Евангелион. Неизбежная участь

― Сигнатура синий, это ангел!

Штаб погрузился в полный хаос, слишком громкие звуки мешали понять в чём дело, заставляя нервничать и желать, чтобы кто-то вытащил Итадори из этой до одури маленькой, как ему казалось, капсулы пилота. Капитан Утахимэ и учёный Нанами внимательно следили за показателями пилота в капсуле, параллельно раздавая приказы сотрудникам, что через секунду отчитывались. Мигающий красный свет изо всех углов заставлял щуриться, на разрешая взглянуть на знакомые лица, у которых, судя по всему, дела обстояли не лучше. — Объект находится на высоте тысяча тридцать один километр, вывожу изображения со спутников, которые успели его заснять, – В ту же секунду на экранах появляется чудовище, которое все зовут ангелом, что медленно, не меняя положение, спускается на земную атмосферу. Смотреть на это создание было противно, хотя оно имело человеческие черты, что слегка успокаивало – Высота объекта девятьсот пять метров! – Чтож, ясно, – Спокойный, холодный тон отрезвляет присутствующих, перетягивая всё внимания на себя, – Имя объекту Сахиил, Третий Ангел. Капитан Утахимэ, дальнейшие действия? Капитан в свою очередь скрестила руки на груди, от её ответа зависят дальнейшие действия и то, сколько людей останутся в живых. Тяжелый выдох и взгляд в монитор сотрудницы перед ней – Эвакуировать гражданских в радиусе трехста километров, следить за активностью Ангела, как только приземлится – сбросить бомбы N2, выполнять! – Утахимэ-сан, вопрос идёт о том, какая Ева выйдет в бой, до соприкосновения с землёй осталось четыре минуты двадцать секунд, Фушигуро мы подготовить не успеем, остаётся Итадори Юджи, который находится в капсуле. – Вы с ума сошли?! Пилот первого модуля только прибыл, у него нет опыта в пилотировании, – Возмущения слышал весь штаб, настолько громкими они были. Если бы Лори была у себя дома, она бы со стопроцентной вероятностью ударила бы кулаком по столу в знак протеста, словно маленький ребенок.

Однако же, время идёт на секунды и решение нужно принять прямо сейчас – выпустить в бой новобранца, не теряя времени, или же опытного пилота, чьё приготовление к бою займет шесть минут.

Итадори слышал все слова, что произносились в штабе, ему становилось действительно не по себе от мысли, что ему придётся сражаться с неведомым существом, не зная базовой стратегии. Краем глаза он замечает знакомые фигуры людей, что стоят рядом, наблюдая без стыда за происходящим. Неужто его приемный родитель Сатору-придурок-Годжо, как его назвала Капитан, знал, что ему придется сражаться? От собственной глупость Юджи перекосило, никто не мог предугадать появления этого ангела, так что с какой радости ему было знать об этом? Больше внимания притягивало грустное выражение лица рядомстоящего с Годжо-саном Фушигуро, что смотрел то на экраны, то в пол, глубоко задумавшись. Итадори почувствовал странные ощущения, вдруг стало как-то жаль нулевого пилота, которого в любой момент могут сорвать с места, чтобы тот побежал прикрывать задницу Третьего дитя, просто потому-что Капитану стало жалко отправлять его в бой. – Капитан Утахимэ, у нас мало времени, – Нанами-сан поторапливал женщину, дабы она поскорее приняла решение, а не стояла столбом. Будь он капитаном, то без раздумий уже отправил бы новобранца на поле боя, чтобы предотвратить предстоящие потери снаряжения, – Нам срочно нужно отправить пилота, иначе потерь не миновать. До столкновения с землёй осталось две минуты двадцать две секунды, поторопитесь. Такое безразличие к чувствам подростков и этот черствый голос до невозможности раздражали и выматывали, к этому невозможно было привыкнуть и принять, иногда хотелось проехаться кулаком по роже учёного, чтобы он ощутил хотя бы капельку той боли, которой испытал Фушигуро и испытает Итадори. – Я готов выйти в бой, Утахимэ-сан, – Обращение звучало настолько самоотверженно, что капитана пробрала странная смесь эмоций на лице. За что она сейчас воевала, стоя перед Нанами? – Только, пожалуйста, объясните, что нужно делать... Глаза Юджи устремились вниз, где стояли Фушигуро и Годжо-сан. Лицо первого по каким-то причинам перестало быть грустным. – Ухты, вот видишь, Мэгс, не только ты всех спасаешь. Ещё так оживился, когда он сказал, что будет пилотировать, мне кажется, что потом стоит сказать ему спасибо, не так ли? Погоди, ты улыбаешься что-ли?! – Белобрысый с неимоверно глупой улыбкой стал резко теребить волосы на голове младшего, что тому не очень понравилось и ответными действиями стали попытки убрать надоедливую руку с головы, пока не захотелось убить своего опекуна, засунув ему эту руку прямо в задни–

