Not this time, darling

Следующий день на съемках был самым долгим и самым прекрасным кошмаром в жизни Ильи. Кошмаром потому что приходилось играть прежнего, привычного всем Илью. Шутить, общаться с гостями. А прекрасным потому что теперь в этом хаосе был его личный секрет. Саша. Они не обменивались ни словом наедине. Не было после этого ни тайных встреч в подсобках, ни даже случайных прикосновений. Их диалог велся на другом, невербальном языке. Илья стоял за кадром, давая указания оператору, и чувствовал на себе взгляд. Тот самый, прожигающий. Он оборачивался и встречался глазами с Сашей. Тот не отводил взгляд, не ухмылялся. Он просто смотрел. Илья краснел и отворачивался, делал вид, что проверяет сценарий, но щеки пылали, а по спине бежали мурашки. Во время перерыва Саша сел напротив. Их колени под столом случайно соприкоснулись. Илья вздрогнул и попытался отодвинуться, но Саша, не меняясь в лице, продолжая обсуждать с кем-то абсолютно неважную хуйню, мягко прижал его колено своим. Однажды, проходя мимо, Саша, будто невзначай, провел пальцами по его спине, от лопатки до талии. Быстро, почти неуловимо. Илья замер на месте, а Фрама уже отошел, что-то рассказывая Андрею. Но по спине у Ильи еще долго пылало от его прикосновения. Они ловили эти мимолетные секунды, в которые мир переставал существовать. Каждый такой момент был глотком чистого воздуха после долгого удушья. Илья ловил себя на том, что ищет Сашу в толпе, и каждый раз, находя его, ощущал прилив счастья. Вечером, когда съемки были закончены и народ начал расходиться, Илья задержался, проверяя отснятый материал. В огромном, почти пустом ангаре было тихо. Он сидел за монитором, щелкал мышкой и понимал, что не видит кадра. Все его мысли были за дверью, с человеком, который, наверное, уже уехал. Вдруг дверь приоткрылась. Илья обернулся, а в проеме стоял Саша. — Ты еще здесь, - сказал он ласково. —Да вот, видос проверяю, - голос Ильи прозвучал сипло. Он сглотнул. Саша вошел, дверь закрылась с глухим стуком. Он подошел и остановился в паре шагов, засунув руки в карманы джинсов. — Я ждал в машине. Подумал, что ты уже ушел. — А я думал, ты уже уехал. Они помолчали. Напряжение в воздухе снова стало осязаемым, но на этот раз оно было сладким и желанным. — Поедешь домой? - спросил Саша. Илья посмотрел на него и покачал головой. — Нет. Не поеду, не хочу.. Он встал, выключил монитор и сделал шаг навстречу. Теперь их разделяли сантиметры. Саша не двигался, смотря на него с тем же сосредоточенным, изучающим взглядом. — А куда тогда? - тихо спросил он, и в уголках его губ дрогнула тень улыбки. Илья протянул руку и осторожно коснулся его щеки. Кожа была теплой, чуть шершавой от щетины. — Туда, где ты, - прошептал Илья. Саша накрыл его руку своей, прижал ладонь к своей щеке и закрыл глаза. Это была первая настоящая нежность между ними... — Тогда поехали ко мне, - так же тихо сказал Саша, открыв глаза. В них не было и тени сомнения. - Киры нет. Уехала к родителям. Илья кивнул. Ему было все равно куда. Лишь бы быть рядом. Они вышли из ангара в прохладный вечер. Их руки не соприкасались, между ними оставалась дистанция, но она была обманчива. Они наконец были по-настоящему счастливы. Дорога до Сашиной квартиры прошла в молчании. Они не включали музыку, просто смотрели на мелькающие огни ночного города, изредка перекидываясь взглядами. Рука Ильи лежала на рычаге, и в какой-то момент Саша накрыл ее своей. Илья перевернул ладонь, и их пальцы сплелись. В квартире пахло Сашей, дорогим парфюмом и едва уловимым ароматом свежесваренного кофе, оставшимся с утра. Фокси, виляя хвостом, радостно встретила гостя, и этот домашний момент заставил сердце Ильи сжаться от щемящего счастья, выглядит так будто они…семья? — Чай? - просто