Новый шанс обрести счастье

***

      Рейнбоу Дэш проживала конец одного из самых насыщенных дней в своей жизни. Мягкий весенний закат выступал как бы аллегорией на счастливый конец после трудностей. Было так хорошо и спокойно: всë самое ужасное в прошлом, в настоящем — только беззаботное веселье и радость, а будущее озарял свет надежд на лучшее и больших планов. О, да, планы спортсменки были грандиозны: они пробились в голову радужноволосой после переворачивающего всё с ног на голову предложения Соарина стать одной из Вондерболтов.       Рейнбоу до сих пор не верила, что случилось то, о чëм она даже позволить себе подумать не могла и пыталась ущипнуть себя в попытке проверить, не сон ли это всë. Похоже, что нет: все мысли и чувства были реальны, да и синеволосый Вондерболт рядом с ней самый настоящий.       В то же время, только сейчас, спустя несколько секунд размышлений, вспомнив про Соарина, Дэш поняла, что сейчас он, кажется, что-то сказал; но она совсем его не слушала, потому переспросила: — М? Можешь повторить? Я прослушала. — МожеТЕ. Я сказал, что призываю с этого момента соблюдать субординацию, так как теперь мы будем общаться только по деловым вопросам. Поэтому попрошу отныне обращаться ко мне на «вы» и забыть всё, что было до этого.       Радуга очень смутилась и с непониманием уставилась на спортсмена. Это, пожалуй, единственное, чего она не могла ожидать от него, потому в ответ смогла выдавить только: — Что? — Я повторил уже два раза. Ты мне не подруга, и я изначально позволил обращаться с собой слишком фамильярно. Если ты действительно собираешься стать кандидатом Вондерболтов, то наши отношения будут исключительно как у наставника и ученика. — Но ведь ты… кхм, вы старше меня всего на два года… — Это не имеет значения. Привыкай к взрослой жизни, Рейнбоу. Подчинённый всегда ненаравне с начальником, пусть даже биологический возраст начальника меньше.       На это радужноволосая ничего не могла возразить. А ведь он прав: она не договаривалась обращаться с ним на «ты», с чего и в какой момент Дэш вообще взяла, что ей это дозволено? Соарин же… не её друг. И никогда им не был: она сама всё себе надумала, когда ей стало чересчур комфортно и... позволила себе лишнее.       Если она хочет стать одной из Вондерболтов, то должна в первую очередь соблюдать условия тех, кто ответственен за её нахождение там. Поэтому, хоть в душе девушки что-то с треском разбилось, она проглотила обиду куда подальше и покорно обещала выполнять просьбу: — Да, конечно, я буду соблюдать субординацию… как скаже…те. — Вот и чудесно. В таком случае завтра в 9:00 подходи к воротам закрытой Академии Вондерболтов; адрес скину сообщением позже, номер твой у меня, сама понимаешь, есть. Там будут стоять охранники, им покажи вот это, — спортсмен вынул из кармана штанов сине-золотую картонку: пропуск, видимо и дал Рейнбоу (чего у него вообще нет в карманах?), — и они тебя пропустят. С центральной площади сверни налево и найди первый корпус академии. Туда вход свободный; сразу поднимайся по лестнице на второй этаж и иди направо, там заходи в 201 кабинет, кабинет Спитфайр, нашего капитана. Тебе повезло, что завтра начинается неделя набора новых трейни, поэтому я договорюсь, чтобы с тобой провели собеседование. Главное, не опаздывай. Остальное тебе объяснит Спитфайр. Вопросы есть?       Соарин будто назло протараторил свою речь очень быстро, поэтому Рейнбоу ещё секунд десять стояла в замешательстве, пытаясь переварить всё сказанное им. Тщетно, она не запомнила решительно ничего: половина слов вообще не уложились в памяти радужноволосой, а вторая половина скоро оттуда вылетит.       Она хотела было попросить Вондерболта повторить, но решила не отягощать его, ведь итак уже столько раз представала перед ним полной дурой; потому решила лишь ответить положительно, словно солдат: — Никак нет! — Что ж, тогда мне пора. Всего доброго, Рейнбоу.       Соарин сдержанно кивнул головой напоследок и развернулся в обратную от девушки сторону, быстрым шагом удаляясь туда, откуда синеволосый шёл с ней. — До свидания!.. — Только и успела крикнуть вслед спортсменка.       Не желая терять парня из виду и будто не смиряясь с прощанием, Дэш всë-таки обернулась синеволосому вслед. К удивлению девушки, он тоже проводил её взглядом, странно полным робостью и безнадёжностью, будто он хотел что-то ей сказать, но не мог.       Наконец, они разошлись друг от друга на приличное расстояние. Рейнбоу неспешно шла домой, сопровождаемая тёплым закатом, разгоревшимся огненным пламенем на небе; Соарин же направлялся в общежитие Академии по стороне темноты, откуда не было видно ярких красок неба.       Радужноволосая совершенно не понимала его. Почему он сначала разрешил ей так много, а затем отстранился до деловой речи? И нет, конечно, спортсменку должно было всё более чем устраивать: мало того, что она встретила кумира, так ещё и он сам предложил ей стать частью самой легендарной команды Эквестрии.       Разум в самом деле считал, что лучшего и быть не может, что нет никакого повода расстраиваться. Но вот сердце сжимала неприятная душевная боль, будто от него откололи нежнейший, хрупкий, только что сформированный кусочек. И почему только это так её волнует? Кто же он такой для футболистки, что статус в его глазах может так задеть?       А может?... Да нет же, это ванильный бред! Ты не имеешь права быть сейчас недовольной, Рейнбоу, не знаю, что тебе ещё нужно.

