she plays bass

То, что Эпплджек и Рарити стали чем-то большим после нескольких месяцев и даже лет очевидной тоски друг по другу, никого особо не удивило. На самом деле это никого ни капли не удивило. Они были очень близки и, несомненно, проявляли симпатию друг к другу (не то чтобы остальные их друзья не проявляли, но у них это было немного чрезмернее, до такой степени, что казалось невероятно гейским). Так что, конечно, после того, как все узнали об их отношениях, жизнь каждого из них продолжилась как обычно. Единственными людьми, чья жизнь не изменилась, (однако?), были обе девушки, которые на самом деле состояли в отношениях. На первой репетиции группы после их воссоединения Рарити путалась в нотах, аккордах и тайминге, к большому неудовольствию самой большой хвастуньи на свете — Рэйнбоу Дэш. Рэйнбоу Дэш нравилось быть «лучшей из лучших», и она получала удовольствие от того, что была лучше всех остальных. Обычно дело доходило до того, что она присваивала себе почти все заслуги группы. Это было типично для неё, конечно. Она всегда была самоуверенной. Намеренно или нет? — это было непонятно, потому что она всегда была гиперактивной и раздражающей, хотя, возможно, не настолько, как Пинки Пай. Рарити начинала играть отлично, несмотря на то, что иногда прерывалась, чтобы сделать что-то незначительное, например убрать волосы с лица, но чем дальше они продвигались в разучивании песни, тем хуже она играла. В итоге причина оказалась в том, что она не могла отвести взгляд от своей девушки, которая, казалось, без усилий двигалась в такт музыке, которую они сочиняли все вместе (настолько, что она даже не замечала, как та время от времени запинается). От этого у неё так определённым образом вы ожидаете увидеть сцену из какой-нибудь слащавой подростковой романтической комедии 90-х, а потом удивляетесь, что это не так. Эпплджек, несомненно, была очень искусной бас-гитаристкой. Все в их группе знали об этом, да и многие за её пределами тоже. На самом деле она гордилась этим, несмотря на то, что не любила хвастаться... потому что, конечно, всему есть предел. Но игра на бас-гитаре была одним из немногих занятий, которыми она действительно любила хвастаться. Это просто означало, что у неё хорошо получается играть, а с этим у неё точно было всё в порядке. Рарити могла подтвердить это утверждение. Однажды они обе задержались допоздна на репетиции в выходные, после того как группа уже закончила. Сансет и Твайлайт ушли вместе — конечно, Флаттершай ушла вскоре после них, так как у неё была волонтёрская работа в местном приюте для животных, Пинки нужно было пойти и присмотреть за детьми где-то, и Рэйнбоу Дэш (в конце концов) тоже ушла. На самом деле она и сама задержалась, и целый час репетировала только с Эпплджек. Рарити сидела в стороне и наблюдала за ними обеими, время от времени проводя руками по волосам или наматывая пряди на пальцы, в то время как в «репетиции» Рэйнбоу и Эпплджек проскальзывало соперничество. Несмотря на то, что они обе старались вести себя как можно незаметнее, попытка оказалась неудачной, хотя они так не считали. Рарити то и дело слышала, как они повышают голос, намекая единственному присутствующему зрителю, что они явно пытаются превзойти друг друга. С ними всегда так. В их отношениях всегда присутствовало какое-то соперничество. Они, конечно, оставались хорошими друзьями, но были настолько упрямыми, что постоянно ссорились из-за любой мелочи. Всё это грёбаное время. Однако Рарити это казалось забавным, и одним из таких моментов было наблюдение за их тайными сражениями во время игры. Как только Рэйнбоу Дэш наконец-то ушла (не без препирательств), обе девушки остались одни. Одни, но вместе. Это придавало им лёгкого чувства свободы. Эпплджек ещё немного потренировалась в одиночестве, а её подруга подбадривала и подпевала ей. Было странно слышать только басовую партию, но всё равно было хорошо. Рарити чувствовала это на другом уровне. Это казалось почти интеллектуальным, хотя слово «интеллектуальный» здесь не совсем уместно. «Трансцендентный», пожалуй, было бы более подходящим словом. Определённо. Глубокий и мощный бас-ритм проникал в её существо низкими вибрациями. Она могла поклясться, что чувствует его в своей душе. То, что она сидела на полу у стены, определённо усиливало эти вышеупомянутые вибрации. Они были настолько мощными, что вид Эпплджек, которая на самом деле играла только для неё (что-то вроде частного концерта), определённо заводил её, пусть и слегка. В конце концов Эпплджек отложила бас-гитару и села рядом со своей девушкой, которая, по сути, следила за каждым её движением. «Влюблена» — это ещё мягко сказано. Эпплджек играла почти 5 часов без перерыва, так что в какой-то момент ей всё-таки пришлось сделать перерыв. Но в итоге она не стала долго отдыхать — особенно её пальцы. — Ты очень хороша, дорогая, — начала Рарити, не чувствуя