Новая головная боль Айзавы Шоты

      Айзава всегда был наблюдательным человеком и эти качества только сильнее развились в нем за почти десять лет службы подпольным героем и чуть меньший срок работы учителем в школе с самым высоким процентом детей с мощными и, временами, разрушительными причудами. Внимательность к малейшим деталям своего окружения была одним из залогов его собственного выживания.       Именно по этой причине Шота сразу обратил внимание на изменения в поведении его наиболее проблемного ребенка. Сперва он списал это на возможный стресс, ведь тот снова оказался втянут в злодейскую разборку. Но, наверное, он должен был благодарить небо, что на этот раз это было не результатом самодеятельности его ученика, а частью запланированного рейда геройского агентства, в котором он стажировался.       И хотя поначалу Айзава мог оправдать чем-то подобным поведение Мидории, то, что произошло вчера, стало той каплей, которая превратила смутное беспокойство в подозрение, что ситуация с его учеником по меньшей мере сложнее, чем может показаться на первый взгляд.       Шота просто шел по коридору академии в обеденный перерыв, собираясь взять свой спальный мешок и использовать его по назначению где-нибудь в учительской, когда заметил Всемогущего и Мидорию у одной из приватных комнат. Он оказался там как раз в тот момент, когда его ученик обратился к отставному герою с предложением пообедать вместе.       И дело было даже не в самом предложении, все уже привыкли к подозрительно близким отношениям этих двоих (у Тодороки была даже конспирологическая теория на этот счет). Нет, странным было спокойствие Мидории рядом с героем, его более расслабленная и отчасти грустная улыбка и обращение. Конечно, на людях тот всегда называл Всемогущего по псевдониму, но все же услышать мягкое «Тоши» из его уст тоже было как-то неправильно.       За всей этой сценой Айзава наблюдал издалека и предпочел не афишировать проделанное наблюдение, поняв, что остался незамеченным. Однако именно после этого он отправил Тсукаучи запрос о том, какими причудами обладали злодеи, с которыми столкнулся его ученик во время рейда. Нужно было понять, как они потенциально могли повлиять на его проблемного ребенка.       Также Шота расспросил Оджиро и Джиро, которые также были частью этого рейда. Те описали ему состоявшееся сражение, хотя он и заметил, что девочка неуверенно и словно в сомнениях покручивает один из своих наушников.       Когда он обратил на это внимание, Кьека упомянула, что в бою после контакта с одним из нападавших сердечный ритм Мидории повел себя странно, резко успокоившись. Она даже подумала, что его оглушили и он потерял сознание, поскольку тот упал, но Изуку почти сразу продолжил движение, хотя его сердце все еще билось так, как будто он пребывал в состоянии физического покоя.       По этой причине, получив вчера ответ Тсукаучи, Айзава обратил особое внимание на то, могла ли чья-то причуда дать такой эффект. В результате он обнаружил, что у одного из злодеев была причуда «Кома», способная ввести любого, кого он схватил или кого коснулся руками, в бессознательное состояние сроком до недели. И именно этот злодей напал на Мидорию в тот раз, по свидетельству его одноклассников. При этом Джиро засекла ее активацию! Ему нужно было тщательнее следить за проблемным ребенком, поскольку подобное противоречие фактов просто не могло привести ни к чему хорошему.       Сейчас, стоя перед классом на одном из обязательных факультативов, посвященных различным ветвям и граням героизма, Шота внимательно наблюдал за ними. Вообще-то его уроки по элементам подпольной практики должны были состояться через две недели, но он уговорил Тринадцатую поменяться с ним занятиями и перенести мини-курс по спасательному профилю на более позднее время.       