Заполнить Пустоту

Уроды... Именно такая мысль была в голове девушки, сидящей в призаправочном кафе за уличным столиком. Уже неделю она жила в стрессе, спала от силы часа три, а всё из-за ножа в спину, воткнутого своими же. *Враги не предают* — истина, старая как сраный мир. Да и чего можно было ожидать от этих выродков? Они с самого начала относились к ней как к второму сорту, неудачному наследнику "великого папаши"... Голова уже начинала болеть от всего этого. Разум вообще не хотел замолкать. Тем не менее, осознавая, что жизни ей не дадут в любом случае, Валерия решила таки идти в бой — принять смерть с достоинством либо прогрызть объятия костлявой. В последнее, правда, верилось плохо. Как можно убить призрака? О нём информации, несмотря на все усилия, — кот наплакал: имя, пару фактов из жизни и всё. Ну и то, что он глава Сюньфэн, собственно, этот факт скорее омрачал ситуацию. Заправка, у которой сидела Штальн, находилась недалеко от некой закрытой территории, простому человеку неизвестно, что там — "просто какое-то столярное предприятие". Но Валерия-то знала, что это лишь фасад, за которым, а точнее под ним, — лаборатория по производству мета. Ещё блондинка знала, что хозяева этой конторы независимы от гегемонов города или каких-либо группировок, что подчиняются Гуй Хо или Сюньфэн. А ещё, что жить этим мелким бандитам осталось недолго... Четыре дня назад некий информатор осведомил организацию о местонахождении лаборатории. И с того момента этот "некий информатор" следит за закрытой территорией чуть ли не круглосуточно. Кафе при заправке — лишь одна из нескольких точек, между которыми девушка катается в течение дня. Помимо своих алых глазок, у смертницы так же расставлены камеры на всех наблюдательных пунктах, чтобы не проворонить прибытие людей Фу Личжэ с той стороны, где её самой сейчас нет. С помощью одного канала в Сюньфэн она смогла передать информацию. Подыскать местечко, которое заинтересовало бы лично Первого, было, конечно, задачкой непростой, но в нынешней ситуации — это была меньшая из проблем. Книга так и лежала открытой, третья чашка кофе почти допита — скоро надо будет ехать к другой точке. Валерия выдавала себя за такую "карьеристку", что просто после работы заезжает в кафе с неплохим кофе. Что у нас тут... — На одной из камер, изображения с которых транслировалось на экран телефона блондинки, было чётко видно, как со стороны одной из точек к предприятию стягиваются люди — не спеша, аккуратно, профессионально. Штальн тут же поднялась с места, имитируя, что с кем-то активно переписывается. А потому не заметила, как в неё въехала чья-то неаккуратная туша. — Простите, простите! Весь день через задницу... — Тут же раздался чей-то низкий голос, можно даже сказать, что звучал натуральный бас. — Глаза туда же закатились?... — прошипела дева, видя, как на кофточке расплывается коричневое пятно. Глаза поднялись на нарушителя спокойствия. Оным оказался очень высокий и при этом массивный мужчина, с густой рыжей бородой, в которую были вплетены несколько бус. Волосы были убраны в хвост. Глядя на него, Штальн удивилась про себя, что вообще смогла удержать равновесие после толчка от такого бугая. — Ещё раз простите... Я оплачу вам... — Рыжие брови сомкнулись на переносице, — ...