За грань

      В голове гудело. Окружающие звуки слились в непрерывный поток и мешали сосредоточиться на звуке чужих шагов, которые не предвещали ничего хорошего. Олег попытался проигнорировать боль, которой сковало всё тело и подняться с земли. Плечо заныло ещё сильнее от удара о жесткую поверхность, когда он сделал попытку привстать, опираясь на ослабшую руку, и та поскользнулась на снегу, заставляя вновь повалиться на спину.       Тягучий голос вырвался из гомона. — Лучше не шевелитесь, вам следует поспать, после перехода мозгу непосвященных нужно время. — Паузы между словами, показались слишком долгими, а произношение слишком растянутым, запутывая смысл сказанного.       Нужно было убираться отсюда, Волков разжал глаза, чтобы увидеть нависшего над ним человек, но тут же почувствовал прикосновение чего-то холодного к виску и вновь провалился в пустоту.

***

      — Доброго дня, как вы себя чувствуете, Олег?       Волков резко распахнул глаза, и яркий свет залил всё пространство вокруг. Он зажмурился и почувствовал, как тупая боль подступила к голове с медлительным тоном, отразившимся эхом о стены помещения. Мышцы тянуло, словно Олег давно не пользовался собственным телом. Волков не был уверен сколько прошло времени с того момента как валялся на земле. Собственный голос криком разнесся в голове с воспоминаниями о том, куда его затащил монах до того, как он пришёл в себя в первый раз.       Он дернулся и поднял ладонь перед лицом, чтобы уверится в том, что ещё существует. Рука выглядела размытой, но ничего более. Из его рта вырвался смешок, больше похожий на хрип. Ощущение штыка проткнувшего тела подтолкнуло коснутся груди.       — Что это за место? — Устало произнёс Олег, наткнувшись вместо отверстия на очертания клыка. На нем не было верхней одежды, а вместе с ней оружия и телефона, то что кулон остался при нем можно было считать победой.       Рядом стояло двое человек, за дверью можно ожидать дополнительную охрану, но если повезет, то они окажутся с пустыми руками, на что не стоило надеяться, видя на лбах мужчин красные изображения глаз.       — Не утруждайся. — Хмыкнул молчавший ранее. Он выглядел более юным, но выражение лица, с которым это было сказано не вызывало доверия. — Тебе некуда бежать.       Ещё бы знать откуда. Вид из окна не добавлял информации о том, куда его затащили, но хотя бы позволял определить примерное время.       — Михаил. — Старший мужчина покачал головой и протянул Волкову стакан воды, стоявший на тумбочке. Не прерывая своего монолога, ему пришлось отставить в его в сторону, когда понял, что ничего не будут принимать из его рук. — Раз Верховный выбрал его, это не спроста. Мы должны помочь нашему брату, а не коробить заблудшую душу.       — Не сильно-то он похож на того, кто готов верить.       — Все понимают, когда приходит время, твоё дело приглядывать, чтобы наши братья и сестры нашли путь.       — Я мусульманин.       — …       Олег закатил глаза. Насколько же нужно быть идиотом, чтобы принять за правду эти слова, сказанные человеком, у которого изъяли пистолет.       — Речь идёт не о религии. — Огрызнулся Михаил. — Сейчас не важен тот, кому ты поклоняешься, поведёт нас всё равно один.       Не выглядел их Верховный тем с кем Олег хотел вести дело. Он оскалился, собираясь выплюнуть пару «приятных» слов в сторону Ока, прекрасно дополняющих их веру.       Его отвлёк голос старшего. — Мы в черте Петербурга, в нашем госпиталь. Можете звать меня, Иоанн. Пока Верховный готовит остальных, мы будем провожатыми и отвечаем за вас, не бойтесь обращаться, если что-то непонятно.       — Мое имя. Откуда оно вам известно? — Пара секунд молчания, убедили Олега в том, что пора выбираться отсюда. Слащавые речи Иоанна ничего хорошего не сулили. «Провожатые». Да уж, так себе конвой. Вад хотя бы не пытался строить из себя невесть что, когда избивал.       — Ваш друг…       Не успел Иоанн договорить Олег вскочил на ноги и схватил его за шею, ударяя ногой в грудь. — Где он?       — Руки. — Дуло пистолета коснулось затылка Волкова.       — Отвечай. — С холодным спокойствием произнёс Олег. Сейчас не время терять голову, но если речь идет о Сером, то необходимо отыскать его раньше, чем все выйдет из-под контроля.       Иоанн едва заметно шевельнул головой, не пытаясь вырваться, и тихо проговорил. — Опусти.       Михаил помедлил, но все же отвёл оружие. Волков продолжил прислушиваться.       Иоанн вздохнул, но его лицо осталось непроницательным. — Пригласи Сергея.              Олег заставил себя не реагировать на специально произнесенное имя, лишь следил за тем, как Михаил спрятал оружие. Прежде чем уйти, тот сравнялся с Олегом и бросил. — Тебе повезло, что Иоанн здесь.              — Не мне. — Волков усмехнулся. — В ином случае здесь были бы трупы двух имбецилов.              — Верховный сам избавится от тебя, когда поймет кого привёл. — Михаил вышел за дверь. Судя по тому, что его шаги не звучали некоторое время, он мог обмениваться знаками с теми, кто был снаружи. Когда чужая поступь перестала, мешать тишине, Олег уловил едва слышное дыхание за дверью, что подтверждало опасения. Скорее всего ещё двое. Стоило поспешить, если его просто водят за нос и вместо Серого сюда ворвется охрана, у него должен быть путь отхода.              — Зря вы так нервничаете, Око лишь хочет снять пелену лжи. — Вновь прорезался голос Иоанна.              — Ваши больные фантазии не обязаны быть правдой. — Обыскивая его свободной рукой, ответил Волков. — До этого ты поступал вполне разумно, так что в твоих интересах не дергаться и молчать.       Олег мог бы просто вырубить его, но, если Серый всё это время действительно был здесь, с ним могли уже что-то сделать, раз он решил так любезно поболтать с членами Ока, тогда Иоанн без сознания затруднит обмен «пленными». Разумовского могли накачать чем-то или местный Иисус выкинул один из своих фокусов.              — Вы уже видели на что способен Верховный, нет смысла подвергать сомнению то, что мы говорим. И как бы я не хотел звучать грубо, но здесь вам действительно некуда бежать. — Иоанн шумно выпустил воздух сквозь зубы, чуть не прикусив язык, когда Олег жестко дернул его руки, заламывая их за спиной, и подтолкнул вперед, заставляя двигаться к окну. — Вы удостоверитесь в этом совсем скоро, лучше не тратьте силы на пустое, они понадобятся вам, когда Верховный…              — Мне плевать не вашего Верховного. Не бывает неуязвимых людей, если понадобиться, я прострелю ему голову.              Олег заткнул бы Иоанну чем-нибудь рот, но было не до этого. Они находились на 2 этаже. Не самый приятный исход, но земля не была покрыта асфальтом, а главное вокруг не было видно сторожей, что упрощало ситуацию. Если придется уходить в спешке, окно могло стать лучшим вариантом, чем идти вооруженным одним клыком напролом.              — Не думаю, что ваш спутник будет готов покинуть нас таким способом.              Волков проигнорировал замечание и вернулся к тумбочке у кровати, которая оказалась ожидаемо пуста. Серый не совсем в себе, а значит дорога будет не из приятных.              Неразборчивый диалог и топот предупредили Олега о чужом приближении. Шёл не один человек. Волков быстро дернулся к окну, закрывая себя Иоанном. — Попробуешь вырваться, и я скину тебя первым, так, чтобы не поднялся.              Дверь со скрипом отворилась, впуская двоих. Глаза Олега забегали по человеку напротив, отслеживая знакомые черты, но изо рта почти сразу вырвалось. — Что вы сделали?              