A knife in the thread

"Правильное слово может быть эффективным, но, ни одно слово не может быть столь же эффективно, как правильно рассчитанная по времени пауза."

Марк Твен

      Беннетт сосредоточенно допивала свой кофе, явно пытаясь экстренно прийти в себя после вечеринки. Она ссутулилась над почти пустой кофейной чашкой и выглядела так, будто каждое движение давалось ей с огромным трудом. Кэролайн наоборот, не могла успокоиться.       Катарина наблюдала за ними, медленно потягивая эспрессо. После нападения на Вики её нервы были натянуты, как струны, и даже в этом, казалось бы, безопасном кафе она не могла расслабиться. Каждый шорох, каждый неожиданный звук заставлял её внутренне вздрагивать, хотя внешне она оставалась образцом спокойствия. Особенно когда Бонни всё ещё находилась в зоне риска. Она не могла бросить другую ведьму в потенциальной опасности.       Где-то по городу бегал опасный вампир и судя по удивленной реакции Стефана на вечеринке, нападавшим был не он. Итак, уже два вампира в городе. А может и больше. Черт. — Почему он не запал на меня? — внезапно разорвала тишину Кэролайн. Голос дрогнул, и она сложила руки под подбородком, будто хотела спрятаться за ними. — Знаете, почему парни, которые мне нравятся, никогда не хотят меня?       Она металась глазами между подругами, надеясь найти ответ хоть в чьём-то взгляде. — О, я в это не лезу, — отмахнулась Бонни и прикрыла глаза рукой, словно даже отвечать на подобное было выше её сил. — Я веду себя не так. Я всегда говорю что-то не то. И… — Кэролайн замялась, потом тяжело вздохнула и посмотрела на Бонни, — Елена всегда говорит правильные вещи. Она даже не пытается! И он просто выбирает ее. И все всегда выбирают ее, за что бы то ни было. — Кэролайн слегка всплеснула руками, расстроенная. — А я так стараюсь, и… Я никогда не становлюсь единственной. — она беззвучно усмехнулась. — Это не соревнование, Кэролайн. — мягко заметила Бонни.       Кэролайн упрямо сдвинула брови и посмотрела ей прямо в глаза: — Нет. Это оно и есть.       Она повернулась к Катарине: — А ты что думаешь?       Катарина откинулась на спинку стула, делая глоток кофе. Горячий напиток обжёг язык, но она даже не поморщилась. Горький вкус эспрессо разлился по её нёбу, давая ложное ощущение контроля над ситуацией. — Думаю, твоя ценность не измеряется тем, нравишься ты какому-то парню или нет, — спокойно сказала она. Но в её голосе не было насмешки. Только холодная, почти клиническая констатация факта.       Она на секунду замолчала, глядя на поверхность стола, а потом поставила чашку в сторону и выпрямилась. — Но, если серьёзно… — Катарина взглянула на обеих. — Стефан даже шанса тебе не дал. Он с первого дня просто зациклился на Елене. — Она заговорила тише, задумчивее, больше для Бонни, чем для Кэролайн. — И это странно. Не «мило странно», а… жутко странно.       Последние слова она произнесла почти шёпотом, и в них звучала та самая тревога, которую она так тщательно скрывала все эти два дня.       Наступила короткая пауза. — Пошли платить, — выдохнула Бонни, отодвигая стул с тихим скрипом. Глаза её были полуприкрыты, будто даже этот простой разговор требовал невероятных усилий после суматошного вечера.       Катарина поднялась следом, её движения были плавными, как всегда, но сделав несколько шагов к кассе, она неожиданно замедлила шаг. Её взгляд, осторожный и цепкий, непроизвольно скользнул назад.       Кэролайн сидела, застывшая в странной неподвижности. Её пальцы медленно обводили край кофейной чашки, но взгляд, невидящий, расфокусированный, был устремлён куда-то в пустоту перед собой. Пока вдруг… не встретился с другим. Высокий парень с тёмными волосами, в чёрной куртке и с ленивой полуулыбкой на губах, смотрел прямо на неё. Но в этой улыбке было что-то… звериное. Будто он знал что-то, чего не знала она.       Кэролайн автоматически ответила улыбкой, слегка склонив голову. Её ресницы трепетно опустились в привычном, отточенном годами кокетливом жесте.       Катарина же не нашла в этом ничего, чему стоило бы улыбаться. Она замерла, едва заметно наклонив голову, будто пытаясь рассмотреть незнакомца под другим углом. Она не могла объяснить, почему, но каждый инстинкт в ней закричал.       Он держался, как человек, которому принадлежит комната. Даже когда она его заметила. Как охотник, уже знающий, что добыча не уйдёт. Не говоря уже о том, что он подозрительный мужчина улыбающийся пьяным школьницам по ночам в кафе. — Что-то не так? — голос Бонни прозвучал совсем рядом. Она стояла, держа в руках кредитную карту, и её нахмуренный взгляд скользил между Катариной и пустым теперь пространством у окна.       Катарина медленно моргнула. Ещё мгновение назад там был человек, а теперь… лишь слабый след в воздухе, будто кто-то провёл пальцем по поверхности воды. Даже чашка, стоявшая перед ним, исчезла без следа. — Нет, — ответила она, насильно расслабляя плечи. Голос звучал ровно, выверенно спокойно, но внутри всё сжалось в ледяной комок. Что-то холодное и скользкое пробралось под рёбра, заставляя сердце биться чаще. — Вы с Кэролайн пока идите к машине, — продолжила она. Голос Катарины звучал немного отстранено, — Я вас догоню. В туалет захотелось.       Бонни лишь безучастно пожала плечами, подхватила Кэролайн под руку и направилась к выходу, даже не оглянувшись.       Катарина же, сохраняя непринуждённый вид, двинулась в противоположную сторону. Но её цель была не уборная. Она чётко видела, как тень мелькнула за углом слишком быстро, слишком… неестественно.       Медленно, будто просто разминая ноги после долгого сидения, она прошла мимо туалетов, даже не замедлив шаг. Чёрный ход кафе встретил её резким переходом от яркого света к почти полной тьме. Переулок был узким, грязным, пахнущим затхлостью, старым пивом и чем-то ещё. Чем-то металлическим и резким, что она сразу распознала как запах крови, хотя обычный человек вряд ли бы уловил его в этой смеси ароматов. Она сделала несколько осторожных шагов, её кожаные ботинки почти бесшумно ступали по асфальту, покрытому мелкими камешками и осколками стекла. Остановилась. Прислушалась.       Тишина. Слишком глубокая, слишком… натянутая, будто сама атмосфера вокруг сжалась в ожидании чего-то.       Но он оказался быстрее. — И куда это мы направляемся в одиночку? — прозвучал голос сзади. Уверенный, ленивый, почти насмешливый. Словно они давно знакомы, и это всего лишь шутливый упрёк старого приятеля.       Катарина обернулась резко, но не настолько, чтобы выдать свою настороженность. Она инстинктивно отступила на шаг назад, создавая себе пространство для манёвра, если понадобится. Он стоял всего в двух метрах. Руки небрежно засунуты в карманы, губы искривлены в лёгкой ухмылке. В свете одинокого уличного фонаря его черты казались ещё более резкими, а бледная кожа почти фосфоресцировала в полумраке. Но самое пугающее были его глаза, они смотрели на неё с холодным любопытством, но в их глубине не было ни капли человеческого тепла или эмоций. Они были… пустыми — Свежий воздух, — произнесла Катарина медленно. — Разве нельзя? — Конечно можно, — он шагнул ближе, и в этот момент её инстинкты завыли, как сирена. Он двигался слишком плавно. Слишком бесшумно. Это был не человек.       