* Бамс *
Леонард повернулся. На земле лежал небольшой теннисный мяч, который ударил Леонарда по голове. Причём больно, что означает, что кидали с дальнего расстояния. Только вот кто? После крушения вертолета никто не выжил.
- Нехило я так бросила! - раздался голос. Судя по всему, голос ребёнка - О ещё один! - тут же по лицу Леонарда прилетел ещё один тенисный мяч. Из-за этого блондин разозлился и пошёл в сторону, откуда прилетел мяч.
Голубоглазый отодвинул ветки. На верхушке большого камня у берега сидела девочка примерно его лет (Ну, или немного меньше) с палкой в руках, здирая с неё кору. Вроде он её видел возле лестницы на самолёт, который должен был пролетать неподалёку с ними.
Красивая. Волосы светлые, длинные, с светло - зелёными кончиками. Почему-то её причёска была в точь - точь, как у главной героини аниме "Бездарная Нана". Кожа бледная. Глаза большие, зелёные, детские. И одета была в жёлтую майку с большой надписью черного цвета "LOVE", зелёные шорты выше колена и красные сандалии.
Почувствов чье-то присутствие, она оглянулась, увидела за деревьями лицо Леонарда и снова опустила голову на веточку, которая была уже ободранная. Повисло молчание, которое нарушил голубоглазый :
- Кто ты?
- Аямэ, директор. - не поднимая головы сказала девочка.
- Как ты узнала, что я директор?
- Просто я случайно узнала от сотрудника вашей компании, что новый директор очень юный и ходит вечно с серьёзной харей. - Также спокойно сказала девочка. - В вашем возрасте такое достижение очень редкое. Я в свои шесть лет могу только читать, писать и немного шутить.
- Тебе шесть лет? - спросил блондин, подойдя к камню на котором была девочка близко.
- Ага. В сентябре будет 7. А вас как зовут?
- Леонард. В декабре будет 8. - машинально сказал паренёк и вдруг услышал приближающиеся шаги и хруст веток. Леонард схватил девочку за руку и побежал с ней в лес за деревья, подальше от шагов.
Как только они оказались за деревьями и плотно прикрытыми ветками и листьями, Леонард осторожно выглянул. На пляж вышли несколько дикарей. Это он понял по нездоровой темно - серой коже, набедренным повязкам и копьям. Они остановились и начали осматриваться. Дети замерли.
Спустя какое-то время они ушли с пляжа. Блондин отпустил зеленоглазую и они вышли обратно.
- Что будем делать? - спросила она.
- Сначала построим шалаш, найдём еду, а потом попробуем найти помощь. - сказал ей блондин. - Я срублю пару деревьев, а ты собери большие листья.
- Мг.
Только Леонард нашёл топор и начал рубить дерево, пошёл дождь. Он тут же спрятался под куст, а Аямэ наоборот - встала у края берега спиной и подняла лицо в сторону, откуда шёл дождь.
- Аямэ! Иди сюда! - крикнул он ей, но она не послушала его и продолжила стоять. - Дура! Простудишься же!
( Спустя час…)
- Вроде бы брёвен достаточно. - сказал себе блондин, смотря на кучу досок.
- Можно я пойду и срублю ту сосну? - спросила девочка, показывая за спину мальчика. Тот повернулся и увидел большую до небес сосну. Казалось, она была больше, чем остальные деревья.
- Ты уверена? - спросил он её, на что получил кивок. - Ладно, руби. - Леонард дал ей в руки топор. Она быстро побежала к дереву и начала бить об него топором. Удавалось это у неё с трудом, ведь топор был тяжёлым. Однако с горем пополам, Аямэ удалось кое-как срубить сосну. Затем сосна повалилась, зеленоглазая огляделась и со вздохом сказала :
- Жаль, что я не умею петь, как Белоснежка, Аврора или какая нибудь другая принцесса. Животные сразу помогли бы нам.
- Это всего лишь сказки. В реальности такое бы не прокатило. - сказал Леонард, делая костёр.
