You're no good for me...

Теплый вечер. Идеальное время для признания в любви. Так думала красноволосая девушка, сидя на песке рядом со своей возлюбленной. Юдзухе нравилось в Элис абсолютно всё. Ее милые ушки, умение постоять за себя и друзей, голос и смущение на лице, когда Юдзуха делала той комплименты. С принцессой, девушке было всё по плечу. Расследование призраков на проклятом острове, драка с эфириалами в каверне... Юдзуха хотела бы всегда быть рядом, поддержать и стоять плечом к плечу. Завоевать весь мир ради Элис, ограбить конфетную лавку и слетать на луну, чтобы поставить флаг, который докажет всем об их неразрывной связи... И вот время пришло. Теперь они сидят вместе на песке, слушая волны. Так близко друг к другу. Две разные вселенные, готовые сойтись, закрепя союз или разойтись навсегда. Юдзухе нравились игры. Особенно те, в которых все игроки оставались победителями. Как с малыми детьми играть в прятки, уравнивая шансы. Только теперь на чаше весов стояли их чувства. И как Юдзухе угораздило только влюбиться в Таймфилд? Нежную, стеснительную девушку, крепко сжимавшую руку и выглядывавшую появляющиеся звёзды. Точную противоположность себе. Нужно было разрывать это трепетное молчание. Выходить из зоны комфорта. И Юдзуха решила взять всю ответственность на себя. — Элис, давай сыграем в игру? — звонкий голос девушки прервал застоявшееся молчание. Элис вопросительно смотрела на Юдзуху своими пронзительными, искристыми глазами. Укинами ловила в них заинтересованность и вовлечённость, готовая утопиться в них. — Итак, правила легчайшие. Мы будем задавать друг другу вопросы, на которые должны ответить только правдой. Иначе, я буду смотреть с тобой всю ночь ужастики. При словах "смотреть" и "ужастики" кролик вздрогнул и хмыкнул в пустоту. — Но Юдзуха, какая же эта игра если в правилах даже нет ничего... игрового? Это скорее допрос... Укинами нравилась догадливость и расчётливость кролика, но иногда она сильно перегибала и становилось слишком умной. В такие моменты Юдзуха пыталась хоть как то поддержать беседу и отвлечь ее от мыслей. Это редко получалось, ведь Элис вечно стояла на своём. Но порой такая упертость выручала их обоих. — Так это специальная игра! Узнаем друг друга лучше. Или тебе есть, что скрывать от дорогой подруги? — Укинами наблюдала за тем как подруга отвернулась, переваривая мысли. Искала свои камни. Наконец, прервав молчание Элис всё-таки повернулась и лишь коротко спросила — А вопросы будут сильно личными? — Личные не бывают! — Юдзуха чувствовала власть над подругой, желая узнать самое сокровенное, на что та удручённо смотрела, повесив уши. Не хотела открываться, но и ужастики смотреть не было охота. А у Юдзухи помимо них был целый план на ночь. В нём были и пушистые пауки и неоновая краска и фонарик с призраками и скелетами. Кролика загнали в угол. Смотреть ужастик это было еще терпимо, а вот участвовать в бесконтрольном розыгрыше - ей не хотелось. — Я согласна. Только давай договоримся, что не будем сильно перегибать. У всего должны быть границы... Что скрывала Элис из рода Таймфилд? Как казалось Юдзухе максимум шкаф с ассиметричными платьями или личный дневник, в котором Элис оставляла напоминания для более "продуктивного" дня. Может она любила пиццу с ананасами и холодец... Спала в носках или полностью голой, пела в душе или ужасно готовила. А может и всё это вместе. Для красноволосой жизнь Элис была большой загадкой. Вдруг та разводит дома ручных пиявок или спит с ночником, что присуще многим кроликам. Чтобы всё было честно, те решили сыграть в камень ножницы бумага, чтобы определить первого водящего. Бумага покрыла камень. — Ты прям как открытая книга, принцесса. Тогда я начну... — Элис, насупившись хотела что-то ответить - толи извиниться, толи съязвить, но игра уже началась. — Итак, мой первый вопрос... Твоё любимое блюдо. — Ч.. Чего — не поверив свои ушам Элис вопросительно уставилась на подругу. Такой легкий вопрос ? Была ли это разминка или ее хотели пощадить? — Ну... Я люблю клубничные тортики и печенье в виде динозавров. А еще ириски. "Как открытая книга. Тортики... Кама легко сворует любой, только пальцем ткни. Нужно готовить следующий вопрос". — Моя очередь. Юдзуха... Если бы тебе сказали, что ты можешь завести либо хомяка либо кошку, кого бы ты выбрала? — вопрос прозвучал на одном дыхании. Ещё бы. "Что это за вопрос такой? А если я и не рыба, ни мясо?" А Элис ждала. — Я бы завела Каму. Но если бы надо было выбирать из