Часть 1
Пик нервно теребил зажигалку в кармане своих рваных джинсов. Его взгляд, обычно холодный и отстраненный, сейчас был прикован к сцене, где под светом софитов сиял Вару. Зеленые кудри, обрамляющие бледное лицо, подпрыгивали в такт мелодии, тонкие пальцы ловко перебирали струны гитары. Очки с зелеными завитушками, которые Пик сначала считал дурацкими, сейчас казались ему невероятно милыми.
Всё началось на первом курсе. Пик, привыкший держать всех на расстоянии, впервые почувствовал, как что-то ёкнуло внутри при виде этого невысокого, улыбчивого парня с гитарой. Тогда он ещё не знал его имени, лишь мельком видел в коридорах университета. Но образ Вару, с его веснушками, рассыпанными по щекам, словно звёзды, засел в голове Пика.
Друзья, заметив необычный для Пика интерес, с радостью снабдили его информацией. "Вару, с гитарой, да? Хороший парень, душа компании, постоянно на каких-то мероприятиях играет. Хочешь, познакомим?". Пик, конечно, отрезал, что ему это не нужно. Но с каждым новым рассказом, с каждым случайно подслушанным разговором о Вару, его одержимость только росла.
Он стал следить за ним. Ненавязчиво, издали. Замечал, как Вару смеётся, общаясь с друзьями, как сосредоточенно хмурится, читая конспекты в библиотеке, как нежно придерживает гитару, переходя дорогу. Пик узнал, что кудрявый предпочитает мягкие пастельные тона в одежде, что он обожает клубничное мороженое и что поёт не хуже, чем играет. И каждый новый факт, словно дровишка, подбрасывался в пламя его влюблённости.
Сам Пик, высокий, смуглый, с длинными фиолетовыми волосами и шрамом на носу, был полной противоположностью Вару. Его гранж-стиль, пропитанный металлом и агрессией, казался ему теперь нелепым и грубым рядом с нежной аурой Вару. Он понимал, насколько они разные. Но ничего не мог поделать со своей растущей одержимостью. Он был поглощён Вару, словно мотылёк, летящий на яркий свет.
Стена в комнате фиолетового превратилась в своеобразный алтарь, посвященный Вару. Фотографии, распечатанные на цветном принтере, обрамляли неровные красные сердца, нарисованные маркером. Пик часами мог сидеть перед этой стеной, изучая каждую черточку лица Вару, каждую веснушку, каждый завиток зеленых волос. Он знал наизусть все его фотографии в социальных сетях, лайкал каждый пост, оставлял комментарии, стараясь не выделяться из толпы поклонников, но в то же время давая Вару понять, что он здесь, он рядом, он видит. Репосты записей Вару заполонили его ленту, вытеснив мрачные цитаты и фотографии грозового неба.
Дневник, толстый, обтянутый черной кожей, стал его исповедником. На страницах, исписанных неровным почерком, Пик изливал свои чувства, описывал каждую случайную встречу с Вару в университете, каждый мимолетный взгляд, каждое нечаянное касание в толпе. Он мечтал о том, как они будут вместе, как Вару будет играть для него на гитаре, как его зеленые кудри будут щекотать щеку Пика. Эти фантазии, записанные в дневнике, становились для него почти реальностью.
Мысль о слежке за Вару не покидала его. Он боролся с этим желанием, понимая, что это неправильно, что это вторжение в личное пространство. Пик повторял себе как мантру: "Не спугнуть. Не спугнуть малыша". Он хотел завоевать Вару, а не оттолкнуть.
Но бездействие сводило его с ума. Одержимость требовала выхода, требовала действий. Пик понимал, что дальше так продолжаться не может. Он должен был сделать первый шаг. Но какой? Как подойти к Вару, не выдав своей почти маниакальной влюбленности? Как начать разговор, не показавшись странным сталкером из интернета? Этот вопрос мучал Пика, не давая ему покоя ни днем, ни ночью. Он понимал – пора действовать. Но страх быть отвергнутым парализовал его.
Плюшевый Вару, с зелеными нитяными кудряшками и нарисованными веснушками, занял почетное место на подушке Пика. Это была не идеальная копия, но достаточно похожая, чтобы успокоить бушующую внутри бурю чувств. Пик обнимал игрушку, представляя, что держит в руках настоящего Вару, и это немного помогало ему уснуть.
