Спокойно

Поездка прошла прекрасно. Парни ехали в машине под любимые песни, твик и вовсе отбросил все свои прошлые переживания. А ведь... Твик никогда не был стабильным. Постоянно в его жизни шло что-то не так, блондин мог зацепится за любую мелочь и начать переживать по этому поводу. Да и без повода на самом деле парнишка так же мог начать переживать. Но теперь он знал причины всех этих переживаний. С младших классов детям говорят о том, что наркотики это зло и никогда не нужно даже пробовать подобное! Твик разумеется всегда верил, эта информация засела у него глубоко в голове. К своим годам он толком даже никогда алкоголь не пробовал, а про наркотики то что было говорить! Кто же знал, что на самом деле твик - наркоман? А какой твик вообще на самом деле? Может быть он другой человек и лишь под влиянием наркотиков он становится таким? Хотя... Без кофе его наоборот дёргает ещё сильнее. Непонятно было что же вообще хуже. Травка вроде и расслабляла, а с другой стороны теперь у твика было много непонятных переживаний. С чего он вообще начал думать о том, что Такеру он противен? Уже много времени прошло, как Крейг знает и всё у них в отношениях... Нормально. Такер наверняка всегда считал твика очень невинным и далёким от многих подростковых тенденций. Твик с Крейгом больше не поднимали этот вопрос, после той самой истерики у твика, когда он сам сам и его парень узнали правду. Почему его родители такие? Почему твик просто не мог родиться в нормальной семье и никаких бы бед не было! Мыслей в голове блондина было мягко говоря много. Правда он не мог их никак упорядочить и лишь продолжал пытаться делать вид, что всё нормально. Родные черты лица, такое родной голос даже не мог его успокоить, как это было раньше. Наверное твику просто надо сменить обстановку. Парни почти не говорили, да и поездка очень быстро подошла к концу. Такер, будто бы настоящий джентльмен, выбежал из машины первый и обогнул её, дабы открыть твику дверь. В голове блондина была прям чёткая мысль, что именно сейчас крейгу противно от него. Что твик - последний наркоман, особенно в глазах столь любимого и обожаемого человека для него. Блондину было стыдно, что он покурил траву и попросил Такера забрать его. –С-спасибо... Кто вообще тут будет? – твик взял Крейга за руку, не ощущая чего-то особенного. Это было так странно. В моменты, когда человека не рядом - твик любит и хочет вечно быть с такером. А когда Крейг рядом в груди просыпается будто бы безразличие и капелька ненависти. Такого странного состояния у твика не было конечно очень давно. Может он правда просто ищет постоянно повод, дабы поистерить? Из собственных мыслей его вывел голос Такера. –Да... Все вообще. – Крейг поймал на себе неодобрительный взгляд, решая после этого продолжить. – точно будет Клайд, толкин, Бебе, Рэд, ханди, Николь... Кайл, Кенни, Стэн, Картман, Баттерс, Томас... –Томас!? Какого чёрта, он же... Он же на домашнем обучении! – тут же воскликнул твик, хотя его возмущение на самом деле имело немного другой подтекст. –Да, но он ладит с Толкином и иногда тусуется с нами вообще, тебя тогда не бы– –Агрх, Крейг, хватит пытаться всё объяснить мне! Это тоже бесит вообще-то – твик сильнее сжал чужую руку. Блондин явно был сейчас более раздражительным, чем обычно. Он знал томаса и знал, что этот парень в принципе похож на самого твика. Однажды Такер и твик очень сильно повздорили, расставаясь буквально на пару недель. И эти пару недель Такер проводил в прекрасной компании парня с синдромом Туретта. –Без проблем. Короткий ответ Крейга. Вновь напряжение между парнями, что уже казалось нормой. Они подошли к двери, которая разумеется была открыта, так как поток гостей был большим и не было смысла постоянно открывать и закрывать дверь. Шумно, играла музыка, пахло каким-то вишнёвым сиропом. Прямо у двери твик с Крейгом столкнулись с клайдом. –О, я думал, что не увижу вас сегодня вместе... – Клайд был... Слегка не обычный сейчас. Нет, он не накурился, как обычно, а скорее наоборот - полностью трезвый. Не выпил, не обкурился. И в таком состоянии он представлял из себя " нежного мальчика ", который может заплакать спокойно от любой мелочи. Донован, сам по себе, был крайне эмоционален. Но разумеется всё было не просто так - его мать повесилась, когда мальчику было девять лет. Он самостоятельно снимал с гаражной балки свою мать и сидел у её бездыханного трупа около трёх часов, ведь скорая не посчитала этот вызов достаточно важным. Ну человек же мёртв, да? А то, что ребёнок с трупом - ерунда и вообще они не учитывали этого факта. –А что, мы должны быть раздельно? – и вновь начинается волна вопросов от твика –Нет, просто я думал, что вы немного... В ссоре? –Это ты вечно в ссоре, а у нас всё замечательно! – на этом их диалог был закончен, а Крейг даже слова вставить не успел. Твик схватился за свои волосы, оущщая нарастающую волну тревоги. Как же много людей было сейчас рядом. –Милый, может тебе стоить быть немного мягче?– шепотом произносит Такер, на что твик лишь цокнул. Блондин был резким, да, от этого страдали многие в его окружении. Зато к крейгу твик относился максимально мягко. А вот к остальным - с крайне осторожностью. Парни проходят дальше сквозь толпу. Тут можно было заметить даже старшеклассников, видимо позвали не только ребят из их параллели. Дом Толкина просто огромен, поэтому всегда можно найти какой-то укромный уголок. Крейг заглядывает в большой зал с проектором, где стоит не мало спиртных напитков и сидит сам Толкин. Возле него - Кайл и Картман, вновь у них секс словами какой-то происходит. Не смотря на брачные игры бегемотиков, парни решили направится именно к Толкину, всё таки было бы круто посмотреть что-то вместе. –Привет, твик и Крейг – коротко проговорил афроамериканец, пытаясь выбрать фильм на вечер. – может всё таки хоррор? –нахождение Эрика рядом с нами - уже хоррор, нет конечно, другое давай! – возразил Кайл, пока твик и Крейг пытались найти себе место на мягком диване. В итоге блондину пришлось на половину сидеть на чужих коленках, ведь Картман чуть ли не весь диван занимал. –М-м-м-может посмотрим к...к....комедию? – по знакомому голосу, да и манере речи кое-что было понять не сложно - это Джимми. Твик и Крейг одновременно начали вертеть головами, рассматривая кто же точно тут сидит. Толкин, Эрик, Кайл, Джимми... Недалеко ещё стоит тот самый иностранец - Грегори, многим девчонкам он быстро запал в душу. Так же, по доносящиеся рядом мату, модно было понять, что не далеко находится и Томас. Ох уж этот Томас, с ним то у Крейга связано не мало всего... Твик и Крейг переглянулись, видимо вообще отстраняясь от выбора фильма. Такер как-то позволил себе более удобно взяться за чужое бедро, ведь в комнате специально выключили свет, и особо не было ничего видно. Крейг то немного опускал руку, слегка ощупывал ягодицы своего худого парня, то наоборот поднимая её выше, ощупывал его рёбра. Твик вообще ест дома? –...а давайте посмотрим фильмы, времени второй ми– картману тут же Кайл заткнул рот, пихая его в бок. Эрик тут же начал корчится, мол ох ах как же ему больно сейчас. –А...