***

      Утро следующего дня. Ласковые лучи солнца пробирались в комнату Рейнбоу, как бы говоря, что засоне пора вставать. На часах только 7:10, но сладостное и волнительное предвкушение чего-то нового не давало спортсменке спать дольше. Проворочавшись минут десять в кровати, она проиграла битву с подозрительной бодростью и встала заметно раньше, чем планировала.       Как же может быть иначе, когда с вечера ждешь чего-то особенного? День Рождения, например, или Новый год, или поездку на море; ты прямо таки едва засыпаешь от приятного волнения, а потом просыпаешься ни свет ни заря. Так и Рейнбоу почти что тряслась от восторга и предвкушения завтрашнего дня: в еë случае она ожидала собеседования в самой-самой лучшей академии на свете.       Делать где-то час было нечего, а каждая минута длилась как десять. За скучным ожиданием девушка стала прокручивать в голове воспоминания вчерашнего дня, в том числе образ Соарина. Представляя его добрые глаза, спокойный голос и вайб глупого котёнка, который проявлялся лишь в комфортной дружеской обстановке, она невольно расплывалась в улыбке.       Почему он не пожелал быть таким? Зачем, ну зачем надел на себя маску строгого, чëрствого сухаря!? Ему же совершенно точно не доставляло это никакого удовольствия, клянусь, я видела по его взгляду...       Радужноволосая попыталась представить, что он так и остался милым, дружелюбным, чутким парнем и что бы из этого вышло…       Оказывается, время пролетает незаметно за подобными фантазиями. И вот уже Рейнбоу неторопливо, но не совсем медленно собиралась выходить. Спортсменка, вопреки своему обычному удобному стилю, решила для собеседования одеться официально, чтобы еë не посчитали несерьёзной, хоть подобных вещей у неë было не так много. Выбрала тёмные брюки и светло-голубую рубашку.       После она направилась по адресу, который ещë вчера вечером ей выслал Соарин. Район, в котором располагалась Академия, был девушке малознаком, но автобусный маршрут, которым она собиралась ехать, проходил мимо еë школы и продолжался дальше от неë.