Разумовского никто не держал, но это вызывало лишь больше сомнений. Челюсть Волкова напряглась, когда он заметил, как Серый нервно сглотнул и начал перебирать пальцы, непроизвольно сжимая их и пряча за длинными рукавами заношенной кофты, которой Олег не помнил у него. Рыжие волосы выглядели длиннее и были собраны в неаккуратный хвост. Он не мог провести здесь столько времени.              — Серый… — Выровняв голос, позвал Олег. Из-за хрипа это казалось почти неслышным, но Разумовский быстро нашел его глаза своими, впиваясь в них взглядом.               — Олег, отпусти, пожалуйста, Иоанна. — Голос не должен был дрогнуть на этих словах, но сделал это.              Михаил следил за ними, не вынимая оружия. Иоанн же, казалось, замер в спокойствии, наблюдая за всем, что происходит, будто не ему совсем недавно обещали расправу. Слишком уверенный в своем превосходстве.              Разумовский всё ещё внимательно следил за каждым движением Волкова. На секунду в голове Олега пронеслась мысль осуществить свои угрозы. Серый понял бы.              — Олег… — Жалобно сорвалось с чужих губ. — Я… Давай поговорим.              Это звучало слишком отчаянно. Слишком не похоже на Серого.              Олег разжал ладони, выпуская Иоанна.              Тот не торопился отходить, и что-то внутри почти заставило Волкова подтолкнуть сектанта вперед, но судорожное движение потянувшегося в его сторону Разумовского отвлекло Олега. Серый остановился в нескольких шагах от него, будто что-то запрещало ему приблизится. Широко раскрытые голубые глаза словно пытались впитать образ Олега.              Это не мог быть его Серый. Этот человек не мог быть тем, кем должен быть сейчас. Но Олег уже видел подобное. Беспокойные движения, взволнованно поджатые губы, приподнятые брови, заставляющие появляться линии на лбу.              — Прости.              Срывающийся голос, который не позволял спать ни одному из них.       Разумовский отпрянул, испугавшись собственного шёпота. Олег же сделал несколько шагов к нему, сокращая появившееся расстояние, не прикасаясь к Серому. Он не помнил, что стоит сказать, в голове лишь мелькали бесконечные слова врачей.              Ремиссия.              Не полное выздоровление, лишь гарантия вменяемости.       Волков знал, что Серый боялся возвращения Тряпки. Но ещё он знал, что тот не появлялся из пустоты. Он слышал, как Серый умолял о прощении, видел, как тот лежал днями на кровати почти не шевелясь. Но чувствовал, как Разумовский постепенно возвращался. Не было никакого тумблера, резко выкидывавшего Серого и наоборот. Перед этим всё должно было дойти до крайности.              — Ты хотел поговорить. — Постарался мягче произнести Олег.              Серый кивнул и остался стоять на месте.              — У тебя карие глаза. — Наконец донеслось до Олега. Разумовский странно мотнул головой, а потом повернул голову к Иоанну. — Я не тот, кто ему нужен. — Он обернулся к Волкову и проговорил. — Извини. Я всё объясню, только давайте выйдем отсюда. — Серый слегка повел плечами, оглянув комнату.              Олег нахмурился и хотел было одернуть Разумовского от мыслей, которые должно быть сектанты поселили в его голове. Но Иоанн кивнул и направился к выходу из комнаты, пока Михаил махнул рукой на Волкова, поторапливая его. Что ж отсюда нужно было выбираться, а потом уже решать, что делать со странностями Серого, которых всегда было в достатке. Может у него уже был план, раз так стремился выбраться из этого «госпиталя».              Иоанн повел их по коридорам, кивнув паре человек, подтверждая, что сопровождение не нужно. На лестнице Олегу попалась на глаза молодая девушка без покрытой головы с младенцем на руках. Она поёжилась, но не стала сбегать, продолжив медленно покачиваться, чтобы успокоить ребенка.              — Мы помогаем всем, независимо от их веры. — Сказал Иоанн, проследив за взглядом Олега.              «И желания». — Про себя добавил Волков              — Ольга и Надежда наше доказательство того, что вернуть сюда жизнь возможно. — Продолжив путь к улице, Иоанн одарил женщину улыбкой. Кто бы подумал, что сектанты предпочитают говорящие имя, у них видимо проблемы с фантазией, раз они не придумали ничего лучшего чем Око при красующихся на лбу глазах.              — Дом Гречкина. — Пробормотал Разумовский, когда заметил, что Олег осматривался. — Это старались не афишировать, но обычно его сын устраивал свои «вечеринки» именно здесь.              Волков знал о том, что произошло с Гречкиным, когда Серый развлекался в своем Саду Грешников, но он впервые что-то услышал про сына. Странно, что это не всплыло, когда шла речь о тех, кто мог затаить ненависть на Разумовского.              — Он умер из-за меня. — Добавил Серый.              — Тоже мне новость. — Вмешался Михаил. — Знаешь иногда пора бы понимать, что в твоем случае легче считать тех, кто не пострадал.              Разумовский уставился в пол и прикусил губу. — Всё не так просто.              — О, нам ли не знать. Посмотри на своего друга, он до сих пор считает, что мы сектанты, которые дурят вас. Уже придумал, как прострелишь нам головы, Волков?              — Специально для тебя использую что-то пооригинальней. — Процедил Олег и вновь попытался приблизиться к Серому. — Как давно ты здесь?              — Месяца два? — Разумовский покосился на Михаила. — Сначала было трудно ориентироваться во времени, здесь нет связи и то, что я знал… слегка отличалось от той информации, которая известна другим.              Волков потер ладонью лоб. — Серый, я не смогу помочь нам, если не буду понимать, что происходит. Для меня прошло не больше часа с нашей последней встречи, если не считать время, когда я был в отключке.              Разумовский попытался выдавить ободряющее выражение лица, чем заставил Олега сомневаться ещё больше. — Как бы я не хотел, но у меня нет нормальных ответов. Тебя привезли всего несколько часов назад. После этого явился Верховный. — Серый смутился на последнем слове из-за чего получил недовольный взгляд Михаила, но Разумовский лишь поджал губы. — Для того, что я слышал от окружающих, всё происходящее не должно быть диким для тебя.              Серый собирался сказать ещё что-то, но они наконец вышли на улицу и у Олега вырвалось. — Шишиб              Окно из комнаты выходило на запущенный задний двор и открывало вид лишь на голые деревья с поломанными ветками и жухлую траву, покрытую коркой лбда. Можно было подумать, что дом принял такой вид из-за долгого отсутствия хозяев. Сейчас перед Олегом предстала разруха. Пустующая улица, разваливающиеся зданиями с разбитыми окна, покосившиеся дорожные знаки, брошенные посреди аварии машины.              — Вот теперь можно и поговорить. — Безэмоциональное лицо предстало перед Волковым. — Добро пожаловать в жизнь.              — Верховный. — Иоанн с Михаилом поклонились.              — Братья. — Бросил появившийся в ответ, также склоняясь перед ними.              — Лучше не смотри. Мне иногда кажется, что он использует гипноз или что-то типа того — Шепнул Серый, вызывая холод по спине Волкова. Разумовский почти коснулся его уха губами, но Волков не почувствовал дыхания, которое должно было обдать теплом. Олег дернул голову в сторону Серого и тот выдохнул. Пар не вышел изо рта Разумовского.              — Он не здешний. — Отчеканил Верховный. — Ему повезло сразу выпасть в реальный мир.              Олег потянулся рукой к Серому, пальцы прошли сквозь ладонь, которую он собирался коснуться, не замечая преграды.