испорченную одежду и моральный ущерб. — Говоря это, он уже достал кошелёк. Не успела блондинка отмахнуться от такой благородности, как на столе уже оказалось несколько купюр внушительного номинала. — Ещё раз простите, но мне нужно ехать, чёртова работа... Из-за неё не высыпаюсь, хе, — незнакомец почесал затылок и улыбнулся, — От того и сношу всё подряд, в том числе и красивых девушек. Улыбка через несколько мгновений исчезла, а ещё погодя и владелец, который удалился в свою машину и вскоре уехал. Авто этого гиганта полностью соответствовало своему хозяину — такое же большое, да и плюс даже на глаз ясно, что стоит оно немало. — Не убейся, смотри, Гулливер, — Валерия слегка посмеялась, а потом, быстро собравшись, тоже отправилась к своей машине — тоже по работе. — Она на месте, Личжэ, — сказал Виктор по телефону, стоя на светофоре, — Белая кофточка с кофейным пятном в районе левого ребра, обтягивающие джинсы. Волосы русые: либо покрасилась, либо парик, глаза карие — линзы. Пальцы постукивали по рулю. — Услышал, давай крюк и на позицию, — сказал Фу Личжэ в ответ. — Вас понял. Остальным я уже отписал, что объект найден. Ничем не примечательное предприятие, хорошее прикрытие, ничего не скажешь. Вот только сейчас из недр оного раздаются выстрелы. Валерия без проблем проникла за забор и сейчас сидела перед чёрным входом, выжидая. Сейчас лезть туда не имело смысла, ибо стрелять будут и Сюньфэн, и защищающиеся, коих блондинка принесла в жертву, словно оккультист Сатане. Она прекрасно знала, как работает Фу Личжэ, так же была уверена, что он не пропустит это местечко мимо себя и лично посетит конкурентов. — Тва... — Слово оборвалось бульканьем вскрытой глотки. — Если заходишь со спины — не ори о своём отношении к врагу, в принципе не ори, — монотонно прозвучало поучение, приглушённое закрытым шлемом. Фу Личжэ, что стоял в полуразвёрнутом к недоубийце состоянии, неторопясь встал в полный рост, медленно подошёл к уже упавшему недоумку и вытер лезвие топора о чистую часть его одежды. Лидер Сюньфэн был, как говорится, в стиле "all black": чёрные берцы, чёрный плотный комбинезон с рукавами, разгрузка и тактический шлем с алыми линзами. Лицевая часть последнего была сделана в угловатой форме, с небольшим удлинением на месте носа. "Модеу: чисто, приём" — раздалось в передатчике, а после, с интервалом в несколько секунд, прозвучали такие же доклады, только от "Бегема" и "Атана". "Циф: чисто, но группа прорвалась к цоколю, приём" "Фу Личжэ: я займусь. Лиар, Зевул, Бахсон как обстановка, приём" Ответы первых двух дали понять, что подавление идёт полным ходом и скоро их сектора будут зачищены. Виктор же, на котором был двор и наблюдение за возможным подкреплением, сообщил, что оное как раз на подходе. "Модеу к Бахсону, Бегем и Атан на позиции 14-б, конец связи". Первый направился из своего зачищенного сектора к лестнице, на перехват бежавших от Цифа. Здание внутри оказалось куда больше, чем выглядело снаружи, причём, даже если учитывать только верхнюю "видимую" часть. Несколько лестниц и обширные этажи. Собственно, это и стало причиной, почему лучше отправить Цифа к Виктору, а самому Фу Личжэ заняться беглецами, хотя по идее, если не учитывать размеры здания, то должно быть наоборот. Спустя десять минут, тридцать пять... шесть секунд ожидания у чёрного входа стрельба в здании наконец поутихла. Валерия не то чтобы чувствовала — а уже слышала, как бьётся её сердце. Но даже несмотря на такое состояние, тремора не было как понятия — девушка подавляла любые, даже малейшие намёки на нервную трясучку. Перед тем как зайти внутрь, она услышала со стороны ворот шум, явно говорящий, что банда хочет взять второй раунд. *Трупы. Но спасибо за отвлекающий манёвр.