Жить настоящим (Living For The Now)

Николс Джош посмотрел на смокинг и внутри все оборвалось. Его замутило и вдруг, больше всего на свете, он захотел пропустить это чертово мероприятие. Но именно в этот раз ему нужно было там присутствовать. Он попытался дозвониться до Оливера, но тот не ответил. Ему стало еще хуже. По логике, у Вульфа что-то произошло. Хотя, если так, то почему он не поговорил с Джошем? Он-то думал, что недоверие осталось в прошлом, но реальность причиняла боль. Джош не мог избавиться от ощущения, что отчасти Оливер дистанцировался из-за его слов. Именно поэтому Джош избегал отношений: ты открываешься, становишься уязвимым и тебе обязательно прилетает бумерангом. Глаза защипало от подступающих слез. Он несколько раз глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, ему все еще необходимо присутствовать на этом нелепом мероприятии со своим... парнем… или без него. Они все еще вместе? Оливер выглядел так, будто был готов покинуть больницу Бронкса… Джош вновь попытался успокоиться. Ему просто нужно будет поговорить с Вульфом позже и надеяться, что уязвимость не стоила ему новых отношений. Выйдя из кабинета Вульфа он едва не столкнулся с доктором Дэнг. — О, извините. Как там доктор Вульф? Должно быть, тяжело узнать, что твой отец жив и все остальное, да? Николс остановился, ошеломленный. — Что? — Вы... не знали? — Она выглядела настолько же потрясенной, как и он. — Очевидно, что я не в курсе. Должно быть, пропустил объявление. А сейчас, прошу меня извинить. — Он ощутил надвигающийся приступ паники, ему нужно было выбраться из этой чертовой больницы. С Оливером явно что-то происходило, Джош просто не... ну, не как все остальные. Вульф ему не доверял? Думал, что Джош сбежит? Как, черт возьми, ему теперь идти на это чертово мероприятие? Джош выбрался на улицу, пытаясь найти успокоение на прохладном воздухе. Это больно. Определенно задевает. Но Джош знает, что Вульф не всегда понимает, как именно впускать людей в свою жизнь. Он старался не принимать это слишком близко к сердцу, но он всего лишь человек. Вульфу, Оливеру, должно быть очень тяжело: его отец умер, когда ему было четырнадцать, и почти тридцать лет он думал, что тот мертв. Это... полное дерьмо. Даже если они с Вульфом... не в ладах из-за тех слов, он все равно хочет, чтобы тот был в его жизни, хочет быть его другом. И… Вульфу понадобятся друзья, неважно осознает ли тот сейчас это или нет. — К черту мероприятие... — пробормотал Джош, обращаясь скорее к самому себе и Вселенной, чем к кому-то конкретно. По сути он был один и никто не обращал на него внимания в оживленном районе около больницы. Он решил, что найдет Оливера. Правда он понятия не имел, где искать... возможно, ему все-таки следовало установить приложение «Найти телефон» на новый гаджет Оливера… Вульф — Ты ждал, пока я понадоблюсь тебе... тридцать лет молчал, ждал, пока у тебя не возникнет проблема, которую, как ты думаешь, только я могу решить?! И тогда ты решил, что мне нужно узнать правду?! — Олли... все не так... — А как? — Оливер очень старался не сорваться на крик. Он был не в состоянии осознать все случившееся. Родители в самом деле думали, что будет лишь лучше, если он будет уверен, что его отец мертв? Как надолго ему становилось лучше, покуда он принимал лекарства, которые помогали? — Олли, мы с твоей матерью никогда не хотели навредить тебе. А я и так причинил тебе столько боли. Если бы я остался, ты бы только и делал, что беспокоился обо мне, заботился. Но это все не было твоей обязанностью. — Ты мой отец! Как моя жизнь могла бы быть лучше без тебя?! Я всю свою жизнь пытался тебя вылечить, спроси маму или Кэрол! Так что же на самом деле хорошего принесла вся эта ложь?! — Мне очень жаль, правда жаль. — А ты бы… ты бы вернулся, если бы тебе не нужна была моя помощь? — Теперь Оливер говорил практически шепотом, страшась заданного вопроса и боясь услышать ответ. — Я... я не уверен. Я каждый день скучал по тебе. Горячие слезы потекли по щекам Оливера. — Ты понятия не имеешь, что со мной было, когда я узнал о твоей смерти. Ты даже не... — он замолчал, почувствовав, как завибрировал телефон. Это был Джош. Сообщение: «Где ты? Ты в порядке?» Оливер совершенно забыл о мероприятии. Хотя, судя по тому, как он обращался с Джошем последние пару дней, он вообще не уверен, что ему будут рады. Джош был добрым, любящим, поддерживал его, даже рисковал своей жизнью, чтобы дать ему время найти собаку пациента. Он так долго жил прошлым, и перед ним наконец-то открылось потенциальное будущее, а он делает все, чтобы, по-видимому, избавиться от него. Только сегодня он посоветовал своей пациентке полагаться на поддержку других, быть открытой, но сам же не последовал этим советам в отношении своего парня. — Мне нужно идти. Мне нужно... кое перед кем извиниться, пока не стало слишком