Противостояние

— Напоминаю в ночь летнего луностояния все светлые маги должны сидеть дома и не показывать своего носа на поляне святых. — Но почему! — воскликнул один студент — это не справедливо! Тёмные в летнее солнцестояние спокойно могут расхаживать по поляне святых! — Но мы этого не делаем же — воскликнул другой студент за соседней партой. — Потому что вы, тёмные, возомнили себя на порядок выше и якобы мы не достойны вас из-за того, что наша магия действует в основном в светлое время суток. А у вас почти всегда. Вы просто зазнайки!       Ким Сокджин, преподаватель сегодняшней лекции, лишь обречённо закатил глаза. Перепалки этих двоих, уже третий курс треплют нервы всем преподавателям магической академии. Ещё целых два курса их терпеть, а потом они покинут академию и вернуться в мир людей, где им придётся тщательно скрываться. Но слава богу эти двое родились в век технологий, и поэтому им сейчас легче скрываться. Родись они века два назад, когда Джин был только новичком в образовании — этим двоим пришлось бы не сладко.       Пока Джин гонял у себя в голове эти не лёгкие мысли, Чимин и Юнги уже вскочили со своих мест в аудитории и готовы были ввязаться в драку друг с другом.       Сокджин раздражённо цыкнул: — Пак Чимин! — Джин подходит ближе. — Ладно Мин тёмный маг, но ты же светлый и выдержки у тебя должно быть больше. — Но… — начал было Чимин.       Но Джин его прервал: — Не хочу ничего слышать, оба к директору! Ким Тэхён, будьте так любезны проводить своих однокурсников в кабинет к Ким Намджуну.       Ким с недовольным видом встал — ведь его отвлекли от интересной беседы с темным — Чон Чонгуком, и пошёл на выход. За ним чуть ли плюясь ядом друг на друга вышли Чимин и Юнги.       Джин скрепя сердце продолжил урок. Хотя мысли всё так же роились в голове.       Много столетий назад тёмные и светлые маги были разделены. Не допускалось даже минимального смешения крови. Однако время шло, и правитель темных магов влюбился в принца светлых. Долгие и ожесточённые споры закончились союзом, от которого впервые родился наследник смешенной крови. С того дня запретов, как таковых, не стало. Однако были ещё старожилы, которые передавали по роду запрет на смешивание крови.       Дедушка Сокджина был настолько пропитан старой формацией, что и слышать не хотел о зяте из тёмных. А Джин долгое время отвергал не только тёмных ухажёров, но и светлых.       Когда он стал преподавать к ним перевели Ким Намджуна и Джин влюбился с первого взгляда.       Однако волю чувствам маг не дал. Во-первых, Намджун был женат, а во-вторых, был тёмным. Если на второе Ким мог закрыть глаза, то с первым было не так просто смириться. Хуже того чувства оказались взаимными, но в любовники Джин отказался идти. У него есть чувство собственного достоинства и так низко он не опуститься, даже ради любимого человека.       Правда через три года супруг Намджуна умер и вот, казалось бы, дорога, к счастью, открыта, но в Джине сначала проснулась жалость к покойному, а потом и родители погибли в нелепой аварии и Джин остался с дедушкой, который никогда бы не позволил войти в дом темному магу.       Джин скрепя сердце вынужден был солгать Намджуну, что чувства больше не взаимны, разбив сердце не только себе, но и Намджуну.       Чимин, Юнги, Тэхён и Чонгук были лучшими на своём потоке и Джин надеялся на мирное существование пары светлых и тёмных, но его желание исполнилось лишь на половину. Если Тэхён и Чонгук поладили, практически сразу, то вот между Юнги и Чимином велась чуть ли не открытая война.       Запреты на посещения поляны святых, единственное, что мог сделать Джин в данной ситуации.       