- Я знаю. Да и учитывая то, что я совсем не похожа на принцессу, животным я вряд ли бы понравилась. А из песен единственное, что я могу спеть… - И Аямэ запела. - "А душа, душа в небо просится!
Вольной птицей, средь синей поры!
Там где зло, словно тучи уносятся,
Там где снова так хочется жить!".
Хотя птичкам походу нравится, но они…
- Спой что нибудь. - неожиданно сказал блондин. Он даже сам слегка удивился своим словам.
- Зачем?
- Хотелось бы что-то послушать, кроме ветра или чаек.
- Ладно. Только предупреждаю - пою я не очень. - Аямэ встала у поваленой сосны и запела :
" И стомилась душа как невольница,
Что-то тесно ей стало в груди…
И опять одолела бессонница,
И опять за окошком дожди.
Не пойму от чего чувство странное.
Отчего грусть, тревога в глазах?
Где-то счастье моё долгожданное.
Только где, на каких берегах?"
На этом моменте она возвысила руки к небу.
" А душа, душа в небо просится,
Вольной птицей, средь синей поры!
Там где зло, словно тучи уносятся,
Там где снова так хочется жить!
А душа, душа в небо просится,
Вольной птицей средь синей поры!
Там где зло, словно тучи уносятся,
Там где снова так хочется жить!"
На это моменте она ненадолго замолчала.
"И стомилась душа полуночная,
Что тесно ей стало в груди.
Толь жизнь измотала поросная,
Толь ненастья пророчат дожди.
И незнаю, чего сердцу хочется,
Может просто, как всем тишины?
Ведь бывает и цвет одиночества.
Всем такие моменты нужны!
А душа, душа в небо просится,
Вольной птицей средь синей поры!
Там где зло словно тучи уносятся,
Там где снова так хочется жить!
А душа, душа в небо просится,
Вольной птицей средь синей поры!
Там где зло словно тучи уносятся,
Там где снова так хочется жить!".
- Достаточно. - сказал Леонард. - Лучше помоги найти еду.
- Ладно. - сказала она и пошла в лес к самолёту.
- А говорила петь не умеет. - пробормотал себе паренёк.
***
- И куда она пропала? - спросил у себя Леонард, проходя по берегу. Это был не тот берег, где он строил шалаш. Здесь была земля, туман, лес и небольшие кусты с белыми цветами.
Тут он услышал чьи-то шаги и увидел выходящий из леса силуэт. Леонард взял топор.
Каково же его удивление было увидеть Аямэ. Выглядела она не лучшим образом : слегка потрёпанные волосы и одежда, которая была в соке от красных ягод ( так он поначалу думал). Лицо красное, вероятно простудилась.
- Аямэ? - спросил он её. Она ничего не ответила. И только подойдя ближе он понял, что это не от ягод красная одежда. - Аямэ, ты ранена? - снова никакого ответа. - Аямэ!
…
- Ладно, надо идти. - блондин взял Аямэ за руку и потащил за собой в лес.
Пока они шли, Аямэ не проронила ни слова, что странно, ведь пока они рубили деревья, она постоянно говорила.
( Ну, зато помолчит хотя бы минуту.).
И когда пошёл дождь она не остановилась насладиться им.
- Поняла, что простудишься, если будешь ходить под ним? - спросил он у неё. Снова молчание. И тут он заметил большой шалаш⛺. Затем ещё один, и ещё… - Аямэ, кажется мы нашли деревню.
- Деревню убийц… - тихо прошептала девочка.
Леонард прошёл мимо палаток и увидел посередине большое дерево. Тишина. Только ветер и дождь.
- Видимо здесь никого нет. - пробормотал себе паренёк. Только он хотел пойти дальше, как он не смог потянуть за собой Аямэ. Встала как вкопанная. - Аямэ, что… - только он хотел задать вопрос, как Аямэ отвернула его в другую сторону и закрыла глаза ладонью.