Но просто лежать в обнимку с плюшевой заменой стало недостаточно. Одержимость требовала большего. Пик решил, что пора действовать. Хватит прятаться за лайками и комментариями в социальных сетях, хватит шептать свои желания безмолвному дневнику. Он должен был поговорить с Вару, увидеть его реакцию, услышать его голос.
Воскресенье тянулось бесконечно. Пик нервно расхаживал по комнате, раз за разом прокручивая в голове возможные сценарии. Он представлял, как подойдет к гитаристу, что скажет, как тот отреагирует. В голове роились десятки вариантов, от восторженного приветствия до полного игнорирования. От волнения Пик даже забыл про свой обычный ритуал – слушать тяжелую музыку перед сном. Вместо этого он всю ночь ворочался, обнимая плюшевого Вару, и ждал наступления утра.
Наступил понедельник. Пик, обычно небрежный в одежде, сегодня тщательно выбирал наряд. Он отказался от привычного гранжа в пользу простой черной футболки и темных джинсов. Даже волосы попытался уложить так, чтобы они не торчали во все стороны. Шрам на носу казался ему сегодня особенно заметным, и Пик несколько раз пытался замаскировать его тональным кремом, но потом сдался.
В университете он весь день выслеживал Вару. Видел, как тот смеялся, разговаривая с друзьями, как играл на гитаре во время перерыва, как сосредоточенно слушал лекцию. Каждый раз, когда Пик собирался подойти, его охватывал парализующий страх. Ноги словно наливались свинцом, а язык становился ватным.
Наконец, когда Вару собрался уходить, Пик понял – сейчас или никогда. Он сделал глубокий вдох и, собрав всю свою волю в кулак, направился к нему.
Сердце сталкера колотилось где-то в горле. Он шел, чувствуя, как все взгляды в коридоре вдруг обратились на него, словно прожекторы, выхватывающие из полумрака. Каждый шаг давался с невероятным трудом. Казалось, воздух стал густым, как кисель, и Пик с трудом продирал сквозь него свой путь.
Вару уже почти скрылся за дверью, и Пик, собрав последние силы, выкрикнул:
— Подожди!
Голос прозвучал хрипло и неестественно громко, отскакивая от стен коридора. Вару обернулся. На его лице мелькнуло удивление. Он, щурясь, посмотрел на Пика сквозь свои зеленые очки.
Пик замер. Вблизи Вару казался еще меньше, чем он представлял. Зеленые кудри мягко обрамляли лицо, веснушки были словно россыпь золотистой пыли на бледной коже. Пик вдруг забыл все заготовленные фразы, все остроумные шутки, которые он репетировал всю ночь. В голове была пустота.
— Эм… привет, — выдавил он наконец, чувствуя, как краснеет. — Ты… это… ты Вару, да? — глупый вопрос сорвался с его губ. Пик мысленно выругался.
Вару кивнул, все еще с легким недоумением смотря на Пика.
— Да. А ты?
— Пик, — ответил он, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Я… я хотел… — Пик запнулся, не зная, как продолжить. Он судорожно пытался вспомнить хоть что-нибудь из того, что планировал сказать.
В наступившей тишине Пик отчетливо слышал стук собственного сердца. Он чувствовал себя идиотом. Вся его тщательно выстроенная уверенность рухнула в одно мгновение.
Вару терпеливо ждал, не торопя странного собеседника. На его губах играла легкая, едва заметная улыбка.
— Я… я хотел сказать… — начал Пик снова, и вдруг выпалил первое, что пришло в голову: — Ты классно играешь на гитаре.
Это прозвучало банально и глупо, но это было все, что Пик смог из себя выдавить. Он с ужасом ждал реакции Вару, готовый к самому худшему.
На лице Вару появилась широкая улыбка.
— Спасибо! — ответил он, и его голос оказался неожиданно звонким. — Приятно слышать. Стараюсь.
Пик немного расслабился. Катастрофы, похоже, не случилось. Вару не выглядел испуганным или раздраженным. Наоборот, он казался вполне дружелюбным.
— Я… я видел тебя на нескольких выступлениях в универе, — продолжил Пик, чувствуя, как к нему постепенно возвращается дар речи. — Ты очень талантлив.
— О, правда? — зеленый прикоснулся к дужке своих очков, поправляя их. — Спасибо еще раз. Приятно, когда твой труд ценят.
— Это не просто труд, — возразил Пик, неожиданно для себя самого. — Это… это искусство. Ты вкладываешь в музыку душу. Это чувствуется.