В завершении картины Джин отчётливо помнит, как Хосоку, его одногруппнику, три столетия назад разбил сердце тёмный маг. Хосоку было настолько больно, что на несколько веков тот стал отшельником, только в последние годы он стал возвращаться к жизни.        Хоть Джин и понимает, что сейчас люди совершенно другие, но всё равно стараются тёмных со светлыми вместе наедине не оставлять.       Ким медленно шёл за Юнги и Чимином и выговаривал им: — Так дальше продолжаться не может. — Ким смотрел на затылке. — Вам нужно поговорить и выяснить всё до конца. Потому что в следующий раз вы разнесёте не просто кабинет, а и всю академию. — Не лезь не в своё дело Ким. — огрызается Юнги. — Закрой рот, — тут же реагирует Пак. — Я не позволю темному так разговаривать с моим другом. — А чем это я от Чонгука отличаюсь? — они тормозят посреди коридора. — Он тоже тёмный, но он не просто с твоим другом общается, а ещё и спит с ним. — Чонгук не ведёт себя так высокомерно Мин. — Я не высокомернее тебя Пак. — Хватит!       Одёргивает очередную ссору Тэхëн. — Вашу судьбу решит директор. — чеканит Ким.       Дойдя до кабинета директора, Ким сказал: — Подождите здесь.       А сам зашёл в кабинет. Намджун сидел и составлял график уроков. Стук в дверь, поднятая голова и Ким Тэхён в дверях говорили громче любых слов. — Мин и Пак? — Здравствуйте директор Ким, — Тэхён кланяется. — Да, снова сцепились на уроке у профессора Кима.       Глубокий выдох. — Пусть зайдут.       Намджун никак не мог понять причин такой войны.       Чимин и Юнги зашли и с покорно опущенными головами стояли перед директором, что постукивал указательным пальце по столу. — Господа, — Намджун осторожно подбирает слова. — Вас в этом кабинете видят чаще, чем на лекциях. Профессора устали жаловаться на вас. Вы одни из лучших студентов и должны показывать достойный пример для других, но что делаете вы? Вы спорите при каждом удобном случае и при каждом незначительном поводе. Я уже не могу придумать такое наказание, чтобы возымело на вас действие. Что послужило причиной конфликта на этот раз? — Директор Ким. — Чимин поднимает голову. — Почему нам запрещено посещать поляну святых в ночь луностояния? Тёмным разрешается приходить в день солнцестояния на поляну, когда мы проводим обряд. Это несправедливо вам не кажется? Или это зависит от того…       Чимин прикусывает язык, но Намджун не дурак. — Продолжайте студент Пак. — Намджун встаёт со своего места. — Вы думаете, что тёмным разрешается больше, потому что ваш директор тёмный маг?       Тишина говорит больше любых слов. — Директор, я тоже не готов терпеть унижения со стороны Пака. — подаёт голос Юнги. — Он называет тёмных высокомерными зазнайками, другие могут такое терпеть, но я не позволю говорить о себе такое! — Я не называл тебя высокомерным. — тут же реагирует Пак. — Зазнайкой может, но не высокомерным. — Ты не говорил этого в слух!!! Но твои мысли так очевидны Пак!!! — Прекратите!!! — глаза Джуна начинают светиться красным. — Вы видимо забыли, что всё ещё стоите в моём кабинете!!! — Директор…       Пытается оправдаться Пак, но поднятая рука Намджуна заставляет замолчать. — Первое, то, что я тёмный маг никак не влияет на посещение вами поляны. Это сделано с целью недопущения проблем. Тёмная магия в лунную ночь может навредить светлой, данный факт зафиксирован в любой книге, и вы Пак можете взять и почитать. — Вряд ли он умеет.       Комментирует Юнги и этой реплики достаточно, чтобы вокруг Чимина образовалась холодная волна. Пак не задумываясь стреляет льдом в сторону Мина, но тот успевает поставить огненный щит.       Намджун вспыхивает за секунду и атакует обоих, обездвиживая. — Раз вы настроены так, то у меня просто нет выбора. Ким Тэхён!!! Через мгновение Ким стоит между Паком и Мином, что связаны путами. — Я честно не хотел прибегать к таким мерам, но видимо другого выхода нет. Отправьте их в пустошь.       