Спектромантия в мире пара и магии.

После договорной ничьей с Якуй Виталий поделился с ней четырьмя из пяти золотых монет в соответствии с данным обещанием. Затем они, будучи освобождёнными от занятий, проследовали в комнату общежития, где принялись обсуждать, как проведут все эти десять дней. Они могли отправиться куда угодно, с условием, что должны будут вернуться в целости и сохранности на девятый день мини-каникул. — Как планируешь отдохнуть? — поинтересовался он. — Поедешь к родственникам или что-то ещё? — Нет, не поеду, — отрезала она. — Не вижу никакого смысла их навещать, как и им — приветствовать меня. Так скорее бы поступила Озёй, если бы одержала надо мной победу. У меня же нет никаких поводов мной гордиться. — А сама победа разве не повод? — Нет, не повод. Даже если бы ты тогда сдалась вместо того, чтобы предложить мне наш уговор, меня всё равно обвинили бы в том, что я одолела слишком слабых противников, даже невзирая на твой двадцать шестой уровень. — А ты не могла соврать, что со мной был дух легендарной ведьмы Минако, которая смогла достичь сто двадцать пятого уровня? — Не могла. Моего умения скрывать эмоции всё ещё недостаточно для того, чтобы обмануть каждого из них, особенно дядю, который учил меня этому с первых лет жизни. — Этот твой дядя — он типа шпион? — Наоборот. Он и вся моя семья — члены и потенциальные кандидаты в королевскую контрразведку, но, чтобы ловить шпионов, надо знать и использовать их методы. — А твои родственники не боятся за безопасность друг друга? — Мы стараемся не думать о взаимной привязанности. Ту же сестру я стараюсь воспринимать как будущую коллегу, а дядю — как наставника и старшего в иерархии. — А что с твоими родителями? — То же самое. Для них я скорее подчинённая, чем родной ребёнок. Они дали нам с Озёй тот минимум того, что могут дать мать и отец, и даже меньше. Ладно, я и так тебе слишком много растрепала. — Не боишься, что я всё расскажу? — Боюсь чего? Эту информацию и так можно найти, если поискать. Но даже если бы от тебя требовалось хранить тайну, я бы не стала доверять то, что стоит дороже одной человеческой жизни. — Якуй достала одну из длинных иголок и на мгновение посмотрела на Рину взглядом, полным желания убить, но затем тут же сделалась менее серьёзной, начав играть ей между пальцами. — Полагаю, нет смысла спрашивать, умеешь ли ты хранить тайны, ведь даже так с тобой ещё Минако, а с ней нас получается уже трое. А если тайну знают три человека, то её знает весь мир. — Интересная поговорка. Кажется, я слышал… то же самое, только про двух баб. — Если это так, то тем более. Хотя я не разделяю людей в этом плане по полу, — закончив играть с иголкой, токсичная дева спрятала её в свою новую причёску. — Кстати, ты мне иногда напоминаешь скорее мальчика, чем девочку. — Ну да, — Виталий попытался изобразить, что отшучивается. — Иногда мне кажется, что в прошлой жизни я был мужчиной, а затем в наказание за свои грехи переродился женщиной. Бред, конечно, да? — Да. Для одних верований и мировоззрений звучит как бред, для других же перерождение одних существ в других — в порядке вещей. Ходят легенды, что некоторые из великих героев прошлого были из иных миров, как мир насекомых, душами которых я владею, но это всего лишь легенды. Никто из якобы прибывших из другого мира не смог это доказать, потому если ты действительно веришь в это, то — на то твоя вера, а мне будь добра предоставить доказательства. — Хорошо, я просто пошути…ла. Ничего, если иногда я буду говорить о себе в мужском роде? — Говори как хочешь, главное, чтобы я тебя понимала. — Ладно. Так что ты собираешься делать сейчас? — Схожу в душ, затем в библиотеку, потом обедать, затем снова в библиотеку, потом тренироваться, ужинать, играть и спать. Вопросы? — Можно мне в душ с тобой? — Нужно.

***

На следующий день отдыха они обратились к Саториэль, чтобы та вызвала им автобус, и затем, отдав за вызов по паре серебряных монет, отправились в город, выбрав в качестве места проживания ту самую гостиницу, в которой они останавливались, чтобы переночевать и поесть в первые и последующие выходные. Вещи спутницы, которые он пообещал ей нести, могли быть и в тягость, но чувство благодарности за всё то, что она ему сделала, значительно пересиливало желание поныть о том, как она его использует, даже с учётом того, что показатель его силы был многим ниже среднего. Тем более с его «тренировкой», а затем и предстоящими пешими прогулками на пару десятков километров вслед за своей временной госпожой, ему предоставилась возможность прокачать не силу, а выносливость — пусть и на пару очков, а с учётом её периодических советов о том, как подмечать мелкие детали, он получил и по паре баллов к интеллекту и выносливости, набрав в конечном итоге двадцать седьмой уровень. —Так, что бы мне взять… — сидя в гостинице и рассматривая предлагаемые особенности, рассуждал он. — Вроде маны стало больше, но в последнем бою её малость не хватило. Так, что тут у нас… «Аванс первый — вы получаете единоразовый возврат одной десятой маны, но затем ваша мана восстанавливается на десять процентов медленнее, пока не восстановится полностью». Думаю, это подойдёт. — Я тоже так думаю, — прервала его размышления бывшая соперница. — Будь у тебя такая способность, ты бы могла ещё раз призвать Хоноку или Дениску и добить меня, когда у меня кончилась мана. — Ты буквально читаешь мои мысли. Скажи, у тебя, случаем, нет духа насекомых с третьим глазом? — Я могу призвать духа трёхглазой пчелы, но она мысли не читает. — Да я ж пошутил. — Допустим, мне должно быть смешно. Что дальше? — Ничего. Почему ты постоянно такая серьёзная? — А что, я слишком серьёзная для тебя? Ну, если хочешь, могу начать дурачиться и тоже шутить, если сама сможешь показать как. — Да забей, — Виталий начал жалеть, что продолжил диалог. — Давай лучше сменим тему или послушаем музыку. — Как пожелаешь. Ты же у нас победительница. — Но ведь победила по сути ты. — Победили мы обе — таков конечный результат, потому я могу делать всё, что захочешь ты, а ты — всё, что хочу я. — А ты не могла объяснить это сразу, а не на пятый день? — Могла, но ты не спросила, а теперь ты достаточно проинформирована. Не моя проблема, что ты не пожелала уточнить. — Мне кажется, ты просто меняешь правила на ходу. — Нет, я ничего не меняю, такова логика. И даже если так, мы обе остались в выигрыше, а ты — даже в ещё большем. Если ты против, то больше таких договоров не будет. — Нет, я не против, — с чувством вины за свою неблагодарность ответил Виталий. — Может быть, я просто не понимаю женскую логику. — Скорее, не используешь интеллект и восприятие по назначению. И да, единой женской логики нет. Даже женщины с богатым жизненным опытом могут не понимать других женщин с другим складом ума, и это нормально. Ну что, послушаем кристаллофон или, может, сыграем? — Якуй слегка нагнулась и достала из полки деревянную раскладную коробку с фигурками внутри, представлявшую собой аналог местных шахмат. — Если второе, то я хожу первой. — Давай лучше музыку, — он выбрал первое, так как понимал, что его будут постоянно обыгрывать. — Давай послушаем то, что нравится тебе. — Давай. И так они провели в городе ещё три дня, а затем вернулись в Академию, где соседки по комнате долго выпытывали у них, где они успели побывать и чем заняться.