Уроки подчинения

— Ну что, Казанова, — Пронин ухмыльнулся, толкая Марка плечом в школьном коридоре, — ходишь весь день с дурацкой улыбкой. Наконец-то кого-то трахнул? Марк лишь усмехнулся, поправляя воротник рубашки. — Может быть. — О-о-о, — зашипел Саня, прижимая ладонь к груди, — да он влюбился! — Заткнись, — Марк швырнул в него скомканной бумажкой, но улыбка не сошла с его лица. Дома, лежа в кровати, он снова представлял её. Её пальцы, сжимающие его запястья. Голос, низкий и властный: «Ты кончишь, только когда я разрешу». Рука скользнула вниз, под одеяло. «Не вздумай дрочить», — вспомнилось ему, но он лишь фыркнул. Как она узнает? Фантазии лились одна за другой: её каблуки, её губы, её голос, шепчущий: «Хороший мальчик». Он кончил с тихим стоном, представляя, как она смотрит на него сверху вниз. Через неделю он снова стоял у её двери. — Раздевайся. Он сбросил одежду, стараясь не выказывать дрожи. Елена Сергеевна медленно обошла его, изучая. — Ты дрочил. — Я... — он попытался улыбнуться, — просто не мог... — Молчать. Она покачала головой, затем указала на стул перед столом. — Садись. Его руки были заведены назад и крепко связаны кожаным ремнём. — Зря ты не послушался, — её голос был холоден. Она села напротив, скрестив ноги. Юбка задралась достаточно, чтобы он видел бледную кожу бедер, но не более. — Правила существуют не просто так. Её пальцы медленно провели по собственному колену, заставляя его следить за каждым движением. — Если я говорю «не трогай себя» — значит, есть причина. Она наклонилась ближе, и он почувствовал её дыхание на своих губах. — Ты думал, я не замечу? Её рука скользнула вниз, к его животу, но остановилась в сантиметре от члена. — Каждый раз, когда ты нарушаешь правило, ты отдаляешь момент, когда я позволю тебе кончить. Она встала, оставив его связанным, с пульсирующим от возбуждения телом. — Через семь дней. Если выдержишь. А пока посиди часик, подумай над своим поведением. И ушла, оставив его одного — с нарастающим желанием и мыслью: «Черт… а ведь она действительно знает».