Незаконченное дело

      Так, блядь.       Соуп на это не подписывался.       То есть подписывался, конечно, контракт, инструкции, все дела. Но ни в одной чёртовой бумажке не было ни единого намёка на это. На Гоуста. Было подчиняться непосредственному руководителю, слушать брифинги, исполнять волю пресвятого руководства и прочие бла-бла-бла.       И всё вроде соответствовало чёртовым бумажкам: Гоуст был непосредственным руководителем, мнение Гоуста был не последним на брифингах, воля Гоуста и была волей руководства.       Какие проблемы, Соуп? Какие, мать твоя замечательная женщина, проблемы?       — Эй, элти, что говорят на похоронах у каннибалов? — вот эти, например.       — Не знаю.       — И грустно и вкусно, — Соуп пытается, честное слово католика, пытается. Слава богу, он не католик. Божья матерь, он вообще в бога не верит.       Джон не видит и не слышит Гоуста, а значит элти никак не может остановить его. То есть слышит, конечно, но это же общий канал связи, Соуп слышит ещё нескольких человек. А ещё несколько человек слышат Соупа и хоть бы одно тело отреагировало.       — Почему всех трупов патологоанатом называет котиками?       — Готовность три минуты, — никак не тормозит, понимаете? У Гоуста есть руки и голос, и он может просто сказать заткнуться или выразить своё недовольство иными способами, невербально, так сказать. И вообще-то, Гоуст выражает своё неудовольствие. Никто не может сказать, что не понял его реакцию, если что-то пошло не так. Потому что взгляда Гоуста было достаточно, чтобы выразить всё неприятие Гоустом ситуации, даже если ты этот взгляд не видишь напрямую. Атмосфера, понимаете?       — У них носики холодные, — Соуп продолжает.       — Готовность 30 секунд.       Нет, были конечно, отбитые, которые не понимали с первого взгляда, но тогда Гоусту хватало пары-тройки слов, чтобы ребята хотя бы отваливали. Возможно, существовал некий третий рубеж, но, на взгляд Соупа, с той же вероятностью можно было услышать смех Гоуста. Было бы неплохо, ага.       Иногда Джону кажется, что общение с Гоустом больше похоже на взаимодействие с какой-то сложной химией, где можно только то, что написано в специальной бумажке. Можно Джону выдадут специальную инструкцию по взаимодействию с Гоустом? ***       — Вторая была лучше, Джонни.       — Чё? — они уже на базе, Соуп уже сдал шмотки в чистку и смыл с себя гарь, он уже даже достал стаканчик абсолютно божественного дерьма из автомата под кнопкой капучино, уже готов отчитываться о процессе операции и тут это. Только что его мысли были заняты мужиками с автоматами и гранатами, как направление сменилось на, ну, мужика с автоматом и гранатами. И ножами. Какое разнообразие. Как будто бы и ничего не поменялось, ага.       Соуп вопросительно смотрит на Гоуста, ищет на нём автомат и ножи, но на Гоусте только одежда, балаклава и спокойствие. Куда мы без него? Джон вон как-то обходится, кому вообще может быть нужно это спокойствие, когда рядом Гоуст?       — Шутка, — Гоуст произносит это слово так, будто говорит «на двенадцать часов», а не напоминает Соупу прикол Соупа. — Про патологоанатома.       — Э, первая тоже была про смерть! — Джон возмущён до глубины души, он же так старался, так старался.       — Да, — Гоуст замолкает, и Джон даже открывает рот, возможно он даже хочет сказать что-то, как, — возможно, в этом и была проблема, — словно этого было мало, добавляет, — я знаю, что ты можешь лучше.       То есть Гоусту не всегда нравятся шутки про смерть? И как это понимать? Он же, ну, Гоуст. Соуп столько шуток придумал на тему призраков и черепушек, а теперь что? Всё, Сара, неси отмену?       