а-а-а может п-п-осмотрим горбатую гору? М-мне кажется твик и к-к-крейг найдут в этом фильме что-то для себя... – вновь заговорил Джимми, многие хихикнула с его предложения. В итоге Толкин и включил этот фильм, под слегка осуждающий взгляд самих возлюбленный. А Кайл и Эрик лишь спокойно выдохнули, понимая, что их то не задели в этом плане. Твик вообще не следил за тем, что там происходило сейчас на экране. После второй минуты они уже во всю целовались, причмокивая, дабы все уж точно заметили. Ранее блондин очень боялся целоваться на людях, а потом понял, как же это круто, и теперь на каждой вечеринке твик и Крейг заняты друг другом... Друзья же активно обсуждали что-то, пока даже Кайл с Эриком не стали целоваться. Только вот это не выглядело как что-то романтичное... Теодор просто как-то с завистью смотрел на другую гей-пару в этой комнате, а Кайл заметил это, тут же хватая любимого за волосы и силой прижимая его к своим губам. Джимми не удержался, снимая один из костылей со своей руки, начиная пародировать поцелуй. Крейг показал фак, а Кайл лишь с обсуждением посмотрел. –Ч-чуваки, вам не к-к-кажется, что этот фильм плохо в-в-в-в-влияет на нас? Уже две ней пары, а к-кто следующий?.. – Джимми постоянно травил шутки или просто подобные вопросы с подковыркой. В любом случае все начали улыбаться от такого. Твик был полностью погружён в этот самы поцелуй, ощущая себя сейчас наверное самым счастливым человеком на планете. Губы Такера были просто прекрасны, твик в конце концов полностью перебрался на его коленки, ведь так стало больше места на диване. Блондин в один момент отстранился, просто рассматривая чужое лицо под светом от проектора. –Т-ты чертовски красив... – проговорил твик, коротко целуя любимого в шею, а потом разворачивая корпус и начиная всё таки смотреть фильм. Ну, или пытаться погрузиться в него, хотя начало уже было упущено. –Кстати, а ты родителям хоть сообщил, что сегодня слегка не дома будешь ночью?– чисто из благих намерений и заботы спрашивает Такер, поглаживая твика по блондинистые волосам. Твик тут же вскочил, резко хватая свой телефон, вспоминая об этом. Дома же ему скандал устроят! Его мать - это катастрофа, которая на людях милая и спокойная, а дома тарелкой в лицо может спокойно зарядить. Блондин быстро отошёл куда-то в другую сторону, Такер поплёлся сейчас за ним, пока твик пытался набрать номер хоть кого-то из родителей, видя так же кучу пропущенных. Никто не взял и пришлось быстро писать именно отцу о том, что он сейчас «у друзей, вмё хорошо, я буду завтра утром». Разумеется это не поможет. Твик накурился травы и вообще забыл о таком! Какой же он тупой... Крейг в это время стоял рядом, ожидая когда блондин допишет сообщение и положит телефон обратно в карман. –Всё в порядке? – интересуется Крейг, сокращая расстояние между ним и твиком –Я... Я, агрх, забыл написать отцу! Они з-закатят скандал, Крейг, они просто убьют м-меня на месте... – с жутким волнением говорил парень, вновь хватаясь за свои волосы. Крейг то знал ситуацию в чужой семье и... Жалел, что не вспомнил об этом раньше. –Тихо,тихо, может я пойду к тебе домой и пока мы будем вместе они немного остынут и не сорвут...– –Сорвутся на меня! Они... Б-блять, Крейг, они невменяемые... М-мать вообще будет кричать и... И, почему я вообще забыл об этом!– твика как-то слишком уж сильно трясло. Он не любил, когда на него поднимают голос, а его мать - вообще истеричка на самом деле. Посуду в доме разобьёт, поставит сыну смен сто за раз и ещё будет давить на жалость, мол "я тебя не так воспитывала" и "видимо я тебя где-то упустила". Крейг постарался аккуратно обнять своего парня, прижимая его к себе. Блондина просто нужно было отвлечь, эту проблему они решат потом. Парни прижимались друг к другу на тёмной кухне, где-то немного дальше слышалась музыка. Твик, на удивление, правда немного успокоился. Он был подобен маленькому ребёнку, увидит бабочку и истерика тут же кончится. –Хочешь немного передохнуть? Давай, я знаю тут укромное место... Успокоиться и мы вернёмся... – мягко проговаривает Крейг. Только с твиком он был таким разговорчивым. В зале же, где сидели все остальные, пошли уже шуточки про то, что твик и Крейг где-то развлекаются в этом бескрайнем доме. – мы можем сделать какие-нибудь фотографии, дабы успокоить тебе. Как тебе такой план? Это ведь интересно. *** –Вот...а, а потом мы после школы с пипом ходили в кафе, представляешь? Это вот когда у тебя тренировка б-была или что... – твик вместе с Крейгом правда нашли уютную комнату. Гостевая, которая была никому не известна. Толкин ещё давно Такеру поведал тайну, что если что они с твиком могут пойти туда. Нет, ну ведь всякое бывает, да? Блондину ведь тяжело находится в постоянно шумном помещении. Услышав имя другого парня, у Крейга свело челюсть. Такер не любил пипа. Этот придурок вечно лез к его парню на самом деле. Как хорошо, что сейчас возле твика не пип, а сам Крейг. С чего вообще блондин начал говорить об этом французе? Или британце, кто он там вообще. Однажды, Пиррип даже чуть не поцеловал твика! И в итоге то оставил поцелуй, просто вот на щеке тревожника. Руки начинают чесаться только из-за слов Твика, а что будет, когда Крейг лично столкнется с этим Пипом, который "угощал" его бойфренда в кафе на днях. А ведь сейчас они на вечеринке, целовались на глазах у всех, а потом отошли в укромный уголок. Похоже на домашнее с разговорами? Да, и это домашнее с разговорами теперь не то, каким его видел не привыкший к переменам парень. Его аж переклинило. Благо, что хоть твик полностью успокоился, и поэтому язык у него был развязан сейчас. Пристально глядя на блондина он пытается составить новый план этого вечера, но быстро успокаивается, вновь услышав приятный высокий голос. Какие могут быть планы сейчас? И так всё понятно. Такер постарался спокойно выдохнуть, переворачиваясь к твику и кладя руки на его тонкую талию. Иногда он сам не понимал природу своей смены настроения. Всегда в стагнации, спокойный и умиротворенный, но когда что-то его раздражает, становится ужасно раздражённым и всегда готов бить морды. Но он никогда не думал, что за этим стоит что-то плохое. Разве так необычно чувствовать гнев в некоторые промежутки времени? Отец говорил, что для мужчины это абсолютно нормально, потому его сын никогда не говорил об этом с кем-то другим, да и с Твиком делится чем-то настолько не важным не хотел. В голове вспыхнуло недавнее воспоминание. Такер то, по факту, всегда был готов к чему-то большему. Блондин тоже сейчас с интересом смотрел на Крейга, это ведь не в первый раз у них, пусть и давно не было подобного. "Стресс" не то слово, чтобы описать то чувство, которое Такеру пришлось испытать в аптеке. Он ненавидел ходить туда, когда весь город знает друг друга и перед тобой обязательно стоит формацевт со знакомой мордой. В этом и свой плюс, он может ходить только туда и не пасть в грязь лицом где-то ещё. Да и партнёра можно притащить, как трофей и тот, для кого он выбрал ту неловкую смазку, без спроса сменил и готов использовать, жадно смотря в его глаза своими, почти что янтарными карими, созерцая яркий оттенок напротив. Он был влюблён в эти глазки, готов был смотреть на них вечность, как и на его губы, нежные светлые лепестки, желая вновь окрасить их в красный, только когда он обвил руками его шею. —Да, твик, очень интересно, но тебе не кажется, что вечер может стать более интересным?–с хитрым прищуром отвечает старший, словно впитывая взглядом образ парня перед собой. Последней каплей стало прикосновение. Лёгкий поцелуй, короткий, но такой приятный и расслабляющий, от которого можно отправится в нирвану. —Никто не зайдёт всё равно...— не желая разговаривать отвечает брюнет, взглядом блондина раздевая –Точно? –разумеется После ненужных разговоров следует страстный поцелуй, когда Такер жмётся к столь любимому, обожаемому и прекрасному телу. Язык исследует рот любимого, переплетается с его языком и не дает продыху, пока те не оказываются у края кровати. Твик так лежит под ним, губы уже покраснели от поцелуев, он в неком шоке от происходящего, так как слишком быстро сменилась обстановка. Такер с лисьим взглядом проводит рукой по его талии, опускает взгляд к свитеру и вновь взглянув в его глаза целует. Он совсем не любил болтать в такие моменты. Это так отвлекало, сбивало, мешало. Домашнее с разговорами хорошо, только если мало разговоров и много домашнего. Много домашнего с твиком - это хорошо. Рука медленно проползает под свитер, колено брюнета слегка надавливает на чужую промежность, а в его рту он вновь начинает атаку, резче, глубже, яростнее. Этим ртом он разговаривал с каким-то Пипом? Пип думал о том, как будет его целовать? Как они говорили? Может делали друг другу комплименты, миловались, ведь Пип весь из себя такой правильный и прям... Добрый. Ладони всё выше поднимают ткань, колено потирает пах, пока вторая рука расположилась по сторону от светлой головы. Поцелуй длился долго, у людей вообще есть столько воздуха чтобы его