***

      И вот, уже подходя к Академии Вондерболтов, Рейнбоу слегка запаниковала, еë одолевала одновременно сладость нетерпения и горечь тревоги. Спортсменка прекрасно осознавала всю важность этой встречи: если хоть что-нибудь пойдёт не так, то все еë мечты обрушатся навсегда. Неужели сейчас произойдёт один из самых важных моментов в еë жизни!?       По правде говоря, чем больше Дэш старалась вспомнить, что сейчас должна будет делать и куда ей идти, тем меньше это понимала. Нет, правда, она помнила только, что должна подойти к главным воротам и показать пропуск охранникам — а дальше что?       Но, кажется, даже этого вполне могло не случиться: порывшись в кармане брюк, Рейн не нашла там пропуска. И что же теперь делать? Без него она не сможет даже попасть на территорию!..       А, нет, несчастье обошло футболистку стороной; она совсем забыла, что подвесила его на шею на веревочке как украшение, чтобы точно не потерять.       Рейнбоу наконец дошла до входа в Академию. Закрытый комплекс окаймлял высокий чёрный забор, через который виднелись, разве что, верхушки каких-то корпусов. Вокруг него с трёх сторон росли заросли деревьев. Посередине четвёртой стороны находились двустворчатые ворота под цвет забора, по бокам от которых стояли небольшие каменные статуи в виде молний; также с двух сторон было по охраннику, которые и отвечали за пропуск или непропуск каждого человека.       Два высоких крупных мужчины посмотрели на незнакомку с недоверием и даже непониманием, но она продемонстрировала им пропуск, который сложно подделать благодаря характерному золотому блеску. Те послушно открыли ворота, пропуская девушку.       Она ступила на центральную площадь Академии, вымощенную синей и жёлтой, под цвета сборной, плиткой. Вокруг росли аккуратно подстриженные кустики и цветы, а по центру красовалась большая, символичная статуя двух львов с мячом, каким-то образом издалека напоминающих своими очертаниями молнии. Дорожки из такой же плитки вели в разные стороны: одни — к, скорее всего, учебным корпусам, вторые — к общежитиям, третьи — к тренировочному полю и площадкам. Все здания были стильные, гармоничные и приятные на вид, но совершенно не давали ясного ответа о дальнейшем направлении Радуги.       А куда идти дальше? Я вообще не помню ничего из того, что мне говорил Соарин...       Из головы спортсменки, по ощущениям, вылетело абсолютно всё, что касалось пути до кабинета Спитфайр.       Куда там? Свернуть направо и во второй корпус? Так, стоп, нет, в той стороне общежития. О, нет, нет, так дело не пойдёт: тут заблудиться недалеко! Лучше остаться здесь и подождать кого-нибудь, кто сможет показать мне дорогу.

***

      Долго ждать не пришлось. Спустя несколько минут рядом прошли двое самых настоящих Вондерболтов. Рейнбоу всё ещё не могла поверить, что теперь будет видеть их постоянно, для нее они до сих пор кумиры. Один из них напоминал Соарина, но его синие волосы были светлее, а глаза не столь ярко блестели; другой был высокого роста и рыжим со светлыми прядями. В паре уставших спортсменов, беседовавших о чём-то, радужноволосая узнала Вейва Чилла и Файер Стрика. Они в сборной давно: наверняка смогут ей помочь.       Стараясь перебороть тревогу, Дэш окликнула футболистов и несмело к ним подошла. — Извините! Вы не подскажете, где здесь кабинет Спитфайр?       Парни переглянулись между собой, обменявшись, кажется, усмешками, но после Вейв Чилл, стараясь сохранить серьёзный вид, ответил незнакомке: — Ты на собеседование? — Синеволосый снова бросил взгляд на приятеля и ухмыльнулся, — Иди туда, в первый корпус, — он указал рукой на самое высокое учебное здание, — поднимайся на второй этаж и ищи 201 кабинет.       Стараясь ничего не упустить из речи Вондерболта, радужноволосая не обратила внимания на его выражение лица, такое, будто он только что кого-то разыграл и ждёт реакции жертвы розыгрыша. Всё запомнив, девушка без задней мысли пошла в нужном направлении.       