Она моргнула и он уже стоял вплотную к ней. Его ладонь сдавила её горло, вжимая в холодную кирпичную стену так быстро, что она даже не успела среагировать. Затылок с глухим, болезненным стуком ударился о кладку, и в глазах на мгновение поплыли тёмные пятна. И да, вот оно, уже знакомое ощущение от прикосновения к вампиру.       Она знала о вампирах. Но, все эти книги, легенды и рассказы, которые она так тщательно изучала, рассыпались как песок между пальцев перед лицом реальной опасности. Ни одна книга не могла передать этого: ледяного прикосновения его пальцев, которые казались высеченными из мрамора, нечеловеческой силы, с которой он держал её, не прилагая видимых усилий.       Пальцы её непроизвольно дёрнулись к скрытым кинжалам, спрятанным в специальных ножнах и под заклинанием невидимости, но разум тут же подавил этот рефлекс. Бесполезно. Сталь не нанесет ему серьезного вреда. Она только больше разозлит его. А сейчас, в этом тёмном переулке, один на один с ним, она была абсолютно беззащитна. Это осознание ударило её с новой силой, заставив сердце бешено колотиться в груди. — Знаешь, — прошептал он, наклоняясь так близко, что губы почти касались её уха, — ты мне не нравишься.       Его голос был мягким, почти ласковым, но в нём сквозила угроза старого хищника. Ни капли сомнения или жалости, только холодная уверенность в своём превосходстве. — Ты слишком многое замечаешь. А мне не нравится, когда на меня слишком пристально смотрят.       Он отстранился на дюйм, и в этот момент его зрачки расширились, заполняя почти всю радужку. Голос опустился на октаву, превратившись в низкий, гипнотический гул — Ты забыла, что видела меня. Забыла разговор. Забыла всё.       Он пытался принудить ее. Он не понял кто она.       Это был ее шанс. Катарина позволила себе дрогнуть: её веки затрепетали, взгляд стал расфокусированным, губы слегка приоткрылись, как у человека, находящегося в лёгком трансе. Она нарочно сделала паузу, прежде чем пробормотать, тщательно имитируя замешательство и дезориентацию. — Простите… — выдохнула она с лёгким замешательством в голосе, специально разыгранным. — Я… это… я что-то уронила?       Он изучал её лицо, его холодные глаза скользили по каждому её мускулу, ища признаки сопротивления или обмана. Настороженность в его взгляде постепенно сменилась удовлетворением, когда он не нашёл того, что искал. Он купился. — Всё в порядке. Ты просто вышла подышать. Всё нормально, правда? — его голос снова стал обычным, хотя в нём всё ещё звучали те странные, гипнотические обертоны, которые должны были закрепить эффект. — Ага… — она кивнула, намеренно делая движение немного замедленным, будто всё ещё находясь под влиянием. — Да. Всё нормально…       Он кивнул снова. Улыбка теперь была почти тёплой. Почти. — Береги себя.       И исчез. Буквально. Один миг и переулок снова был пуст, будто его и не существовало никогда. Только лёгкое движение воздуха выдавало, что здесь только что кто-то был. Катарина прислонилась к стене, чувствуя, как тремор поднимается от колен к животу, а затем разливается по всему телу.       Он не узнал. И, самое главное он не понял, что это не сработало. Вампирское принуждение было бесполезно против ведьмы.       Но если бы он решил не тратить время на слова…       Она резко сжала челюсти, чувствуя, как адреналин жжёт вены. В теории она знала, что делать. Но теория на то и теория, что остается ею. Она умела драться с ведьмами. Но ведьмы не двигались с такой скоростью. Не исчезали в воздухе. Не смотрели на тебя так, будто ты уже мёртв.       Спина сама прислонилась к стене, когда ноги на мгновение подкосились. Из груди вырвался короткий, нервный смешок. Ну что ж… Похоже, убийца найден.       Её руки, обычно такие твёрдые и уверенные, мелко дрожали, когда она сжала их в кулаки, пытаясь вернуть контроль. Сердце колотилось так сильно, что пульс отдавался в висках, создавая странный, тревожный ритм. Она не чувствовала себя настолько беспомощной… наверное, с четырнадцати лет.       Но ничего. Она справится. Она всегда справлялась.       Катарина глубоко вдохнула, выравнивая дыхание, и оттолкнулась от стены. Девочки не должны ничего заподозрить. А ей… ей нужно было научиться убивать вампиров. Быстро.       Когда спустя минуту она вышла на парковку и подошла к машине уже ничего в ней не указывало на то, что только что произошло. Она двигалась спокойно, дыхание было ровным, мышцы под контролем. Казалось, весь недавний страх вытеснили сталь и самообладание.       Дорога до дома Кэролайн заняла всего пару минут. Плюсы маленького города. Она припарковалась напротив аккуратного двухэтажного здания, оставив мотор работать. Фары выхватывали из темноты подъездную дорожку, аккуратно подстриженные кусты и ступеньки крыльца. Хватит, чтобы пьяная Кэролайн не свернула себе шею по дороге. Катарина наблюдала через зеркало заднего вида, как Кэролайн потянулась к ручке. Это не ее дело.       Это не ее дело.       Но она помнила как этот неизвестный вампир смотрел на Кэролайн. Как он очевидно выбрал самое уязвимое звено среди них. Как он уже почти убил другую девушку сегодня ночью. Так что пока Форбс не успела выйти из машины, Катарина резко повернулась. Одна ее рука на руле, другая на подголовнике ее кресла. — Хэй, Кэролайн? — Ее голос тихий, но твердый. — Будь осторожна и не открывай незнакомцам дверь.       Кэролайн раздраженно закатила глаза, — Я пьяна, а не превратилась в пятилетнего ребенка. — Немного ехидно улыбнулась. — И моя мама Шериф.       Она выбралась из машины, неловко хлопнула дверью и, покачиваясь, побрела к дому. Сквозь лобовое стекло было видно, как она, наконец, возится с замком, потом исчезает за дверью. Катарина села прямо в своем кресле и они с Бонни смотрели, как Кэролайн заходит в дом.       Как только в окнах загорелся свет, Бонни заговорила. — В кафе что-то все-таки случилось, не так ли? — Она повернула голову к Катарине.              Катарина все еще смотрела на дом перед ними. Она промычала и неопределенно покачала головой, сложив руки на руле. — Не совсем, просто…плохое предчувствие.       Этот вампир не знал, что принуждение не сработало и она хотела, чтобы так и оставалось. А значит она не могла просто рассказать все Бонни и надеяться, что та не разболтает все своим подругам. И всегда существовала вероятность, что он где-то неподалеку и подслушивает их разговор. Осторожность никогда не подводила её.       Катарина повернулась к Бонни, слабо улыбаясь и разбивая повисшее между ними напряжение. — Итак, теперь твой дом. Показывай дорогу.

