Импульсивность случая

      Вновь вечер удовольствий стекает в полночь философствий. В безымянном баре на конце города завибрировал телефон. Звук словно отозвался эхом в ушах. Он влетел, но никак не вылетал из перепонок, задерживаясь там. «Будешь так относится к работе — вылетишь в этот же день. Это всё.»       И пусть. Раз это последний день, то можно делать всё, что хочешь. И устоявшиеся правила этого места теперь не для того, чтобы им следовать.       Обычно дамы, такие как Мориарти, не посещают такие места, как клуб-отель с неоправданно дорогим пойлом, но раз так вышло…нет, она собиралась сразу же уйти как только открыла дверь, но похоже её насильно, как бы специально, туда затолкали посетители сзади неё. Неважно.       У столика с сегодняшним ночным меню, к слову весьма разнообразным, была девушка-барменша, вертящая ловко стаканы разных форм и рюмок, как только хочет. Гремит ими, но звук не раздражителен, наоборот, приятно затягивающий в собственные раздумья. Взгляды дам сразу же встретились.       Одна другой показалась довольно противоположой себе. Уильям Джеймс Мориарти, алоглазая блондинка. Прежде всего преподавательница высшей математики одного из лучших университетов Великобритании, не бывавшая дома с самого утра, сейчас поздным вечером находится в данном помещении. Была одета по дресс коду типичного преподавателя с верхней одеждой в виде коротенькой шубки и шарфа, собранные в низкую шишку волосы, сумка с разными бумагам и… пожалуй самый уставший вид. Шерлок Холмс, помощница бармена, брюнетка, синие глаза. На плечах чёрное пальто, а сама одета в коричневый костюм в клеточку. такого же дизайна шляпа, имеются перчатки и цепи в некоторых местах пальто, массивной обуви и, вероятно, на некоторых участках верхней в виде аксессуара. Сумки не наблюдалось, её отсутствие компенсировали несколько внутренних карманов пальто. Честно признаться, блондинке на миг показалось, что та является студенткой.       Холмс сразу же приметила новую личность рядом с барной стойкой, когда та ещё не успела поймать себя на факте, что недовольно бубнит. — Возможно вам стоит помочь с выбором? — прямо за стойкой стояла эта девица в клетчатом, поставив локти на стол. Она смотрела прямо на сидящую блондинку, что успела на миг растеряться в бесконечных списках того, что можно выпить. — Это бы не помешало, но, боюсь, алкоголь меня не интересует. — Какое совпадение, что-ж, тогда приму честь посоветовать вам что-то с личного предпочтения. — Она ловко выхватила меню с чужих рук и начала листать к концу, в раздел „безалкогольные напитки”. Она все знала их, естественно, и уже подбирала подходящий для гостьи.       Барменша, вот-вот потеряющая свой статус работницы заведения, весело остановилась на выборе простенького кофе. Синеглазая вернула меню в чужие руки. Поскольку сейчас главный бармен отсутствует, она приготовит лично этот кофе. Шерлок умела делать это всё и подрабатывала здесь, пока основной работы почти не было.       Девушка с улыбкой на лице взяла длинный прозрачный вытянутый стакан, поднесла его к необычной машинке. Из неё пошёл пар, охватывая весь стеклянный сосуд, что теперь был разогрет и из-за этого немного влажен. Стакан ставят вверх дном на ткань, а сама барменша начинает играться с парой бутылок. Ловкость рук не позволяет алоглазой уследить за всем, чем только она вертела: баночки кофе, сахара, какао, лёд и что-то ещё. Она расставила их по порядку.       Синеглазая берёт стакан в руки и ставит на блюдце с сиропом, чтобы он взялся стеклянными краями, затем сыплет на них немного какао-порошка. Этого, конечно, не было даже на картинке готового напитка, чего Уильям даже не заметила, имея его перед собой, потому что была увлечена диалогом. Вернее, ей не давали обратить внимание на что-то другое вопросами и лёгким манящим жанглированием, что волшебством притягивало взгляд и заставляло не отрывать его. Холмс делала это всё на автомате, пожирая глазами чужой взор. — Могу я узнать ваше имя? — тёмноволосая заигрывающе сщурила глазки. — Зачем бармена потребовалось знать моё имя? — ей удалось скрыть улыбку, заменив её притворным удивлением. — Прежде всего я детектив-консультант. — Неужели вы меня в чём-то подозреваете? Давайте так: если мне, предположим, безумно понравится ваш напиток, то я назовусь, а если нет – то увы, вы проиграли.       