спросил Саша, снимая куртку. — Давай, - кивнул Илья. Они пили чай на кухне, сидя рядом на барных стульях, а их колени соприкасались. Говорили о ерунде. О прошедших съемках, о новых идеях, о глупостях. Но каждый взгляд, каждое мимолетное прикосновение к руке говорило о другом. О том, что все изменилось. Если не навсегда, то хотя бы на сегодня. Позже, лежа в сашиной кровати, в полной темноте, Илья слушал его ровное дыхание и чувствовал тепло его тела вдоль своей спины. Рука Саши лежала на его талии, обнимая. — Ты спишь? - тихо спросил Илья. — Нет, - послышался сонный голос у самого уха. Губы Саши коснулись его затылка. Легко, как перышко. - а ты спи. Утром их разбудил телефон Саши. Сообщение в общем чате от Парадеевича. Парадеич: пацаны, че сегодня все в силе? дом на колесах Илья прочитал сообщение через плечо Саши и встрепенулся. — Поедем? - спросил Саша, его голос был хриплым от сна. — Конечно, поедем, - улыбнулся Илья, но внутри что-то екнуло. Вновь нужно было притворяться, даже в кругу, как казалось самых близких. - Мы же обещали. Ну, как минимум я. Через час они сидели в просторном салоне автодома, где уже хозяйничали Горилла за рулем, Саня, держа телефон, и Кореш, разливающий энергетик по стаканам. — Мы наконец-то все в сборе, ахуеть. Даже Илюха с нами, - сказал Леша, запивая слова энергетиком. День пролетел в смехе и дурацких шутках. Они вспоминали старые провальные съемки, подкалывали друг друга. Илья и Саша были самыми заметными на этом стриме. Кажется, они понимали друг друга с полу слова,но для них двоих это было тяжелым испытанием. Сидеть рядом, но не прикасаться. Обмениваться взглядами, полными скрытого смысла, и тут же отводить глаза, чтобы никто не заметил. Подливать друг другу напиток, стараясь не коснуться пальцев. Смеяться над шутками друг друга, но не смотреть слишком долго. К вечеру они заехали за МКАД, нашли уединенную полянку у леса и заглушили двигатель, как делали обычно. Пока Данила и Леша возились с мангалом, а Парадеевич общался с чатом, Саша и Илья незаметно выскользнули из автодома под предлогом «сходить поссать». Сумерки сгущались, в лесу пахло сыростью и хвоей. Они отошли подальше, за огромные сосны, скрытые от чужих глаз. — Я умираю, - выдохнул Илья, прислонившись спиной к дереву. - Так сложно быть..не с тобой. Я так долго этого ждал, а теперь снова это. Саша подошел вплотную, его лицо в сумерках было серьезным. — Не надо притворяться, - тихо сказал он и, прикоснувшись пальцами к его щеке, поцеловал. Это был нежный, медленный поцелуй. Мир сузился до шепота листьев, тепла губ и стука двух сердец. — Ребят, вы где? Шашлык почти готов! - из леса донесся голос Кореша. Они резко отпрянули друг от друга, как ошпаренные. Но было поздно. Из-за сосны, с круглыми глазами и открытым ртом, стоял Леха. Он все видел. Наступила мертвая тишина, длинная и неловкая. — Я... э-э, шашлык, - пробормотал Кореш, развернулся и быстрым шагом направился к автодому. Вернувшись, они застали неестественную картину. Парадеевич слишком оживленно рассказывал что-то чату, что-то настолько бессмысленное, что стало смешно. Горила делал вид, что увлеченно режет помидоры. Кореш молча переворачивал мясо, избегая смотреть в их сторону. Чат стрима, чувствуя неладное, взорвался вопросами: «Че такие тихие?», «Что-то случилось?», «Лех, ты чего?». Остаток вечера прошел в попытках сохранить ту же атмосферу, но не выходило. Шутки стали натянутыми, смех искусственным. Атмосфера была густой и некомфортной. Все всё понимали, но никто не произносил ни слова. Позже, когда все готовились ко сну в тесном салоне, Илья, глядя в телефон, сказал то, о чем они договорились с Сашей шепотом у мангала: — Кстати, пацаны, мне пора. Завтра утром съемки, которые перенести нельзя. Вызову