***

      Катарина закрыла за собой дверь дома, щёлкнув всеми замками. Она специально сделала крюк через весь город. Никаких следов. Никакого наблюдения. Но привычка — вторая натура.       В прихожей она замерла на секунду, прислушиваясь. Тишина. Только холодильник гудел на кухне. Проверила ловушки. Тонкие нити магической сигнализации у окон и заднего двора остались нетронутыми. Никто не приходил.       Тогда и только тогда позволила себе расслабить плечи.       Ванная встретила её ледяным кафелем. Катарина включила воду, давая ей нагреться, и пока ждала, методично проверяла шею в зеркале. Она стянула водолазку. Синяки от хватки вампира уже проступили чёткими лиловыми тенями. Небрежно. Непрофессионально. Однако, все еще могли стоить ей жизни. Она сжала губы.       Кончик кинжала блеснул в искусственном свете. Лезвие легко рассекло подушечку пальца. Капля крови упала в раковину, вторая растеклась по кончикам пальцев, теплая и липкая. Она провела окровавленным пальцем по синякам, шепча слова заклятия. Магия вспыхнула жгучим холодом: синяки побледнели, затем растворились совсем.       Но шрам…       Её пальцы замерли над тонкой белой линией у ключицы. Старый порез. Бледный, почти незаметный, если не знать, где искать И, увы, неподвластный исцеляющей магии. Кровь стыла на коже, но шрам оставался. Бледный, как напоминание о прошлых ошибках. Вики выжила. Чистая случайность. Как и то, что сегодня она сама ушла из переулка живой. Две «оплошности» подряд уже закономерность. Вампир явно не хотел привлекать внимание. Или…       Она резко смыла остатки крови. Вода окрасилась в розовый, затем снова стала прозрачной. Пустые догадки. Она даже не знала, кто этот вампир. А без фактов все эти теории не стоят даже крови, которую нужно на них потратить.       Катарина натянула лонгслив с высоким воротом, скрывая шрам. Утро уже стучалось в окно. Ей нужно было скорректировать свои тренировки, добавить больше защитных заклинаний по периметру дома и больше никогда не становиться беззащитной жертвой.

***

      Утренняя тренировка подходила к концу. Сердце стучало ровно, дыхание выравнивалось, а мышцы приятно ныли после нагрузки. Сквозь кроны деревьев начинали пробиваться первые полосы света, тусклые и ещё холодные, как и сам лес в это время суток. Катарина замедлилась, перешла на шаг и вытерла вспотевший лоб тыльной стороной ладони. Воздух был густым от сырости и хвои, пах прелыми листьями и землёй. Где-то недалеко щебетала птица, но утренний лес казался слишком тихим.       Что-то зацепило её взгляд. Поодаль, между деревьями, стояла палатка. Бежевая, немного выцветшая, казалось бы, ничем не примечательная. Обычный кемпинг для туристов. Катарина бы прошла мимо, если бы не алое пятно, расплывшееся по её вершине. Как будто шёл дождь из крови. Когда она приблизилась что-то хлюпнуло, капля сорвалась с натянутой ткани и упала на землю рядом с её кроссовками. Она подняла взгляд.       С нижней ветки ели, тяжело покачиваясь в утреннем ветерке, свисало тело мужчины. Тёмная куртка была разодрана, шея вывернута под неестественным углом, а кожа бледная, почти серая. Его пальцы едва касались ствола, как будто он пытался за что-то зацепиться в последние секунды. Из широкой раны на шее кровь всё ещё сочилась: медленно, вязко, капая прямо на палатку.       Катарина застыла. Ни крика, ни шагов, ни шороха. Ничего. Только глухое постукивание капель и звук её собственного дыхания. Она нахмурилась, вглядываясь в лицо мертвеца. Она его не знала. Просто какой-то мужчина. Турист, может быть. Или бродяга. Или вообще кто-то местный, кому не повезло оказаться не в том месте, не в то время.       Вдох. Выдох. Мог ли это быть тот самый вампир, с которым она столкнулась вчера? Он оставил её в живых, по каким-то своим причинам, возможно, просто ради забавы. Но этот парень не был таким везучим. Или это сделал кто-то другой?       Катарина коротко повела плечами, будто стряхивая с себя мысль. Пот на коже уже начал остывать, оставляя после себя липкий, неприятный холод. Опыт подсказывал не задерживаться. В таких ситуациях главное не быть на месте преступления, когда туда приезжают копы.       Катарина ещё раз осмотрелась. Тишина. Ни звука сирен, ни треска раций. Но это лишь вопрос времени. Кто-то обязательно найдёт это место. И когда это произойдёт, ей лучше быть как можно дальше отсюда.       Не теряя времени, она развернулась и, ускоряя шаг, углубилась в лес. Не бегом, это было бы слишком подозрительно. Просто пешком. Спокойно, уверенно. Как будто она не видела ничего. Как будто просто закончила пробежку.       Вернувшись домой, Катарина сразу отправилась в душ. Холодная вода стекала по разгорячённой коже, смывая усталость и остатки липкого напряжения, въевшегося в мышцы после утреннего леса. На всю рутину ушло около получаса. Всё шло по распорядку, будто ничего не случилось. И в этой притворной нормальности было что-то странно успокаивающее.       Одевшись, она взяла телефон и набрала короткое сообщение Бонни: «Выезжаю». Они договорились ещё накануне, что Катарина будет за рулём. Из всей компании именно она на вечеринке держалась дальше от алкоголя, и теперь это логично превращало её в водителя. Она не возражала. Во-первых, так она сохраняла контроль. А во-вторых могла избежать ненужных вопросов о том, где живёт. Её дом — это линия, которую никто не должен был пересекать. И девочкам об этом знать было не обязательно.       Маршрут был заранее определён: сначала за Бонни, потом за Кэролайн и все вместе в школу. После занятий им предстояло заехать в кофейню, где осталась машина Бонни. Простой план, без лишних поворотов. Предсказуемость была именно тем, что ей сейчас требовалось. Всё оставалось под ее контролем.       Катарина свернула с главной дороги, и её машина затормозила у скромного дома семьи Беннеттов. Солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы слепить глаза. Она коротко нажала на клаксон один раз.       Спустя несколько секунд дверь дома открылась, и на крыльцо вышла Бонни. На ней была простая футболка и джинсы, волосы легкими кудрями спадают на плечи, на лице лёгкая настороженность, как будто она не была до конца уверена, стоит ли вообще садиться в эту машину. — Привет, — бросила она, садясь на пассажирское сиденье. — Спасибо, что заехала. Ты реально подбираешь людей, как Uber? — Только когда они собираются позвать меня в ковен, — усмехнулась Катарина, отъезжая от обочины.       Бонни рядом фыркнула, пристегиваясь. — Как утро, мирное? — Катарина бросила на неё быстрый взгляд, выруливая обратно на дорогу.       Беннетт пожала плечами, — Никаких видений, если ты об этом.       Спустя пару десятков метров Катарина заметила знакомую фигуру на тротуаре, это была Кэролайн. Тёмно-синяя рубашка в мелкую клетку, лёгкий дневной макияж, волосы собраны, ни единой выбившейся пряди. Она выглядела так, будто совсем не пила вчера. Заметив машину, она весело махнула рукой и с бодрым шагом подошла, садясь на заднее сиденье. — Девочки, доброе утро! Угадайте, какие сегодня дела у меня в списке? — Убить кого-то за недостаточно позитивную энергию? — пробормотала Катарина.       Кэролайн рассмеялась. — Нет, но ты близка. Сегодня у нас подготовка к вечеру кометы! Плакаты, флаеры, организация… Ну, ты понимаешь. — Она подалась вперёд, просунув голову между сиденьями, сияя взглядом. — И ты тоже в этом участвуешь. Твой статус новенькой тебя не спасет, так и знай!       Катарина скосила на неё взгляд: — Вечер чего? — Кометы! — с энтузиазмом повторила Кэролайн. — Она пролетит мимо, впервые за сто с… с чем-то там лет, не помню точно. Город решил сделать из этого событие, и угадай, кто в комитете по организации? Правильно. Я! — Она довольно указала на себя пальцем. — Естественно, — прокомментировала Бонни, лениво. — Ты во всех комитетах. Когда ты вообще спишь? — Сон для тех, кто не может делегировать, — отрезала Кэролайн, гордо расправляя плечи. — К тому же, без меня всё бы превратилось в хаос. Люди до сих пор не понимают, что флаеры нельзя печатать Comic Sans’ом. Вообще ничего нельзя им печатать, это безвкусно. — Уверена, что твоя праведная миссия спасения дизайна будет отмечена в летописях, — сухо заметила Катарина, сворачивая на длинную дорогу, ведущую к школе. — Ещё как будет, — не моргнув, ответила Кэролайн и, довольная собой, откинулась на спинку сиденья.       Ненадолго повисло молчание, нарушенное её голосом: — Кстати, вчера я видела одного парня… — Он горячий? — спросила Бонни. — Он слишком взрослый для тебя, — одновременно сказала Катарина.       На секунду в салоне стало тихо.       Кэролайн прищурилась — Я не говорила, сколько ему лет. Ты что, тоже его видела?       Катарина мысленно чертыхнулась. На миг её пальцы чуть сильнее сжали руль, но голос остался ровным: — Нет, — Ложь скользнула легко. — Ты назвала его не по имени, а значит это незнакомец. Что автоматически означает, что он не наш ровесник, потому что иначе ты бы его знала.       Она пожала плечами, будто объяснила очевидное. — Логично, — протянула Бонни и тихо присвистнула.       Кэролайн уставилась на Катарину чуть дольше, чем было нужно. — Ты как мамочка. Тебе что, шестьдесят? — Я просто веду себя разумно. Адекватный взрослый мужчина не заинтересуется девочкой…       Катарина обернулась, оценивающе посмотрела на Кэролайн. — Тебе сколько? Шестнадцать? — Почти семнадцать между прочим, — гордо ответила та. — И я достаточно взрослая. — Правда? Это ты говоришь, пока у тебя на рюкзаке висит брелок в виде сердечка с надписью Team Edward? — Ой, пожалуйста, ты что, не читала? Эдварду было больше сотни лет, а он влюбился в школьницу. Романтика! — Ну вот именно, — сказала Катарина. — Он был древним сталкером с блестящей кожей. Это не романтика, это повод звать полицию.       Бонни тихо хмыкнула со своего места. — И всё же миллионы девочек до сих пор мечтают о нём.       Катарина пожала плечами. — Люди до сих пор верят в гороскопы и рассылают цепочки удачи по СМС. Это не значит, что это не бред.