Вару засмущался. Легкий румянец проступил сквозь веснушки. Он опустил глаза, теребя ремешок гитары.
— Ты… ты слишком добр, — пробормотал он.
— Нет, это правда, — настаивал Пик, осмелев. — Я… я сам музыку люблю. Правда, другую. Более… тяжелую.
— Металл? — спросил Вару, поднимая на Пика взгляд.
— Ну да, что-то вроде того, — ответил старший, немного смутившись. Ему вдруг стало неловко признаваться в своих музыкальных предпочтениях перед этим нежным и светлым существом.
— Ничего против не имею, — улыбнулся Вару. — У каждого свой вкус. Кстати, я уже собирался идти. У меня репетиция.
— А… — Пик почувствовал укол разочарования. Он так и не смог перевести разговор в нужное русло. — Тогда… тогда не буду тебя задерживать.
— Пока, — Вару махнул рукой и направился к выходу.
— Пока, — эхом отозвался Пик, чувствуя, как его надежда растворяется в воздухе, словно дым. Он стоял и смотрел вслед удаляющейся фигуре Вару, пока тот не скрылся из виду.
"Ну что ж, первый блин комом," — подумал Пик, с горечью усмехнувшись. Но где-то глубоко внутри теплился огонек надежды. Он заговорил с Вару. И это уже было началом.
Следующие несколько дней Пик провел в состоянии эйфории и тревоги одновременно. Короткий разговор с Вару, пусть и ни о чем, стал для него важным событием. Он постоянно прокручивал в голове каждое слово, каждую интонацию, каждую улыбку. С одной стороны, он радовался, что смог наконец-то преодолеть свой страх и заговорить с объектом своей одержимости. С другой — его мучила неуверенность. Он не знал, как продолжить знакомство, как развить успех.
Он продолжал следить за Вару в социальных сетях, но теперь его действия стали более осторожными. Пик боялся спугнуть Вару излишней навязчивостью. Он ограничивался редкими лайками и нейтральными комментариями, стараясь не выделяться из общей массы поклонников.
В среду, проходя мимо актового зала, Пик услышал знакомую мелодию. Он заглянул внутрь и увидел Вару, репетирующего с группой. Пик не решался войти, боясь помешать. Он просто стоял у дверей, слушая музыку и наблюдая за Вару. Тот был полностью поглощен игрой, его пальцы ловко перебирали струны гитары, а лицо светилось вдохновением. Король смотрел на него, завороженный, и чувствовал, как его сердце наполняется теплом.
Когда репетиция закончилась, Вару, выходя из зала, неожиданно наткнулся на Пика.
— О, привет! — удивился он. — Ты опять здесь.
— Привет, — ответил Пик, стараясь скрыть свое смущение. — Я… я просто проходил мимо и услышал музыку.
— А, понятно, — улыбнулся гитарист. — Ну как тебе?
— Потрясающе, — искренне ответил Пик. — Ты действительно очень талантлив.
— Спасибо, — Вару слегка покраснел. — Мы готовимся к выступлению на фестивале. Придешь?
Это приглашение стало для Пика полной неожиданностью.
— Конечно, — выпалил он, не веря своим ушам. — Обязательно приду.
— Отлично! — обрадовался Вару. — Тогда увидимся.
Он махнул рукой и, улыбаясь, пошел по коридору.
Пик стоял, ошеломленный, и смотрел ему вслед. Он не мог поверить, что это происходит на самом деле. Вару сам пригласил его на свое выступление! Это был прорыв, огромный шаг вперед. Пик почувствовал, как его надежда вспыхивает с новой силой.
***
До фестиваля оставалось несколько дней, которые тянулись для Пика мучительно долго. Он с нетерпением ждал встречи с Вару, прокручивая в голове различные сценарии развития событий. Он даже купил новую рубашку – темно-синюю, с едва заметным серебристым узором. Хотелось выглядеть хоть немного прилично, произвести хорошее впечатление.
Наконец наступил долгожданный день. Пик пришел на фестиваль задолго до начала выступления группы Вару, заняв место поближе к сцене. Волнение нарастало с каждой минутой. Он нервно теребил в руках браслет с шипами, который надел специально для этого случая.
Когда на сцену вышла группа Вару, зал взорвался аплодисментами. Пик затаил дыхание. Кучерявый, в своей привычной зеленой футболке и потертых джинсах, выглядел еще более очаровательным, чем обычно. Он улыбнулся зрителям и начал играть.