Мидория стоял у дальней стены, чуть прислонившись к ней спиной, и с легкой улыбкой на губах отвечал на какой-то вопрос Урараки. Однако его глаза внимательно наблюдали за происходящим, а в костюме добавились новые детали, о которых, судя по всему, и был разговор.       - Тишина! – Айзава сверкнул причудой из-под своих волос и класс наконец замолчал, при этом его взгляд в основном был сосредоточен на Мидории, но тот отреагировал нейтрально – Сегодня вам предстоит упражнение на скрытность и стратегическое мышление. Это будет имитация проникновения в охраняемое здание. Ваша задача найти в нем указанные предметы, но при этом не обнаружить себя ни для патрулирующих роботов, ни для камер, отмеченных красным цветом. При этом, если вас заметят первые, это будет считаться провалом миссии, если вторые, то вы потеряете очки. У каждого из вас изначально пять очков. За каждое появление на камере вы будете терять одно, за каждый найденный предмет из списка – получать два. Чтобы все были в равных условиях, все будут проходить упражнение на своей локации. Вопросы?       Поднялось несколько рук и Айзава кивнул Яойорозу.       - Сколько времени нам дается на упражнение? – спросила она.       - Не более двадцати минут, но вы можете закончить его раньше, если сочтете это разумным шагом, – ответил Шота и бросил взгляд на Мидорию, рука которого все еще была поднята. – Проблемный ребенок?       По губам подростка скользнула легкая, но почти нечитаемая улыбка. Одновременно вежливая, лукавая и отчасти угрожающая в сочетании с серьезностью глаз.       - Мы ограничены в наших действиях и способах проникновения или перемещения внутри здания? – спросил он – Допустим ли ущерб локации, камерам или роботам? И что более приоритетно в рамках задания – скрытность или добыча объекта?       Айзава задумчиво приподнял бровь, изучая ученика перед ним. Вроде и не неожиданно, что у того нашелся вопрос по упражнению и даже не один, но их постановка… Мидория, конечно, всегда задавал весьма нетривиальные вопросы, но без привычного смущения и бормотания они прозвучали словно вызов и предупреждение. Шота уткнулся подбородком в свое захватное оружие, прежде чем ответить.       - Проникнуть и перемещаться внутри вы можете любым способом, который сочтете скрытным и действенным, – произнес он. – Наносить какой-либо ущерб роботам запрещено, в остальном ваша задача оставить после себя минимум следов и улик, которые выдадут присутствие кого-то постороннего. Что касается приоритетов, то ответ на этот вопрос – ваша зона ответственности. Скажу лишь, что провалом будет считаться потеря всех очков, обнаружение роботами или окончание упражнения с пустыми руками.       Мидория кивнул и по его губам снова скользнула улыбка, которую он частично спрятал за своей маской, а одну из рук он убрал в карман костюма. Убедившись, что все всё поняли и больше пока вопросов нет, Айзава продолжил объяснение механики урока.       - Сейчас каждого из вас доставят к вашей локации и у вас будет десять минут на подготовку. Начнете вы все одновременно. Каждый из вас получит нательную камеру и список своих предметов. После того, как все закончат, мы будем просматривать записи и оценивать действия друг друга. Сигнал к началу отсчета времени получите в наушник.       Ученики кивнули и начали разбирать положенные им предметы. Айзава наблюдал за ними краем глаза, отмечая, что им уже не нужно объяснять такие вещи, как, например, настройка связи. Все же они уже почти второгодки и подобные азы уже должны были освоить.       Наконец все направились на назначенные им локации, а сам Шота занял позицию в наблюдательном пункте. Система была настроена таким образом, чтобы помогать ему отслеживать успехи и неудачи учеников, но его внимание в большей степени было сосредоточено на проблемном ребенке.