необходимости здороваться. Она остановилась, но почувствовала, что должна сказать что-то ещё, и сказала. Она была склонна много говорить... говорить больше, чем нужно, до тех пор, пока не начинала нести чушь и запинаться на собственных словах. Это немного шокировало, но в кои-то веки она была краткой. — Я серьёзно. Эпплджек обняла свою возлюбленную за плечи и задумалась, что ответить. Это не заняло много времени. Ей всегда было легко разговаривать с Рарити, даже когда они ссорились. Однако с тех пор, как они повзрослели, они ссорились гораздо реже. Зрелость определённо приносит свои плоды. — Да ладно тебе, ничего особенного. — начала она, и её светлые волосы обрамляли лицо необычайно красивым образом. По крайней мере, так подумала Рарити, не сводя с неё пристального, но любящего взгляда, — Я просто занимаюсь любимым делом. Заниматься тем, что она любит, да, во многих смыслах. В любом случае, скоро. Рарити в ответ лишь промычала что-то похожее на «угу», слишком занятая тем, что втайне зациклилась на акценте своей подруги. Она положила голову на плечо Эпплджек, а ноги, которые были скрещены, подтянула к груди. При этом её юбка соскользнула вниз по бёдрам. Ей было всё равно, что она теперь не прикрыта там. С Эпплджек она чувствовала себя в безопасности, так почему это должно было иметь значение? — даже если она заметила, как взгляд собеседника на мгновение опустился, чтобы... оценить вид её бёдер, а затем медленно поднялся обратно. Эпплджек была далека от извращений. Рарити это знала. — Что ж, я считаю тебя красивой. — Не льсти мне, — пожаловалась она на слова Эпплджек, на мгновение сжав в пальцах свои фиолетовые локоны. Её щёки, обычно бледные, цвета слоновой кости, слегка порозовели, — Я этого не заслуживаю. Блондинка могла лишь тихо рассмеяться в ответ, слегка огорчённая тем, что Рарити не умеет принимать комплименты, даже если сама делает их в 99% случаев. Впрочем, она всегда была такой. Вот что она получила за свою щедрость. Может быть, иногда даже слишком щедрую. — Да, если честно, — ответила Эпплджек, как будто в этом было что-то новое. Она всегда была честной, даже несмотря на то, что в детстве часто лгала. Можно с уверенностью сказать, что Рарити нравилась её честность. Рарити это в ней нравилось, даже несмотря на то, что некоторые её слова были обидными. Всё это происходило только из лучших побуждений Эпплджек, несмотря на её неспособность читать по лицам или понимать различные социальные сигналы. Тем не менее Рарити прижалась к Эпплджек ещё сильнее, уткнувшись головой ей в шею. В ответ Эпплджек провела рукой вверх и вниз по дальней от неё руке Рарити, не признаваясь в этом вслух, но наслаждаясь теплом, которое исходило от тела другой девушки. Рарити прижалась к Эпплджек ещё сильнее, чем раньше, чувствуя, как её постепенно охватывает нечто похожее на любовь, настолько сильное, что ей стало невероятно комфортно. Ей было так комфортно, что она чувствовала, что может заснуть, если закроет глаза хотя бы на несколько минут. Глаза Рарити сделала временное закрытие, не в силах бороться с искушением, когда они стали тяжёлыми, но это продолжалось лишь до тех пор, пока она не почувствовала, как Эпплджек убирает руку из-за её спины. При этом она всхлипнула: её плечи обнажились... оказались на виду в комнате. Было холодно, учитывая разницу температур между телом и окружающей средой. Блондинка решила положить руку на внутреннюю сторону бедра Рарити. Она была готова воспользоваться этим моментом уединения. Этой позой. О том, как близка она была к тому, чтобы на самом деле прикоснуться к своей девушке таким образом. От одной этой мысли её сердце забилось чаще. Рарити была готова сыграть в ту же игру. Свободной рукой, пытаясь сделать это незаметно, но безуспешно, на глазах у Эпплджек она задрала юбку так, что её ноги оказались почти полностью обнажены. Её юбка представляла собой просто большой комок ткани, лежащий на бёдрах. Эпплджек продвинула руку ещё дальше, то останавливаясь, то возобновляя движение, как заглохший автомобиль, просто чтобы прощупать почву. Рарити лишь хихикнула, радуясь тому, как всё разворачивается у неё на глазах. Одно лишь ощущение мозолистых пальцев на нежной коже её ног едва не довело её до оргазма. Рарити вздрагивала почти от каждого прикосновения. Она была невероятно влажной — с неё капало. Прошло совсем немного времени, и Эпплджек наконец перешла черту, которую они так долго ждали. Обе девушки смущались, впервые оказавшись вместе. Один палец скользнул под мокрую ткань и коснулся гладкой кожи. Рарити замурлыкала, как котёнок, в ответ на это действие, прижалась головой к шее Эпплджек и слегка изменила положение бёдер. Блондинка восприняла это как знак продолжать. Так она и сделала. Она снова начала водить пальцем вверх и вниз по промежности, влажной и невероятно скользкой, а затем продвинула палец чуть дальше. Почти инстинктивно Рарити