Спектромантия в мире пара и магии.

Их бой шёл на скоростях, движения которых далеко не каждый человек смог бы осознать, а уж тем более — отреагировать и дать ответ, оттого Виталий был благодарен Минако за то, что она стала «водителем» машины его тела, которое сейчас больше напоминало ему сверхзвуковой истребитель или же американские горки, к которым подключили ракетные ускорители. Если бы не повышенное восприятие и не использование ею способностей, замедлявших время в глазах смотрящего, её хозяин ни за что не понял бы, куда бьют псионические клинки и копья, что выходили из его тела, и от чего он уклонялся. Всё происходило так быстро, что он даже не успевал подумать об одном, как случалось другое, а затем и вовсе перестал о чём-либо думать, отчего Минако мысленно поблагодарила его, ведь у них, по сути, был один мозг на двоих, а потому, перестав использовать его для раздумий, тот орган, который в данный момент должен быть использован для того, чтобы передавать сигналы конечностям, подобно командиру отряда, который чуть ли не ежесекундно отдаёт команды подчинённым в процессе активной фазы штурма. От этого боя Минако испытывала одновременно и радость, и досаду. Радость — потому как ей снова выпала возможность сразиться с пусть и не особо, но всё же сильным противником, а досаду — оттого, что с её духовным сосудом приходилось во всём экономить ману, иначе та растратит все её запасы, завалив одну из крылатых великанш, а на вторую у неё уже не хватит сил, что будет означать, что она — великая колдунья сто двадцать пятого уровня — посмертно опозорила своё имя, проиграв какой-то жрице семьдесят шестого. Тем не менее осознание общей сложности битвы и тех эмоций, которые испытает богиня в случае поражения, лишь всё более подогревали её желание сражаться дальше, пусть и почти без возможности нанести урон фамильярам, об особенностях которых она успела подзабыть, а потому методом проб и ошибок искала всевозможные точки, в которые можно попасть, нанеся урон, в том числе и по ядру призванного существа, уничтожив которое, то будет вынуждено призываться повторно, на что у их хозяйки, судя по всему, не было ни времени, ни сил. Наконец она смогла выяснить, где урон проходил больше всего, и за доли секунды произнести название убийственного заклинания, одно название которого взывало к самому богу смерти. — Перст Сареха! — крикнула она, метнув сверхплотный магический заряд в виде дротика так, что он попал одной из крылатых великанш чуть пониже левой почки, отчего та начала корчиться в ужасных судорогах, а затем стала осыпаться, будто бы статуя, обнажая человекоподобный столп белого пламени, который тут же потерял форму, а затем и вовсе погас. — Игнис! — в сердцах прокричала Айша так, как будто на её глазах напали на её собственного ребёнка. — Ну всё, теперь я буду серьёзна. — Вот так бы сразу, — в очередной раз уклонившись от второго «ребёнка» жрицы, ответила Минако перед тем, как использовать своё последнее заклинание. — Клык Пустоты! Призвав лезвие, которое было настолько чёрным, что отвергало само понятие света, ведьма принялась делать им короткие, но болезненные удары в те места, где, аналогично Игнис, у Аркты могли быть критически слабые точки. Ей даже удалось несколько раз нанести глубокие раны белокрылой горгулье, но те мгновенно зарастали, а так называемое ядро постоянно «путешествовало» по всему её телу, всякий раз уходя от всеразрушающего лезвия кинжала. Даже попытки атаковать «кукловода» не давали никаких плодов, ведь она была богиней, что давало ей возможность контролировать оба тела одновременно. Возможно, в мире Виталия это назвали бы читами, но такова была природа богов. — Жертва! — хором крикнули Айша и Аркта в тот момент, как Клык Пустоты уже смог догнать и надколоть ядро. Далее последовал взрыв, от которого ведьма еле успела отскочить, припав на одно колено и прервав сеанс одержимости, после которого её хозяин упал на траву, где его и вырвало. — Неплохо, — стоя над ним и держа рядом с собой фамильяра тридцатого уровня, отрезала жрица. — Если бы не моя способность, дающая мне возможность пожертвовать фамильяров с частичным возвратом маны, я бы сейчас осталась с голой задницей. Однако я победила, и теперь твоя задница принадлежит мне. Правда, из-за недостатка маны мне теперь придётся тебя не только пороть, но и отмывать. Хотя чего не сделаешь ради любимой игрушки. Закончив свой монолог, она мысленно приказала своему слуге схватить поверженного попаданца при помощи щупалец, а затем отнести домой, где она сможет осуществить всё, что обещала.

***

И так прошли все дни каникул вплоть до того дня, перед которым попаданцам следовало уже собираться, чтобы на следующее утро отправиться в Академию. В данный момент они просто сидели на кровати в комнате Татьяны и обсуждали прошедшие с ним события. — Ну как там твои тренировки? — поинтересовалась она у Виталия. — Наверное, уже несколько раз отымел эту суку своими шаманскими причиндалами? — Нет, это она меня, — ответил ей брат или же сестра по несчастью. — А как у тебя с Рейкой? — И она меня, можно так сказать. В последнем бою почти победила, но мана кончилась в самый последний момент, и мой посох стал просто тупой палкой. — Понимаю. У меня то же самое. Как мы жопу ни рвали, она вечно достаёт какой-то рояль из кустов и начинает нас сливать. — Нас? — Ну, духов. — А, точно. Я забыла. Получается, что и класс «шаман» бывает не самым сильным в игре. — Получается, что так. Ты тогда была права. Мы точно не в ебаном исекае. По крайней мере, не в том, где ГГ сразу становится имбой и собирает гарем. — Тебе уж точно гарем не собрать, наоборот, станешь частью гарема какого-нибудь гигачада, что во много раз сильнее тебя. Или ты хочешь собрать гарем из мальчиков, как в тех аниме, где типа «я стала злодейкой» и тому подобное? — Нет. Хочу гарем из лоли. Таких же, как и я, но желательно человека, а не ходячего мешка с блохами. — Ну ты извращенец. — Мне хотя бы это можно. Тело-то женское. — Да чтоб тебя насильно выдали за такого же извращенца, который будет требовать от тебя быть его «младшей сестричкой». — Мне не привыкать. И так они проговорили до самого ужина, а спустя пару дней уже учились на третьем году академии элитных магов. Этот год сулил им много новых открытий, но о них мы узнаем уже во втором томе.