***
Пройдя и пролетев на плечах у духов несколько километров, девочки наконец достигли точки, на которую указывала их хвостатая подруга. Это было ничем не примечательное здание на фоне соседних домов; разве что цвет и размер отличали его от того, что Виталий мысленно сравнил с хрущёвками. Зайдя внутрь, они подошли к кассе, за которой стояла девушка с рыжими волосами и двумя парами крыльев того же цвета, нижняя пара которых была значительно короче верхней. — Добрый день, детишки, где же ваши роди… — начала она своё приветствие, но осеклась. — О, малый глаз Уризена. Вам ведь нужен номер в гостинице на пару дней? — Верно, — ответила за всех Элиз. — Не слишком дорогой, но и не слишком грязный. — Грязных номеров у нас нет, у нас регулярно убирают, — продолжила полуангел, поддев крылом и положив на прилавок ключ. — Готова предложить вам номер с двумя двуспальными кроватями за восемь серебряников. Все удобства включены в цену, включая воду, кристаллофон, свет и доставку еды в номер с заказом по пневмопочте, не считая, конечно, самой еды. — Мы согласны, — первой ответила Якуй. — Давайте все скинемся по два серебряника. — Эй, а у самой-то надбавка и золотая монета, — возмущённо произнесла девочка из другого мира. — Могла бы и за нас всех заплатить. — Зачем мне за тебя платить? Ты ведь не моя любовница, чтобы тебя содержать. Но, если хочешь, я заплачу за тебя, а потом будешь отрабатывать. — Эй, что ты такое говоришь? Мы же девочки, и нам всего одиннадцать. — Это была шутка, — с тем же серьёзным лицом произнесла Якуй. — Не моя проблема, что у тебя нет чувства юмора. — Ты слишком пошло шутишь, — продолжила возмущаться Элиз. — И мне показалось, что ты предложила это на полном серьёзе. — Не бойся, к девочкам меня не тянет, — её собеседница немного сократила расстояние, сделав обманное движение, будто сейчас схватит и поцелует ту, с которой спорила. — Пока что. — А-а, не пугай, а то я в следующий раз могу… — Ударить меня? Удачи попасть в цель.***
Зайдя в номер и полежав на двухъярусных кроватях, Элиз и Якуй решили отправиться на прогулку, дабы посетить ближайшие достопримечательности, в то время как Виталий остался слушать местный аналог радио вместе с Томоко и её призрачным слугой Кайтэном. Прибор имел привычную антенну и ручки, одна из которых служила для регулировки громкости, а две другие — для настройки частот. Однако шкала и цифры на экранчике отличались от стандартных земных AM и FM, поэтому, если бы не подсказки глаза Уризена и не висевшая на стене таблица каналов, девочки ни за что бы не разобрались и не услышали голоса, исходящие из всех уголков столицы и из мест, что находились за её пределами. Так они слушали разные песни, новости и радиопередачи примерно два часа, пока Виталию всё не надоело, и он не выключил радио, против чего его соседка по комнате не высказала ни малейшего протеста, равно как и до этого — в моменты переключения каналов, отвечая только «да» или мыча себе под нос, отчего Виталий даже перестал её спрашивать. Ему сейчас вообще не хотелось ничего делать — только сидеть напротив Томоко и любоваться ею, в то время как она так же сидела напротив него и, возможно, так же любовалась им и думала о нём, а возможно, наоборот, была глубоко в себе или вовсе не думала ни о чём, просто отдыхала — от дел, от мыслей, от людей, кроме него, потому он не хотел мешать её отдыху и начинать диалог, который той был бы в тягость. Вместо него тишину первой нарушила Минако, пожелавшая обратиться к её духу-хранителю. — Эй, Кайтэн, а, Кайтэн, — негодуя от повисшей тишины, обратилась к воину колдунья. — Твоя хозяйка и наедине с тобой так молчит? — Да, бывает. А что? — Как ты ещё не помер от скуки с ней? — Как видишь, я уже давно помер, как и ты, — глядя на то, как она пытается сдержать смех, ответил герой. — И это совсем не смешно. — Госпожа Томоко очень боится проронить лишнее слово. Ты ведь сама знаешь, какой вес могут иметь слова представителей моего и её клана. — Кроме тебя и ещё пары твоих соклановцев, вашим словам была грош цена ввиду того, что за ними не стояло никакого реального дела. — Минако, держи язык за зубами, — самурай из иного мира достал два клинка разной длины. — Госпожа, дайте мне силы, и я вызову её на дуэль. — С сотым уровнем против сто двадцать пятого? — Минако высвободила потоки духовной энергии, принявшие форму обоюдоострых клинков. — Интересно. — Кайтэн, не надо! — черноволосая девочка с косичками попыталась успокоить своего слугу. — Сейчас нет смысла сражаться, она права! — Права? — возмутился дух-хранитель. — Да что вы такое говорите? — Да, она права. Может, мне всего одиннадцать, и я многое не знаю, но за всю недолгую жизнь, что я прожила в нашем клане, я убедилась, что мы слишком многого боимся, потому не можем высказаться даже тогда, когда это нужно, — сделав передышку, она продолжила, чуть ли не в слезах: — Возможно, я сказала глупость и навлекла позор на свою голову, но, пожалуйста, дай мне выговориться! — Я вам и не запрещал. Говорить что-то или нет — это ваш выбор. Моя работа — лишь защитить вас и предупредить о последствиях. — Лучше б сам подумал о последствиях, — с ехидством ответила его боевая подруга. — Представляешь, сколько нам придётся заплатить за сопутствующий урон, даже если я перенесу нас на крышу? — Простите, я погорячился. Я лишь хотел защитить честь госпожи. — Спасибо, Кайтэн, но я постараюсь сама себя защитить. Всё же у меня почти двадцатый уровень. — О, Томоко заговорила, — войдя в номер, произнесла Элиз. — Что вы там обсуждали, кроме рыбы, пока нас не было? — Да ничего такого, — ответила ей Рина. — А вы что видели в городе, пока мы сидели здесь? — Много чего. Сейчас мы с Якуй вам всё расскажем. И они рассказывали и обсуждали произошедшее до самого ужина, а затем по очереди прослушали разные радиоканалы и легли спать.