Быстрый кивок. Шерлок знала своё дело. Ухмыльнувшись, но не отводя наигранного азартного взгляда, она принялась кофе смешивать с сахаром и какао, понемногу начала добавлять кипяток в эту ёмкость, при этом слегка взбивала. А потом ещё девушка добавляет воду.       Эта пенистая основа легла поверх тёплого, почти горячего молока в стакане. Шерлок добавляет кубики льда и подаёт напиток, что был цветом под костюм работницы, ближе к светловолосой. — Кажется, в рецепт не входило такое оформление краёв стакана?       Она умудрилась заметить это не смотря на то, что взгляд её всё время был похищен Шерлоком. — Это личная добавка специально для вас. — томно смотрела Холмс на девушку сверху вниз. Не смотря на то, что круглые барные стулья были довольно высокие, блондинке всё равно приходилось поднимать глаза вверх для того, чтобы словить зрительный контакт. Брюнетка с нетерпением ожидала, когда преподавательница отведает коктейль, вернее достаточно было бы коснуться губами краёв.       Спустя несколько секунд разглядывания глаз друг напротив друга алоглазая притронулась к стакану, отпив совсем немного. Кофе не был совсем горячим, а лишь прилично горячее тёплого, отчего было так приятно его пить. Тем более пена смягчала основной вкус, что смешивался ещё больше с какао на оформлении краёв стакана. она закрыла глаза и отпивала его понемногу, наслаждаясь идеально приторным вкусом. Закончив с этим, на её губах остался еле заметный след, который не могла не проигнорировать бармен. Она потянула руку к чужому лицу, но сидящая предотвратила угрозу возможного касания тем, что облизнула губы. Чёрт возьми, стало горячо. Синеглазая тут же отдёрнула руку, как током ударило. Вот это глупость! Стало стыдно; тёмноволосая отвела взгляд, но это было именно то, что она так хотела увидеть.       К счастью или несчастью этих двоих отвлекли новые посетители, которым тоже не терпелось попробовать что-то новенькое. Краем глаза преподавательница заметила, что в движениях барменши не было такого же энтузиазма, что в приготовлении коктейля для неё. Не то, чтобы это что-то значило, наверное, просто интересное наблюдение. Не было захватывающих ловких движений, флирта, ухмылок и незамысловатых диалогов. После того как молодые люди ушли, девушки снова вцепились в друг друга взглядами. кажется, этот невидимый барьер с помощью которого они оторвались от реальности заметили посторонние, поэтому даже не решались подойти к стойке, им оставалось лишь послушивать девушек при желании. — Это было совсем недурно, можете рассчитывать на хорошие чаевые, мисс…? — Шерлок Холмс. — она приготовилась к рукопожатию,хитро улыбнувшись. — Уильям Мориарти. — названная звершила рукопожатие и, прикрыв глаза, позволила губам расслабиться в мягкой улыбке. — Выглядите довольно уставшими, возможно, вы не хотели бы в этот раз тащиться домой, Уильам? Предлагаю вам комнату, где можно переночевать. — Было бы неплохо. Вы очень…заботливы, мисс Холмс. — Пока идите наверх до четвёртой комнаты, я вас неприменно догоню, как только возьму ключ от неё. — взяв оставленную денюжку, Шерлок неспеша пошла к шкафу искать тот самый ключ, засунув одну руку в карман тёмных штанов.       И вот, уже у той комнаты Уильям благодарит за внимательность, почти закрывает дверь своей комнаты на ночь, но… — Постойте, Лиам, возможно… может я могу вам помочь расслабиться? — всё в момент замерло. Должно быть, из-за стыда говорящей сейчас порушатся все стены зданий в округе и всё сотрётся в пыль, что ветром сдует во мгновение, подставив дам под размышление ночи той наедине с собой? — А вам так хочется составить мне компанию на ближайшее время? — она сощурила глазки, немного облокотившись на дверь. — Безумно. — тёмноглазая немного напряглась и, хотев шагнуть вперёд, остановилась на полпути, всё же не решаясь шагнуть до конца.       