продолжать? Твик уже начал мычать, воздуха не хватало, только после звука похожего на хныканье, старший остраняется тяжело дыша, но чувствуя себя как нельзя лучше. Вот он лежит перед ним, такой доступный, такой.. Трогательный? Он ничего не скажет, если Крейг будет трогать его, а ведь ему так хотелось. Тяжело было трогать его под одеждой и пока не иметь возможности снять её, это было бы как-то слишком резко. Губы партнёра красные и горячие, покусанные, с новыми капельками крови, которые кареглазый слизывает, нежно оставляя влажные поцелуи на подбородке, ниже, опускается к шее и оставляет поцелуй за ушком, на линии челюсти, слегка прикусывая, чувствуя только волны удовольствия от своих действий. –Милый... Ты разве не хотел с-сделать совместные фотографии? – Твик уже сам жадно целуя возлюбленного. Это не было вопросом, а был лишь призыв к действию. Крейг успел перейти даже к чужой цели, заставляя ближайшие недели две носить Тейлора лишь водолазки с горлом. Твик продолжал ёрзать на месте, уже желая прекратить все эти ласки и перейти к главному. Но каждой прикосновение, каждый поцелуй и чужой вдох доставлял ему удовольствие. Крейг кажется ненасытным, желающим, погрязшим в этой похоти. Телефон Крейга, наверное, как всегда был в кармане его штанов. Какие именно фотографии Такер хотел сделать вместе с твиком? Блондин, кажется, только сейчас начал понимать какого же содержания будут данные фото. Во время самого процесса вряд ли они захотят отвлекаться, так что сейчас был на самом деле просто идеальный момент. Ещё минут двадцать назад кожа твика была действенно чистой, но сейчас вся его шея была покрыта поцелуями и в некоторых местах виднелись даже укусы. Ангел точно перешёл на другую сторону. Зато на другой стороне ему было лучше. Мелко дрожащее тело снизу манило своей потдатливостью на каждое действие Крейга, желающего поглотить его, обозначить как "своё" и больше ничьë. Никто не сможет делать то же, что и он сейчас, а если и сделает, он найдёт его и переломает каждую косточку. Твик был только для него, открытый к прикосновениям, бледный как фарфор, хрупкий как хрусталь, принимающий что угодно без сопротивления. Это доставит обоим удовольствие, сегодня, завтра, каждый раз, когда они останутся наедине. Никто не сможет также распоряжаться с блондином, даже думать об этом не рискнëт, и Крейг знает об этом. Он уверен, что только с ним его парню будет хорошо, только он сможет доставить ему удовольствие путём своего собственного. Вот так хватать, целовать, не спрашивать ни о чём и просто продолжать, потому что чувство кайфа накатывало и затуманивало подростковый горячий разум. Ранее они и целоваться толком не могли, так если попробовали, зачем ограничиваться только этим? Никто не против, никто не скажет нет, никто не сомневался, что однажды этот день настанет. День, когда Твик окажется под своим бойфрендом и тот сделает всё, о чём порой думал, пялясь на него в школе. В те редкие дни, когда младший посещал её, милый, приветливый, стрессующий, но спокойный рядом с кареглазым. Он был в зоне досягаемости, казалось, протянуть руку к нему не будет чем-то странным. Протянуть, схватить, поцеловать. Такер никогда не говорил, о чём думал. Особенно если это что-то сокровенное, да и в их паре роль говоруна изначально предназначалась только для светлоглазого. Слова о тревожности, панике, странных существах, которых он клялся, что видел, пока партнёр молча слушал, мыслями пребывая где-то не здесь, смотря ему в лицо, но рассматривая розовые губы. Как давно он вообще думает о чем-то столь развратно-романтичном? Давно. И не было повода говорить об этом с ним, ибо всё казалось слишком "ранним" для их крепкого союза. Так вот грань пересечена, прямо сейчас, когда от возбуждения у брюнета сносит крышу, а руки так и рвуться схватить чужие кисти. Детство канет в лету с каждым мгновением, совсем скоро оба парня станут взрослыми и от осознания хочется кричать, сжимая простыни. Это будет их перерождением, их новым "я", их новыми желаниями, страстями и взглядами друг на друга. Всё меняется и они, затянутые в наводнение страсти, совсем не боятся захлебнуться. Им только в радость. –да, точно.. Фотографии.. – более низким тоном отвечает брюнет, одаривая ухо блондина горячим дыханием, мягко причмокивая нежную мочку –...мы сделаем фото. –А к-какие они бу– Одним грубым движением тот свитер приятного зелёного оттенка вместе с белой рубашкой задирает крепкая рука, закрывая лицо снизу. Не слушая резких вопросов, старший, обхватив хрупкие запястья крепко прижимает их к кровати, захватывая Твика полностью, не оставляя возможности двигаться и видеть что-либо. Неожиданно Крейг находит в себе желание доминировать, странно приятное и возбуждающее. От осознания причинять кому-то дискомфорт, даже лёгкий, надолго закрепится в молодости сознании и он точно найдёт этому применение. Твика как всегда трясло, но теперь его тряска была совершенно не от страха. Парень уже на этом этапе захотел большего. Их любовь в один момент стала иной. Она ещё давно изменилась, просто сейчас это оказалось особенно остро. От мягких поцелуев и словах о любви дошло в итоге вот до этого. До этого любовь была чиста и невинна, парни лишь брались за ручки, обнимались и иногда целовали друг друга в губы. В последнее время из-за ссор конечно этого стало меньше, но вдруг... Иная любовь. Да их первый раз был таким нежным, что это даже было не похоже на страстный секс. Страстная, желанная, когда твик не может выкинуть из головы развратные мысли и просто желает большего. Он теряется в этом желании, пока Крейг пытается угомонить свой пыл и насладится телом любимого. Да, разумеется крейг желал этого, особенно сейчас, когда они постоянно ссорились и вообще не со рвалось ни секундочку на лишнее прикосновение. Только для своего любимого человека твик был так открыт. Больше никто не мог изучить его с этой стороны. Англичану было позволено лишь взять твика за руку и поговорить с ним. Больше ничего. Остальное будет караться переломом всех костей от Крейга. И Пип явно совершил это ошибку, угощая твика. Такер вряд ли оставит эту ситуацию просто так, они ещё поднимут эту тему. Твик был чист даже в своих помыслах. Вот никогда, никогда у него не возникало подобных мыслей. Когда доходило до дела он просто пытался спрятать своё покрасневшее лицо, и не говорить ничего лишний раз. А теперь он так сильно желает, что не желал так никогда ранее, аж готов просто умолять возлюбленного, хотя они находились ещё на раннем этапе. Прелюдия были важны, это точно, но Крейг будто бы издевается и затягивает этот момент, наблюдая за мимикой любимого сейчас, в любой момент будто бы готов остановится, и перейти к главному. Но ведь он не остановится точно. И твик не хотел, чтобы он останавливался. Опустившись, Такер припадает к белоснежной коже, губами влажные поцелуи оставляя, то выше то ниже, целуя и кусая приятные места. Достаточно привыкания партнёра, чтобы он, сжав его руки посильнее, стал оставлять засосы, глубже вбивая его тело в матрас. Вся грудь покрывается красными отметинами, ключицы словно налиыаются кровью, когда он кусает их, втягивая кожу ртом, чтобы след точно остался, а после нежно целует, как бы прося прощение за боль, о котороц сам не знал. Голодные, почти что янтарные глаза, с упоением рассматривают своё творение, пока он облизнувшись берёт в рот розоватый сосок, чувствуя как спина нижнего прогибается от накатившей волны удовольствия. Крейг с особым интересом сосёт его, покусывет, оставляет засос совсем рядом с ним и слегка приподняв партнера стягивает одежду прочь. Снова он может видеть его лицо, красное, отчаянное, горячее. Твик не может сдерживать себя в моменте, что-то лепета и пытаясь попросить уже скорее сделать эти дурацкие снимки. Зачем блондин вообще напомнил крейгу об этом? Твик хочет большего, а Крейг не может не сделать фотографии. Он бы и отбросил эту затею в сторону, но мучать изнывающее тело партнёра стало так интересно, как ничто, что он делал ранее. Твик извивался под ним, что безумно манило. Хотелось узнать до какой же степени