- Директор, вам не нужно это видеть. - спокойным и слегка дрожащим голосом сказала зеленоглазая.
- Что ты…
- Директор! Вы не должны это видеть! Прошу, послушайте меня! - громко сказала она. ( Видимо, там что серьёзное…). - Я выведу вас отсюда, закрывая ваши глаза, ладно?
-… Хорошо. Идём.
Дети уходили из лагеря. И только Аямэ старалась не смотреть на скрюченные тела людей, в части тел которых забиты теннисные мячи. В её голове крутилось в этот момент только одно :
( Никто не должен видеть ТАКОЕ).
***
Когда они отошли достаточно далеко, Аямэ позволила другу по несчастью открыть глаза и спросила :
- Слушай, а почему ты так далеко зашёл?
- Искал еду. Ты же не нашла. Ещё и пострадала.
- Это не моя кровь. - неожиданно сказала зеленоглазая, из-за чего блондин с опаской посмотрел на неё. Аямэ поняла, что не то сказала и перевела тему - Смотри, радуга. - показала она пальцем в небо.
Раньше, увидев радугу она бы порадовалась. Но сейчас, смотря на неё, особенно на синий цвет, ей в глаза бросалась мама.
- Пришли. - раздался голос Леонарда. Малышка вздрогнула и посмотрела вперёд. Они были на том самом пляже с уже построенным шалашом и костром. - Ты наверное замёрзла? В такую то погоду?
- Нет, не замёрзла! - с улыбкой сказала девочка. Улыбка получилась вялой и неестественной. - Я закалённая с самого рождения! Мне не страшен такая пустяковая погода! Кстати, скоро пойдёт дождь, судя по облакам. Я побуду на улице, а ты в шалаше! Мне нравится дождь! - На голову зеленоглазой упала большая капля. Потом послышался звук начинающегося дождя. - О! Я же говорила!
Внезапно Леонард схватил её за руку и потащил в шалаш.
- Директор, вы чего? - спросила она у него. Молчание. Затем он посадил её в шалаш и сел рядом.
- Ты понимаешь, что если ты простынешь и помрёшь, то совесть будет на мне? - спросил он у неё.
- Почему? Ты же не будешь водить меня яд с простудой и заставлять умирать.
- Да, но моя совесть будет заключаться в том, что я позволил тебе простыть. А чего нибудь, чтобы вылечить тебя нет. Понимаешь?
- Понимаю. - ответила она.
***
( На следующий день…)
Леонард собирал из камней надпись SOS, как вдруг услышал звуки вертолёта над головой. Поднявшись и посмотрев в сторону моря, он увидел Вертолёт Сигмы, который летел прямо к ним.
- Ну наконец-то нас заберут отсюда. - пробормотал себе блондин. - Аямэ иди сюда! - крикнул он шестилетке и увидел такую картину : Аямэ лежит в шалаше и, как котик смотрит на лазерную точку, смотрит на канарейку сидящую на песке. Это показалось пареньку забавным и одновременно милым.
- Эй, кошара, идем! За нами вертолёт прилетел!
- А? Хорошо! - Она быстро встала и побежала к нему, напугав птичку. Стоило ей подойти к нему, как она тут же задала вопрос, который он никак не ожидал. - Директор, а ваши родители гордятся вами?
Это застало Леонарда врасплох. На душе стало тяжело, а в голове бардак. Родители… Он их не помнит…
( Почему? Были ли они у меня? Почему я ничего не помню?!) бешено крутилось в его голове.
- Ой, простите. Я не знала, что это вас так сильно заденет. - извинилась девочка, заметив его замешанный вид. - А мы ещё встретимся?
- Вряд ли. Ты всего лишь маленькая девочка, а я директор корпорации. У меня работа, так что вряд ли. Так что прости. - сказал он, потрепав её по голове.
- Ничего! Я понимаю!
***
С того дня прошло почти три месяца. Леонард за это время успел слегка позабыть Аямэ. Да и думал, что никогда не увидит, ведь она черт знает где.