***

      Эн вдумчиво перечитывал выданный ему список, пока робот-доставщик вез его по полигону к назначенной цели. Это был уже третий день, когда он и его товарищи находились в подобном положении. Все началось с рейда, в котором участвовал их Девятый, а точнее в тот момент, когда его сознание оказалось выбито на их уровень причудой неожиданно атаковавшего его противника.       Тогда у них не было времени ни на колебания, ни на полноценное планирование, поскольку жизнь их преемника была в опасности и им не нужно было спрашивать Хикаге, чтобы убедиться в этом. По этой причине никто из них не рассуждал, когда Второй отдал Третьему приказ позаботиться об угрозе. Все понимали, что он имел в виду и почему его выбор пал именно на Брюса в тот момент.       Они выяснили об этой возможности овладевать телом их Девятого, когда тот тренировался с парнем с контролирующей причудой. После того, как они в очередной раз выдворили чужеродную волю из его разума, мальчишка задался вопросом о том, насколько в действительности у них много власти над ним, его телом и сознанием.       И хотя они противились ставить подобные эксперименты с преемником, гипотетическая ситуация, которую он им предложил, вынудила их согласиться с ним. В результате теперь они действительно столкнулись с ней и даже военные отчасти впечатлились предусмотрительностью мальчишки, хотя и не тем, что тот допустил ее возникновение в принципе.       Теперь же вот уже несколько дней они сменяли друг друга на управляющем месте в теле Девятого, поскольку только так они могли создать видимость того, что тот пребывает в сознании. При этом любые попытки отменить этот контроль все еще приводили к тому, что его возвращало в коматозное состояние. Они могли лишь надеяться на то, что это временно и что они привлекут не слишком много внимания.       В остальном все пока было неплохо. Они решили проводить смену не чаще двух раз в сутки, чтобы окружающие могли списать смену характера и деталей поведения мальчика на скачки настроения из-за пережитого во время рейда стресса, а также по возможности не привлекать внимания никого вокруг, за исключением Восьмого. На последнее их слезно смогла уговорить Седьмая, ссылаясь на то, что Тоши один из них, а потому имеет право знать. Тем более, что речь идет о его преемнике.       В результате теперь Эн стоял перед фиктивным зданием, напоминающим бизнес-центр, и не мог не испытывать легкого и, что таить, радостного волнения от того упражнения, которое ему предстояло выполнить. Просто… Он так скучал по чему-то подобному. По необходимости скрываться в тени, приглушать каждый шаг и вздох, ощущать жестко контролируемый, но все же азарт миссии… Иными словами просто жить.       Эн уже просмотрел список вещей, которые ему нужно было добыть и не попасться, а потому сейчас обходил здание снаружи, рассматривая его со всех сторон в попытке прикинуть его внутреннюю планировку и потенциальные уязвимые места. Сигнал к началу упражнения застал его как раз в тот момент, когда он обнаружил пожарную лестницу на задворках цели. Пора было приступать к ее захвату.

***

      Айзава чуть хмурился, отмечая тех учеников, которые уже успели засветиться на камерах внутри своих зданий. Пока им всем удавалось избежать тотального проигрыша из-за столкновения с роботами-охранниками, но камеры оказались для многих из них гораздо более опасным противником, от которого не спасал даже усиленный слух.       Меньше всего пока успели засветиться те, кто имел возможность изучать здание снаружи, не проникая непосредственно в коридоры и залы без абсолютной необходимости. Кода использовал животных, Яойорозу – дроны, Урарака, Серо и Минета – свои способности забираться наверх по отвесным стенам.       При этом вице-президент класса явно готовилась к диверсионной операции, собираясь в обозримом будущем отправить впереди себя подставного робота-стража, которого уже создала. Айзава одобрительно хмыкнул, наблюдая за во всех отношениях правильной студенткой, которая на сей раз действовала не так неуверенно и «честно», как раньше.       Но наибольший сюрприз преподнес пока Мидория. С его причудой, мало подходящей для скрытности, и не таким большим опытом, он еще не допустил ни одного промаха. Наблюдая за ним, Шота обнаружил, что проблемный ребенок был одним из немногих его учеников, кто додумался использовать время на подготовку для того, чтобы обойти здание, и в итоге проник в него через запасной выход, а не вломился через главный.       Прямо сейчас Айзава наблюдал за тем, как проблемный ребенок скользил у самой стены, на которой висела красная камера, используя ее слепую зону, чтобы пройти по коридору, а затем замер возле угла и использовал экран телефона в качестве аналога зеркала, чтобы заглянуть за него и минимально оценить обстановку. На счету Мидории было уже два найденных предмета.