Светловолосая, наблюдая за этим, резво схватила чужую кисть, притягивая за собой в комнату, а другой рукой закрывает дверь. На эту же дверь Мориарти плотно прижимает тёмноволосую. Краем глаза она для себя подметила, что сама была выше синеглазой только засчёт каблуков. Их пальцы сплетаются в замок и преподавательница поднимает их по двери вверх. По освобождению второй руки после закрытия ловким движением замка, светловолосая взялась за чужую шею, поглаживая её постепенно поднимала ладонь выше. — Возможно вы можете передумать. — Что вы, я не посмею так поступить.       Алоглазая спешит притянуть девушку к себе за талию, как вдруг до них доносится стук по двери. Шерлок, разочарованно вздохнув, просит, нет, почти умоляет немного подождать её, а затем выходит из комнаты.       Оставшись в комнате одной, девушка снимает верхнюю одежду и решает оглядеть комнату, которую посоветовала её бариста. Кровать находилась около двери, что не было необычно в таких местах. Мягкий матрас и белоснежное постельное с незамысловатыми чёрными узорами. Окно отсутствовало, зато был совсем небольшой шкафчик для личных вещей или чего-нибудь другого. На удивление, тот не пустовал.       По возвращении холмс в комнату, Мориарти подмечает небольшое изменение в её настроении, но как только та начинает разговаривать, всё подозрение как рукой сняло. — Лиам, когда мы встретимся вновь, для меня было бы большим удовольствием сыграть для вас на своей скрипке. — ловко улыбнувшись, она закрыла за собой дверь. — Я неприменно буду ждать этого. — говорящая сидела на постели и, положив одну ногу на другую, провела рукой возле себя, как-бы приглашая сесть на то место. Шерлок прильнула к месту рядом с попутчицей, вглядываясь в её лицо. — Что-то не так, мисс холмс? — мотает головой. Уил бережно берётся за затылок справа сидящей, прикладывает руку к её ключице и толкает на подушку. Светловолосая забирается сверху лежащей, слегка растеряной синеглазой. — Ответите мне на мои вопросы? Почему вы посоветовали мне именно эту комнату? Здесь хранятся вещи. Личные вещи, довольно не каждый мог бы себе позволить иметь такое даже дома.       Конечно, она знала, что этой комнатой пользовалась кто-то из персонала, на что указывали некоторые детали комнаты: таблетки и личный чайник, маленькие домашние тапочки, брелок на ключах букв «ШХ», соединённых вместе. Сама комната была отдалена от остальных, и с выделительными узорами на двери. Ещё было нижнее женское бельё полкой тумбы ниже и… фаллоимитатор и лубрикант. —…Я имею право хранить молчание? — в своё время казавшись бойкой, тёмноволосая вдруг стала больно робкой. — Имеете. Полагаю, это для меня? — Уил потянулась до смазки в первом ящичке и, открывая бутылёк, для себя подметила, что тот довольно новый. Выглядит доволь дорогим…не то, чтобы Мориарти была экспертом в этом деле, но похоже это была одна из первых таких покупок, что объясняет её неопытность и довольно резкое, вдобавок и черезмерное смущение. Но похоже, светлой это нравилось.       Пока она наносила смесь на пальцы, другая уже сняла верхнюю одежду и продолжала послушно лежать, так и не притронувшись к нижнему белью. — И это снимай. — алые глаза смотрели сверху вниз на оставшийся элемент одежды, тёмноволосая подметила для себя, что чужое положение выглядит довольно властно. Возможно не очень приятно это осозновать, особенно впервые, но ей так и хочется подчиниться и сладко забыться. — Тогда вы вынуждены будете меня согревать, чтобы я не замёрзла, потому что здесь достаточно холодно. — она мучительно бездействовала, ожидая, что оставшееся снимет партнёрша.       По просьбе Холмс приподнимается, пока с неё стаскивают оставшуюся ткань, совершенно оголяя. Ощутив холодок, синеглазая немного ёжится, сжав ноги. Уильям водит свободной рукой по бёдрам лежащей. Спустя мгновенье Лиам раздвигает чужие ноги, и Холмс чувствует в себе сразу два пальца, которые неприятно холодят из-за мази. Своей рукой она находит чужую и сплетает пальцы в замок.       Мориарти аккуратными движениями начинает водить пальцами по внутренним сужающимся стенкам, на что Шерлок отзывается мелкой дрожью по всему телу. — Всё в порядке, Шерли? — на момент остановившись, спрашивает она.       После чужого краткого кивка светловолосая возобновляет движения, которые переходят в плавные толчки. Тёмноволосая немного ёрзает ногами, а левой рукой уже закрывает нижнюю часть лица, оставляя глаза открытыми. Её взгляд встречается с чужим, алым и холодным, который словно жаждет разорвать её морально, но прекрасно держит это желание на стальных цепях: можно смотреть, но трогать нельзя.       