***

      Когда Катарина зашла в класс перед занятием, Стефан бросил на нее долгий, внимательный взгляд. И вот это уже было странно.       Это её напрягало. У неё не было никаких доказательств, что Сальваторе нападал на кого-то в городе. Но и опровергнуть это она тоже не могла. А значит, ей нужно было как можно скорее с ним разобраться. Сам факт того, что вампир учится в одной с ней школе, ходит по тем же коридорам и даже общается с теми же людьми, не давал ей расслабиться ни на секунду. Но выходить в открытую конфронтацию пока не вариант. У нее даже подходящего оружия нет.       Вместо записей урока, Катарина чертила формулы в своем блокноте. Для кого-то другого это было бы бессмыслицей, но не для нее. Спасибо отцу, что вдалбливал в нее магические знания с детства.       У вампиров есть несколько слабостей: солнце, вербена и дерево. А если смотреть глубже, с точки зрения магии, то становится ясно: все эти элементы сыграли ключевую роль в их создании. Но была и ещё одна составляющая, без которой ни вампиры, ни ведьмы, ни оборотни не могли бы существовать как вид — магия.       Значит, если магия их основа, то она же может стать их уязвимостью.       Катарина не могла таскать с собой деревянные колья на каждый случай жизни. Это было неэффективно. Ей нужен был способ забирать у вампиров то, что делало их сверхъестественными. Ей нужно было добраться до самой сути. До магии.       Когда прозвенел звонок с урока и все быстро стали собирать вещи, Катарина не торопилась. Она медленно поднялась со стула, собрала свои вещи в сумку и к тому моменту, как накинула её на плечо, кабинет уже был пуст. Она не испытывала восторга от идеи, которую сейчас хотела осуществить. Таннер высокомерный и раздражающий придурок, Но, помимо этого, он всё-таки учитель истории и, к несчастью, ещё и коренной житель Мистик Фоллс. А значит, вполне логично, что именно к нему новой ученице стоило бы обратиться за информацией.       Катарина подошла к его столу. Таннер даже не удосужился поднять глаза, продолжая перебирать бумаги. — Нет, я не даю продлений на задания, — буркнул он. — Если не справились в срок это уже не моя проблема. — Я не про домашку, — спокойно ответила Катарина.       Он вздохнул с преувеличенным раздражением и наконец посмотрел на неё. — Тогда чего? — Вы ведь давно живёте в Мистик Фоллс? — Что, собираешься писать школьный доклад о местных пенсионерах? — фыркнул он. — Да, живу. Что дальше? — Просто, с тех пор как я переехала было уже несколько нападений животных. Тут такое часто? — Я учитель истории, а не комитет по контролю диких животных, — отрезал он. — Хочешь статистику, то иди в городской архив. Или спроси у шерифа, если уж так любопытно.       Он вернулся к своим бумагам, явно считая разговор завершённым.       Катарина лишь коротко кивнула и вышла из кабинета. Она и не рассчитывала на большее.       Дверь едва щёлкнула за спиной, как перед ней уже стоял Стефан, перегородив путь. Катарина выгнула бровь на это поведение. Рука автоматически крепче сжала ремешок сумки. Он что-то понял? Они были в школе полной людей, так что нападать он на нее точно не будет. — Стефан, — произнесла она. Не вопрос, скорее осторожная проверка.       Он чуть смутился, сделал шаг назад и натянуто улыбнулся: — Прости. Просто… хотел узнать, ты в порядке?       Катарина прищурилась. В голове закрутились шестерёнки. — В порядке. А не должна быть?       Стефан покачал головой, всё ещё сохраняя натянутую улыбку. Но взгляд на мгновение дернулся в сторону. Туда, где ворот её кофты закрывал шею. — Нет, что ты. Просто после вчерашнего… В общем, решил убедиться. — Интересно, — Катарина скрестила руки на груди. — Ты ко всем подходишь с такими вопросами или только ко мне?       И разве это было не подозрительно? С какой стати Стефану волноваться о её самочувствии? Парень, который не может оторвать от Елены взгляд хотя бы на пять минут, вдруг спрашивает у другой девушки про ее самочувствие. Если только…он знает, что у нее вчера была стычка с другим вампиром? — Нет, просто… вчера ты выглядела шокированной, — пробормотал он и вдруг кивнул в сторону её шеи. — Сегодня у тебя высокий воротник?       Ах вот оно, что. Стефан действительно знал. Ну разве не прелесть?       Катарина усмехнулась. — Да, так же как вчера. И позавчера, — бросила она спокойно.       Правда. Не ее вина, что Стефан обратил на это внимание только теперь, когда на нее напал другой вампир.       Стефан чуть смутился под её взглядом, отвёл глаза и быстро убрал руку, которой только что указал на воротник. — Просто… ты выглядела напряжённой. Думал, может, кто-то обидел. — Кроме Таннера? — спокойно уточнила она.       Он невольно усмехнулся, но быстро взял себя в руки. — С ним, думаю, каждый день повод для стресса.       Катарина кивнула, будто соглашаясь, но не переставала смотреть на него в упор. Он колебался. А значит что-то знал. — Ты часто так беспокоишься о новых учениках? — Только когда они… ну, кажутся встревоженными, — мягко сказал он. — И я сам новенький, понимаю каково это.       Она чуть склонила голову, разглядывая его. — Ты странный, Сальваторе, — сказала она, но без укола. — Такое уже говорили, — слабо улыбнулся он. — То есть ты всерьёз решил, что со мной что-то случилось? — Нет, — ответил он, но слишком быстро. — Просто хотел убедиться.       Она ещё мгновение молча смотрела на него, будто пыталась разглядеть что-то за этой улыбкой. Но, в конце концов, просто кивнула: — Ну, спасибо за участие. Всё отлично. Правда.       С этими словами она прошла мимо него, специально обогнув, чтобы не задеть плечом. Кое-что полезное она все же узнала. Тот неизвестный вампир и Стефан знакомы. Или как минимум как-то связаны.       Вместо обеденного перерыва Катарина собиралась поехать домой. Во время урока у нее появилась одна идея по поводу ее кинжалов, которую она хотела поскорее попробовать осуществить. В голове вертелись формулы, схемы, куски старых ритуалов, но выйдя во двор она остановилась. Неподалеку разговаривали Мэтт и Елена.       Катарина подошла поближе, чтобы слышать о чем они говорят. — Да, — коротко сказал Мэтт. Пауза. — Я позвонил маме, оставил сообщение. Она в Вирджиния-Бич со своим парнем, так что… посмотрим, сколько времени ей потребуется, чтобы примчаться домой. — Вики повезло, что с ней всё в порядке.       Они говорили о вчерашней девушке. Получается Вики сестра Мэтта? Интересно. Несмотря на тот факт, что Катарина собрала достаточно информации о Мистик Фоллс были еще детали, которых она не знала. Как например эта. К сожалению не все можно узнать с помощью архивов.       Катарина достала телефон, делая вид будто проверяет сообщения. Мэтт и Елена тем временем продолжали разговаривать. — Я знаю, — сказал Мэтт. — А теперь ещё и о пропавших туристах ходят слухи. — Она сказала, что за животное на неё напало? — спросила Елена. — Она сказала, что это был вампир, — ответил он, не понижая голоса. — Что? — Елена, очевидно, ожидала что угодно, но не это. — Да. Проснулась посреди ночи, пробормотала «вампир» и снова вырубилась. — Ладно, это… странно. — Она, кажется, была пьяна, — пожал плечами Мэтт. — Так что… у тебя что с этим новеньким?       