***

      Эн остановился возле одной из дверей в коридоре и прижался к ней ухом, пытаясь оценить, находится ли кто-то за ней. Было тихо настолько, что ему казалось, что он слышит биение сердца Девятого – медленное и размеренное несмотря на отчасти стрессовую ситуацию. Это не было удивительно, ведь на самом деле его физическое тело было недееспособно.       Размышляя об этом, Эн снял с руки компрессионную перчатку и вытащил из новой поясной сумки пару металлических спиц, пробуя их пальцами. На его губах растянулась ностальгическая улыбка, когда он сунул их в замок, чтобы взломать дверь. Он был благодарен семпаю, который накануне отправился в отдел поддержки и раздобыл это привычное для него оружие. Все же с ним в руках он чувствовал себя комфортнее.       Негромкий щелчок ознаменовал тот факт, что цель была достигнута, и Эн бесшумно приоткрыл дверь, сканируя глазами помещение. Ему нужно было найти главную печать компании, а потому он решил проверить встретившийся ему на пути офис директора. Помещение было обставлено помпезно, но было слишком очевидно, что это муляж.       На панели рядом с дверью замигали какие-то огоньки, в которых Эн узнал сигнализацию, для отключения которой требовался код. У него было не более трех минут на то, чтобы ввести его, прежде чем она сработает и оповестит всех о потенциальном вторжении.       Он внимательно осмотрел панель в попытке понять, может ли предположить код на основе изношенности кнопок, но быстро понял, что это не жизнеспособный вариант. По этой причине Эн быстро направился к окну и приоткрыл его, принудительно фиксируя в этом положении, а затем вернулся к сигнализации. Точный и выверенный удар перебил один из ведущих проводов.       Как он и ожидал, панель замерцала красным цветом тревоги, а дверь оказалась заблокирована. За его спиной также раздалось несколько щелчков того, что запирались окна. Он был в ловушке, вернее был бы, если бы заранее не подготовил себе отход. Эн усмехнулся и быстро осмотрел стол начальника. Находящаяся на нем печать с биркой исчезла в его кармане, а он сам подбежал к открытому ранее окну.       Осмотрев створку, которую он принудительно оставил открытой, Эн усмехнулся, глядя на выдвинувшиеся из пазов штыри, которые должны были при закрытом окне привести к его тотальной блокировке. Теперь же они были абсолютно бесполезны, поскольку воткнулись в пустоту воздуха, а не в открывшиеся для них в раме отверстия.       - Похоже, что эта часть задания входит в категорию все или ничего, – пробормотал он себе под нос, вытаскивая другой набор спиц из сумки.       Эн понимал, что у него не более пары минут до тех пор, пока охрана не прибудет и не вскроет дверь. И, если он не уйдет сейчас, его поймают на месте преступления, что приведет к провалу миссии.       По этой причине он высунулся из окна и уцепился своими спицами за ближайшую опору. Эн надеялся, что руки и пальцы Девятого достаточно сильны, чтобы удержать собственный вес на протяжении хотя бы десятка секунд. Все же в этом отношении их стили работы над своим телом слишком сильно отличались и из них всех, не считая Восьмого, ближе всего к нему в этом отношении был Третий.       Убедившись в том, что путь побега подготовлен настолько, насколько это вообще было в его власти, Эн выскользнул из запертого кабинета, начиная отступление.

***

      Брови Айзавы поднялись до самых волос, когда он наблюдал за тем, как Мидория выскочил из окна (которое додумался оставить открытым до того, как уничтожить систему охраны кабинета, чего, например, не сделали Каминари и Мина) и теперь карабкался по отвесной стене, цепляясь за какие-то малозаметные выступы и дефекты.       Судя по всему, этот план не был до конца продуманным, поскольку хватило его такими темами ненадолго, однако этого было достаточно, чтобы проблемный ребенок смог сбежать с тремя предметами из своего списка. Включая печать, добыть которую было сложнее всего из-за ловушки с сигнализацией.       Теперь же Мидория, немного неуклюже приземлившись после того, как сорвался со стены, уже был возле робота-доставщика, ознаменовав тем самым, что он закончил миссию по проникновению и не будет возвращаться в здание на последние пять минут упражнения. Стоит признать, мудрое решение, до которого статистически додумываются не все студенты.       Наблюдая за своим учеником, Айзава поймал себя на ощущении подсознательного диссонанса. Слишком… Слишком профессионально тот выполнил упражнение. Ему буквально было почти не к чему придраться.       Но ведь Мидория даже не проходил стажировок ни у кого, кто занимался подобной деятельностью и мог бы его научить. Кроме того, просто наблюдений и рассказов недостаточно, чтобы самому повторить что-то подобное. Он знает это по собственному опыту. Это трудно и требует систематических тренировок, которые проблемный ребенок (он знает) не получал.       Им определенно нужно было поговорить.

