Последний луч надежды. (ОРИДЖИНАЛ)

Алекс застыл, его дыхание сбилось, но через мгновение его губы растянулись в улыбке, кривой и безжалостной. Нож еле лежал в ладони, как забытая игрушка, но он не такой, он всегда помнит, ценит то что было в его руках. Тени, стали сильнее шептаться в голове ненужного никому мальчика . Они заставляли делать просили то,что он всегда хотел в глубине души. Его глаза, еще секунду назад полные смятения, теперь горели холодным огнем. — Вы правы. — прошептал он, и его голос был словно шелест осенних листьев под ногами. — Я не хочу этого. Я жажду этого! Оливер бросился вперед, но Алекс был уже другим. Он двинулся навстречу отцу, и его тело, казалось, стало тенью, невесомой и неостановимой. Его рука взметнулась вверх, и Оливер почувствовал, как что-то холодное и острое впилось ему в горло. Кровь брызнула на потолок, как фонтан из ночного кошмара. Элеонора закричала, но звук был приглушенным, словно доносился из другого измерения. Алекс повернулся к ней, его лицо было спокойным, почти нежным. — Ты всегда не хотела понять меня, мама, — сказал он, его шаги были медленными, как будто он шел по стеклу. — Теперь ты увидишь меня настоящего. Её спина уперлась в стену, и она почувствовала, как холодная штукатурка впивается в кожу. Алекс поднял руку, и она увидела, как в его пальцах зажат нож, весь в крови. Ее кровь уже была на нем. — Алекс, пожалуйста… — ее голос дрожал, но она знала, что это бесполезно. — Не плачь, мама, — прошептал он, его губы почти коснулись ее уха. — Это будет быстро. Когда лезвие вошло в плоть, Элеонора не успела даже вдохнуть. Ее глаза расширились, губы разомкнулись в беззвучном крике, который так и не вырвался наруху. Алекс не торопился. Он чувствовал, как ее тело напрягается, как дрожь пробегает по ней, будто электрический ток, а потом — медленно, неотвратимо — обмякает. Кровь струилась по его руке, теплая и липкая, как мед, но он не отпускал нож, пока не убедился, что она перестала дышать. Ее тело сползло на пол, оставляя за собой кровавый след на стене. Алекс отступил на шаг, рассматривая свою работу. Ничего личного, просто… неизбежность. Скрип двери заставил его обернуться. В дверном проеме застыла Элен. её лицо было бледным, как мел. Их взгляды встретились, и в глазах сестрёнки Алекс увидел не страх, а что-то другое. Ненависть? Отвращение? Не важно. Элен сделала шаг назад, потом еще один, и вдруг она бросилась вон из комнаты, её шаги гулко раздавались по коридору. Алекс не стал её преследовать. В этом не было смысла. Он уже сделал свое дело.