Глаза Тэхёна округляются. — Директор, — Ким вертит головой. — Может, всё же ограничимся хотя бы подвалом в восточном крыле? — И сколько после этого они не ругались? — Намджун не намерен менять своё решение. — Три дня. — шепчет Ким. — Три дня. Отправьте их в пустошь. Либо они научатся ладить, либо пустошь поглотит их. Родители Мина и Пака давно предупреждены и даже дали согласие на крайние меры, если потребуется. Теперь соберите их вещи, и чтобы к вечеру их тут не было. Оковы снимите только перед отправкой. — Как скажите директор.       Ким кланяется и забирает с собой Пака и Мина. — Доигрались. — Чонгук скидывает вещи Юнги. — Пустошь, уму не постижимо. Последний раз такому наказанию подвергали семьсот столетий назад. — А может это и к лучшему?       Ким вздыхает. — К лучшему?       Гук смотрит на Тэ. — Гуки, они не могут поладить уже сколько? Все драки, что происходили были либо по их вине, либо они дрались между собой. У меня уже не осталось сил их успокаивать. У такого поведения всего два варианта. Либо они действительно ненавидят друг друга, либо оба очень старательно скрывают, что влюблены. Пустошь сможет положить всему конец. — Не уверен. — Гук застёгивает сумку. — Но мы всё равно не можем ослушаться директора. — Пошли, нам ещё нужно к лекциям подготовиться.       До границы академии они добираются достаточно быстро. — Прости Чимини, — Ким открывает портал. — Но я думаю, что вам это нужно. Возвращайся скорее.       Гук снимает путы и магов засасывает. — Тэхён!       Только и успевает крикнуть Пак. Киму очень не хотелось, правда, но упертость друга его тоже достала. Он прекрасно видел, что за всей это желчью скрывается нежное чувство, но основательно промытые мозги не давали другу мыслить ясно.       Пара витков и маги падают на мягкий песок.       Бермудский треугольник, между магами зовётся пустошью, скрыт защитным куполом. В центре которого находится остров. — Когда вернёмся я лично прибью тебя Тэхёна. — шипит Пак. — Я сделаю это быстрее и первой жертвой будешь ты Пак.       Юнги выходит из-за пальмы. — Если бы не ты Мин, то нас бы сюда не отправили. — Да что ты… — Именно, поэтому скройся с глаз моих. — Какие мы нежные. — Юнги подходит ближе. — Ты уверен, что светлый, в тебе очень много тёмного. — Да как ты смеешь! — взвился Чимин. — В моём роду были только светлые маги. — Ты из тех выскочек с манией чистой крови?       Чимин честно старался сдержаться, но последняя фраза… Он просто берёт и выпускает ледяной столп прямо в Юнги. Мин уворачивается в последний момент, но тут же атакует в ответ огненными зарядами. На поляне завязывается не шуточный бой.       Сейчас магов не кому сдерживать, и они борются друг с другом. Неизвестно чем бы закончился поединок, если бы в одну из атак Чимин не задел Юнги и того отшвырнуло на кусты. Беда была в том, что кусты скрывали острые камни, один из которых проткнул ногу тёмного мага. Юнги громко закричал и это тут же отрезвило Чимина.       Не смотря на годами принятые в его семье устои Пак Чимин давно был влюблён в Юнги, но слова семьи, что тёмные никогда не испортят их идеальную кровь не давали Чимину отдаться светлому чувству. Решение ненавидеть Мина казалось единственно верным, но чем больше они ссорились, тем больше Пак любил тёмного мага. — Юнги! Ради Бога, прости. — Отвали. — Нет, нужно обработать рану.       Несмотря на небольшое сопротивление Юнги, Чимин склонился над раной и слегка заморозил. Ему было ужасно стыдно. Своими руками сделал больно человеку, которого любит несмотря ни на что.       