можно довести тревожника. Он правда может начать даже умолять? Ну, судя по состоянию твика - да, это было вполне возможно. Он был погружён в пучину удовольствия с головой, не думая сейчас ни о чём другом. Даже скорая ссора с родителями не беспокоила его. Никакое увлечение не могло заменить влечение к блондину, плачущему, ерзающему, смущенному от собственного возбуждения, видимому через штаны. Глядя на это, старший только хитро усмехается, тяжело втягивая ртом воздух, напряжённой рукой выуживая из кармана удобных брюк сенсорное устройство в чёрном чехле с хорошей камерой, чтобы второй схватить младшего за талию. Притянув поддатливого к себе, хозяин дома легко приобнимает и помещает голову к его шее, глядя в камеру открыв рот прямо над белой кожей. Эффектная поза, особенно хорошо видны контрастные красные, уже понемногу синееющие засосы, из пары которых виднелись мелкие капли крови. Второе фото с новым засосом на шее, на третьем Крейг просит блондина держать камеру. Чужие руки дрожат, тело ноет, а Крейг, усадив его между своих ног обхватывает руками грудную клетку, пальцами массируя вставшие колом соски, один из которых немного набух из-за действий ранее. Вышло более размазано, но с тем ещё горяче. Твик в конце уронил даже телефон не в силах держать его в своих трясущихся руках. Первое фото. Крейг на каждой фотографии желает появится и сам. Не важно в каким виде... В виде только что сделанных засов и укусов на теле или же в виде самого себя. Твика приобнимают, Крейг примыкает к чужой шее, показывая на камеру что он может оставить больше подобных метод. Он автор сего творения, ему нравилась каждая фотография, и он обязательно распечатает их всех, повесит на стену и оставит при себе. Твик смотрелся чертовски хорошо в его руках. Интересно, думал ли этот жалкий англичанен, каким развратным может быть блондин с Крейгом? Младший почти что умоляет, прелюдий было так много, что он уже просто не может терпеть, сидя между разведенных ног своего бойфренда, чувствуя и его возбуждение через брюки. Рука перемещается на скулу, повернув блондина к себе, Такер грубо целует его в губы, затыкая покусанный рот, пока тот поворачивается к нему лицом, руки на плечи помещая. Мелко дрожащие и более маленькие, чем у него, но такие приятные. Если он ходил с кем-то за ручку, эти люди были благословлены одним лишь касанием. Вторая ладонь сжимает тонкую талию, и как только старший оказывается внизу, резко переворачивает всё на свои места, вновь нависая над светлоглазым, с особой тяжестью вздыхая. Второе фото. На этой фотографии были запечатлены новые засосы на теле твика. Оказывается, что на его теле было множество мест, где можно было оставить засосы! И Крейг очень быстро и легко заполнял области пропусков, оставляя всё больше укусов и засосов на молочной коже. Твик будет жутко стесняться этого, будет носить длинные водолазки и смотреться в зеркало, боясь показать кому-то всё это. Крейг наверняка будет гордиться подобным. Третье фото. Тело твика уже было слишком податливым и послушным. Такер усаживает его между своих ног и обхватывает чужие соски, от чего твик вновь стонет. Слишком приятно. Соски у Тэйлора были крайне чувствительными! Да и прошлые махинации с ними всё ещё напоминали о себе. Всего три фотографии на самом деле, но они оставили чёткий отпечаток в памяти твика. Фотосессия была окончена. Блондин думал, что за это время просто не выдержит и кончит даже от прикосновения к его соску. Парня достаточно резко схватили и вновь поцеловали. Жадно, страстно, было видно как Такер желал этого. И вновь твик был под чужим телом! Все прелюдия были окончены, фотографии уже сделаны. Интересно, что же Крейг собирается с ними делать? – ты выглядишь так, будто умоляешь меня трахнуть тебя – низким тоном говорит он, с наслаждением пробежавшись по его телу. –Да, Крейг, я просто умоляю тебя трахнуть меня! Прошу, давай же... Я уже не могу терпеть, прошу... – парням не нужны были слова, дабы понимать друг друга в этот момент. Но твик уже просто не мог молчать. Он слишком сильно желал большего, а Крейг понимал это и делал лишь услышать подтверждение своим догадкам. С кровати полетели джинсы, куда - непонятно. Туда же, куда и одежда Такера, пока он скорее брал в руки тюбик смазки на водяной основе. Говорят, такие особенно хорошо подходят геем, парни уже разумеется испробовали её однажды. Словами он успокаивает Твика, нежно целует в губы и лоб, чувствует его волнение и просит только одного. Доверия. Первый палец проникает нелегко, парень снизу стонет, прогибается, брюнет крепко держит его руки, аккуратно проталкивая его глубже, хорошо смазав смазкой каждую фалангу, неспешно сгибая каждую для создания пространства и для второго пальца. Сквозь время они входят полностью, Твик кажется привыкает, уже не рвётся прекратить всё, пока Такер растягивает его, задевая определённую точку внутри него, отчего тот прогибается. Брюнет чуть не поседел от резкого движения, но как только из головки младшего появляется преакулят, понимает. –тут тебе приятно? – монотонно спрашивает он, касаясь и касаясь той точки, растягивая партнера, не разбирая его слов через ахи и охи, чувствуя предел. Проникнуть уже не пальцами куда приятнее. Если точнее, Крейг чуть ли не кончил, сразу оказавшись в Твике, пока тот закрепил ноги на его талии, пока он сам крепко держал его за талию. Пальцы не сравнивались с размером ни на йоту, по форме, толщине, длине всё было мимо и осознавая это, брюнет не торопится, настраивает темп, слушает младшего, и как только оба привыкают, ускоряется. У него и в мыслях не было причинять ему боль, только удовольствие. К каждому звуку он с упоением вслушивался, всё глубже оказываясь в нём, скорее, пока темп не стал жёстким. Резкие толчки, укусы в шею, новая поза с более удобным углом. Легко закинув тонкую ногу на плечо, Такер засаживает глубже, прикусывая нежную кожу бедра, пока парень под ним метался по кровати, под контролем более сильных рук. Поза меняется, даже когда оба кончают, тело от освобождения расслабленное, на глазах у младшего, кареглазый надевает новый презерватив с большим количеством смазки, только чтобы перевернуть его задницей к верху и войти так, держа талию при себе, снова покрывая его засосами. Спина всё краснеет с каждым укусом, толчки ускоряются, а Крейг до черта голодный не останавливается. А твик и не желает, что бы он останавливался, ведь кофеману давно не было так хорошо. За несколько часов сменилось много поз, какие-то даже предлагал Твик, превратившийся в сплошной засос. У стены, на подоконнике, на полу, наездник, Крейг даже взял у него в рот и попросил сделать фото, удовлетворяя его как можно более усердно, никогда ранее не делая этого. Всё было для них в новинку, приятным, больным, кружащим голову. Секс - не просто тереть чужой член еле-еле, а это нечто резкое и страстное. В один из разов молодых, полных сил парней, зашёл грёбаный Клайд. И ладно бы он ойкнул и сразу же закрыл дверь, так он стоит и пялиться! –Сукааа... Клайд, ты тупой или что? – Крейг тут же показывает фак, продолжая развлекаться со своим парнем. Донован, находившийся в любом шоке, не сразу смог даже дверь закрыть, зато потом было прекрасно слышно, как он позорно убегает куда по-дальше. Наркотики что ль бросает, опять слишком впечатлительный. Вообще стоны твика было крайне тяжело не услышать, даже находясь за пределами этой комнаты. *** Лёжа на кровати они отдыхают после всего, Крейг крепко прижимает младшего к себе и мягко целует его в щеку, обводя один из множества следов на бледной шее, пальцем, увлечённо рассматривая каждый. – пойдём в.. – говорит тот, но Твик засыпает, уставший и измотанный, вызывая приятную улыбку на лице брюнета. Тишина очаровывает, хотя ранее здесь раздавались более громкие звуки, коих ещё не знали стены. Поднявшись с места парень одевается, чтобы всё убрать и привести место в порядок. Освежитель воздуха добавляет пространству лёгкий морской аромат, а приняв душ самостоятельно, Крейг влажным полотенцем протирает партнёра, только после чего ложится спать рядом с ним, накрывшись