую на глаза челку, чуть пригнулся, чтоб ударить Фаенона под ребра. — Не схватка, а брачные танцы, — заворчал Кратер. — А ну соберитесь! — Соберись, Мидеймос, — подхватил Фаенон, играя бровями. — Ты отвлекаешься. — На такого соперника не грех и отвлечься, — легко сказал Мидей, перехватывая его за руку. — Как жаль, что даже это меня не остановит.        Он попытался толкнуть Фаенона вновь, но тот вывернулся легко из его хватки и сам толкнул в спину, сразу после отпрыгивая. Мидей быстро к нему обернулся, удержав равновесие.        Сражаться с Фаеноном — все равно, что пытаться победить ветер. Он ускользал прямо из рук, открыто заигрывал и обводил Мидея вокруг пальца. И тяжело было от того, что силой он тоже теперь пользоваться не стеснялся — той было достаточно. Его деревянный меч ударил по латным перчаткам, погнул несколько пластин. Мидей прищурился. — Выглядишь уставшим, Мидеймос. Уже выдохся? — развел руками Фаенон. — Так, может, мне следует тебе поддаться? — О, какое у тебя высокое самомнение. — Глаза Мидея словно стали ярче. — Я не знаю такого слова как «усталость».        Фаенон легко увернулся от его следующей атаки, перехватил за руку и завел ее за спину, прижавшись вплотную к спине принца. Мидей попытался вырваться, но хватка только усилилась. — Да? Проверим сегодня ночью? — зашептал Фаенон на его ухо.        Кратер закатил глаза, и Мидею стало даже неловко. Он наступил Фаенону на ногу, и тот пораженно охнул, все же выпуская его руку. — Мидеймос, да он пользуется твоими слабостями, — недовольно произнес Кратер. — Не подставляйся.        Фаенон едва не пропустил следующий удар. На ногу было опираться еще больно. Умение в ловкости упало на несколько пунктов разом. Он сам же и споткнулся на ровном месте, но упасть ему не позволил Мидей, успев поймать за руку. — И вместо победы ты выбрал выручить его? — продолжал возмущаться Кратер. — Тебе не угодишь, наставник, — громко сказал Мидей, смотря на то, как Фаенон переносил вес с обеих ног полностью на одну. Принц склонился немного, чтоб пропустить одну руку под коленями Фаенона, а вторую под спиной, и после с легкостью оторвал того от пола. — То ты заставлял меня быстрее венчаться, то теперь недоволен, тем, что я выбираю своего супруга вместо мнимой победы.        Тут Фаенон не знал, смущаться ему или смеяться. Мидей легонько подкинул его, перехватывая поудобнее. И… Сам от себя Фаенон не ожидал, что посмотрит на Кратера с некой иронией во взгляде. Будто все слова наставника теперь не весили абсолютно ничего. — Победа должна быть превыше всего, Мидеймос. Это девиз нашего народа. — Да. И я уже победил, — произнес принц. Фаенон почувствовал, как его хватка стала крепче, но всего на мгновение. — А теперь прошу извинить. У меня есть дела поважнее. — Ты еще в жопу его поцелуй! — крикнул Кратер напоследок, сплевывая от отвращения к собственной же фразе. — Не волнуйся, наставник, не ослушаюсь и поцелую! — донесся голос Мидея эхом из коридора, а вместе с ним и смех Фаенона.

***

— Сильно пострадал, принцесса? — весело спросил Мидей, сгружая Фаенона на кровать. — Ох… Не сильнее, чем твоя гордость, — в тон ему ответил Фаенон, позволяя снять с себя обувь.        Мидей потянулся к обезболивающей мази. Она появилась у них тогда, когда тренировки участились, а Фаенон стал получать больше синяков. И вот теперь один такой окрасил кожу в темный цвет прямо на тыльной стороне стопы.        Не нужны были извинения. Оба понимали, что это обычные последствия их обучения. Фаенон оперся на руки за своей спиной, посмотрел сверху вниз на Мидея. Тот осторожно втирал мазь в место ушиба. — Тебе удивительно идет стоять на коленях передо мной, — сказал Фаенон, чуть щурясь. — Спасибо, — усмехнулся Мидей. — Это последний раз, как я так стою. — Мидеймос… Из тебя выходит отвратительный лжец, — наигранно вздохнул Фаенон.        Мидей посмотрел на него снизу вверх, приподнял одну бровь, и Фаенон захотел поцеловать его. Но только сдержал себя. Он двинул второй ногой, чуть надавил на пах, и Мидей в тот же момент поднялся на ноги и толкнул его в грудь, заваливая в кровать. — Вот за свой длинный язык и поплатишься терпением, — серьезно сказал Мидей, нависая над ним. — А я и не претендую сейчас на тебя, Мидей, — лукаво произнес Фаенон.        Мидей отпустил его, выпрямился и… вышел за дверь. Фаенон тихо засмеялся, сам заново обулся и покинул покои. Он не собирался оставлять своего возлюбленного пока что, так что головная боль была принцу обеспечена.