Юнги смотрит на Пака и сердце сжимается. Ну, как его угораздило влюбиться в этого засранца с манией чистой крови. Чимин старается снять Юнги с пики, с левитацией у мага всё хорошо, но нужно стараться не повредить ногу.       Спустя десять минут Юнги лежал под тенью пальмы, а Чимин фиксировал ногу мага, чтобы заживление было быстрее. — Сейчас приготовлю что-нибудь поесть. Пойду посмотрю, может живность какая водится. Или просто наловлю рыбы. Ты же любишь рыбу.       И уходит. Юнги смотрит ему в след. Единицы знали, что Мин обожает рыбу. Чонгук даже в шутку его «котом» называл. Сам факт того, что Чимин знает о его вкусах удивляет, ведь они никогда не ладили.       Чимина не было около часа и Мин даже успел задремать. Разбудил его приятный аромат рыбы. — Со специями тут проблема. — Чимин встретился взглядом с Мином. — Так что рыба будет не такой вкусной. — Если б не ты… — Да, только же я виноват, что мы тут.       Чимин отворачивается и снимает рыбу с огня и кладёт на большой лист, отдаёт Юнги и отходит на достаточное расстояние. Мин смотрит, как Чимин садится в отдалении. Чёрт, вот почему он так. Мог бы и спасибо сказать. Пак старается исправить, то, что сам натворил, а Мин своими словами только сильнее ранит. Однако гордость и рана на ноге не позволяют Мину признать, что тоже не прав.       Ночь вступает в свои права. Юнги пытается уснуть, но боль не даёт этого сделать. Он пытается устроиться удобнее, а через пару минут он чувствует прохладу в области раны и боль отступает. Юнги открывает глаза и видит, как Чимин отходит от него. — Что ты делаешь? — Облегчаю боль, чтобы ты мог поспать. — А ты? — Кто-то же должен следить за костром. Спи, Юнги.       Чимин снова пытается отойти, но Юнги хватает его за запястье. — Ты боишься меня? — спрашивает альфа. — Нет, просто схожу за ветками для костра. — Врёшь ведь. — Не вру.       И уходит, что тёмный не видел подступающих слёз. Впервые с ним такое, рядом с Юнги он другой и Чимин боится того, что с ним творится.       Пак был единственным наследником знатного рода светлых магов и самого детства он только и слышал о том, что чистая кровь лучше, что светлые никогда не должны заключать брак с тёмными, но один вопрос всегда мучал Пака. Его магия была сильной, что отличало его всех сверстников, иногда он просто не мог контролировать её. Сколько бы раз он не спрашивал у родителей, они не могли ответить отчего его магия отличается. Рядом с Юнги он чувствует себя… самым сильным, ранимым и непобедимым.       Юнги долго смотрел в след Паку, а спустя пару минут отправил в след за ним светлый небольшой огонёк. Не мог он так просто отказаться от светлого чувства, что теплотой отдавалось в сердце.       Тэхён слушал Джина, но вот уже пять минут его мысли были с другом. Прошло уже четыре дня с того момента, как он отправил Мина и Пака на пустошь. — Ты слишком громко думаешь тигрик. — шепнул ему на ухо Чонгук. — Я боюсь, что там и от пустоши ничего не останется. — Тэхён переворачивает страницу. — У Чимина слишком взрывной характер, а Юнги не привык уступать. Вот если бы они поговорили и выяснили, что нравятся друг другу. — Ты уверен, что нравятся? — Чон и Ким, может вы расскажите всем о чём беседуете!       Окрик Джина заставляет молодых людей вздрогнуть. — Простите профессор. — После занятий отправитесь в библиотеку, разбирать все книги, вручную. — Профессор! — Чонгук аж подскакивает. — Ещё слово Чон и библиотекой не ограничусь.       Чонгук захлопнул рот и нахохлившись аки воробушек, сел на своё место. Тэхён лишь тяжело вздохнул. — Продолжаем.       Со стороны эту сцену наблюдал Намджун. Он по-прежнему любил Джина и всё время думал, как убедить светлого, что все его страхи давно беспочвенны. Он терпеливо дождался окончания лекции и окликнул омегу когда тот вышел из аудитории: — Профессор Ким!       