Когда Рейнбоу зашла внутрь здания и отыскала заветный кабинет, оказалось, что он закрыт: на двери висела записка, что капитан прибудет только завтра. Взглянув на наручные часы, Дэш заметила, что она пришла точно ко времени — что же тогда пошло не так?       Это что, жестокая шутка Соарина? Зачем он послал меня сюда, не сообщив Спитфайр?       Раздосадованная и недовольная, Рейнбоу вышла обратно на улицу, громко хлопнув дверью и поспешно собираясь покинуть территорию Академии. Она уже была у выхода, но вдруг её окликнула пара тех самых Вондерболтов. Девушка не желала отзываться, потому что сообразила, что это был их розыгрыш, ещё сильнее ускорив шаг; но после второго, более настойчивого обращения уже знакомого голоса, она остановилась и повернула голову.       Вместе с Вейвом Чиллом и Файер Стриком стоял Соарин. Если первые двое всё также переглядывались и беззлобно хихикали, то последний направился в сторону Рейнбоу, с виноватым видом опустив голову.       И чего же он пришёл, шутник хуев?       Темноволосый парень, судя по виду, и впрямь раскаивался, как будто действительно не хотел так обидеть радужноволосую. — Здравствуй, Рейнбоу, прошу, извини меня, пожалуйста, за твое потраченное время. Я перепутал день, думал, что набор трейни начинается сегодня, но, оказывается, только завтра. Они, — Вондерболт указал кивком на двух других футболистов, — сказали, что видели тебя. А теперь, к сожалению, тебе стоит покинуть Академию и приходить завтра. Прости ещё раз.       Кажется, Соарин действительно этого не хотел и не стоит злиться на него, но что насчёт этих двух? Они ведь всë знали, но решили погонять бедную девушку. Выходит, это они шутники.       Как раз после того, как темноволосый ещё раз бросил на радужноволосую полный раскаяния взгляд, к ней подошли Вейв Чилл и Файер Стрик. — Ты Рейнбоу Дэш, верно? Извини нас, пожалуйста, — начал синеволосый. — Да, шутка вышла неудачной. Надеюсь, ты не слишком сердишься, — продолжил рыжий.       Радуга всё ещё была явно недовольна, но решила больше не продолжать тему и поскорее отправиться домой. — Ладно, ничего страшного, но не надо больше так. Видимо, сегодня мне здесь больше нечего делать, я... пойду.       Вдруг спортсменку остановил расстроенный Соарин: — Стой! Может, раз уж пришла, покажешь себя в игре? — Мм... Но ведь Спитфайр все равно нет, какой смысл? — Не забывай, что вообще-то я здесь тоже не последнее лицо: заместитель капитана, как никак, — темноволосый Вондерболт произнес это с каким-то дурацким и смешным видом альфа-самца и с гордостью вскинул голову, — значит, пока Спитфайр нет, фактический капитан я.       Дэш усмехнулась в душе, настолько уж у него был напыщенный и самодовольный вид, но не показала этого. В любом случае, это играет ей только на руку, ведь теперь она может показать себя перед тем, от кого зависит её будущая спортивная карьера. Более того, Соарин куда более мягок, чем сурового нрава Спитфайр, поэтому футболистка с превиликим удовольствием согласилась показать себя прямо сейчас.       Девушка ещë раз взглянула на своего нынешнего капитана, задержав взгляд немного дольше, чем нужно. Он сейчас явно после тренировки, уставший и вспотевший. Но всë-таки было в нем что-то притягивающее, это факт. Она уже не могла отрицать очевидного, Соарин был ей симпатичен, но... не более.       Парень тем временем заметил загадочно-восторженный взгляд Рейнбоу, еще раз убедившись, какой он крутой: такой уж у него был приступ самолюбования, который, по правде говоря, являлся к нему редко. Её миловидное личико и непослушные радужные волосы в ответ вызывали приятное тепло на душе Соарина. Он уже начал догадываться, что происходит, но старался это подавлять.