такси, - он схватил рюкзак и направился к выходу. Проводы были быстрыми и немного сумбурными. Обнимались все, кроме Саши и Ильи.. Они лишь кивнули друг другу на прощание, как незнакомцы, но в глазах Саши бушевала буря. Когда такси с Ильей скрылось в ночи, Саша остался стоять один, глядя в темноту. Внутри все кричало. Кричало от ярости на эту необходимость скрываться, от страха перед тем, что будет дальше. Может это все зря? Раз такая реакция даже у друзей. Что будет со всеми остальными? Он вернулся в автодом. Все уже спали. Саша лег на свое место и уставился в потолок. Он так и лежал, уставившись в потолок автодома, так и не найдя возможности уснуть после такого.. Он лишь представлял все самое худшее, что может случиться. Лицо Киры, искаженное болью. Шквал сообщений в чатах, осуждающие заголовки пабликов, разочарованные взгляды фанатов. И самое страшное это потеря Ильи. Не физическая, а моральная. Того Ильи, который светился от счастья сегодня утром на его кухне. Того, чьи глаза сияли в темноте гримерки. Он мог разрушить это. Своими же руками. Блять.. Ему стало душно. Тяжелое, липкое одеяло, храп Горилыча, мерцающий экран телефона со стримом.. Все это давило на грудную клетку, не давая дышать. Он не мог больше лежать. Осторожно, стараясь не скрипеть полом, он поднялся. Воздух. Ему срочно нужен был воздух. На цыпочках он прокрался к выходу, нащупал в кармане куртки пачку сигарет и зажигалку, забытый талисман на черный день. Тот самый день наступил. Холодный ночной воздух обжег легкие, но принес долгожданное облегчение. Он прислонился к холодному борту автодома, дрожащими пальцами прикурил. Первая затяжка была горькой и противной, но знакомой. Своеобразный ритуал отчаяния. Он курил только в ебаных ситуациях, где не было ни правильного выхода, ни хоть какого-то просвета. Дым уносился в черное, звездное небо, такое бескрайнее и равнодушное. Он смотрел на него и думал о Лехе. О его не злом, не осуждающем, а растерянном взгляде. Так смотрят на друга, который внезапно оказался незнакомцем. Этот взгляд ранил больнее, чем любое осуждение. Саша предал его доверие. «А что я должен был сделать?» - мысленно кричал он в ночь. Но цена правды оказалась неподъемной. Он стоял на краю, и шаг вперед грозил обрушить все. А шаг назад это значит уничтожить ту хрупкую, едва появившуюся часть его души, которая наконец-то ожила. Вдруг скрипнула дверь. Саша вздрогнул и инстинктивно швырнул сигарету, затушив ее ногой. Из-за двери высунулась сонная физиономия Данилы. — Сань? Ты чего не спишь? - Горилла потер глаза. - Все нормально? Саша попытался сделать свое лицо непроницаемым. — Да норм все, не переживай. Воздухом решил просто подышать, а то не спится. Данила внимательно посмотрел на него. Он был простым парнем, но не глупым. Леха ему все рассказал, наверное, еще и самым первым. — Понимаю, - медленно сказал он. - Не осуждаю вас, но знай, что хорошим это не закончится. Этих слов было достаточно. Саша и сам понимал, но с собой ничего не мог поделать. Все это тяжелым грузом свалилось на него. И нет, он не хотел выставить себя какой-то жертвой, нет. Он тут главный предатель. Причем предал он всех, даже себя. — Леха никому ничего не скажет, - вдруг четко произнес Горила, глядя Саше прямо в глаза. - Я с ним поговорю. – Ты сам-то в это веришь? Чтоб Леша и никому не рассказал? - Они вдвоем прыснули. Горилла понимающе улыбнулся и направился вовнутрь. Саша остался один. Сигаретный дым давно развеялся, но горечь во рту никуда не делась. Он снова посмотрел на звезды. Теперь его выбор был не между Ильей и Кирой. Его выбор был в том, что сможет ли он жить в этой лжи, и не разрушит ли она всех, кого он любит? А ответа, как и выхода, по-прежнему не было. Только тяжелая, убивающая изнутри тишина ночи.