поздно. — Олли… — Не сейчас. Если тебе нужна моя помощь, ты можешь приехать в больницу. Но не приходи ко мне домой. Он схватил шлем и рванул к мотоциклу. Возможно, он нарушил несколько правил, пытаясь попасть на мероприятие вовремя, но у него не получилось, хотя он и старался. Оливер зашел внутрь, но Джоша не было видно. Он спросил кого-то в задних рядах, и ему сказали, что Джош не придет. У Вульфа встал комок в горле, однако он не подал виду. Выхватил телефон, чтобы отправить сообщение, но увидел, что тот не работает. Просто замечательно. Он заглянул в кабинет Николса просто, чтобы убедиться, что его там нет. Он покинул больницу, не зная, где его искать. Оливер подумал, что, возможно, тот поехал домой, поэтому первым делом отправился туда, но джипа Джоша не было и у дома. Вульф понятия не имел, куда тот может пойти, кроме как в бар, а это все равно что искать иголку в стоге сена. В итоге, он решил отправиться к себе домой и позвонить Джошу со стационарного телефона, и, возможно, зарядить чертов мобильник. Он подъехал к своему дому и увидел знакомую машину. И сидящего на крыльце Джоша. Он отбросил шлем и рванул к нему. Лицо вновь заливали слезы. Николс встретил его, раскрыв объятия, чего Вульф явно не ожидал. — Джош! Ты тут! — Я... да. Я слышал о твоем отце и я... мне жаль, Вульф. — Да, мало что сравнится с ложью родителей длинною в тридцать лет, — рассмеялся Оливер. — Послушай, Джош, мне тоже жаль. Я оттолкнул тебя, и это было нечестно. Я должен был впустить тебя, а не держать на расстоянии. Я так зациклился на своей травме, на своем прошлом, что забыл, каково это — жить настоящим моментом ради будущего. Но я хочу этого. Правда. Я хочу этого с тобой. Я разговаривал с отцом сегодня вечером, и когда ты написал мне, меня осенило, что если я продолжу жить прошлым, у меня никогда не будет будущего. Я не могу обещать, что это прозрение будет легким, но…. Я не хочу потерять тебя, Джош. Думаю, что и я влюбляюсь в тебя. Николс испытующе посмотрел в глаза Вульфа. — Правда? — Да, — он нежно поцеловал Джоша, обхватив ладонями лицо. — И мне очень жаль, правда. Я пытался успеть на твое мероприятие, но все равно немного опоздал, но мне сказали, что ты не пришел. Я... признаюсь, я беспокоился. — Я не пошел туда, потому что волновался за тебя. Мне... было больно, что ты не поделился со мной о том, что происходит. Но я все равно хотел быть рядом с тобой, Оливер. Никакое мероприятие, награда или что-то еще не будет важнее тебя, — он замолчал на мгновение и Вульф увидел в его глазах неуверенность и страх. У него защемило сердце. — У нас все нормально? Может быть, несправедливо спрашивать, но я просто... — Нет, в смысле, нет, справедливо. И да, по крайней мере, я на это надеюсь. Последние пару дней я был не самым лучшим партнером... если ты все еще хочешь, чтобы бы я им был… — он улыбнулся, надеясь, что немного юмора поможет убрать беспокойство из глаз Джоша. — Оливер, я сижу на холоде, на пороге твоего дома в смокинге. Конечно, я хочу. Я больше беспокоился о том, что это ты не захочешь, чтобы я был твоим парнем. Оливер поцеловал его в щеку, оставив следы от слез. — Ты — настоящее и будущее, которого я хочу. Знаю, что не очень-то люблю впускать людей в свою жизнь, но я рад, что ты так же упрям, как и я. — Чтобы стать хорошим нейрохирургом, нужно обладать большим упорством, это есть в руководстве и все такое. — Джош рассмеялся, хотя по щекам потекли слезы. Но Оливер заметил, что его плечи расслабились и рассмеялся в ответ. — Я не прочь, если мы зайдем внутрь и просто... заберемся в постель и останемся там так долго, насколько это будет в человеческих силах. — Я… был бы этому рад. — И, может быть, притворимся, что у меня двое нормальных родителей, которые не лгут своему сыну на протяжении трех десятилетий. — Мое предложение остается в силе. Я могу поговорить с твоей мамой. Я могу быть достаточно грозным. Оливер рассмеялся, по-настоящему открыто улыбнувшись впервые с тех пор, как начался весь этот бардак: — Ловлю на слове. — Хочешь обо всем поговорить? — Давай после того, как мы немного поспим? Я вымотан и засыпаю, просто обнимая тебя. Но… я бы хотел поговорить. — Хорошо, тогда сначала мы вздремнем. И... я приготовлю тебе свой знаменитый завтрак, а потом, если захочешь... мы поговорим. Оливер кивнул. — Пойдем внутрь? Смокинги, знаешь ли, не очень-то утеплены. Я хотел бы выбраться из него. — А вот это идея. — Я думал, ты не жаждешь секса. — Это были тяжелые пару дней, неужели парень не может передумать? — Оливер улыбнулся, обнимая Джоша за талию. Его жизнь, возможно, перевернулась с ног на голову, но, по крайней мере, у него есть тот, кто подставит твердое плечо, когда вокруг сплошной хаос. Ему хорошо рядом с Джошем и он не подозревал, что такое вообще возможно, не подозревал, что захочет бороться за этого человека, даже в трудные времена.