***

      Четверо спортсменов дружно направились на футбольное поле при Академии. Теперь Дэш с гордостью может заявить, что видела самую настоящую тренировочную площадку Вондерболтов.       Это было внушительных размеров поле со специальным покрытием, (удивительно, что сейчас там никого не было), вокруг стояли скамьи для запасных и просто зрителей. Напротив находилось крытое здание, в котором играли в плохую погоду и зимой; оно соединялось с одним из учебных корпусов. Ещё рядом располагались открытая тренажëрная площадка с различным оборудованием, непосредственно тренажëрами и турниками; медпункт, также входящий в состав учебного здания и даже небольшая зона отдыха с беседками и скамьями, в которой был разбит небольшой сквер.       А они занимаются в хороших условиях, ничего не сказать...       Теперь ей самой, ей, Радуге Дэш предстояло сыграть матч с Вондерболтами и узнать вкус настоящего, Большого спорта.       Правда, была проблема... Она вообще-то одета совсем не по-спортивному! Радужноволосая никак не могла предугадать такого исхода событий и совсем не рассчитывала, что сегодня погоняет мяч. Она с удивлением уставилась на остальных футболистов, которые, кажется, не видели проблемы и попыталась обратить на это их внимание: — Но ведь я одета не для игры в футбол!       Соарин действительно только сейчас понял недочёт своего плана, вылупив глаза на официальную одежду девушки, но быстро нашёл выход: — Ммм... А, ну конечно, завтра начинается неделя набора трейни, у нас ведь уже заготовлены комплекты формы! Я скоро буду, поищу, куда её запихнула Спитфайр.       Соарин быстрым шагом направился в одно из ближних зданий, где, видимо, были раздевалки. Рейнбоу тем временем бросила взгляд на двух оставшихся здесь Вондерболтов и решила осмотреть местность.       Первым делом она захотела увидеть зону отдыха, где сейчас, возможно, сидели другие Вондерболты. Обойдя футбольное поле и дойдя до этого сквера, она действительно увидела нескольких спортсменов там.       На радужноволосую незнакомку, с удивлением и очарованием разглядывающую местность обратилось сразу несколько взглядов. Дэш приметила сидящих здесь и знакомых ей, как фанатке, футболисток: Флитфут, Мисти Флай, Сюрпрайз и... да не может быть. Ей показалось, или в дальней беседке одиноко сидела... Впрочем, неважно. Рейнбоу окутал фанатский восторг при виде кумирш.       Девушка с мятного цвета волосами и светло-зелëными глазами сделала несколько шагов вперёд к незнакомке и окинула её оценивающим взглядом, рассматривая снизу вверх. Едва заметно удовлетворённо улыбнувшись, она обернулась на стоящих позади коллег, а затем представилась: — Я Мисти Флай. А как зовут тебя и что ты здесь делаешь? — Рейнбоу. Рейнбоу Дэш. А вас всех я знаю, потому что уже много лет фанатею по Вондерболтам. Меня позвал Соарин на собеседование, но перепутал день, поэтому я тут.       Другая спортсменка с пепельного цвета волосами и глазами клубничного цвета тоже вышла вперед к радужноволосой со словами: — Так значит, ты наша фанатка? Что ж, приятно познакомиться, Рейнбоу, — она старалась скрыть раздражение и неприязнь в голосе за необходимой вежливостью. — И мне, Флитфут. Кстати, в последнем матче вы превосходно поймали пенальти!       Дэш не удержалась от комплимента, хоть и стала уже привыкать общаться со знаменитостями. Кажется, её кумирше это не очень понравилось, потому что на эту лесть она закатила глаза. Третья девушка — Сюрпрайз — с непослушными ярко-жëлтыми приметными волосами, следуя примеру остальных, добавила: — Рада знакомству, Рейнбоу. Так значит, тебя позвал Соарин? Что же ты такого сделала, что он лично пригласил тебя сюда? — Нууу... Он приметил меня, когда я тренировалась на школьном стадионе, а до этого я спасла ему жизнь... Вот.       На первое предложение футболистки отреагировали спокойно, а от второго у них дружно отпала челюсть. Кажется, они ожидали услышать всё что угодно, но не это. Мисти Флай, вылупившись на новоиспечённую знакомую, выпалила: — Что-что!? Ты... Рину? Как?       Стоп. Она так фамильярно его назвала... Разве так можно? По его словам, взрослые люди так не обращаются друг с другом! Ладно, мало ли что, забудем.       Рейнбоу загадочно хмыкнула и, не скрывая гордости за себя, ответила: — На переходе он чуть не попал под машину, а я его вытащила, — небрежно бросила радужноволосая.       Мисти Флай и остальные уже по-другому посмотрели на фанатку: полным уважения и гордости за девочку взглядом. — А ты молодец. Думаю, он достойно тебя отблагодарил, — с благодарностью за спасение жизни товарища произнесла девушка с мятными волосами.       Тем временем, по-видимому, вернулся Соарин, и Дэш услышала, как её с поля зовет Вейв Чилл. Радужноволосая спортсменка оглянулась и отчиталась новым знакомым: — Мне пора. Сейчас меня ждёт испытание. Кстати, не хотели бы вы присоединиться?       Флитфут и Сюрпрайз с досадой переглянулись и пожали плечами. — Я не смогу: только тренировка кончилась, — безучастно сказала беловолосая. — Я тоже пас, извини, — бросила Сюрпрайз. — А я пойду! Уже не терпится узнать тебя в игре, Дэши.       Радуга, уже не надеявшаяся на обратную связь от кого-нибудь из них, благодарно залепетала: — Спасибо вам большое, Мисти Флай, я правда очень польщена, что вы нашли для меня время и... — Нет проблем. Только... Один вопрос, можно?       Радужноволосая подняла брови от удивления, но, конечно же, разрешила задать вопрос, уже гадая, чем же так заинтересовалась её кумирша. — Да? — Почему ты так официально со мной обращаешься? Я ведь не какая-то заумная старая преподша, мне даже как-то неловко, что кто-то говорит «вы» по отношению ко мне. Мы ведь, похоже, даже ровесницы: вот сколько тебе лет?       Рейнбоу испытала некий диссонанс: всë, что говорит Мисти Флай, в точности противоложно словам Соарина! Странно, ведь он уверял, что это обязательства взрослой жизни. А оказывается, взрослые тоже бывают разные... Почему только, вопрос, Соарину это так принципиально? Что он хочет этим сказать?       Так или иначе, она постаралась не подавать виду, что этот вопрос окончательно поставил в тупик её убеждения, поэтому промямлила что-то вроде: — Оу... Ну я ведь только всего лишь фанатка. А что, можно обращаться с вами на «ты»? А, и... мне шестнадцать. — Ну вот, видишь! Всего на два года младше меня, это ведь совсем ерунда! Конечно, обращайся ко мне на «ты», если хочешь, конечно, — с неподдельным дружелюбием протянула Мисти Флай, — да и вообще, зови меня Мисти, просто Мисти — как друзья, хорошо?       От восторга у Рейнбоу загорелись глаза: у неё не только есть шанс стать Вондерболтом, но и одна из них, похоже, считает теперь еë... подругой? Господи, да большего счастья и быть не может! — Кхм, ты... мы... мы друзья? — О, конечно, Рейн, если ты согласна дружить со мной.       Кажется, эта милая девушка с мятными волосами настроена искренне. Она такая доброжелательная, такая приятная! Конечно Дэш хочет с ней дружить! — С удовольствием! Как хорошо, что у меня здесь появилась подруга.