Музыка заполнила все пространство. Пик слушал, завороженный. Голос Вару, чистый и звонкий, лился со сцены, проникая прямо в сердце. Пик забыл обо всем на свете. Он просто наслаждался музыкой, растворяясь в ней без остатка.
После выступления Пик долго не мог прийти в себя. Он стоял у сцены, не решаясь подойти к Вару. Вокруг него толпились поклонники, поздравляя музыкантов с успешным выступлением. Пик наблюдал за Вару, как тот общается с другими, смеется, шутит. И вдруг понял, что не хочет быть просто одним из толпы.
Он решительно пробился сквозь толпу и подошел к звезде.
— Привет, — сказал он, стараясь говорить спокойно, хотя сердце бешено колотилось в груди.
— О, привет, Пик! — Вару улыбнулся, увидев его. — Ты пришел! Я рад. Как тебе наше выступление?
— Это было… невероятно, — ответил Пик, встречаясь с взглядом Вару. — Просто потрясающе.
— Спасибо, — Вару смущенно улыбнулся. — Мы очень старались.
— У тебя получилось, — сказал Пик, и вдруг, поддавшись импульсу, добавил: — Ты был великолепен.
На лице Вару появился легкий румянец. Он опустил глаза, теребя в руках медиатор.
— Слушай, — начал Пик, чувствуя, как волнение нарастает с новой силой. — Может, сходим куда-нибудь? Выпьем кофе, например?
Вару поднял на него глаза, и Пик увидел в них удивление, смешанное с чем-то похожим на… интерес?
— Кофе? — переспросил младший, словно не веря своим ушам.
— Ну да, или что-нибудь другое, — поспешно добавил Пик, испугавшись, что слишком поспешил. — Если хочешь, конечно. Не хочешь - ничего страшного…
Он замолчал, чувствуя, как щеки заливает краска. В голове пронеслось: "Вот идиот! Зачем я это сказал? Он наверняка откажет. И что потом? Как я буду ему в глаза смотреть?".
Вару молчал несколько секунд, разглядывая Пика с любопытством. Потом на его губах появилась легкая улыбка.
— Кофе — это здорово, — ответил он. — Только я уже обещал ребятам сходить с ними перекусить. Может, присоединишься к нам?
Пик опешил. Он совсем не ожидал такого предложения. Перспектива оказаться в компании незнакомых людей, да еще и друзей Вару, его совершенно не прельщала. Но отказываться было бы глупо.
— Эм… хорошо, — промямлил он, чувствуя, как волнение сменяется легкой паникой. — Если я не помешаю.
— Что ты! — воскликнул Вару, и его глаза заблестели. — Мы будем рады. Пойдем!
Он легко коснулся руки Пика, поворачивая его в сторону выхода из зала, и Пик почувствовал легкий электрический разряд. Он послушно пошел следом, стараясь не обращать внимания на дрожь в коленях.
Компания оказалась довольно шумной и веселой. Пик сначала чувствовал себя не в своей тарелке, отвечая односложно на вопросы друзей Вару. Но постепенно он начал расслабляться. Ребята оказались простыми и добродушными, а Вару, казалось, специально старался вовлечь его в общую беседу. Он часто обращался к нему, улыбался, и Пик чувствовал, как его сердце тает от этой нежности.
За столом в небольшом кафе они болтали о музыке, о фестивале, об учебе. Пик даже рассказал немного о своих собственных музыкальных предпочтениях, и, к его удивлению, никто не начал смеяться над его любовью к тяжелому металу. Наоборот, один из друзей Вару оказался тоже фанатом этого жанра, и они даже договорились сходить вместе на концерт какой-то известной метал-группы.
Время летело незаметно. Пик почувствовал, что ему хорошо в этой компании. Он смеялся шуткам Вару, поддерживал разговоры, и впервые за долгое время чувствовал себя легко и свободно. Может быть, его одержимость начинала перерастать во что-то большее?
Вечер пролетел незаметно. Когда пришло время расходиться, Пик почувствовал легкое сожаление. Он попрощался с компанией, и, к его удивлению, Вару вызвался проводить его. Идя рядом с Вару по освещенным фонарями улицам, Пик чувствовал себя странно… спокойно и взволнованно одновременно. Молчание между ними не было неловким, оно было наполнено каким-то тихим пониманием.