этих двоих, то наверное кошку. К чему вообще такой странный вопрос? — Просто я считаю, что хомяки более симметричные чем кошки. Они такие продолговатые... Похожи на шарики... — Эээ.. Ты стебаешься надо мной? — но последнее, чтобы Элис Таймфилд сделала бы - это стала шутить. Ее выражение лица было очень серьёзным, как будто бы Укинами брали на работу. — Значит, тебя мой ответ не устроил. Ладно... Расскажи свой самый секретный секрет. Чтобы такой секретный, что аж призраки бы окоченели услышав о нем! Вопрос поставил Таймфилд в тупик. Как от темы любимого блюда они перешли к столь личным вещам? Элис не была любительницей тайн, так как ее жизнь почти всегда была публичной. Были лишь маленькие секретики. — Хм. Хм. Хм. Ну.. Я сплю с мягкими игрушками... — раздался хохот подруги. Она ожидала подобного, но от столь серьёзного настроя, вся стойкость улетучилась. Вообще она прекрасно понимала Элис. У нее тоже была любимая игрушка, подаренная отцом на новоселье. Маленькая пандочка. Но делиться таким сокровенным было не положено. — А если другой секрет? Какой-нибудь потаённый? — Девушка надеялась разузнать всего побольше, но услышав резкий отказ, та замолкла. —Нет, Укинами. Я играю по правилам. — " по правилам Юдзухи, разумеется... " — Ммм, Юдзуха. Кто твой лучший друг? Вопрос немного поставил в тупик. Считала ли Укинами кролика своей подругой? Или это было всё-таки, что-то больше. Девушка начала перебирать в вме все имена своих друзей. Сказать про кого-то из ребятишек или про Манато? Они всё-таки учились вместе и сидели за одной партой, пуская по классу записки со слухами. Заводилой была Юдзуха, а Комано подхватывал. — Ты, Элис. Моя лучшая подруга это ты. — Без тени сомнения или раздумья. Просто всё как есть на чистоту. Губы кролика дрогнули в теплой улыбке. По лицу пробежал едва заметный румянец - не тот, который появлялся от смущения, а тот который означал, что слушателя приятно тронули слова. Такой момент не хотелось упускать. Лишь молчать и наблюдать за этой химией. Когда чувства берут верх над разумом, перекрывая все остальные эмоции. Тепло раскалывалась по душе. Просто, потому что у нее была Элис. Такая милая и честная. И никого больше не надо. Просто сидеть пол шум волн и крики случайной чайки и наблюдать, смотря друг другу в глаза. Не отрываясь, желая почувствовать такт сердца приятеля. И биться вместе с ним. Дышать одним воздухом. Всё было мимолётно, но так искренне. — Я люблю тебя, Элис. Шум прибоя заглушал и так тихие слова девушки. Но для Элис этого было достаточно. Не отрываясь и смотря в глаза больше не подруге, пытаясь уловить в них едва заметный озорной огонек или ложь. Но глаза были чистыми. Они не врали. А потом всё как в тумане. "—Можно тебя поцеловать? Неуверенный кивок в ответ. Словно это было неправильно. Было под запретом для Элис Таймфилд. Но она предпочла верить чувствам. Кроме этого ей уже ничего не поможет. Юдзуха, такая активная и взрывная, казалось, подходила для нее идеально. Слишком хорошо, чтобы это было правдой. Но это и было ею, причем в самом чистом проявлении. Когда язык развязывается и говорит, что у того на душе. Всё, что хотелось это прижаться. Крепко и не отпуская больше никогда." Юдзуха пододвинулась к возлюбленной. Сердце обоих билось в унисон. Ей больше не казалось, что она недостойна этого ангела. Чистого и нетронутого. Глаза закрылись, а потом произошло легкое прикосновение. Первый поцелуй, сладкий и невинный. "Теперь всё можно". Волны шумели, пытались затмить двух девушек на берегу. Девушек, пропавших друг к другу, не желая отпускать. Манящие духи Таймфилд кружили голову. Вкусные, сладкие губы как тортики или ириски... В животе было слишком пусто, чтобы думать о еде... Теперь включалось сердце, подающее сигналы телу. Сколько прошло времени? Бесконечность. Готовая теперь продолжаться всегда. До конца жизни. Но Юдзуха знала, что достойна нести это бремя. Нести и, конечно, делить его с Элис. — Элис, я твоя лучшая подруга? — Конечно, Юдзуха. Я хочу быть с тобой и... Люблю тебя... — ответ без раздумий. То, что и было нужно красноволосой. — Вот ты и попалась, Элис! Ты нагло лжешь мне! Разве влюблённые друг в друга могут быть просто лучшими друзьями? Думаю, это весьма непозволительно, если ты считаешь, что друзья могут целоваться в губы!.. Но я тоже тебя люблю... Давай будем всегда вместе. И отбывать твое наказание тоже. — Эхх Элис уже представляла как сидит в обнимку с Юдзухой, крепко держась за нее при вылезшем в фильме скримере.