Подготовление отправки Евангелиона 01 начать! Отменяю приказ о сбросе N2 бомб, сражаться будем исключительно с помощью модуля первого. Немедленно отправить Еву наверх, исполнять!

Не успев ничего понять, Итадори чувствует резкий толчок вверх, который сопровождается головокружением и легкой тошнотой. Всё таки он не любил, когда транспорт движется слишком быстро, походу, на Еву это тоже распространяется. – Итадори, как себя чувствуешь? Мы подняли тебя на поверхность, через двадцать секунд цель опустится за пятьсот метров от тебя. – Вас понял. Легкое головокружение и тошнота. Что мне нужно будет делать? – Юджи старался сосредоточиться, не хотелось подвести всех, а в особенности себя, но страх по-прежнему присутствовал и даже нарастал. Через считанные секунды перед ним опустится какая-то дрянь, с которой нужно будет биться до последнего, не имея возможности отступить. Ахх, зачем я только на это согласился. Хотя, если так подумать, Фушигуро мог чувствовать себя так же, будь он в Еве вместо него. Хотя, если так подумать, то можно и постараться ради лица Фушигуро, которое с грустного сменяется на что-то непонятное, Юджи так и не понял, что тот чувствовал. Первый шаг к дружбе – помощь! Хотя в чём заключалась помощь? В прямом выполнении своих обязанностей? Ох, сейчас не время об этом думать! – Итадори? Слушай внимательно, у всех ангелов есть красное ядро, будешь стараться бить туда, оно находится на груди у объекта, но для начала сделай шаг вперед, цель уже ступила на землю и движется к тебе, – Капитан со своей четкой речью, которой во время пьянки-знакомства даже и не пахло, бегло проинформировала пилота. Юноша послушно попытался сделать шаг, хотя хотелось не шагать, а бежать прочь с этого паршивого места, зная, что чудище уже летит на него. – Шагнул, отлично. Возьми из здания ружье, им ты будешь защищаться, – С такой же четкостью речи Нанами-сан отдал приказ Юджи, ожидая выполнения, – Бери скорее! Итадори, в сторону! – А? Всё таки ангел был быстрее, и развивался он тоже быстрее, ведь не успев даже руку протянуть к ружью, конечность схватили железной хваткой, не представляя никакой возможности выхватить руку. Тогда Итадори впервые впал в ступор, по венам вместо крови протекал животный страх, парализованный пилот – парализованная Ева, которой без всяких усилий сжимают, а после ломают руку. Боль отзывалась во всех клетках организма, сорванное дыхание переросло в дикий крик, некоторые в штабе даже закрыли уши, дабы не слышать страдания пилота, который начал умолять вытащить его с чертовой капсулы. – Угроза жизни пилота, сокращаю синхронизацию до 30%. – Итадори, с твоей рукой всё в порядке, посмотри на неё! Быстрее уходи, Итадори! – Голос Капитана срывается на крик, пытаясь достучаться до юноши в кабине, что к сожалению безуспешно. – У цели возрасла активность в области груди, ожидается нападение, Итадори-сан, бегите! – Чёрт, не успеет. – Почему ты не убегаешь, Итадори? Мне стоило пойти вместо тебя? – Передашь ему потом мои извинения, ладно, Мэгс? Если он, конечно, выживет. Опять резкий, уже обеспокоенный, взгляд.