Джин замирает и оглядывается. Намджун всё так же прекрасен. — Да, директор? — Всё готово к луностоянию? — Да, директор Ким. — Надеюсь все светлые предупреждены. — Можете не сомневаться. — Вы придёте?       Джин замирает. — Я светлый маг, я мог бы появиться там только при одном условии… — Вас должна защищать тёмная магия. — Именно. — Поэтому я спрошу ещё раз… Мы оба знаем, что чувства не угасли. — Намджун… — Я понимаю, что твой дедушка против, но ведь это наша жизнь и нам решить, кто составит наше счастье. — Намджун…       Альфа подходит ближе. — Мы решаем Джин, не твой дедушка или мои родители. Только мы. Бомгю был прекрасным мужем, но на пороге смерти он взял с меня слово, что я буду счастлив. А моё счастье в тебе Джин. Луностояние уже завтра и если я тебе не безразличен, то ты придёшь на праздник. Моя магия защитит тебя.       Намджун наклоняется, оставляет легкий поцелуй на пухлых губах омеги и уходит. Он свой выбор сделал, теперь очередь Джина.       Джин стоит посреди коридора и не может пошевелиться. Стена, что так старательно выстаивалась все эти годы рухнула от поцелуя. Он продолжает смотреть в глубь пустого коридора. А сердце рвётся за любимым и омега не сопротивляется, больше не может. Он правда старался, он искренне любит своего дедушку, но больше не позволит его предубеждениям мешать ему.       Джин срывается на бег в след за альфой. — Намджун!       Ким оборачивается и ловит омегу в объятия. — Я буду твоим.       Намджун выдыхает, а глаза наполняются слезами. — Ты сделал меня самым счастливым Джин.       Джину стало так уютно в объятиях любимого.       Всю эту картину со стороны наблюдали Чонгук и Тэхён. — Может и Юнги с Чимином разберутся. — Тэхён берёт Чонгука за руку. — Профессору и директору потребовалось на принятие несколько лет. — Ты оптимист Чонгук. — Я реалист альфа и мы тёмные чётко видим картину. — Ой ли? — Ладно, пошли в библиотеку, вряд ли профессор на радостях забудет про наше наказание. — И это мне говорит тёмный маг. — Я тёмный, но не безответственный. Ты же придёшь на праздник? — Твоя магия сможет защитить меня? — Конечно.       В библиотеку они всё-таки идут, но лишь для того, чтобы соединиться в танце страсти.       Юнги уже чувствовал себя лучше и начинал потихоньку ходить. Видя улучшения альфы Чимин, надолго пропадал из его поля зрения. Пока однажды не был пойман альфой. — Ты меня избегаешь. — Юнги не спрашивает, а констатирует факт. — С чего ты взял? — Чимин вырывает руку. — Просто хочу поскорее выбраться отсюда. — Чимин, я не идиот. — Я такого не говорил. — Но думал. — Юнги, — Чимин старается сдержаться. — Ты можешь считать меня высокомерным, это твоё дело, но я ни такой мелочный. — Тогда куда ты уходишь? — Тебе какое дело? Я в состоянии себя защитить. — Мне есть дело?! — Не кричи на меня альфа! — Буду кричать! — Не имеешь права!!! — Я переживаю за тебя, омега!!! — Да с чего вдруг?!!! — Потому что люблю тебя идиот!!!       Замирают оба. Чимин растерянно смотрит на мага перед собой. — Что ты сказал? — Чимин думает, что ослышался.       Но вместо ответа его целуют. Юнги уже нечего терять. Если Чимин не ответит на его чувства, то и пытаться дальше не стоит. Он просто заберёт документы и пойдёт учиться в другой университет.       Юнги уже хотел отстраниться так как со стороны Чимина не следовало реакции, но в ту же секунду его притянули обратно для более глубокого поцелуя, который с каждым движением перерастал в более страстный и пошлый.       Казалось, даже остров уменьшился. Маги слились в танце страсти. Юнги не мог оторваться от медовой кожи, Чимин плавился от настойчивых ласк. На самом пике удовольствия Юнги ставит метку, Чимин содрогается от стимуляции. — Люблю тебя Юнгия, так сильно, так давно.       