И вот на этом Катарина перестала слушать. Она убрала телефон в карман и направилась к машине. Нужно было всё разложить по полочкам. Информации становилось больше, но ключевые куски всё ещё выпадали из общей картины.       Почему тот вампир не стер Вики память? С ней то он попытался это проделать. Или он попытался, но не вышло, потому что Вики тоже сверхъестественная? Мэтт простой человек, это факт. Но они могут быть наполовину родные. Или Вики приёмная. Всё возможно.       Катарина раздраженно хлопнула дверью, садясь за руль. Она чувствовала себя так, словно блуждает в темноте, то и дело натыкаясь на предметы, но не имея ни малейшего представления о самой комнате. Ей нужно было больше информации.       Полиция скрыла информацию о трупах в лесу. Значит, власть в городе в курсе чего-то, чего не говорят вслух.       Катарина вырулила со школьной стоянки.       Она подружилась с детьми семей основателей, как и планировала. Проблема только в том, что она все еще новенькая. А со всеми этими убийствами ей даже делать ничего не нужно, чтобы попасть под подозрение. Кэролайн под запретом. С её матерью-шерифом это слишком рискованно. Тайлер та же история.       Оставалась только Елена.              Катарина с отвращением отмахнулась от мысли, но факты были фактами: ей повезло, что родители Гилберт мертвы.       Она приехала в этот город со своей целью, а теперь ей приходилось играть в глупые вампирские расследования.       Дом встретил её привычной тишиной. Катарина тут же задвинула шторы, отгородившись от мира. Сбросила сумку на диван, скинула куртку и прошла в свою спальню. Там её уже ждал стол, заваленный магическим хаосом: раскрытые гримуары с потрепанными страницами, банки с высушенными травами, выцветшие рисунки, вырванные из блокнота, и аккуратно сложенные обрывки пергамента с рунами.       Свечи расставить было делом пяти минут. Точнее, даже меньше. Пальцы сами знали, куда ставить. Она обошла круг, не спеша, устанавливая каждую свечу строго по направлению сторон света. Как только свечи стояли на своих местах Катарина довольно кивнула. Щелчок пальцев и каждая из них зажжена. Катарина сморгнула короткое головокружение. Такое применение магии было не совсем в духе её ковена.       Задумчиво она откинула ковёр ногой, оголив тёмный деревянный пол. Затем опустилась на колени и взяла в руки мел старый и стертый, но всё ещё оставляющий чёткий след. Под её пальцами постепенно вырисовывался магический круг. Линии ложились уверенно, плавно. Каждый изгиб, каждая руна были частью одного узора.       Круг был не слишком большим, ровно настолько, чтобы вместить оба её кинжала. Она достала их из зачарованных ножен, и, не колеблясь, одним из лезвий проколола палец. Кровь выступила тут же, ярко-красная, густая. Не позволяя себе ни секунды промедления, Катарина провела окровавленным пальцем по внешней границе круга. След из крови лёг на мел, как печать, активируя магический контур. Внутри неё что-то дрогнуло, будто круг отозвался на прикосновение.       Она убрала кинжал, взяла второй и разрезала кожу на предплечье. Аккуратно, но глубже, чем раньше. Кровь хлынула сильнее, и она быстро отодвинула руку в сторону, подальше от круга, чтобы ни одна капля не упала раньше времени. Это было важно. Слишком рано и всё пойдёт не так. Её магия была требовательной, капризной, почти живой.       Другой рукой, всё ещё чистой, она осторожно положила кинжалы в центр круга: рукоятки параллельно друг другу, остриё к острию. Затем вытряхнула на них содержимое двух небольших баночек: высушенный и тщательно измельчённый львиный зев, за которым тянулся лёгкий травяной аромат, и чёрная пыль белладонны. Смесь укрыла металл, словно пряча его от глаз, кинжалы исчезли под плотным слоем магической пыли.       Катарина хмыкнула, как же все это навевает воспоминания.       Она подняла раненую руку над кругом, стиснув пальцы, чтобы контролировать поток крови. Капли стекали медленно, вязко, и падали на порошок в центре. — Sanguis Nexus. — Она произнесла привычно, каждое её кровавое заклинание начиналось так. Кровь вспыхнула более ярким цветом, будто отвечая на ее призыв. Или скорее это делала магия в ней. — Fiat ferrum vas, fiat venenum clavis. Fiat alterius potentia mea.       Голос её был ровным, спокойным, почти торжественным.       По сути она превращала свои кинжалы в сифонерские. О, какая ирония. Интересно её отец был бы в ярости или наоборот в восторге?       Свечи вокруг вспыхнули ярче. Воздух заполнился запахом палёной травы и железа. Вены на её руке на секунду засветились изнутри, как если бы магия проходила по ним напрямую. Что она на самом деле и делала.       Кинжалы оставались безжизненно неподвижны. Ни шороха, ни пульсации. Магия в воздухе не усилилась, наоборот словно застыла. Как вода, в которую бросили камень, но волны почему-то не разошлись.       Катарина нахмурилась. Она почувствовала лёгкое головокружение, как всегда после работы с кровью, но в остальном тишина. Магия не отзывалась. Не текла. Не впитывалась в металл. — Серьёзно? — выдохнула она, не скрывая раздражения.       Она осторожно дотронулась до круга, проверяя связь. Но ничего не откликнулось. Просто остывшая кровь на порошке, затвердевшая в почти черную корку. Обычный металл. Обычный мел. Ни малейшего признака активации.       Скривившись, Катарина осторожно подтянула к себе один из кинжалов, сдувая остатки порошка. Лезвие было холодным, как и раньше. Ни рун, ни свечения. Даже не вибрации. Только еле заметное пятно её собственной крови на рукояти — бесполезное, если нет заклинания, чтобы направить её.       Она рухнула на пол, села прямо перед кругом, упёршись локтями в колени, и долго смотрела на свои руки. Потом тяжело выдохнула: — Окей. Где я накосячила?       Оглядев схему круга, она быстро пробежалась взглядом по каждой руне. Все на месте. Наклон верный, геометрия точная. Она чертила его сотни раз, и эта версия была адаптирована под кровавую магию. Вроде всё должно было сработать… — Может, формулировка? — пробормотала она себе под нос. — Или трава старая… хотя нет, порошок точно был свежим.       Она потянулась к блокноту, раскрыла нужную страницу. Заклинание выглядело правильно. Но потом, прищурившись, она увидела кое-что. — …блядь. «Ferrum vas», не «ferrum vasa». Я попросила сделать сосуд, а не два. Чёртовы падежи.       Щёлкнула языком, раздражённо провела рукой по лицу. Казалось бы, такая мелочь. Но магия зачастую не прощала ошибок, даже грамматических. Особенно такая магия, как ее, где каждая деталь должна быть выверенной. Вот ведь. Ведьмы, которые могут просто махнуть рукой и у них тут же получается заклинание такие везунчики. Она посмотрела на свечи, огонь начал понемногу затухать, как будто сам разочаровался в ней. Катарина вздохнула, провела пальцем по порезу, читая заклинание исцеление. — Ну ничего, — пробормотала она, осторожно поднимаясь. — Попробую завтра. С другим заклинанием. И без идиотской латыни. Может старофранцузский будет ко мне более благосклонен.       Не торопясь и не делая резких движений, она убрала свечи, вытерла пол, закинула порошок обратно в банки.       Потом пошла на кухню, выпила витамины, достала из холодильника гранатовый сок и сделала большой глоток. У неё ещё был весь день впереди. И, чёрт возьми, школа.