Когда они дошли до поворота к дому Пика, он вдруг остановился. Слова благодарности за вечер казались банальными и пустыми. Поддавшись внезапному импульсу, Пик притянул Вару к себе и крепко обнял.
Очкарик на мгновение опешил, но потом обнял Пика в ответ. Его объятие было теплым и мягким, и Пик почувствовал, как напряжение последних недель, месяцев, растворяется без следа.
— Спасибо за вечер, — прошептал Пик ему на ухо, не желая отпускать. — Мне было очень хорошо.
— Мне тоже, — тихо ответил Вару.
Они стояли так еще несколько секунд, обнявшись, словно боясь разрушить хрупкую магию момента. Потом пиковый, сделав над собой усилие, отстранился.
— Ну… пока, — пробормотал он, неловко отводя взгляд.
— Пока, — улыбнулся Вару. — И… спасибо за объятия.
Он повернулся и пошел обратно, оставляя Пика стоять на перекрестке, охваченного волной непередаваемых эмоций.
Идя домой, Пик чувствовал себя так, словно парил над землей. Внутри все пело и ликовало. Он не мог поверить, что это произошло на самом деле. Он обнял Вару! И Вару обнял его в ответ! Это было больше, чем он мог мечтать. Все его прежние страхи и сомнения казались теперь такими глупыми и незначительными.
Вару действительно был душкой. Милым, красивым, великолепным… чудом. Пик улыбнулся своим мыслям, представляя зеленые глаза, скрытые за очками, легкий румянец на щеках, робкую улыбку. Он вдруг понял, что его одержимость переросла во что-то более глубокое и светлое. В чувство, которое делало его счастливым. И он готов был бороться за это счастье, бороться за Вару. За его улыбку, за его голос, за его музыку. За него самого. За возможность быть рядом. И это осознание наполняло его невиданной силой и уверенностью в себе. Завтра будет новый день, и Пик был готов встретить его с открытым сердцем.
После того волшебного вечера лохматый, словно окрыленный, начал действовать более решительно. Он искал любой повод, чтобы встретиться с Вару, поговорить с ним, побыть рядом. Он “случайно” оказывался в тех же местах, что и Вару, “случайно” попадал на его репетиции, “случайно” оказывался рядом с ним в университетской столовой. Они начали много гулять, обсуждая музыку, фильмы, книги, и просто жизнь. Пик узнавал Вару все больше и больше, открывая для себя новые грани его личности. Малыш оказался не только талантливым музыкантом, но и интересным собеседником, добрым и отзывчивым человеком.
Пик был доволен. Всё шло по его плану. Он методично, шаг за шагом, завоевывал доверие Вару, становился для него незаменимым другом. Пик чувствовал, что Вару тянется к нему, что ему приятно проводить время вместе. “Скоро,” — думал Пик, с предвкушением сжимая кулаки, — “совсем скоро Вару будет мой.”
Единственное, что омрачало его планы, это невозможность пригласить Вару к себе домой. Его квартира была настоящим святилищем, посвященным Вару. Плакаты с его изображением, вырезки из газет и журналов, фотографии, сделанные скрытой камерой, записи его выступлений — всё это могло выдать чувства одержимого, раскрыть его тайну. Он понимал, что это может напугать Вару, разрушить всё, что он так старательно строил. Поэтому Пик предпочитал встречаться с Вару на нейтральной территории, откладывая момент приглашения в свою квартиру на потом, когда будет уверен, что Вару ответит ему взаимностью. Он ждал подходящего момента, ждал, когда сможет, наконец, признаться в своих истинных чувствах.
Прошел месяц с тех пор, как Пик начал активно сближаться с Вару. Они стали практически неразлучны. Сталкер чувствовал, что момент истины близок. Он больше не мог скрывать свои чувства, они переполняли его, грозя выплеснуться наружу. Он решил признаться.
Выбрав для этого тихое уютное кафе, куда они часто заходили вместе, Пик нервно теребил край салфетки, ожидая Вару. Сегодня он был особенно красив. Легкая зеленая рубашка подчеркивала цвет его глаз, а непослушные пряди волос, как всегда, выбивались из-под берета.
— Привет, — улыбнулся Вару, садясь напротив. — Ты какой-то… напряженный. Что-то случилось?
Пик глубоко вздохнул. Отступать было некуда.