***

Какое-то неизвестное место, всё кругом такое белое, в глазах рябит и кажется, что рука болит. Точно, она закипсована. Такой странный вкус во рту, похоже на железо, значит кровь, даже сплюнуть некуда. Тишина такая убивающая, никого нет, наверное нет. Чувствуется пристальный взгляд. – С пробуждением. Как рука? – Черноволосый парень отложил книгу на полку, стоящую рядом с кушеткой. Как будто он был сильно ею увлечён. Неловкое молчание заполнило больничную палату, Итадори пытался сказать хоть слово, но гадкий привкус во рту заставлял морщиться. – Что-то не так? – У меня кровь во рту. – Не кровь, это раствор LSL, – Бегло пояснил Фушигуро, – Так как рука? – Болит немного, – Итадори замялся, – А что произошло? Мне как-будто память отшибло. А выпишут меня когда? Так много разговаривать, как казалось Мэгуми, мог только придурок Годжо, но нет, у него появились конкуренты в виде Итадори Юджи! – На все эти вопросы тебе ответит Годжо-сан. – А где он? – Возится с документами, чтобы отправить тебя в школу, он скоро подойдет, я тут до его прибытия. Много разговариваешь для раненного, – Глубокий вдох и спокойный выдох, – Ты лучше скажи, зачем было это самопожертвование? Настолько меня жаль, что ты решил помчаться драться и получить? – Не хотелось, чтобы меня жалела Утахимэ-сан, – Юджи принял сидячее положение, чтобы было легче разговаривать. Не очень то и прилично, что на него смотрят свысока, – И никакое это не самопожертвование, это выполнение своих прямых обязанностей! – Ну-ну. Ëж опять уткнулся в свою книгу. Ëж.. а ему даже очень идёт, волосы уголками и характер колючий, хотя, может, первое впечатление обманчиво? Он очень на это надеется, ведь подружиться со своим коллегой, соседом и семьей было бы очень хорошо. Фушигуро читает, а Итадори даже не знает куда себя деть, разве что осматривать все вещи в палате по порядку, снова и снова, случайно кидая короткие взгляды на Первое Дитя, которому абсолютно плевать на гробовую тишину и Итадори, который от этого молчания готов на стены лезть. Что вообще значило его это "Ну-ну"? Это что, насмешка? Он, может, хотел Фушигуро жизнь облегчить и не лицезреть его грустное лицо двадцать четыре часа в сутки. – Как у вас тут тихо! Мэгс, что-ли, спит после десяти часов дежурства возле твоей кровати? – Сатору резко открывает дверь, заставляя дернуться двух парней от неожиданности, а после его слов Фушигуро предпринимает попытку попасть книгой в Годжо-сана, который ловко увернулся, не переставая улыбаться, – А, Мэгуми, ты не спишь? Кстати, ты спасибо от себя и от меня извинения передал? Фушигуро не придумал ничего лучше того, чтобы встать, поднять книгу, сказать "хватит меня позорить" и уйти. Опекун вовсе не удивился такому поведению, поэтому просто проводил взглядом и занял его место на стуле. Юджи такая сцена позабавила, хоть он ничего не понял. Хотя бы то, за что ему должны были сказать спасибо и за что извиниться. – Он, походу, не в духе. Поругались что-ли? – Мужчина закидывает ногу на ногу, откидываясь на спинку стула, – Я не соврал, когда говорил, что он тут часов десять сидит! Представляешь, настолько сильно хотел сказать спасибо! – А за что спасибо то? Он меня тут, вообще то, пристыдить пытался, потому что я вместо него в бой пошел, – Итадори искренне не понимал, за что его хотел поблагодарить Фушигуро, который даже усмехнулся с поступка Юджи. Сатору удивился, – Да? Ну как раз за это и хотел поблагодарить. Хотя бы на денёк от него все отстали и дали отдохнуть. Ну, если не учитывать то, что половину дня он провёл тут до моего прихода. Кстати, гипс снимут завтра, а в школу ты идешь в понедельник, я обо всём договорился, ты будешь в классе с Мэгсом, ты рад, да? – На лице Годжо-сана озарилась ослепительная улыбка. – Неимоверно рад, – Свободная рука сама полезла смущенно чесать затылок, – А где Утахимэ-сан? – Ох, они с Нанами разбирают последствия боя, позже с ними увидишься, а сейчас собирайся, отвезу тебя домой.