одеялом. Как же хорошо, что в каждой спальне Толкина есть ванная комната. Вечеринка продлилась до самого утра. В итоге никто не остался доволен фильмом, все делали чего-то иного. Клайд в один момент вообще сбежал в толпу, пытаясь найти толкина, и рассказать, что происходит сверху. Клайд просто слишком впечатлительный мальчик, да. Сегодняшней ночью парень с лёгкостью поддаётся в объятья сладкого и желанного как никогда морфия, лишь бы скорее уснуть и увидеть заслуженные сны. Он ведь здорово постарался, попотел как надо, пока парень под ним разрушался с каждым половым актом, возрождаясь и восставая для нового вновь и вновь принимая его в себя. Какого же сейчас ему? Быть нижним в этом деле наверняка не так легко, как кажется, хотя Крейгу-то и не кажется, он точно знает, что Твик чувствовал не то же, что и он, находясь сверху. Удовольствие, да. То, как он кричал его имя и стонал вызывало дрожь по спине и отдавалось прямо вниз. Но... Не перетрулился ли он в своей активной роли? Об этом он узнаёт только днём, когда открыв глаза видит перед собой бледное худое тело, рыскающее тут и там в поисках одежды. Как он вообще так швырял её, что трусы оказались на подоконнике, а носки где-то у двери? Неужели в порыве страсти Такер так сильно размахивал руками? Созерцая обнаженное нутро возлюбленного, юноша молчал, слыша через телефон громкий голос чужого отца, злой и как всегда нервный - «Где был, где был» чёрт почему он просто не оставит сына в покое? Самостоятельному и отрешенному от семейной рутины брюнету было тяжело понять такой устрой чужой семьи, слишком опекающей своё чадо, несмотря на возраст. Ему ведь было почти семнадцать, Твик вполне мог позаботится о себе, сказать отцу чёткое нет, послать нахер с этой работой. Хотя вот мать твика... Она же психически не здоровая, да? Твику вполне могло передаться что-то от неё. Сверля глазами чужую спину, брюнет рассуждает над этим. И каждая встреча с тем мужчиной, кажется немного поехавшим, никогда не была приятной. Он также не нравится ему, никогда не нравился, может блондин испытывает страх к нему? Это ведь логично, страх заставляет больше работать, вновь и вновь оставаясь на смены в кофейне, пропуская школу. У отца нет денег на сотрудников и он так эксплуатирует сына, также чтобы уменьшить его времяпровождение с Крейгом, и ему это не нравится. Совсем. Но так ли это или парень попросту себя накручивает, видя в мужчине врага? Он спросит, обязательно, но не сегодня, пока что следы прошедшей ночи и их рассматривание кажутся ему более приятным занятием. Багровые отметины, синяки, дрожащий стан, кажущийся совсем не крепким, будто этот красавчик со светлыми глазами и свисающим достоинством упадёт в любую минуту. Подобное скорее забавляло брюнета, но конечно же ему было его немного жаль. –Господи, м-меня убьют родители... –милый, тише, всё будет хорошо.– не двигаясь с места отзывается голова, пока тело укутанное в одеяло не покидает излюбленного тепла, –возвращайся ко мне, без тебя тут холодно –Мне кажется, что мать меня з-заживо просто в кофе перемолит... –Ты слишком сладкий для кофе, прекрати, всё будет нормально. Я понимаю, что твои родители не самые нормальные люди, но мы что-то придумаем. Голос его спокойный и расслабленный, совсем не такой как вчера. Кажется он открыл новые тембры всего за один раз, такой голодный и страстный, полный эмоций, удовольствия и желания. Сейчас от него не осталось ничего, только лёгкая игривость, зазывающая блондина поскорее прилечь рядом с ним. И вот, он наконец-то вернулся на своё законное время. В объятия Крейга, тёплые и предназначенные только для него одного. Верно, ему больше никто не нужен. Никогда не был нужен и он не будет нуждаться в ком-то, когда в его жизни уже есть единственный, кому он готов сделать всё что угодно. Обнимать, целовать, драться за него, всё. Абсолютно. Даже если это преступление против всего человечества. Он не скажет об этом, но Твик и так знает. Крейг чертовски влюблён в него, почти до зависимости. Потому, как только младший ложится, то обнимает его, покрепче прижимая к себе, легко целуя чужую нежную щеку. –тебе всё понравилось? Ничего не болит? – аккуратно проводя рукой по бледной спине воркует старший, не сводя с лица напротив пары карих глаз, всё ещё чувствуя сладкое послевкусие после ночи — знаешь, тебе так идут засосы –К-конечно болит! И ещё как... Буду с болью сидеть д-дома на домашнем аресте, длинною наверное в лет сто... И работать – твик жутко волновался теперь, видимо ещё забывая в каком доме он находится сейчас. Крейг же, с особым упоением рассматривает свои укусы, слегка сузив красивые глаза. Красивый тёмный оттенок красного, то там то здесь, на шее, плечах и всём, что скрыто от взора. Они были хороши, идеальны, пусть со стороны казалось, что Твика где-то погрызла стая собак, голодных до его тела. Если так, то Такер тот ещё пёс. Ему и в голову не приходило осознание своих возможностей кусать кого-то, только вот это оказалось настолько приятным, потому он точно не откажется от этого и в следующий раз. Он бы вновь укусил его, пока рассматривал каждый видимый след, но уже ясно слышал разговор с отцом. Каждый раз этот старик всё портит, даже самые приятные моменты, но Крейг больше не может это терпеть. Раз уж Твик ничего не говорит этому деспоту, может ему самому сделать это? Пара глаз встречаются с приятным светлым оттенком напротив, на лице появляется лёгкая нежная улыбка, скрывающая любые мысли о возможной драке с мужчиной, если разговор не пойдёт или завернёт совсем не туда. Хотя... Нет, оба родителя твика заслуживают удара по лицу. Кто будет подсыпать трёхлетке в кофе наркотики? Да кто вообще даёт трехлетнему ребёнку наркотики! – ...ты такой красивый –мечтательно говорит брюнет, поближе притягивая к себе партнёра — как модель. У тебя шикарная кожа, как шёлк мягкая и приятная. В тебе было так хорошо, ты знаешь, как ты красиво стонешь твик?— рука медленно проводит по спине ниже, опускаясь к нижнему белью младшего, оттягивая резинку и резко отпуская её, издавая тихий звук шлепка за собой — может хочешь повторить? Будешь плохим мальчиком и вместо работы проведешь время со своим парнем в постели? Или вместо чего там... — хитро произносит старший, вновь оттягивая резинку боксеров, чувствуя только свой запах от надетой на Твика футболке. –Н-нет, тогда меня точно убьют родители... К-крейг, иногда ты показываешь себя вообще с другой стороны. К-кто же мог знать, что однажды мы... Переспим так. И мне всё так понравилось на самом деле, это... Это б-было просто волшебно! Сегодняшняя ночь до безумия понравилась Твику. Он понял, что любовь бывает разной и им с Крейгом давно на самом деле стоило перерасти детскую влюбленность. Наверное на подсознательном уровне твик давно хотел уже подобного, но просто не мог решиться. А Крейг видимо хотел и мечтал о таком уже давно! Да, прошлые из разы - ерунда, этот был самым настоящим только. В эту ночь он так... Жаждал чужого тела, не в силах даже после трёх раз полностью насладиться им. Сколько они раз в итоге занимались этим? Твик не знал. Блондину слишком понравились чужие руки на его теле и так же то, как именно Крейг оставлял всё эти засосы и укусы. Твику всегда нравилось быть именно снизу, в голове не было даже мыслей о том, что могло быть как-то иначе в этот раз. А это резкость со стороны Крейга! Как властно он всё делал, задирая чужую одежду, потом и вовсе раскидывая её по всей комнате. А эти фотографии? ...