* С этой мыслью она начала аккуратное проникновение внутрь. Как только подкрепление вошло во двор, как по нему открыли огонь Бегем и Атан из окон. Через небольшой отрезок времени Бахсон и Модеу начали так же стрелять по ним, тем самым зажимая в "клещи". — London Bridge is falling down, falling down... — напевал себе под нос боец, пока шёл по душу убегающих. Торопиться не было резона, ибо они либо подорвутся на растяжках, что были поставлены на выходах, либо заметят оные и будут деактивировать, теряя время. — Быстрее, сын шлюхи, блять, я не хочу из-за тебя здесь сдохнуть, мне столько не платят! — шипел один из бандитов на другого, что как раз-таки разбирался с растяжкой, — Закр... Выстрел и падение тела сапёра погрузили помещение в гробовую тишину на доли секунды, ибо после, раскатами, загрохотали выстрелы выживших. — Нельзя так грубо с тем, от кого зависит ваша жизнь, — посмеивался Фу Личжэ, стоя за углом стены, — Тем более... — после этих слов голос стал хрипловатым, глубоким, будто дьявол говорит из тёмной ледяной дыры, — Именно твоя несдержанность указала мне путь за вашими душами... Вся его речь была на английском со столь любимым шотландским акцентом. Валерии пришлось задержаться, буквально пару минут, — растяжку отключить, да и только. Звуков с улицы стало меньше, зато оные начали звучать откуда-то из здания, с её этажа. Немного поплутав, держа пистолет наготове, она вышла в длинный коридор с лишь одним поворотом налево — оттуда и звучала стрельба. *Либо Фу Личжэ, либо кто из его ублюдков...* Зубы сжались, а шаг стал ещё более аккуратным, бесшумным, шла она в полуприсяди. Четверо из семи лежали застреленные, угол весь был изрешечён выстрелами. *Они всё ещё думают, что я там.* Сидя за каким-то столом или чем-то, что его напоминает, Фу Личжэ как раз-таки смотрел на бедный угол, за которым он недавно стоял. — Я пустой! — Я тоже! Фу Личжэ прекрасно удалось рассредоточить ублюдков, теперь им приходилось перекрикиваться, естественно, на китайском. *О, я знаю ваш язык, спасибо вашим предкам — это было сложно. Но не для меня.* С этой мыслью брюнет резко встал, одновременно с этим снимая чеку с гранаты, гранаты с сюрпризом. — Граната! Двое рванули в сторону поворота направо, что был за их спинами. Один же герой прыгнул к самой гранате, видимо, имея боевой опыт и зная время срабатывания оной. Вот только это не обычная граната. Резкая вспышка света, оглушающий хлопок — и все трое недееспособны: ослеплённые и оглохшие. Рядом с "героем" медленно оседало чёрное облако. Ныне ничего не мешало Фу Личжэ. Он просто стоял в трёх шагах от места разрыва гранаты и смотрел, как опадает... порох... Глубокий вдох, что из-за шлема звучал как помехи адского аппарата, и спокойный выдох... Руки взяли с пояса орудия Раскольникова. *Я обожаю ощущать...* Рукояти провернулись в ладонях, сзади наперёд, на триста шестьдесят градусов. Сталь ударилась друг о друга, создавая звонкую вибрацию в воздухе и мимолётную искру, после которой он двинулся вперёд. *...поветрие вашего страха...* Зубы обнажились в кроваво-жадном оскале бешеного волка, что наткнулся на стадо раненых оленят. Руки разошлись в стороны, и клюв одного из топоров упёрся в стену. Шаг Фу Личжэ был неспешный, он медленно надвигался, скребя оружием по стенам. Демон, будто бы, занимал всё тёмное пространство — он тьма. И искры следовали за ним. Двое, что отбежали, проморгавшись, видели смутный, размазанный, неправильный, кривой силуэт чего-то движущегося. В ушах стоял звон, координация нарушена. Наконец, одна из искр нашла свою любовь, витающую в воздухе. К тому моменту герой кое-как встал, крутясь теперь на месте, из ушей шла кровь. Ловкий удар клюва топора — и он оказался прижат к Фу Личжэ, прикрывая его от взрыва, что произошёл мгновением позже. Под аккомпанемент криков горящего китайца Фу Личжэ надвигался на тех, кто остался. — Смертные... — прошипел он. — ...