раздвинула ноги ещё шире, чтобы Эпплджек могла немного продвинуться. У неё перехватило дыхание, когда она почувствовала, как палец коснулся одной из самых чувствительных частей её тела. Её клитор запульсировал от такого нежного и в то же время как будто подразумевалось, такого страстного прикосновения. Эпплджек заметила, что Рарити стала дышать по-другому, и не могла понять, хорошо это или плохо. Поэтому она перестала водить пальцем под промокшей тканью нижнего белья своей возлюбленной и решила проверить, как та себя чувствует. — Ты в порядке? — М-м-м, — промычала в ответ другая, как и раньше, но быстрее и взволнованнее, почти напряжённо и неуверенно, чувствуя, что не может сдержать возбуждение с каждым произнесённым словом, — Просто — просто продолжай… — Рарити говорила сквозь стиснутые зубы. Эпплджек подчинилась, следуя желаниям своей подруги, и снова начала двигать пальцем. Клитор Рарити теперь был невероятно возбуждён и гораздо чувствительнее реагировал на прикосновения. В какой-то момент присутствие предмета одежды стало мешать, поэтому Рарити немного поёрзала и изменила положение, и нижняя часть её тела оказалась полностью обнажённой (если не считать юбку). Эпплджек сидела, прислонившись спиной к стене, как и раньше, только теперь прямо перед ней были фиолетовые волосы, и она чувствовала только запах цветов. Она не знала, что это за цветы — она не была флористом, — но пахли они приятно. Благоухали. Она наслаждалась ароматом, пока её нос не привык к нему настолько, что она почти перестала чувствовать другие запахи. Её пальцы снова скользнули по телу подруги, на этот раз однако по торсу, и она снова прижала два пальца к клитору Рарити. Она на некоторое время замерла и позволила Рарити делать то, что та считала необходимым, беспомощно прижимаясь к мозолистым пальцам подруги. В конце концов Эпплджек начала двигаться в такт движениям Рарити. То, как она это делала, напомнило Рарити о том, как умело её пальцы скользили по грифу бас-гитары, и она так возбудилась, что не могла связно говорить, разве что выдавала команды. Она даже не знала, что возможно так возбудиться от чего-то настолько обыденного. Музыкальный инструмент. Ну, не сам инструмент, но он сыграл огромную роль в её возбуждении. Эпплджек поймала себя на том, что ещё несколько раз погладила эту область, пока Рарити уже не могла сдерживаться. Она просила, практически умоляла Эпплджек «пойти дальше», хотя и понимала, что не может открыто попросить о проникновении. Как и много раз до этого, Эпплджек подчинилась. Её пальцы скользнули ниже, нащупав источник всех этих скользких выделений, которые теперь покрывали не только нижнюю часть тела её подруги, но и большую часть её собственных пальцев. Она прижала один палец к отверстию и без труда ввела его внутрь. Голова Рарити почти мгновенно откинулась назад, и Эпплджек не удержалась и слегка наклонилась вперёд, чтобы поцеловать свою возлюбленную в лоб. На лице Рарити появилась лёгкая улыбка, и Эпплджек ответила ей тем же. Палец, нашедший убежище внутри другого пальца, изгибался, толкался, двигал и делал почти всё, что только можно, и с течением времени скорость постепенно увеличивалась. Вскоре один палец превратился в два, и скорость достигла таких высот, о которых никто и подумать не мог. Однако Рарити это совсем не удивило. Она знала, что Эпплджек хорошо владеет пальцами, просто наблюдая за тем, как она выкладывается по полной, играя на бас-гитаре. Теперь её мысли были заняты только этим. Теперь она неосознанно двигала бёдрами навстречу пальцам Эпплджек, а её руки поднимались, чтобы обнять блондинку за плечи и шею. Её киска болела, а внизу живота, чуть выше, образовался узел или что-то похожее. Она сообщила Эпплджек, несмотря на прерывистое дыхание и невнятную речь, что чувствует приближение того, что, как она предполагала, было её оргазмом. Её движения бёдрами становились всё более беспорядочными от ощущения пальцев, проникающих внутрь неё, и не успела она опомниться, как замедлила движения бёдрами и замерла на месте. Эпплджек, в свою очередь, медленно вынула пальцы и просто позволила Рарити раскрыться... сделать то, что ей было нужно. Прилив сил вскоре закончился, и обе девочки успокоились. Грудь Рарити перестала так быстро вздыматься и опускаться, а пальцы Эпплджек перестали так быстро двигаться. Обе они чувствовали боль, хотя и в разных местах. — Ты в порядке сейчас? — снова спросила Эпплджек, почувствовав, как Рарити пытается сесть и принять более удобное положение. Она медленно приходила в себя, и вскоре к ней вернулась способность говорить целыми предложениями. — Я в порядке, — начала она, поворачивая голову так, чтобы другая девушка могла видеть её лицо, — Пока только ты видишь меня в таком ужасном состоянии. Обе рассмеялись, хотя Рарити быстро взяла себя в руки и серьёзно продолжила свою мысль. Однако Эпплджек быстро заткнула ей рот поцелуем.