ох, как же твику сейчас было стыдно за них. У него ужасно болела поясница после этой ночи! Парень думал, что стоило немного походить и станет легче, но пока что никаких изменений замечено не было. После этой ночи твик даже будто бы дёргаться стал меньше. На душе было так спокойно... Вроде бы в такой момент он должен волноваться по поводу того, что могут узнать об этом родители и отругать его, да? Но сейчас никаких беспокойств не было. Только спокойствие. Блондин так же ещё раз убедился в чужих чувствах, понимая что Такер точно от него никуда не денется. Хотя, тревога по поводу того, что твика используют вполне моЖет вернуться после этой ночи. –Поясница болит, спина болит... Всё болит, Крейг! Ты слишком п-перестарался, сколько мы вообще раз успели заняться этим? И как мне сегодня работать... – твик драматично потёр свою поясницу. И правда ведь болела. Сам первый раз прошёл просто чудно, но сколько твику придётся мучиться с этой болью? И как вообще не показывать в кофейне того, что ему так больно. И вообще нужно было уже скоро бежать работать! И как ему скрыть все свои засосы? У родителей явно же будут вопрос... –Ничего, хочешь я отведу тебя и потом заберу со смены, лад– –Крейг, они прикончат меня! К-как минимум отправят на домашний арест и будут долго кричать, понимаешь?! Поэтому, нет, нет... Точно нет, после смены мы не встретимся –тогда я отведу тебя, ладно? –это можно... –и ты пиши мне если что, хорошо? –Д-да, но вдруг они заберут телефон?.. –а если нет? –или вообще убьют меня, Такер, ты же помнишь чем они занимаются, они...– тут же дверь в комнату была открыта, за ней показался улыбчивый Толкин, который явно боялся заходить сюда. –доброе утро, я так и знал, что вы тут – Толкин спокойно произнёс это, за ним тут же показался Клайд. Ну, Донован вообще уже знал, что парни тут, правда вот увидел он их в... Неком разгаре. –Мы скоро уйдём уже. – в обычной манере проговорил Крейг. Твик, удивительно как, успел натянуть футболку Крейга на себя, вновь вставая с кровати и натягивая её чуть ли не на коленки, лишь бы сейчас найти штаны. Такер же, без лишнего стеснения натянул пол одеялом трусы и принялся искать свои штаны. –...нам может выйти? И нет, можете сидеть столько, сколько надо. – Толкин спокойно относится к этому, а вот Клайд глядел на эту ситуацию с широко раскрытыми глазами. –Да нет, норм всё... Толкин, я в прошлый раз футболку у тебя оставлял, да? –ага, я занести хотел. Даже постирал её. – спасибо – Крейг взял футболку из рук афроамериканца и одел её. Твик же взял свою одежду просто в руки, радуясь, что он находится в футболке своего парня. С друзьями хорошо, но жаль, что блондину нужно было уже спешить на смену. *** –хорошей смены –обняв партнёра на прощание воркует брюнет, некоторое время с улыбкой смотрит на него, ещё раз обнимает и только потом уходит, убедившись, что он вошёл внутрь. Конечно Крейг мог зайти следом на зло всем вокруг, заказать кофе и просто сидеть там как посетитель флиртуя с замечательным официантом, но он не пьёт кофе с детства. Для него любая зависимость ужасна, и кофе одна из них. Для дальнейшей работы космонавтом нельзя быть зависимым хотя бы от чего-то, потому пока все подростки гнались за мнимой крутостью, пили энергетики, курили, употребляли и пили крепкий кофе, он заменял всё спортом, на который пытался подсадить и своего парня. Только вот Твик оказался настолько хрупким, пусть и довольно сильным, научить его чему-то кроме основ по самообороне не вышло, как бы Такер не пытался. Любая тренировка выходила в совместный просмотр фильма, а гантели откладывались на третий план. Может когда-нибудь они и вернуться к ним, но а какой в этом смысл? Если младшему вдруг понадобится физическая сила, ему достаточно набрать номер брюнета, он примчится по первому зову, сделает всё как надо и всегда будет готов помочь в случае чего. –Да, спасибо...л...пока – твик до жути хотел сказать " люблю тебя", но парень не смог. Он видел собственных родителей через стеклянные стены кофейни. Стыдно за то, что он такой. Разочарование семьи. И судьба их бизнеса зависит от него, поэтому стоит сегодня отлично поработать. Ну, точнее Ричард постоянно именно это говорил своему сыну. Мол он должен лучше стараться, больше делать для кофейни и вообще слишком уж много времени Твик проводил со своим парнем! Не дело. Однажды твик притащил с собой на смену Крейга, все гости были рады такому и был большой приток новых клиентов, но родители так плохо смотрели на своего сына! Твик до сих пор помнил этот взгляд. Больше он старается так не делать, максимум приглашать Крейга уже под конец смены, дабы они потом вместе пошли гулять. Твик совершенно ничего не подозревал на самом деле, думая, что он спокойно отработает смену. Ему в начале никто даже ничего не сказал, хотя обычно блондина отводили в отдельную комнату и начинали ругать. В этот раз всё было иначе. В этот раз отец и мать даже были добры к собственному сыну, особенно когда заводили его в каморку, мол желая что-то показать. А после этого просто ударили сына по голове, связывая его руки и ноги. Телефон они так же забрали у сына, желая сделать то, что давно и так хотели. *** «прости, Крейг, но мы расстаёмся» А на улице уже совсем темно и холодно, как в подвале чьего-то дома, лишённого отопления. Ужасная погода, хоть и днём было совсем тепло. Наверное, одному подростку следовало проверить прогноз погоды и на всяких случай взять с собой куртку, хотя бы так скрывшись от прохладных ветров. Вроде не очень тепло, а крейг щеголял как модель на подиуме, только вот модели не сидят как последние утырки на грязной автобусной остановке. Опять. Опять это сообщение. Фонарик сверху раздражающе мигает, по дороге проезжает чей-то автомобиль, игнорируя высокую чёрную фигуру с грустной миной на лице. С неба капает пару капель дождя, но далее дело не идёт. Видимо, туча сегодня решила обделить Южный Парк и хотя бы так не делая чью-то жизнь ещё хуже. Разбитый и отчужденный Такер смотрит себе под ноги, на руки которыми так отчаянно бил лицо бесячего парня только из-за злости на остальных, сам не понимая почему именно этот англичанин так бесил его в последнее время. Может, потому что он уже издевался над ним ранее и не делал подпускать к своим, а может потому что сам не человек, а последний гандон, решивший вспомнить лучшие хулиганские годы средней школы? Он и сам не знал, сидел на деревянной лавочке и молча созерцал асфальт, ничего не ожидая и ни к чему не стремясь, словно всепоглащающее чувство вины убило в нём последние силы делать что-то, кроме как встать и медленными шагами двинуться к родному дому, оставляя остальных позади. Даже Твика, к которому он точно не сможет подобраться в ближайшее время. Почему на этот раз? Крейг, в конце концов, простому стал задавать себе этот вопрос. Без своего возлюбленного и мир был ему не мил, ничто не могло порадовать его, если в жизни отсутствовал этот человек. Один единственный, тот, кто был его полной противоположностью и поэтому притягивался как магнит, был рядом, был его частью, которую он стремительно начинал терять. «это моя вина», проносится в голове Крейга, идущего по выученной за все годы жизни дороге, «моя. Это моя вина! Всё это МОЯ ВИНА!» Лаура встречает сына с большим удивлением на лице, сменяющегося беспокойством за родного сына. – Крейг, что случилось? Милый? – аккуратно положив руку на плечо своего мальчика спрашивает блондинка в домашнем зелёном платье. –мне только что звонил отец Твика – внезапно раздаётся голос Томаса, раздражённый он стоит сжимая в руке телефон, строго обращаясь к сыну – это всё правда, Крейг? –Томас, сейчас не до тебя! – сузив брови парирует мать семейства –не видишь, ему плохо? Лицо рыжего тут же меняется, лёгкая улыбка перерастает в настоящее выражение гордости за отпрыска, отчего женщина вскидывает бровь, удивленная резкими переменами супруга. –Крейг, ты наконец-то порвал с этим шкетом, Ричард позвонил и сказал мне об этом. Это правда? Какое облегчение. Ты знаешь, к нам завтра в гости придут Марши, их дочь Шелли так похорошела. Конечно она немного старше тебя, но выглядит просто.. –заткнись, просто заткнись, пап! – отрывая от себя руку блондинки огрызается брюнет, тяжело вздыхает со злостью и горечью в словах, напряженный до предела, отчаянный до состояния истерики – не всралась мне эта старуха! Не нужны мне Марши, ничего не нужно! Хватит блять мне твоих девок! Оттолкнув двухметрового директора молочной фабрики, старшеклассник уже направляется к лестнице, проклиная всех в своих неудачах, бурча что-то злым тоном, сжимая кулаки со всей силой. –а ну стой! Ты как со старшими говоришь, щенок?! И Такер младший останавливается, вздыхает, стоя