Юнги притягивает к себе ближе. Когда оба приводят дыхание в норму Чимин взмахивает рукой образуя в воздухе кристалл. — Мой отец сказал, — омега протягивает кристалл Юнги. — Что когда я выберу себе пару, то должен подарить ему кристалл со своей магией и если он примет, то это свяжет нас. Мин Юнги…       Чимин не договаривает, ведь Юнги забирает кристалл из его рук и прикладывает к своему сердцу. — Теперь ты навечно мой, Пак Чимин. — Мин притягивает его ближе. — Теперь тебе не удастся от меня избавиться. — У меня твоя метка, у тебя часть моей магии. — Нужно как-то с университетом связаться, хочу взять тебя на праздник луностояния. — Светлым… — Под защитой магии тёмного можно, но это должна быть пара. — И ты? — Возьму тебя с собой, если нам удастся вернуться до захода солнца.       Они долго бродили по острову. — Наверное нужно вернуться на пляж. — Чимин осматривается. — Нас же не зря выбросило там, а значит именно там должен быть путь назад, теоретически. — Есть только есть одна возможность проверить, льдинка моя.       Они возвращаются на пляж. Чимин берёт Юнги за руки. — Давай вместе.       Спустя мгновение портал открылся. — Получилось, льдинка моя. — Конечно огонёк.       Альфа берёт сумки и они делают шаг в портал и оказываются на поляне, где полным ходом идёт подготовка к празднику. — Мин?! Пак?!       Голос Джина выдаёт его шок. — Профессор Ким, рады вас видеть. — Неужели вы…       Глаза старшего замечают метку на шее омеги. — Мин? — Мы разобрались профессор, — отвечает Мин. — Метка моя, магия его. Вечером мы с Чимином придём на праздник. — Ущипните меня.       Шепчет Ким и тут же вскрикивает. — Ты сам просил. — Намджун улыбается. — Дурак, — омега бьёт по груди. — Я же не в прямом смысле. — Допустим, больно, но ведь я же их отправлял туда, как раз для того, чтобы они определись кто друг для друга. — Они несколько лет не могли разобраться… — Джини. — Джини?! — Чимин и Юнги шокировано смотрят на Кимов. — Не только вы разобрались, Мин. — Намджун обнимает Джина. — Мы с профессором тоже.       Вечером на поляне собрались тёмные маги. Рядом с несколькими из них стояли их светлые половинки. — Я тебе клянусь, что с этого дня и до конца наших дней буду рядом. — Юнги встаёт на одно колено. — Я призываю луну в свидетели и дарую тебе огненное кольцо моего рода, как знак моей вечной любви.       Чимин принимает кольцо, что теперь ярким знаменем светиться на его пальце. Конечно, не обойдётся без сложностей. Родители Чимина узнав о том, что избранником сына стал тёмный отказались благословить союз и фактически изгнали Пака из дома.        Однако Мины обрадовались такому пополнению в семье и хоть Пак стал первым светлым магом в семье они только радовались такому сильному избраннику сына.       Джин боялся, что его ждут такие же сложности, но прежде, чем отправиться в путь он получил весть, что его дедушка скончался и теперь Джин остался один и сам мог решать с кем связать свою судьбу.       Когда маги закончили академию и вернулись в мир людей, то Чимин держал за руку своего маленького сына, славного альфу Мин Сондже. — Теперь мы будем жить здесь. — Юнги открыл двери. — Это подарок моих родителей.       Чимин переступил порог. — Может однажды и мои родители примут мой выбор. — Уверен так и будет. — Сондже, сынок, аккуратнее.       Маленький альфочка бегал по гостиной и радовал своих родителей. — Тэхён и Чонгук обещали приехать с Айю. — Может породнимся с Кимами, огонёк? — Конечно, льдинка моя.       Юнги оставляет нежный поцелуй на виске любимого мужа. Он так рад, что однажды преодолел собственное упрямство и рискнул. Так оба обрели счастье, которое будет светить так же ярко, как пламя и оберегать, как снежная буря.