жалкие... Раскатился низкий смех об стены. Один из тех, кто выжил, с криками рванул на некий силуэт, не совсем соображая, что делает. Удар острым навершием — и топор вернулся на пояс вместе с "братом". Они более не нужны. Один удар в кадык — и противник начал задыхаться, но это меньшее... Пальцы проникли в кровоточащую рану, начали её вскрывать, расширять... — Опера? Прекрасно, — усмехнулся Фу Личжэ, слушая, как к угольку присоединился тот, кого сейчас брюнет рвал на части. Рука проникла внутрь тела, прижимая органы друг к другу, делая их совершенно бесполезными — кожаный мешок с невкусным мясом. Валерия только заглянула, украдкой за поворот, через время после взрыва. И, увидев его, сразу нырнула обратно. Заляпанный кровью, в ногах задыхающийся собственной кровью бандит, в луже собственных органов. Перепуганный, ещё живой китаец наотмашь выстрелил в сторону Фу Личжэ, но попал лишь в плечо, а дальше лишь бесконечные щелчки пустого магазина. Он оседал наземь. Глухой удар металла об бетон — в ноги последнего кинули пистолет, который дрожащие руки тут же схватили и направили вперёд... ...Дуло смотрело чернотой прямо на Фу Личжэ, а тот лишь остановился, наклонив голову в бок. Мужчина медленно поднял руку. Указательный палец вытянулся, как ствол. — Прими... Его "пистолет" стал смотреть в потолок. — ...лёгкую... Теперь палец прижался к его собственному виску. Глаза китайца остекленели. Его рука с настоящим пистолетом начала непроизвольно подниматься, повторяя движение. — ...смерть. Щёлчок пальцами. *Выстрел.* Мозги размазались по стене. — Вал-е-е-е-рия, выходи, — прозвучало из-за поворота. Сердце девушки будто остановилось... *Он знает... ОН знает! Откуда? Где я... Неважно! Бежать! Нет... Умру... Убью! Умру...* В конце она злобно плюнула под ноги и выскочила навстречу неизбежному. — Сдохни! Schwanlutscher! — прорычала она и сделала три выстрела, из которых один прилетел вникуда, один прошёл в миллиметре от цели, а ещё один прошёлся вплотную к рёбрам, явно задев их. Больше выстрелов не последовало, ибо в моменте, когда Штальн начала пальбу, цель рванула на неё. Рука с пистолетом была схвачена и прижата к стене внутренней стороной, тут же по костяшкам был нанесён мощный удар. Потом ещё один, но уже с локтя в лицо. Пистолет выдрали из ослабленной руки, за чем последовал удар по рёбрам. Удары головой в голову, потом руки Личжэ взяли блондинку за плечи и толкнули прямо на колено мужчины, усиливая тем самым удар в живот. Избиение закончилось финальной тройкой левой сверху вниз, прибивая Валерию к земле. Удар ногой по рёбрам — и девушка откатилась метра на два. — Должен признать, — Постановщик спектакля положил снятый шлем на неидентифицированный предмет интерьера, достал из кармана пачку сигарет и закурил, — я ожидал от тебя худшего, Валерия. — Я... так рада... впечатлить вас... — прошипела Штальн, поднимая взгляд на своего палача и растягивая разбитые губы в улыбке. — ...Фу Личжэ... — Хорошо, ибо пусть я и уважаю мнение доверенных источников, но брать шпиона к себе лишь из-за их слов... не мой стиль, так скажем. Мужчина затянулся, вспоминая, как Бахсон лестно отзывался об одной девчонке из Германии, работающей на Германию. — А твой план меня впечатлил, — кивнул он в подтверждение и сделал два шага, оказываясь прямо перед Валерией. — Так что... — ещё затяжка. Ледяные глаза встретились с алыми. — ...предлагаю забыть о ноже с надписью "Made in Germany", что торчит у тебя из спины, и встать под моё прямое руководство. Я могу обеспечить тебе защиту, работу... Дым вышел вместе с заветным словом: — ...жизнь... С этим словом к девушке опустилась рука.