***

      Катарина отказалась от посиделок с девочками в пользу архивов. Однако вместо этого ей пришлось пообещать, что она обязательно поможет с организацией вечера кометы.       Она устроилась за столом у дальней стены. Лампа над головой тускло мерцала, а монитор отбрасывал на её лицо холодное голубое сияние, делая кожу почти прозрачной.       Тишину нарушал лишь слабый гул вентиляции да щелчки клавиатуры. Периодически она отводила взгляд от экрана, проверяя не идет ли в ее сторону архивист. Официально она пришла сюда из-за школьного задания по гражданской войне. Неофициально она искала упоминания о нападениях животных.       Первое нападение животных в архивах датируется 1953 годом. Четыре обескровленных трупа.       1962 год то же самое, но теперь уже пять человек. В заметке мельком упоминались «странные следы» на шеях, но выводы полиции сводились к нападению диких животных.       1974.       1994 год. Одна из жертв беременная женщина.       Катарина в отвращении поморщилась. Каким же ублюдком надо быть. Похоже, в 94-м психопат обитал не только в Портленде.       Она щелкнула мышкой, открывая статью полностью. Взгляд зацепился за знакомую фамилию. Убитой была Гейл. Гейл Сальваторе.       Катарина откинулась на спинку стула, не сводя глаз с букв. Это могло быть совпадением. Но она не очень верила в такие совпадения.       Она быстро набрала ‘Сальваторе’ в поиске.       Первая статья была 1912. Был убит Захария Сальваторе. Следом шла статья 1922 года, рассказывающая, что убийцей была Саманта Гилберт. Женщина сошла с ума и в течение почти десятилетия убивала горожан, после чего не выдержала и покончила жизнь самоубийством. Катарина достала блокнот и записала эту информацию на всякий случай. В таком городе как Мистик Фоллс почти всё было связано с чем-то магическим. Она была готова поспорить, что и эта ситуация не была исключением.       После шли несколько архивных записей о лесопилке и строительстве моста Викери, та же новость 94 года и вот оно. Снова 1953 год, Джозеф Сальваторе найден мертвым в собственном доме.       К статье была прикреплена старая видеозапись, телерепортаж, выцветший от времени. Катарина включила его, приглушив звук до нуля. Слова её не интересовали. Первые секунды на записи не было ничего особенного, но потом оператор навел камеру на человека вдалеке, и Катарина тут же поставила видео на паузу.       Она достала телефон и сделала фотографию экрана. На записи, около дома, стоял Стефан Сальваторе. И вот это уже точно не было совпадением.       Катарина удалила историю поиска, набрала несколько запросов по гражданской войне и перешла по нескольким ссылкам. Одна из них оказалась про битву при Виллоу-Крик.       Катарина скучающе пролистнула страницу вниз, она уже читала про эту битву несколько раз. 27 жертв среди населения, сожжены в церкви Феллс. Её палец замер на колесике мыши. Внизу была маленькая сводка, что это так же был период пролета кометы. Она…не обращала на это внимания раньше. Боже, почему всё в этом городе было таким подозрительным и сверхъестественным.       Катарина сжала переносицу пальцами, устало выдыхая. Она выключила компьютер. Хватит на сегодня. Прочтет слишком много информации и она просто вся смешается у нее в голове.       Она вытянула руки над головой, потягиваясь. Несколько суставов хрустнули. Тело затекло от долгого нахождения в одной позе. Самое время провести еще одну тренировку.