— Вару, — начал он, стараясь говорить спокойно, хотя голос предательски дрожал, — мне нужно тебе кое-что сказать. Это важно.
Вару внимательно посмотрел на него, его улыбка исчезла.
— Я… Я люблю тебя, — выпалил Пик, чувствуя, как с души сваливается огромный камень. — Давно люблю. Еще до того, как мы познакомились.
На лице Вару отразилось удивление, но не испуг или отторжение. Он смотрел на Пика несколько секунд, а затем, немного неуверенно, улыбнулся. Улыбка постепенно становилась шире и теплее.
— Пик... — начал он, слегка покраснев. — Я... Я тоже тебя люблю.
Сердце Пика подпрыгнуло от радости. Он не мог поверить своим ушам. Это было даже лучше, чем он мечтал.
— Правда? — прошептал он, боясь, что это сон.
— Правда, — подтвердил Вару, его глаза сияли. — Ты мне тоже очень нравишься... уже давно. Просто... я боялся, что это не взаимно.
Пик протянул руку и накрыл ладонью руку Вару.
— Глупый, — нежно произнес он. — Как ты мог так подумать?
Они смотрели друг другу в глаза, не в силах сдержать счастливых улыбок. В кафе играла тихая музыка, но Пик её не слышал. Весь мир сузился до одного человека — до Вару, сидящего напротив, с румянцем на щеках и искрящимися глазами. В этот момент Пик понял, что его план сработал даже лучше, чем он мог себе представить. Он получил не просто Вару, он получил его любовь. И это было самое ценное.
Окрыленный взаимностью, король почувствовал прилив смелости. Теперь, когда между ними не было секретов, пригласить Вару к себе домой казалось естественным шагом. Он ухмыльнулся, глядя на смущенного, но счастливого Вару.
— Слушай, — начал он, — а может, сходим ко мне?
Вару, услышав это предложение, сразу понял, к чему клонит Пик. На его лице появилась хитрая улыбка.
— И сразу в постель? — спросил он, поднимая бровь.
Пик рассмеялся.
— Нет, — ответил он, — хотя… кто знает, как сложится. Но сначала я хочу тебе кое-что показать.
В голосе Пика послышались загадочные нотки, которые заинтриговали Вару. Он кивнул.
— Хорошо, — согласился он, — мне уже не терпится увидеть, что ты там от меня прячешь.
***
Пик открыл дверь своей квартиры и жестом пригласил Вару войти. Он ухмыльнулся, предвкушая реакцию Вару, и ждал, пока тот пройдет в комнату. Малыш, немного замявшись на пороге, открыл дверь и замер. Его глаза расширились от удивления, он не мог вымолвить ни слова.
Комната Пика была, как и упоминалось ранее… святилищем Вару. Стены были увешаны плакатами с его изображением, на полках стояли вырезки из газет и журналов с интервью и статьями о нем, на столе красовались фотографии Вару, а в углу стояла гитара, подозрительно похожая на ту, на которой играл музыкант. Комната буквально дышала им.
Пик тихо подошел сзади и обнял Вару, прижимаясь к нему всем телом. Он чувствовал, как участилось дыхание Вару.
— Удивлен? — прошептал Пик ему на ухо, еле сдерживая смех.
— Что это? — прошептал парень, голос его слегка дрожал от удивления и смущения.
Вместо ответа Пик резко развернул Вару к стене и прижал его, схватив за горло. Он не сильно сжимал, но достаточно, чтобы Вару почувствовал его силу и контроль. В глазах младшего мелькнул испуг. Пик издал короткий смешок, наслаждаясь его реакцией, и в следующее мгновение жадно впился в губы Вару, целуя его со всей страстью, которая копилась в нем годами.
Поцелуй был долгим и глубоким, полным отчаяния и обожания. Наконец, оторвавшись от губ Вару, Пик отпустил его горло и опустился перед ним на колени, не отрывая взгляда от его лица.
— Я люблю тебя, Вару, — прошептал он, голос хриплый от переполнявших его эмоций. — Безумно люблю. Ты даже не представляешь, как долго я ждал этого момента.
Пик поднял глаза на Вару, в его взгляде читалось обожание и безумие.
— Я следил за тобой, — продолжил он, — наблюдал за каждым твоим движением, за каждым вздохом. Я собирал все, что связано с тобой. Каждую фотографию, каждую статью, каждую запись твоих песен. Я знаю о тебе все, Вару. Все твои привычки, все твои тайны. Я сходил с ума по тебе, мечтая о том дне, когда ты будешь моим. Только моим.