на месте оборачивается к нему лицом и с невозмутимым видом добавляет. – и я не порвал с Твиком. Он всё ещё мой. – крейг теряет твика. Постоянные ссоры, вроде всё хорошо было, а Такер вновь получил это сообщение, которое бьёт ниже пояса. Прямыми шагами кареглазый направляется, куда шёл, оставляя родителей позади, взволнованную мать и разгневанного отца, чья злоба и раздражение довольно быстро перешли на женщину, обратившую её к нему самому. – это всё твоё воспитание, твои сюсюканья, надо было пороть его в детстве, так бы умел уважать старших! – орёт рыжий мужчина на свою супругу. – да что ты говоришь! Да это из-за твоих методов! Если бы ты не был таким мудаком, он не вёл себя так с тобой, придурок! – ещё громче парирует женщина, сделав шаг на него – изверг! Идиот! – да я то?! Я хотя бы не обращаюсь с ним как с тупой тëлкой! – ты кого тут тупой тёлкой назвал?! Ах ты... Триша тихо плакала у себя в детской комнате от страха, боялась что родители внизу что-то сделают, не могла уснуть и взяв с собой подушку направилась к старшему брату по тёмному коридору, только с надеждой, что он впустит. И он впускает, пожалев родную сестру, даёт ей поспать на своей кровати и даже говорит, впервые узнав о её переживаниях, но не имея возможности соболезновать, думая только об одном человеке, пока внизу раздавалось всё больше криков. Разбилась посуда. Триша вздрогнула от этого звука, а Крейг головой был в Твике, думая лишь о нём. Ничего не казалось ему таким же важным, как этот блондин и то, что случилось вообще? Он совсем забыл поставить телефон на зарядку и ещё несколько часов просидел у окна, смотря в сторону ночных улиц, не находя сил лечь спать, пусть в доме Такеров и стало совсем тихо. Сестренка давно спала, родители кажется тоже заткнулись (наверняка Томас спал в гостинной, выгнанный властной и обиженный женщиной), а он всё сидел на месте, совсем потеряв счёт времени и где-то перед рассветом поставив сенсорное устройство на зарядку. Уснул он рядом с младшей, лёг и почти сразу вырубился, кажется уже ничего не чувствуя, ни злости ни печали, лишь сожаление. И впервые к самому себе, считая себя самым жалким существом на свете. Только на следующий день он проверяет сообщения, как только просыпается. Кстати, совсем один и без Триши, так как время давно перевалило за четыре вечера. В последний раз он спал так... Когда до десяти утра гонял плойку с Крейгом, играя в мортал комбат до посинения пальцев. Но тогда он был счастливым подростком, проводящим время с лучшим другом под одной крышей, а не полным куском дерьма. Почему-то он вспоминал Майкла, который без конца трепал ему о никчемности бытия, о том, что все умрут, а в мире нет смысла, как и в любых человеческих чувствах. Тот не видел смысла в жизни и любви, считал её обузой и тем, что только приносит боль, а не делает жизнь лучше, как бы ты не пытался. Если это истина субкультуры, то этим днём Крейг проснулся чертовым готом. Может сменить стиль в честь сего события? Волосы как раз уже чёрные. Осталось только начать курить и писать депрессивные стихи о разбитой жизни и ужасах людского бытия. Но вдруг на экране всплывает чат с Твиком и на душе становится ещё хуже. Вновь он думает, что стал виной всему, пока сидя на кровати не решается открыть и прочитать входящее, откладывая телефон в сторону, вернувшись к нему лишь спустя час, тем временем приводя себя в порядок, приняв душ и даже позавтрав. Машина отца отсутствовала, а Лаура выглядела слишком вдумчиво и почти не разговаривала, лишь кратко приветствуя сына и уходя к себе, сославшись на звонок по работе. – работе? – спрашивает кареглазый держа кружку чёрного чая в руке, смотря в сторону блондинки. – а.. Да. Решила поискать себе местечко, к тому же, видел мою машину, она совсем старая, надо обновить – улыбаясь отвечает она, имея собственный порш кайен жемчужно-белого цвета на заднем дворе. _ о, здорово. Надеюсь тебя возьмут. А в мыслях проносится "или она очень плохо врёт или хочет себе кибертрак Илона Маска". Даже настроение появилось, с ним тот всё таки берёт гугловский телефон в руку и читает сообщение бойфренда, всё ещё своего и никогда не чьего-то ещё. Сердце пропускает удар, прежде чем замедлиться вновь, на душе скребут кошки, дыхание учащается. Родители. Время. Чёрт возьми! Почему твик вообще сейчас в больнице?! И почему он пишет так, будто бы вчера не расстался с такером? "Как я тут без тебя", брюнет скорее подрывается с места, натягивая случайную одежду, домашнюю откинув куда-то в сторону. "Они меня совсем не любят...", "мне жаль..", "...такого человека". Лёгкий смешок разрывал Такера на мелкие кусочки, чтобы в больнице ему отказали даже подойти к палате возлюбленного. –послушайте! Мне только поговорить с ним, прошу пустите! – пытаясь прорваться просил брюнет, не зная как протиснутся через двух санитаров, никак не дающему ему проход. –нет, молодой человек, никак нет и точка. Мы получили распоряжение не пускать вас ни под каким предлогом, особенно для разговоров. Вы опасны для него. Лучше уходите, если не хотите чтобы я вызвал охранника – в довольно вежливой форме угрожает мужчина в белом халате, пока девушка стоявшая рядом с ним сама входит в палату пациента, наблюдая за ним. И никакие просьбы не помогают ему пройти внутрь, никакие слова и мольбы хотя бы посмотреть на него. Ничего. Врач был непреклонен, а к больнице уже подъезжали чужие родители, такие же как всегда. Спокойные, пока не увидели парня своего сына, который ничего не говоря вышел сразу как увидел их, толкнув Ричарда в плечо, отчего тот взбесился и с угрозами двинулся к медицинскому работнику, недоумевая как они вообще впустили этого мальца, который на их же глазах уже избил одного и целенаправленно шёл к его сыну. Тот только руками разводил, пытался успокоится и неловко молчал, но Крейга это уже не касалось. Он никак не мог пробраться к нему, зная что теперь его скорее всего не пустят даже на порог клиники. Его, кому нужно было только увидеть любимого человека. Где же этот ублюдский бог, когда так нужно. Где весь пантеон, когда ему так хреново, что сердце разрывается от боли. «я не смогу прийти к тебе Твик. Прости»– сидя на той же остановке печатает брюнет в чат к нему, дожидаясь ответа, как вдруг слышит знакомый голос. –Крейг? Эй чувак, ты что здесь делаешь, нас ждешь? – спрашивает Толкин за рулём своего байка, дорогого и блестящего в свете Солнца, пока из-за его плеча выглядывает Крейг, удивленно смотрящий на приятеля. – о, нас ждёшь? Мы просто тоже к Твику шли. Точнее ехали. –точнее я ехал, а этот угрожал проколоть мне колесо, если не довезу. –хаа... Ну ладно, выиграл, главное не высаживай меня из машины...–с усмешкой завершает словесную перепалку шатен, вновь вернув внимание к другу, смотрящему на них молча всё это время. Донован явно стал таким, как раньше. Вновь весь такой... Нежный? Этим он частично походил на твика, которого так сейчас не хватало крейгу. Это в его духе, вот так тихо себя вести, но в этот раз всё было по другому и Крейг не мог понять что, но знал, его нельзя оставлять здесь одного. – эй, а как же Твик? – наблюдая за тем, как парень помладше покидает транспорт спрашивает Толкин, уже собравшись вырубить махину и остаться с ними, но уезжает, как только Тенольман просит, самостоятельно отправляясь к члену своей группы, за которого пусть и не так видимо, но беспокоился, везя две корзины с фруктами и газировку с конфетами в качестве гостинца. Оставшись наедине, друзья детства некоторое время также молчат, и тишину впервые за долгое время нарушает сам Такер, сложив руки смотрит вниз и говорит с ним о своих переживаниях. А их накопилось слишком много за последние два дня. — меня не пустили к нему. — что, почему?! — хлопая синими глазами интересуется ровесник, чей день рождения только на пару дней отходит от его, — по какому такому праву вообще? — ну. Я избил кое-кого... Немного. — если это отец Твика, то ты супер крут. — это Пип. — ПИП?! Пип. Ты не мог найти кого-то ещё более слабого? Такер со снисхождением смотрит на друга какое-то время, в глазах так и