Алоглазая приближается к лежащей снизу так близко, сколько это было возможно. губами касается её руки, закрывающей лицо. Синеглазая рассматривает чужие прикрытые глаза, цветом чисто-светлые и густые реснички, впредь до нижних. Хватается рассмотреть каждую деталь чужого лица и запомнить. Думает о том, как же хочется потрогать чужие волосы: они точно пахнут какой-нибудь ромашкой или ванилью. Шерлок сглатывает, а чужие глаза медленно приоткрываются, из которых пронизывающе смотрят два рубина в душу. Выворачивают её наизнанку, возбуждают, успокаивают и ещё пуще прежнего будоражат.       Холмс чувствует мелкие покусывания руки, поддаётся Уильям и убирает руку со своего лица, и не жалеет: её губы страстно накрыли своими, которые успели стать столь желанны. с того самом момента синеглазая мечтала о них, как светлая демонстративно, можно сказать хитро и провоцирующе облизнула свои губы, словно из-за остатка напитка.       В то время, с ритмичными усиливающимися толчками, алоглазая доминирущая девушка начинает покусывать чужую шею, ключицы, плечи. Спускается всё ниже, дразнит мимолётным касанием языком, оставляя след, что охлаждается от искусственного ветра, создаваемым собственным резким движением. Вздрог, второй. Скрип кровати и протяжный вздох. Стон, второй. Неумение сдерживаться не делает даму плохой.       Резкое движение. Тёмноволосая насаживается на пальцы глубже, а губами находит чужие, языки соприкасаются.       Стало тепло-тепло. Шерлок Холмс так ещё не везло.

***

      Неделя была с приятной погодой, кажется, не позвать на свидание светлую девушку с алыми глазами, так сладко впечатавшейся в память Холмс, будет преступление!       Впервые набирает оставленный в ту ночь номер, гудок, второй, но разговор обещает быть довольно простой.       Договорились на встречу завтра в восемь около набережной, где обычно никто не ходит.       Там и в то время собрались две дамы, одна из которых до темноты слушала звуки услады. Запах стойкого парфюма тёмноволосой не позволял приблизиться алоглазой. Или не парфюм, а запах этого утекающего дня? Запах кофе и табака весьма неинтересный, если будешь слишком близко — норовишься раскашляться прямо в сторону играющей на скрепке.       Но играет она…расчудесно. Как-то слишком волшебно и несочитаемо с этим крепким запахом. Моментом замечает на сумке девушки тот брелок, который был когда-то на её ключах от номера в барной. — Я буду надеяться, что вы запомните эту мелодию, Уильям. — подглядывая за стеклянным чужим взглядом, Направленным в равнинную пустоту моря. Спокойствие. Отчуждение. Минимальное напряжение… — Неприменно, Шерлок Холмс.       Вечер был замечательный. Азартные игры, такие же бесконечные разговоры, но между ними и молчание, поток мыслей, осознание и, наконец, принятия. Наслаждение моментом.       Незабываемое ощущение, которое ни одна из них не отправит в небытие.

Это будет как тот самый мимолётный запах на улице, возврашающий в целый фрагмент прошлого. Но воспоминания, настольгия — это страдание и аллергия.

      Шерли проводила хорошую подругу до дома, ну, либо специально названного места, не являюшимся местом жительства алоглазой. — Спасибо за вечер, Лиам. Буду ждать нашей встречи вновь. — Это взаимно.       Лёгкая улыбка. Синеглазая оборачивается и идёт прочь не оглянувшись. Она сделает это позже.       Сделает, когда будет вспоминать все события до мелочей. Их позы, диалоги, испытываемые эмоции и наслаждение от времяприпровождении вместе. Безумная эйфория. И будет вспоминать ещё долго. Что же делать, когда эти два мгновения — единственное, что случилось с ними? Будет ждать…если чего-то даже очень сильно ждать, происшествие этого события не гарантировано.       Впрочем, это их и ждёт. Смена номеров, городов, круга взаимодействия и сферы деятельности. Расстояние это и есть испытание. Которое губит. Привязанность обретённую по плечо рубит.       Они не увидят друг друга, но запомнят, с чем в жизни встретились ненадолго.       И снова вечер, такая же хорошая погода, успокаивающая от любого невзгода, настроит печалиться и сердце болеть. Оттого, что связь эту она не сумела сберечь.