***

      Возможность представилась ему на следующий день, когда Тсукаучи заехал в Юэй, чтобы взять показания о последнем рейде, в котором принимал участие Мидория, у всех задействованных в нем студентов. Айзава наблюдал за тем, как проходит опрос, и, увидев, что детектив закончил со своими вопросами, вошел в комнату.       - Оджиро и Джиро свободны. Мидория, задержись. У меня к тебе еще несколько вопросов и, я надеюсь, Тсукаучи не настолько спешит, чтобы не упростить нам всем задачу.       Он видел, что подросток заметно напрягся, но остался на своем месте. Наомаса чуть приподнял бровь в недоумении, но пожал плечами. Вероятно, он решил, что Шота хочет с его помощью проверить психологическое состояние ученика после рейда, ведь ранее он проявлял по этому поводу беспокойство.       Айзава несколько секунд колебался в том, как именно обозначить свои подозрения и вынудить подростка либо подтвердить их, либо опровергнуть. Наконец он взглянул ему в глаза, тот, вопреки обыкновению, встретил его взгляд спокойно. Только слегка приподнял бровь в вопросительном жесте.       - О чем вы хотели поговорить? – спросил парень.       Айзава на мгновение сжал руки в кулаки и снова расслабил их, принимая решение.       - Я сейчас говорю с Мидорией Изуку? – задал он вопрос.       Глаза подростка чуть сузились, а мышцы слегка напряглись.       - Да, – ответил он и Тсукаучи бросил на него взгляд.       - Ложь, – голос детектива был полон тревоги и недоумения.       Айзаве этого было достаточно, и он пустил в ход свой захватный шарф. К его удивлению и беспокойству подросток (не его ученик!) уверенно уклонился и схватился за выброшенный конец, практически перехватив инициативу нападения буквально за несколько мгновений. Словно обращаться с чем-то подобным для него было привычно.       В руках Тсукаучи щелкнул табельный пистолет, когда полицейский взял неизвестного под прицел. Но знакомый внешне подросток за считанные секунды выбил его, используя свою половину захватного оружия Шоты.       - Эй, парни, хорош. Успокойтесь! – выкрикнул он – Давайте мы сейчас все уберем оружие, сядем и поговорим, как нормальные люди, профессионалы. Мы не хотим причинять вред никому в Юэй или за ее пределами за исключением того, кто и так уже в Тартаре, а если ты продолжишь, Ластик, то тело твоего ученика может пострадать и тебе придется объяснять ему, почему ты своими руками отправил его на больничную койку. Лады?       На мгновение все в комнате замерли от неожиданного заявления неизвестного, но затем Тсукаучи неуверенно отступил.       - Айзава, сейчас он говорит правду. Думаю, мы должны попробовать выяснить причины происходящего и того, что случилось с Мидорией, путем диалога, а не насилия, – произнес он.       Шота колебался еще мгновение, но все же сделал движение, чтобы вернуть захватное оружие на свою шею. Неизвестный в теле его ученика позволил ему добиться этого, хоть и не отпускал напряжение в теле до тех пор, пока он не закончил и не опустил руки в жесте того, что он больше не атакует. Сейчас во всяком случае.       - Ваше имя, – потребовал он от «ученика».       Подросток закатил глаза, но сел и сложил руки на груди.       - Можете звать Пятым, – произнес он.       - Это не ответ на мой вопрос, – нахмурился Шота.       Парень невпечатленно приподнял бровь.       - А я и не собираюсь на него отвечать. Я не намерен причинять вред тебе или твоим ученикам, Ластик, но мои личные данные, как и всех остальных, засекречены и с этим тебе придется смириться. Все, что я могу тебе сообщить, это то, что да, я не Мидория Изуку, нет, я не злодей и никогда им не был, и что это тело физически принадлежит твоему студенту.       Айзава сжал губы в тонкую линию и бросил короткий взгляд на Тсукаучи в ожидании подтверждения или опровержения.       - Это правда, – произнес детектив тихо. – Все три утверждения.       - Что с Мидорией? – спросил Шота.       Неизвестный пожал плечами.       - Девятка подставился под причуду того перца на рейде, – ответил он. – Так что он в отключке. Физически во всяком случае. Мы не могли допустить, чтобы он пострадал из-за этого в тот момент, поэтому взяли контроль на себя. А отпустить ситуацию после было бы странно, поэтому мы продолжили. Но он знает обо всем, что происходит, и наверняка сейчас паникует из-за того, что ты поймал нас на подмене. Мы регулярно проверяем, отменился ли эффект той причуды, но пока он еще действует, а потому мы продолжаем подменять Девятого, чтобы он не пропустил учебу.       Айзава несколько секунд переваривал услышанное, после того, как Тсукаучи подтвердил слова неизвестного.       - Мы… - произнес он. – Сколько вас всего?       Подросток ткнул себя в грудь.       - Пацан Девятый. Так что считай, Ластик. Правда Второй принципиально не участвует, но мы не возражаем. Так даже лучше. В противном случае у всех нас прибавилось бы головной боли. Включая тебя. Да и Восьмой не в деле, хоть и по другим причинам. Ну, а Третьего мы по большей части допускаем только к дракам примерно по тем же причинам, что и Второго.       Айзава хмурился, не зная, что сказать, когда неожиданно подал голос Тсукаучи. В его глазах Шоте почудилась тень понимания ситуации.       - Вы… Вы все как-то связаны с причудой Мидории, верно? – спросил он.       Подросток усмехнулся и показал ему большой палец.       - А у тебя котелок варит, – ответил он. – Ты хороший коп.       - А он? – осторожно спросил Наомаса.       - Он в курсе, – кивнул подросток и ухмыльнулся. – Седьмая смогла переубедить даже параноика Второго. Так что счастливое воссоединение состоялось пару дней назад.       Тсукаучи чуть улыбнулся краешками губ, а Айзава вздохнул, чувствуя, что полностью потерял нить разговора и вообще хоть какой-то намек на его смысл.       - Сколько это еще будет продолжаться? – спросил он наконец.       Подросток пожал плечами.       - Мы не знаем, сколько будут действовать последствия той причуды, под которую попал Девятый. Мы регулярно проводим проверки, но пока ничего не меняется. Он не может очнуться. Поэтому нам приходится брать на себя роль кукловодов. Хоть мы и не в восторге от этого, это лучше, чем если бы он пострадал.       Айзава испытывал противоречивые чувства, глядя на сидящего напротив него подростка, который физически все еще оставался его учеником, но вот внутри это был кто-то, о ком он ничего не знал, и кто ясно дал понять, что так все и останется между ними.       - Почему вы не хотите рассказать о себе? – спросил он.       Неизвестный чуть наклонил голову набок.       - Я понимаю, почему неопределенность вызывает у тебя беспокойство, Ластик, но распространение этой информации может в перспективе поставить жизнь Девятого под угрозу, если слух об этом дойдет до определенных людей, – ответил он. – А мы не можем рисковать его жизнью и безопасностью, поэтому тебе придется смириться с моим молчанием. Однако я не могу помешать тебе наблюдать и делать выводы из своих наблюдений, – по его губам скользнула усмешка.       Айзава чуть прищурился, подмечая очевидный подтекст в словах незнакомца.       - Вы сказали, что вы не злодей, и Тсукаучи подтвердил правдивость этого утверждения. Однако у вас быстрая реакция и вы уверенно парировали произошедшее нападение. Обычные гражданские в большинстве своем на подобное не способны, – медленно произнес он. – Не говоря уже о том, что вы продемонстрировали вчера.       Подросток засмеялся.       - Неплохо, Ластик, весьма неплохо. Только не приписывай вчерашние заслуги мне. Все, что я сделал для вчерашнего упражнения, это обеспечил Шестого привычными ему инструментами. Чего мне только стоило убедить эту чрезмерно вдохновенную изобретательницу сделать спицы точно по заказу!? Я поражаюсь тому, как Девятый вообще способен организовать с ней эффективное сотрудничество. Что же касается того, как он себя показал, то чего ты ожидал? Пусть ты и не знал этого, но по факту ты решил научить азам полевой работы подпольщика, у которого оперативного опыта не меньше, чем у тебя. К тому же со специализацией разведки и шпионажа. Уж извини, Ластик, но тут уж кто кого еще учить должен, – он с усмешкой развел руки в стороны.       Айзава чуть нахмурился от явного щелчка насмешки в свой адрес. Не злобной и не издевательской, но все же явной и ощутимой. Его не удивила чуть большая откровенность неизвестного о своем товарище. Если тот говорил правду, то найти более точную информацию о герое с подобным профилем должно было быть крайне сложно, поскольку их деятельность зачастую проходила в рамках засекреченных операций. Однако это действительно укладывалось в то, что он наблюдал на том уроке и что вызвало у него ощущения противоречия, подкрепившие сегодняшний диалог.       Подросток тем временем поднялся на ноги и потянулся.       - В общем, это все, что я могу тебе сообщить, Ластик, – сказал он. – Мы честно не знаем, сколько это еще продлится, но постараемся не так сильно привлекать внимание к происходящему с пацаном. Это банально не в наших интересах с учетом всей необходимой секретности. Мы стараемся по мере сил мониторить динамику ситуации и учитывать наши личные особенности, чтобы более эффективно сохранить тайну происходящего. Это сложно, но это лучшее, что мы можем сделать. Ты, возможно, еще столкнешься с какими-то странностями, но лучше не выделяй их перед всеми. Если тебе так принципиально что-то обсудить, то большинство из нас открыты к диалогу в определенных рамках, которые позволят нам сохранить в секрете то, что не должно быть раскрыто. И уж точно не против воли Девятого, – подросток направился в сторону двери и остановился рядом с ней, опустив ладонь на ручку, по его губам скользнула легкая улыбка. – Я дам вам знать, когда воздействие этой причуды закончится, сенсей, – он чуть подмигнул и вышел.       Айзава еще несколько мгновений смотрел вслед незнакомцу, который недвусмысленно снова скрылся за маской его ученика, выдавая себя за того, кем не является. Больше всего ему хотелось сейчас броситься следом и оградить прочих студентов от потенциальной угрозы. Происходящее с Мидорией определенно противоречило его представлениям о безопасности. Даже если неизвестный в его теле утверждал обратное.       Ему на плечо легла рука Тсукаучи, чуть сжимая.       - Все в порядке, – произнес он. – Я не думаю, что это станет проблемой или они дадут повод усомниться в их словах.       - Ты что-то знаешь, – Шота почти не спрашивал.       Наомаса не стал отпираться.       - У меня есть только крохи информации и личное впечатление от всего, что я услышал. Но я могу тебя уверить, что кем бы ни был этот человек за маской твоего ученика, он не лгал, когда говорил о том, что не желает вреда и что безопасность Мидории – их приоритет. И я не думаю, что они дадут повод сомневаться в этих словах в дальнейшем. Тем более, что прошло уже несколько дней с того рейда и действие причуды на его тело скоро прекратится.       Айзава задумчиво кивнул, сжимая пальцами ленты захвата.       - Я буду следить. За каждым шагом, – произнес он решительно. – И, если они дадут мне хоть повод усомниться, я изолирую Мидорию ото всех, – он чуть повернул голову. – Спасибо, что согласился помочь, Наомаса. Твоя причуда придает мне немного больше уверенности в том, что отпустить его сейчас не было фатальной ошибкой.       Тсукаучи слегка улыбнулся и похлопал Шоту по плечу, также направляясь на выход. Им остается только надеяться на то, что настоящий Мидория и правда скоро вернется к ним, а все странности последних дней наконец закончатся.