читается "и не говори, что ты не издевался над ним, также как я", и прочитав это Крейг тяжело вздыхает, зная, этот блондин стал другом Твика, пусть и общаются они не так долго. Зато, теперь время у них есть, лежат-то в одной клинике. — погнали отсюда, — поднявшись предлагает шатен. — а Толкин? — что Толкин? У этого нигера байк, у нас ноги, потому пойдём. Ко мне, не хочу тусить там, где ты уже кого-то имел. — ладно. Ты знаешь почему он в больнице? —нет, а я думал, что ты знаешь причину... —он странно ведёт себя в последнее время. —ну, это было тяжело не заметить на самом деле. Так вы уже..? Хотя... Я же вас видел. Многозначительно улыбнувшись, Такер хмыкает и перегнав друга движется вперёд, отмахиваясь от всех вопросов столь любопытного человека. Но с ним же этот день становится хотя бы немного лучше. Пока всё не станет ещё хуже спустя ещё пару дней, к чему он также был совсем не готов. *** Отец блондина наверняка был чертовски рад выходке Такера, что так ужасно показал себя в глазах его сына, может даже говорил с врачами, чтобы они ни в коем случае не пускали его, раз за разом говоря, какой он опасный и что в следующий раз достанется уже Твику, зная что эта ложь похоронит брюнета ещё глубже. то же они ему сейчас ответят. А что же они могут ответить? Разумеется опять не станут развивать эту тему! Твик же не глупый, пусть поздно, но ведь смог понять эту тайну. И родители знали это, насильно накачав своего сына наркотиками и вызвав скорую, мол "мой сын неуправляемый, помогите!". –Милый, ты не в себе после расставания с Крейгом... Пойми, он лишь пользовался всегда тобой. Когда ты поедешь в лагерь всё ояьпщтельно наладиться, не волнуйся. Там тебя исправят. – проговорила мадам твик. Твик же был просто в бешенстве! Почему они пытаются его исправить? Так сложно принять своего сына, да тем более зачем врать! Твик уже знал правду. Он знал, что его никогда не любили и никому он не был нужен. Только Крейг о нём и беспокоиться всегда... –Заткнитесь, просто заткнитесь! Я люблю КРЕЙГА и никого другого! Я всегда буду любить, мне плевать какие запреты вы установите и что будете делать ради моего "ИСПРАВЛЕНИЯ". Я люблю лишь Крейга! Позовите его сюда, я знаю что вы его не пускаете! Крейга, Крейга! Я хочу поговорить с ним, прекратите пытаться... Я никогда не стану другим! Крейг.. Крейг, где он? Почему вы так против? Почему вы вообще завели ребёнка, если не можете принять мой выбор! Ненавижу! НЕНАВИЖУ ПРОСТО! Прекратите, просто не говорите мне ничего...– Твик продолжал истерить. Он ещё долго кричал, пока его родители быстро вышли из палаты и позвали к своему сыну медсестру, которая оперативно вколола ему успокоительно и снотворное. Вновь... Твик разумеется не хотел этого! Он продолжал постоянно что-то говорить про крейга, будто бы зная что он точно пытался пройти в больницу, но его не пустили. Блондин уснул через время. Ему вкололи так много снотворного и успокоительного, что ближайшие день, а то и два он точно будет спать! Вредно ли это для организма? Конечно. Есть ли до этого дела врачам? Нет, родители твика заранее заплатили за всё. И даже когда пришли друзья твика к нему их не пустили! У них лишь забрали гостинцы на стойке регистрации, обещая то, что как только мальчик проснётся - обязательно получит их. Конечно нет. Это получат врачи, которые на перерыве будут пить чай и уплетать все эти вкусности. А то, что останется они унесут к себе домой. Но что же остановилось друзьям твика? Да ничего. Это было единственным вариантом. И хорошо что хоть девушка на стойке регистрации не врала! Твик правда крепко спал и проспит ещё ближайший день точно. А так она бы могла это говорить при любом удобном случае, зная сколько родители этого " орущего" паренька успели заплатить больнице. Все врачи охали и ахали, сопереживая бедным родителям непослушного твика, который постоянно увлекался наркотиками и говорил только о своём мутном парне, который ночью побил вообще ни в чём не виноватого парня! Всё выставляли сейчас Такера каким-то тираном. Твик постоянно истерил. Или плакал и истерил. Или вовсе хотел биться головой о стенку. Врачи прекрасно видели, что твик так именно из-за своих родителей! Что именно их нахождение рядом приводит его к такому состоянию. Но с помощью денег все работники больницы спокойно закрывали на это глаза. Всем было плевать. Плевать на то, что твика постоянно тошнило из-за постоянного принятия препаратов. Плевать на то, что он не может спать и вообще... Родители твика заранее знали о том, что не смогут просто так довести своего сына до того самого лагеря. Поэтому они вновь попросили медсестру вколоть твику снотворное и... Его переодели, да, собрали все его вещи и положили в машину. Весь путь твик проспал не по своей воле. А родители в это время обсуждали то, что Твик теперь знает их секрет и стоило бы мальчика по мимо этого лагеря чуть позже отправит в ещё одно увлекательное место. Не может же собственный сын разрушить бизнес их семьи! Родители твика подумали и решили, что лучше будет показать всем, что тэйлор - сумасшедший. Просто отправить его в психушку прямо после лагеря и всем рассказывать об этом. После всех этих событий все жители города точно перестанут воспринимать его в серьёз и не поверят ни одному его слову. Ричард был доволен, миссис твик было плевать. *** Твик спал. Спал и спал, но этот сон разумеется не переносит ему никаких сил. Проснулся он лишь под конец дороги и не сразу понял что же сейчас происходит. А когда понял, то... Было уже слишком поздно. Его успели выставить с сумкой вещей. Твик в тот же миг окружили странные люди в белом с иконами в руках, начиная тут же говорит о боге в начале диалога! Твик с малых лет был буддистом, он вообще не желал иметь дело ни с чем христианским! Кроме крейга, но скорее Крейг был в буддисте. Всё были такими улыбчивыми, явно пытаясь расположить к себе твика, но их улыбки наоборот выглядели крайне жутко и странно. Благо твика особо не трогали. Парню стоило лишь пару раз кивнуть, как его тут же проводили до комнаты и сказали о том, что уже было достаточно поздно и они обо всём расскажут твику уже завтра. Парень просто не понимал почему же мир так жесток. Это место казалось очень странным. Комната маленькая... Небольшая кровать, окно, шкаф и тумбочка с маленьким светильником. Серое постельное бельё, которое явно раньше было белым. Никакого замка в его комнате не было. Его тут же закрыли в ней, когда он только успел сделать шаг внутрь! Видимо даже что бы просто сходить в туалет нужно было просить открыть дверь. Твик попал в ад, верно? Вещи не хотелось разбирать. Твик не хотел ничего, понимая что же завтра начнётся. А как же ему было жаль крейга... Сколько они уже не виделись? Блондин только сейчас смог посмотреть на дату. Пошёл уже третий день, но теперь... Теперь у них вообще нет никакой возможности встретится! Блондин так быстро открывает чат с любимыми и начинает печатать различные сообщения. Как же он любил крейга. Пусть весь мир горит адским пламенем, но Твик обязан немного поболтать с такером. Он же вечером обычно сидит в сети, да? «Люблю. Не могу без тебя. Мне тревожно и плохо. Родители напичкали и увезли. Я плохо себя чувствую. Меня тошнит. Прошу, не забывай обо мне. Я в этом ужасном месте. Люблю тебя. Почему всё так против? Я так тебя люблю. Ты как? Милый, люблю тебя. Тут слишком плохо без тебя, я хочу сбежать от родителей и вообще их больше никогда не видеть. Я хочу быть с тобой. Хочу быть с тобой. Хочу. » Всё сообщения были написаны отдельно. Но твик даже подобные крайне короткие сообщения печатал крайне долго! Он проверял все свои слова на ошибки и потом откинул телефон на эту кровать. Она была жёсткой. Совсем не комфортно будет спать на ней! Шкаф маленький, сумка была просто кинута в угол комнаты, а тэйлор лежал на кровати. Как там Крейг? Он наверное скучает, правда ведь? Твик виноват во всём. И пусть тэйлор не понимал в чём он может быть виноват, но всё равно именно так он и считал! Завтра блондина ждёт ужасный день. Он сразу понял, что тут - ад на Яву. Ад на Яву без его любимого Крейга.