И, подождите-ка — может лучше? Что? Это звучит так, словно у Гоуста может быть какое-то мнение о Джоне, не только как о напарнике. Может быть даже не самое плохое мнение? Как в такой обстановке можно отчитываться о чём-то кроме этой самой шутки? И Гоуста. Ещё б там было, о чём отчитываться.       Но Соуп бы нашёл, честное слово сапёра. Хорошо, что он сапёр.       То есть теперь можно шутить шутки не только про смерть? Глубина мысли ещё никогда не была такой захватывающей. ***       — И не заёбывает? — Джон может по пальцам одной руки пересчитать случаи, когда Гоуст отвечает на вопросы, переходящие границу работы. И нет, это не потому, что они работают вместе пару месяцев и предыдущие полтора Джон иногда думал, что Гоуст это такой робот. Секретная разработка SAS, МИ-6, китайцев или Илона Маска. Или всех вместе, но без китайцев, потому что глаза, ну, выразительные.       — Что? — Джон искренне уверен, что это уточняющее «что», а не «что ты себе позволяешь». Да ведь?       — Ну, смывать эту поеботу? — Соуп машет рукой куда-то в сторону своих глаз. Ему реально интересно, потому что Соуп видел, как гораздо меньшее количество косметики отмывала сестра и это было реально долго. Надо, конечно, помнить, что ему долго всё, что больше пяти минут под душем, но Гоуст тоже военный. Вроде бы.       Гоуст прослеживает движение руки глазами. Соуп сам смотрит на свою руку, ожидая найти там как минимум С4, а может и гранатомёт. Взгляд у Гоуста такой, атмосферный. Атмосфер в 8, может быть?       — Нет, — тут Гоуст загадочно молчал дольше, чем перед загадочным «что». Теперь он смотрит прямо на Джона.       — А мазать? — мы же помним, что Гоуст может остановить это всё одним взглядом?       — Нет, — Гоуст опускает голову, складывает документы в папку, папку складывает в коробку, коробку ставит на стеллаж и выходит из кабинета.       Ну, вот и поговорили. В смысле — поговорили, прям натурально, настоящие вопросы и настоящие ответы, почти как натуральные друзья.       Джон почувствовал, как в груди забулькали пузырьки пива (должно было быть шампанское). Наверное, это был восторг? Или адреналин, кто его знает.       А на что ещё может ответить элти? ***       Соуп не совсем уверен в том, как он оказался за одним столом с Гоустом. В одном здании, в одном помещении и даже в одно с ним время. В одной реальности, вау.       Соуп точно помнит, как заходил в столовую, подходил к раздаче, думал упасть куда-то в районе — Газа, но Газа в столовой не оказалось, зато оказался Гоуст. Гоуст за пустым столом, и Соуп решает, что в целом — это нормальный же план, пообедать вместе с непосредственным руководством. Налаживание контактов, поиск общих интересов. Ему надо лучше понимать своего лейтенанта, понимаете? А то вдруг неправильно интерпретирует его слова во время операции и всё, собирай потом Соупа со стен.       В общем, Джон падает рядом с Гоустом, буквально на соседний стул, старательно игнорируя остальные пустые столы и столы с людьми, с которыми даже можно было пообщаться. Нормально пообщаться, а не перекинуться парой фраз.       — Утро доброе, элти, — Джон старательно делает вид, что это в пределах нормы. И нет, он не ждёт, что его стул сейчас улетит в стратосферу. — Как спалось?       — Приемлемо, — Гоуст втыкает ложку в овсянку, Джон хочет спросить, не перешла ли она в стан врага, — псина одна снилась.       — Только одна? — серьёзно, Соуп?       — Да, — Гоуст переводит взгляд с тарелки на чай, берёт кружку и смотрит, наконец, на Соупа. — Одна.       — О, сестра бы уже полезла по маминым книжкам смотреть, к чему собаки сняться. Может это норм для нас? Типа военные же, все дела, — Соуп внезапно ловит вдохновение. — Или преследовать кого будем? Господи, надеюсь только не снова в лужах сидеть. Я с прошлого раза, кажется, ещё не весь песок вымыл, был бы он с моря, был бы сувениром. Хотя, в сугроб тоже не сильно хочется, нагрузят ещё, мы же не грузовые. А собака какая была?       — Мокрая, — Гоуст отпивает чай и снова берёт ложку.       — Только не лужи! — Соуп, кажется, всерьёз решил удариться в гадание по снам. — Бля, ещё ж в Мексику могут отправить, а там в своём поту можно утонуть…       — Ближе к правде, — Гоуст разрывает упаковку сладкого батончика.       — В смысле собака взмыленная была?       — Ага, именно.       — Да ёпт, не сильно хочется чёт уже на брифинг идти, — Соуп рассматривает свой завтрак. — Может отравиться чем? Посижу пару дней, на разведке и без меня норм будет, Роуча на дерево закиньте и огонь. Может реально в лазарет сдаться? Мама говорила, здоровых не бывает, есть необследованные. Может, найдут что…       — Может тебя на опыты сдать?       –Ты же не злодей-британец! — Джон тыкает ложкой в сторону Гоуста. — То есть британец, конечно, но ты убиваешь плохих людей, а не делаешь из них оружие.       — Ага, Джонни, и у меня есть болевой порог, — то есть Гоуст понял отсылку, серьёзно? Гоуст, что смотрит фильмы? Гоуст живёт жизнь? Существует за пределами базы?       Соуп вспоминает, что вообще-то, он уже установил, что Гоуст живой человек, а не разработка китайцев, а значит, это нормально, что у Гоуста есть жизнь вне. Значит, он может смотреть фильмы, есть что-то, ходить по магазинам, спать. Стоп-стоп, спать он может и на базе, есть в общем-то тоже, да и комната отдыха тут были. Магазина вот не было.       — Ешь, — Гоуст прервал поток мыслей Соупа.       — А?       — Твой завтрак, Джонни.       — А, о, да, точно, — Соуп схватил ложку и зачерпнул овсянку. — Завтрак.       Гоуст снова взял кружку и отпил чай.       — Брифинг в восемь, там узнаем, куда нас отправят.       Соуп утвердительно промычал и засунул ложку в рот. До восьми было ещё с пол часа и у Соупа были шансы нормально доесть и даже попить кофе. Пресвятой Прайс, Соуп нуждался в кружке горячего напитка, даже если это будет дерьмо из автомата.       — Что угодно за капучино, — Соуп с тоской глянул на кружку Гоуста, но там грустно болталась ниточка с бумажкой, — душу бы продал.       — Отчёт о боеприпасах заполнишь?       — Душу, элти, а не эти чёртовы бумажки!       — Капучино, Джонни, не три в одном, — Соуп уверен, что где-то под балаклавой должны быть рога. Или хвост под штанами. — Сейчас, а не после брифинга.       — Боже, я согласен!       Через две минуты перед Соупом стоит бумажный стаканчик и Соуп готов боготворить теперь и Гоуста, но Гоусту от него нужен только отчёт, а Соуп всей душой ненавидит бумажки, тем более отчёты. Тем не менее, он дал согласие и кофе уже перед ним, а значит он должен будет вытрясти душу из каждого участника последней операции. Стоп.       — Стоп, — Джон должен был подумать об этом пару минут назад. — Прайс уже всё сдал, не?       — Новобранцы, Джонни.       Точно, новобранцев в этом месяце тренирует ОТГ-141. Джону было весело гонять их по снарядам и полосе, а теперь он, видимо, будет безудержно веселиться над отчётом по грёбаным учебным патронам. И даже доступом тут не отвертеться, сержант уже может эти бумажки заполнять. А лейтенант может положить на них, видимо.       Соуп смотрит на свой поднос, на пустую тарелку, на полный стаканчик кофе и тут до него доходит, что они с элти только что вполне себе поговорили. Нормально, то есть, шутки даже пошутили, да не в две строчки. Этот диалог вполне себе походил на такой хороший дружеский диалог и Соуп даже не заметил, как съел всё, а был же уверен, что и ложку с трудом в себя запихает, потому что, ну, это же элти, кто вообще мог нормально с ним поесть и поговорить.       Прайс.       И только что Соуп.       Вау.       А ещё Гоуст принёс ему кофе.       ВАУ.