На лице Вару отразилось изумление, смешанное со страхом. Он смотрел на Пика, как на сумасшедшего, не в силах поверить в услышанное. Пиковый король же, казалось, не замечал его реакции, продолжая свой монолог, голос его становился все более возбужденным.
— Ты — моя муза, Вару, — говорил он, с жаром в глазах. — Мое вдохновение. Моя жизнь. Я не мог спать, не мог есть, не мог думать ни о чем, кроме тебя. Твой голос, твоя улыбка, твой смех — они преследовали меня днем и ночью. Я представлял себе, как мы будем вместе, как я буду заботиться о тебе, как буду любить тебя.
Пик провел рукой по стене, покрытой фотографиями Вару.
— Видишь? — спросил он, указывая на одну из фотографий. — Это ты на мероприятии. Я был там. Я стоял в толпе и смотрел только на тебя. Я записывал каждое твое слово, каждую ноту. А это, — он указал на другую фотографию, — ты в парке. Я следил за тобой, прячась за деревьями. Я хотел быть рядом, хотел прикоснуться к тебе, но боялся спугнуть.
Пик встал с колен и подошел к Вару вплотную, заглядывая ему в глаза.
— Я знаю, что это может показаться тебе странным, — прошептал он, — но я не могу с собой ничего поделать. Я одержим тобой, Вару. Ты — смысл моей жизни. И теперь, когда ты знаешь правду, ты никуда от меня не денешься. Ты будешь моим. Навсегда.
Пик, не дожидаясь ответа, снова прижал Вару к себе и поцеловал, на этот раз более нежно, но все еще с одержимым напором. Он будто пытался вложить в этот поцелуй все свои чувства, всю свою любовь и безумие. Затем, подхватив валета на руки, он отнес его к кровати и аккуратно положил на мягкие простыни.
Вару лежал, пытаясь переварить всю информацию. Шок постепенно отступал, уступая место странному возбуждению. Слова Пика, его признание, вся эта комната, посвященная ему… это было одновременно пугающе и… захватывающе. И под всем этим слоем безумия Вару чувствовал искреннюю, глубокую любовь. Любовь, которую он сам испытывал к его сталкеру.
Он поднял руку и притянул Пика к себе, зарываясь пальцами в его волосы. Их губы встретились в новом поцелуе, уже инициированном Вару. Этот поцелуй был другим – не таким отчаянным и требовательным, как у Пика, а скорее робким и нежным, полным взаимного желания и зарождающейся страсти. В нем было согласие, принятие, ответное чувство. Вару отвечал на безумие Пика своей любовью, словно пытаясь укротить бушующий огонь в его душе.
Поцелуи фиолетового становились все более страстными, его руки дрожали, когда он начал расстегивать рубашку Вару. С каждым движением его глаза горели все ярче, отражая бушующий внутри огонь. Сняв рубашку, он провел ладонью по груди Вару, залюбовавшись его кожей.
— Ты такой… милый, — прошептал старший, голос хриплый от желания. — Безумно милый.
Он продолжил снимать с музыканта одежду, не отрывая от него взгляда, полного обожания. Каждый предмет одежды, который он снимал, словно приближал его к заветной мечте. Он целовал Вару в шею, в плечи, оставляя на его коже легкие отметины.
— Я обожаю тебя, — шептал он снова и снова, словно мантра. — Каждый сантиметр твоего тела. Каждую твою черточку. Ты — совершенство, Вару.
Сняв с нижнего последние предметы одежды, Пик прижал его к себе, наслаждаясь близостью. Его руки продолжали блуждать по телу Вару, вызывая дрожь. Он смотрел на него, как на самое драгоценное сокровище, которое он наконец-то обрел. В этом взгляде смешивались безумная любовь, обожание и чувство торжества от обладания. Он ждал этого момента так долго, и теперь, когда этот милый мальчик был рядом, в его объятиях, Пик был готов отдать ему всего себя без остатка.
Легкий румянец смущения разлился по щекам Вару. Несмотря на всю странность ситуации и откровенное безумие Пика, он чувствовал себя комфортно и… желанно. Это придавало ему смелости.
— А можно… мне сверху? — прошептал он, заглядывая Пику в глаза.
Лидер на мгновение замер, а затем расплылся в хищной ухмылке.