По итогу, Итадори Юджи никто не рассказал о дальнейшем развитии событий во время битвы, да и он сам позабыл, что должен был что-то спросить у Годжо-сана. Подростку с неустойчивой психикой не стоит знать о том, что махина, которой он управляет, вышла из-под контроля и принимала решения сама, разорвав ангела на мелкие кусочки.

Именно поэтому в Мэгуми проснулось чувство, которое раньше распространялось только на него – беспокойство. Ему, непонятно зачем, важно было знать, что с пилотом первого модуля всё в порядке и он хотя бы жив, так что Сатору действительно не врал, когда сказал, что Фушигуро долго просидел с Итадори. Фушигуро и сам не понимает почему. Значит не надо.

***

Утро, которое предвкушает хороший день и благословляет своим лучами солнца. Ситуация, произошедшая четыре дня назад, наконец-то утихла и дала жить, как считал парень, довольно свободно. Правда Итадори чутка боится снова садиться в капсулу пилота на синхротестах и на тренировках, но рано или поздно это закончится. Иногда Юджи посматривает на Фушигуро с экрана внутри капсулы, но каждый раз видит спокойное лицо с закрытыми глазами. Было бы намного легче, зная, что Мэгуми не страшно и не беспокойно в своей Еве, что будет вовсе отличаться от чувств самого Итадори. За все те три дня, что парень восстанавливался, они ни разу не разговаривали. Всегда в своих комнатах, Юджи занимался приготовлением к поступлению в новую школу, Фушигуро – бог знает чем. Годжо-сан часто заходит к ним, сначала к Мэгуми, а после того, как его выгоняли, ко второму пилоту. На синхротесты он всегда заходил за ними, но как только Итадори открывал им дверь, у другого находились причины тактично свалить, но обычно это было "не маленький, сам дойду". И он почти смирился с тем, что им не суждено подружиться, хотя Сатору из раза в раз твердил обратное и говорил, что ещё рано сдаваться и нужно время. Долгожданный понедельник наступил и первый день в школе обещал быть супер-пупер крутым, потому что новые знакомства это круто! Но кто бы мог подумать, что Годжо-сан всегда возит Фушигуро, а теперь уже и Итадори, сам в школу. Хочешь-не хочешь, а Мэгуми никуда не деться от этой шумной компании по утрам тогда, когда он этого меньше всего хочет. – Ну что, Юджи, готов к первому дню в новой школе? – Белобрысый в привычной манере покуривает электронку за рулём, поглядывая на Итадори, – Если что, то Мэгс тебе всё покажет и расскажет! – Ну да, было бы неплохо.. – Итадори мечтательно смотрит в окно, предвкушая новые знакомства и интересные встречи, которых у него до встречи с работниками Nerv никогда и не было. Машина тормозит, – Приехали, выходим. Давай, Мэгс, бери Юджи под ручку и веди на урок, хорошего дня! – Ещë чего! – Годжо-сан услышал это обращение лишь обрывками, ведь он втопил по газам сразу после того, как парни вышли из машины. Под ручку брать Итадори Фушигуро конечно не стал, но позвал его идти за собой в здание, параллельно рассказывая куда класть обувь, где уборные и в каких кабинетах проходят уроки. Парень в свою очередь послушно кивал, и честно, старался запоминать, подозревая, что за ручку его водить по всей школе не будут даже под напором Годжо-сана. Кабинет уже близко

– Представься пожалуйста.

– Итадори Юджи, приятно познакомиться! – Неужели мы правда будем учиться в одном классе... Я тебе припомню, придурок Годжо.