***

      Так новоиспечённые подруги и пришагали обратно к футбольному полю, где их уже ждали Вейв Чилл, Файер Стрик и Соарин. Последний вернулся с хорошей новостью для Рейнбоу, но прежде, чем он успел что-либо сказать, Файер Стрик одобрительно прокомментировал появление радужноволосой с другой спортсменкой: — О, кажется, ты уже познакомилась с Мисти Флай? — Да, мы с Мисти теперь подруги! — по-детски гордо заявила Рейн. — Что ж, это все здорово, но я нашёл форму, Дэш, пройдём в раздевалку? — Соарин резко оборвал эти ванильные разговоры о Мисти Флай и старался скрыть раздражение в голосе, причину которого и сам до конца не понимал.       Радужноволосая заметила недовольство парня, но не придала этому значения, решив для себя, что ему просто не терпится сыграть этот матч. Она послушно пошла за ним, ведь еë глаза тоже горели огнем азарта.       Вдруг откуда-то сзади оба услышали издевательский выкрик Чилла: — Предохраняйтесь!       Соарин сделал жест «рука-лицо» и пробормотал: «о Господи...». Рейнбоу не поверила серьёзности слов уже показавшему себя шутнику, поэтому взглянула с улыбкой на темнолосого в ожидании ответного смеха, но его не последовало. Парень только с осуждением посмотрел на девушку, как бы говоря, что он выше такой идиотской шутки.       Ну да, конечно, выпендривайся больше. Деловой блять.       Соарин без никаких эмоций взглянул на Вейва, стоящего позади них. Его малиновые глаза смеялись, но когда Вейв увидел полное безразличие, ему стало прямо-таки стыдно и неприятно. — И что это такое с Соарином? Он вообще последнее время сам не свой, — обратившись к приятелю, произнёс синеволосый. — Сам не знаю. Странный он, — согласился Файер Стрик.       Тем временем Вондерболт с кандидаткой вошли в относительно небольшое помещение, где находились раздевалки и душевые. Итак, пройдя в женскую раздевалку, Соарин открыл дверь одного из шкафчиков и сказал: — Вот твоя форма: она как у запасного. Одевайся и приходи к нам.       После этого парень удалился, оставив Рейнбоу одну. В раздевалке было довольно-таки приятно: с одной стороны стояли личные шкафчики, которые могли запираться на ключ, с другой — скамейки. Тут приятно пахло жасмином благодаря ароматизаторам.       Что ж, у Дэш не было времени разглядывать помещение: ей нетерпелось уже выйти на поле. Она быстро переоделась в спортивную форму; это были шорты примерно до колена и футболка, всё в желто-синих тонах. Форма запасного отличалась от формы полноценного участника лишь соотношением этих цветов на одежде. В ней было довольно удобно двигаться, так что девушка осталась довольна.       И вот оставалось лишь несколько минут до самой настоящей игры с кумирами. От неё целиком и полностью зависело будущее Рейнбоу. А если она выступит плохо? Если не впечатлит их? Это ведь будет позор... По сути, все зависит от решения Соарина. Хорошем ли было решением положиться на него в таком вопросе? Уж больно странно он начал себя вести с самого момента попадания спортсменки сюда.       Так или иначе, уже ничего не изменить; остается только показать себя в наилучшем свете и надеяться на его одобрение. Но Дэш всё не покидали странные чувства по отношению к заместителю капитана.       Что-то тут нечисто...