— Варушка, — промурлыкал он, — ты такой хорошенький, когда просишь.
Он ловко перевернул их, оказавшись в полулежащем положении, а Вару теперь располагался сверху, опираясь руками на грудь Пика. Пик с нескрываемым удовольствием наблюдал за Вару, его взгляд скользил по его телу, задерживаясь на каждой детали. Восхищение и желание буквально изливались из него. Он провел рукой по волосам Вару, заправляя выбившуюся прядь ему за ухо.
— Так даже лучше, — прошептал он, голос стал ниже и хриплее. — Мне нравится видеть тебя так.
Вару, чувствуя поддержку и обожание в глазах Пика, немного осмелел. Он наклонился и поцеловал старшего, сначала нежно, пробуя, а затем все увереннее и страстнее. Его руки скользнули по груди Пика, ощупывая рельефные мышцы. Металлист застонал от удовольствия, его руки крепко обхватили талию Вару, притягивая его ближе.
В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их сбивчивым дыханием и тихими стонами. Атмосфера накалялась с каждой секундой, воздух буквально вибрировал от напряжения и желания. Вару двигался плавно и ритмично, исследуя новое для себя положение и наслаждаясь контролем. Пик же не отрывал от него восторженного взгляда, шепча хвалебные слова и поощряя его ласки. Он был счастлив видеть Вару таким раскрепощенным и страстным.
Малыш, чувствуя возрастающее возбуждение, продолжал двигаться, исследуя реакции Пика. Он видел, как Пик наслаждается каждым его движением, как его глаза горят огнем желания. Это придавало ему уверенности.
Желтоглазый, не в силах сдержаться, прошептал Вару на ухо хриплым голосом:
— Знаешь, что я хочу услышать? Твои мольбы.
Вару усмехнулся, наклонившись к его уху, и ответил:
— А я хочу услышать твою похвалу.
Пик рассмеялся, низким, вибрирующим смехом, который отозвался приятной дрожью в теле Вару.
— Фетиш на похвалу? — с возбуждением в голосе спросил Пик.
— Да, — ответил Вару, не отводя взгляда от Пика, в его глазах плясали озорные искорки. Он выжидающе смотрел на Пика, ожидая обещанной похвалы. В воздухе повисло напряжение, смешанное с предвкушением.
— Тогда прыгай усерднее, Варушка, — прошептал Пик, хриплой от желания. — Покажи мне, на что ты способен.
Вару, подстегиваемый словами Пика, увеличил темп. Пик, видя старания Вару, ухмыльнулся и начал помогать ему, поддерживая за бедра и задавая ритм. С каждым толчком возбуждение нарастало, комната наполнялась приглушенными стонами.
— Еще, — прошептал гитарист, сжимая пальцы на плечах Пика. — Еще, Пик…
— Быстрее, — умолял он, теряя контроль. — Сильнее…
Фиолетовый, подчиняясь просьбам Вару, усилил темп. Он смотрел на Вару снизу вверх, любуясь его страстью и отдачей. В какой-то момент Пик наклонился и нежно поцеловал Вару, шепча ему на ухо:
— Какой хороший мальчик, — промурлыкал он. — Умница.
Эти слова, сказанные в самый разгар страсти, стали для Вару последней каплей. Он вскрикнул, изгибаясь в спине, и кончил, хватаясь за Пика, словно за спасательный круг. Пик, чувствуя, как Вару содрогается в его руках, обнял его крепче, целуя в висок.
Несколько мгновений они лежали молча, прижавшись друг к другу, восстанавливая дыхание. Наконец, Пик, не выпуская малыша из объятий, перевернулся на спину, увлекая его за собой. Вару удобно устроился на груди сталкера, слушая размеренное биение его сердца.
— Я люблю тебя, Вару, — тихо сказал Пик, зарываясь носом в волосы младшего.
Вару улыбнулся, прижимаясь к нему еще ближе. Слова были лишними. Все, что он чувствовал к Пику, все, что Пик чувствовал к нему, было сказано этой ночью, сказано без слов, языком тел, языком любви.
Они лежали так еще долго, наслаждаясь близостью друг друга, пока не погрузились в сон, уставшие, но счастливые. Эта ночь стала для них поворотным моментом, началом чего-то нового, неизведанного, но безумно прекрасного. Им предстояло еще многое узнать друг о друге, преодолеть множество препятствий, но они были готовы к этому. Вместе.