***

      Катарина сидела перед кругом из мела. Так же, как и вчера. Всё внимание было сосредоточено на двух кинжалах, лежащих перед ней: рукоятками параллельно друг другу, остриё к острию. Горящие свечи расставлены вокруг. Металл покрыт порошком высушенного львиного зева и белладонны.       Они принадлежали ей уже два года и ощущались как продолжение рук. Каждый изгиб клинка был ей знаком, каждая царапина часть истории. Теперь пришло время изменить их суть.       Тонкая пленка зеленовато-серебристой пыли поблёскивала, когда на неё падали солнечные лучи. Катарина выбрала солнце в качестве якоря для ритуала. Ей нужна была не просто энергия, а нечто постоянное, цикличное. Что-то, что не зависело от неё самой. Катарина подняла руку над меловым кругом, позволяя крови стекать свободными каплями. Из ее уст вместо латыни лился старофранцузский. Язык, к которому она обращалась редко, но который так любила её мать. — Nex de sanc.. — выдохнула она, переходя на старофранцузский. Голос был ниже обычного, глубже, как будто чужой. — Soit fer vasselz, soit venin la clef. Que poissance d’autrui deviegne la moienne…       Кинжалы дрогнули. Совсем слегка, будто что-то внутри металла потянулось к её словам.       Пламя свечей пошло в рябь, словно от невидимого порыва воздуха       Она бросила взгляд на Солнце и добавила новые слова в заклинание, — Cist choz durra tant que li soleus luise.       И в тот же миг оба кинжала резко вспыхнули ярким красным светом. Порошок на поверхности начал плавно оседать, словно растворяясь, впитываясь в металл.       Катарина не пошевелилась. Она просто наблюдала, как магия медленно закрепляется. Как ритуал наконец принимает форму. Свет на лезвиях понемногу тускнел, пока не угас совсем. Лишь тонкие красные линии, будто кровеносные сосуды, остались на поверхности стали. Тихое напоминание о том, что металл изменился навсегда.       Катарина подняла одно из лезвий и прижала его к здоровой ладони. Не разрывая кожу. Металл на мгновение отозвался слабым, почти незаметным мерцанием, будто пытаясь вытянуть из нее магию. У него конечно не получилось. Не когда это была она и на месте соприкосновения не было открытой раны.       Катарина медленно выдохнула и позволила себе лёгкую, сдержанную улыбку. Реакция кинжала говорила сама за себя. У неё получилось.       Её кинжалы стали еще смертоноснее и теперь могли убивать не только ведьм, но и вампиров.       Как сделать так, чтобы они не пытались вытянуть магию и из нее она подумает чуть позже. Это не было приоритетом. Все равно она не держала их воткнутыми в себя, а за пару секунд, которые нужны ей для нанесения пореза, кинжалы не успеют откачать даже десятой части ее магии.       Катарина бросила взгляд на часы и выругалась. Она уже опаздывала.       Второпях убравшись в комнате и смыв кровь с рук, она села в машину. Кэролайн точно выест ей все мозги.