      ***

      — Так значит, ты мертв?.. — Олег пнул ногой гравий, раскидывая его в разные стороны.              Серый пожал плечами. — Как посмотреть. Как будто я есть и нет. Обычно, когда Птица перехватывал контроль, я просто ничего не запоминал. А теперь… — Он махнул рукой и поморщился. — Когда выстрелил дрон, Птица пытался его остановить. Может он чувствовал себя именно так, мне не с чем сравнить. — Разумовский остановился возле обломка, на котором сидел Олег и поморщился, занимая место рядом.              — Если ты бесплотный, то как…              — Не продолжай. — Перебил Серый. — Вот зачем ты это сказал, теперь я чувствую, как пытаюсь поддерживать себя в воздухе              Олег хмыкнул и позволил приятной тишине разлиться между ними, но внутри всё ещё оставался вопрос, не позволяющий этому продлиться слишком долго. — Тебя ведь тоже настораживает этот Верховный, почему не уйдешь? Это должно быть довольно легко.              Они с Серым достаточно отошли от особняка Гречкина, вначале у Волкова проскочила мысль, что за ними отправили следить кого-то, но чем дальше Разумовский вел его, тем отчетливей приходило осознание, что они остались в одиночестве. Даже ему сейчас было бы легко затеряться среди развалин, что уж говорить о человеке, которого невозможно схватить.              Серый откинул с лица пряди, которые почти сразу же упали на тоже место, заставляя его раздраженно пробубнить что-то. — А ты сам? Тебя задержал только я, но мы уже выяснили, что эта причина бессмысленная.              Когда им было лет по четырнадцать Олега злила это привычка Серого отвечать вопросом на вопрос. Сейчас это показалось довольно забавным, потому что со временем Разумовский перестал так делать, вместо этого переходя сразу к претензиям. Так что Олег готов дать ему время подумать. Всё же у его Серого ушло тридцать лет, чтобы научиться быть честным. — Если я сбегу сейчас, то всё равно не попаду домой.              — Но и, если останешься, это не даст гарантий.              Олег поднялся и отряхнулся, посильнее запахивая пальто, которое вынесла Ольга перед тем, как Разумовский затянул его сюда. — Если на то пошло, я всегда успею бросить их. Да и Серый вряд ли сидит ничего не делая, раз уж эти сектанты притащили меня сюда, неплохо было бы воспользоваться ими, чтобы вернутся обратно. — Волков достал сигареты собираясь закурить, но зажигалки не оказалось в карманах. — Пошли уже. Может и тебе ещё тело вернем. — Олег хотел было хлопнуть Разумовского по плечу, но вместо этого закатил глаза от глупости ситуации. — Что мы хоть ищем?              — Обычно Око привозит всё нужное самостоятельно, так что можешь взять что-то не особо полезное. Недалеко есть пара магазинов, сохранившихся в первоначальном виде. Многое оттуда вынесли ещё до того, как я сюда попал, но найти что-то можно.              Олег приподнял бровь и выразительно посмотрел на Серого.              — Есть трещины… — Разумовский замялся, натягивая рукава кофты и пряча в них ладони. — …оставшиеся члены око, находят людей с другой стороны, но мы должны быть готовы к переходу. Раз Верховный здесь, значит осталось мало времени, нужно знать, где проходят пути. Иногда сюда проваливаются во время сна те, у кого есть силы, но чаще они контактируют с теми, кто вовне.              — Значит мы ищем божественный знак похожий на проход. Потрясающе.              — Вряд ли мы наткнёмся на подобное здесь. — Серый пожал плечами. — Здесь давно всё обыскали. Сейчас многие добровольцы в Москве, очаг был там, но с тех слов, что я слышал, дыр в Питере находили больше. Может из-за того, что Москву сшивали тщательней, боясь, что совсем ничего не останется. Тут ещё довольно приятно по сравнению с ней.              — Если все находятся в разных местах, как ваш Верховный собрался играть со своей «армией».              — Когда всё начнется, Око будет следовать плану, у них вроде как есть тот, кто передал им обряд. Он знает больше, чем мы.

***

      «Так и знал, что этого стихоплета не надо было слушать, только время потерял. Сверну ему шею при первой же возможности». — Разумовский оперся на стену дома и вскинул голову к небу. Москва встретила его не дружелюбней, чем Питер, в тот момент, когда они вернулись туда с Олегом.       — Черт. — Сергей ударил кулаком стену, не давая себе стечь по ней вниз. Пока он ехал сюда, ничего полезного об Оке опять не удалось найти. Нужно заново попытаться проследить за ними по камерам, но сколько ещё это можно повторять, если оно ничего не дает. Можно запрячь Леру, только чем может помочь девчонка, которую они сами же приучили руками махать.       Разумовский поднёс руки к лицу и потер его, пытаясь прийти в чувство.       «Нет, лучше уж пусть дальше бегает со своими дружками, чем глаза мозолит.» — Сергей провел ладонью по волосам, стараясь не вцепиться в них и засунул руки в карман, натыкаясь на что-то. Достав предмет, он понял, что это зажигалка и нажал на кнопку, выпуская огонь. Разумовский совсем забыл о ней, когда наконец остался один в своей голове. Ведь пытался придумать, что взять из вещей Олега, чтобы оно не было слишком личным, в итоге схватил дурацкий красный шарф, который Волков носил, пока болел, и повязал себе на шею.       — Тоже за мертвецом пришли или так просто постоять?