***

      — Ты опоздала! — Кэролайн ткнула в сторону Катарины пальцем, недовольно щурясь, будто от этого упрёк станет острее.       Не дав ей и шанса ответить, Форбс снова заговорила. — Ты вечно куда-то пропадаешь. Что ты вообще всё время делаешь? — Уже на ходу бросила она, раздавая указания направо и налево.       Катарина лишь пожала плечами, засунула руки в карманы и подстроилась под её шаг. Её глаз раздраженно дернулся. Она не привыкла, чтобы с ней говорили в таком тоне. — Осваиваюсь в городе. — ответила ровно, пряча недовольство.       Кэролайн бросила на нее недоверчивый взгляд и фыркнула. — Мистик Фоллс — это пара улиц и парк. Тут нечего осваивать, — Она подхватила со стола стопку флаеров и почти швырнула их Катарине в грудь.       Катарина поймала флаеры на лету, машинально оценивая вес и баланс, как будто это было оружие, а не бумага. — Елена и Бонни вон там уже «работают», — Кэролайн сделала воздушные кавычки, указывая на подруг, которые явно больше увлечены болтовнёй, чем раздачей флаеров. — Теперь ты тоже в деле. Теперь ты официально часть Мистик Фоллс. Ура.       Катарина перелистнула пару листовок. — Не уверена, что это хорошая идея. Меня точно не назовёшь… разговорчивой. — Зато миленькой, — Кэролайн щёлкнула языком. — У таких флаеры берут охотнее. Хотя… — её взгляд оценивающе скользнул по фигуре Катарины, — если бы ты хоть немного вышла за рамки клише «серой мыши», результаты были бы куда лучше. Серьёзно, тебе только очков в пол-лица не хватает. — Это называется удобством, — сухо парировала Катарина, — Я не собираюсь участвовать в модном показе. — Удобством? — Кэролайн закатила глаза так выразительно, будто пыталась рассмотреть собственный мозг. — Ладно, бабуля, как скажешь. Но поверь, с твоей внешностью ты бы легко конкурировала с Еленой. При желании.       Кэролайн резко подалась вперед, вытянув руку. Катарина резко дёрнулась, мышцы напряглись в убийственном порыве, пальцы уже обхватили рукоять кинжала. Ещё мгновение и сталь вошла бы в плоть Кэролайн. Но разум пересилил рефлекс, оставив лишь дрожь в сжатых пальцах.       Кэролайн же, совершенно не заметив, что была в миллисекунде от смерти, торжествующе помахала перед её носом чёрной резинкой. — Та-дам! — С победоносным видом она распустила тёмные локоны Катарины, уложив их с преувеличенной аккуратностью. — Вот теперь ты хотя бы отдалённо напоминаешь современную девушку.       Катарина медленно выдохнула, мысленно благодаря все высшие силы за свою выдержку. Жаль медаль ей за это никто не даст. — Трогать меня было не обязательно, — Катарина повела плечами, пытаясь сбросить себя ощущение чужих рук.       Кэролайн сделала вид, что не услышала. Словно уже вычеркнула Катарину из списка вещей, на которые стоит обращать внимание. Она хлопнула в ладоши, повернулась на каблуках и зашагала прочь, громко командуя кому-то ещё из добровольцев.       Катарина смотрела ей вслед с холодным выражением лица, пока Кэролайн не скрылась за стендом. Потом тихо выдохнула. Показывать свои эмоции было бесполезным и опасным занятием. Она бы только дала понять Кэролайн, что ей вообще удаётся её зацепить. Да и глупо это было, Кэролайн просто немного раздражающая школьница. Она справлялась с вещами и похуже.       Катарина перевела взгляд на Елену и Бонни. Они стояли у входа, создавая видимость работы: флаеры в их руках скорее служили поводом для разговора, чем реальной целью. Елена выглядела напряжённой, словно мыслями была где-то ещё. Бонни, напротив, говорила сдержанно и ровно, явно стараясь быть голосом разума, как всегда.       Катарина сделала несколько шагов в их сторону, неосознанно сжимая стопку флаеров в руках. Бумага с тихим хрустом смялась под пальцами, но она не обратила на это внимания. Несмотря на осторожность, несмотря на недоверие, её тянуло к Бонни. Почти как инстинкт. Ведьме нужны ведьмы. Это впитывается с детства. Привычка чувствовать чьё-то магическое присутствие рядом. Не быть одной. Она давно пыталась отучиться от этого. Но, кажется, так и не смогла. — Привет, — бросила она, остановившись рядом.       Бонни отвлеклась от Елены и улыбнулась: — О, ты присоединилась к нашей «трудовой повинности».       Елена оживилась. — Не слишком досталось от Кэролайн? Она сегодня в своём режиссёрском режиме. — Только лёгкое принуждение и тактическое вмешательство в мою внешность, — Катарина провела рукой по распущенным волосам. — Но я выжила. — Добро пожаловать в клуб. Главное правило, делай вид, что работаешь, и кивай, когда Кэролайн говорит о цветовой гамме. — Бонни рассмеялась — Уже освоила, — Катарина показала им измятые листовки в своей руке. — Ты идёшь сегодня на праздник кометы? Таннер целый урок рассказывал, какое это историческое событие. Последний раз она пролетала в 1864 году. — Елена улыбнулась. — Да, слышала об этом на истории, — кивнула Катарина. — Думаю, приду. Если переживу ещё одну встречу с диктатором, — она кивнула в сторону Кэролайн, которая энергично и недовольно что-то объясняла группе старшеклассников.       Бонни протянула ей новую стопку аккуратных флаеров. — Тогда держи, а то твои уже похожи на жвачку. И добро пожаловать в команду организаторов. Предупреждаю — это навсегда.       Катарина приняла листовки, невольно улыбнувшись в ответ. Возможно, этот город был не так уж плох. Даже несмотря на всю чушь, что тут происходит. — Ты как вообще, осваиваешься? — спросила Елена, поправляя флаеры в руках. — Мистик Фоллс может показаться… ну, странным местом. — Местами, — Катарина кивнула, ловя взгляд Бонни. — Но я быстро учусь. Хотя некоторые вещи всё равно вызывают вопросы. Это уже вторая вечеринка за неделю. В чём смысл? — Потому что это традиции, — с притворной серьёзностью вставила Бонни. — И повод нарядиться. — Аргумент, — усмехнулась Катарина. — А ещё это шанс снова увидеть Стефана, — с лёгким подтекстом добавила Бонни, глянув на Елену. — Ох, началось, — Елена закатила глаза, но на её лице появилась тень улыбки. — Я уже поняла, Бонни. Никаких больше отговорок.       Катарина чуть склонила голову. — Что-то уже случилось? — Ничего особенного. Елена просто зашла к Стефану домой, а он… не слишком обрадовался. — Бонни повернулась к Катарине, поясняя — В отличие от его брата. И вот она уже придумывает себе. — Брат? — переспросила Катарина с лёгким напряжением. — Он разве о нем упоминал? — Нет, — Елена прижала листовки к груди. — В том-то и дело.       Катарина не ответила сразу. В голове что-то щёлкнуло. Какая вероятность, что вампиры будут семьёй?... — Интересно, — её голос звучал ровно, но мысли лихорадочно работали. — И давно он в городе? — Понятия не имею, — пожала плечами Елена. — Он немного странный. Харизматичный, но с какими-то своими играми. Совсем не похож на Стефана. — Похоже, у Стефана талант хранить секреты, — заметила Бонни, скрестив руки на груди.       Катарина моргнула, уголки её губ слегка дрогнули, несмотря на тему, о которой они говорили. О, Бонни, если бы ты знала, насколько ты права… — Спасибо, что напомнила, — Елена скривилась. — Я просто не понимаю, зачем скрывать, что у тебя есть брат? Почему не сказать, что вы живёте вместе в этом особняке? — Может, он просто не хотел, чтобы ты пересекалась с его братом, — пожала плечами Бонни. — Или, наоборот, чтобы брат пересёкся с тобой. — Это как-то не улучшает ситуацию, — вздохнула Елена.       Катарина наблюдала за ними, взвешивая каждое слово. — Возможно, он хотел тебя защитить, — осторожно предположила она. И о, как же ей хотелось, чтобы это было так. Ведь если она догадывалась верно, то убийственным вампиром был именно брат Стефана. — Что ты имеешь в виду? — Елена нахмурилась. — Ничего особенного, — сказала Катарина лёгким тоном, будто вовсе не намекала на что-то серьёзное. — Просто… ты ведь его не знаешь. Может, он опасен.       Бонни фыркнула, — Ага, серийный убийца. — Может, и убийца, — Катарина встретила её взгляд. — Семья бывает разная. — Она повернулась к Елене, — Вот он и не хотел вас знакомить. — Ну, в любом случае, теперь мы знакомы. — Елена пожала плечами.       Последние слова повисли в воздухе, наполненные новым смыслом. Катарина надеялась, что это хоть немного отпугнет Елену от Стефана. Она не могла напрямую сказать Гилберт, что оба Сальваторе вампиры и убийцы. Звучало бы как бред сумасшедшей. Да и не стоило простым людям знать о сверхъестественном. Но зато она могла посеять сомнения о том, насколько безопасно Елене находиться рядом с ним.       Катарине действительно нужно было как можно скорее разобраться с вампирами и наконец сосредоточиться на своей цели.       Она повернула голову.       И замерла.       В толпе стоял тот самый вампир из кофейни. Его глаза впились в неё, как острые лезвия. Он медленно, почти лениво, улыбнулся.