на грани и через край

⠀⠀⠀Кровь беззвучно ударялась о заляпанную плитку, пока Эндрю пытался утереть ее носком, размазывая сильнее. Руки дрожали, пока взгляд опускался по ним, наблюдая, как скатываются дорожки крови, не оставляя на коже чистых мест. Неприятный запах свежей крови привычно ударялся в нос, Эндрю не чувствовал боли, смотря, как из свежих порезов небольшими толчками выходит кровь. Кажется, на его руках не осталось чистого места: вся кожа от запястья и до локтя покрыта короткими белыми линиями. Те, что находятся ближе к запястье, старые, Эндрю уже не вспомнит, когда оставил там первый. В голове всплывает лишь то, что он боялся и дрожал, но поднося маленькое лезвие к коже, страх отошел, пока в зрачках отражалась кровь, стекающая в раковину. Сейчас, когда вся левая рука забита порезами, а на правой уже начали появляться новые, Эндрю чувствует себя лучше. Вся боль отошла на руки, покидая его тело и мозг, что раньше неприятно отдавал пульсацией в висках. Мысли наконец стали чище, пока раковина и плитка под ним становились красными. ⠀⠀⠀Подняв взгляд на зеркало, к горлу подкатила тошнота: слипшиеся от холодного пота волосы, впалые щеки и острые скулы, но те совсем не шли юному лицу. Он не ел уже несколько дней, смотря диким взглядом на тарелку с едой каждый раз, когда приемная мама ставила ее перед носом. Эндрю не скажет, когда это началось — состояние апатии, кажется, преследует его с самого рождения, а склонность к саморазрушению привилась сама. Он выглядит жалко в потертой майке с каплями крови и пота. От него, наверное, неприятно воняет, но вчера он так и не смог почистить зубы: все силы были потрачены только на то, чтобы отстирать простынь от крови. Эндрю не хотелось рассказывать Кэсс, поэтому заметать следы было проще, чем сознаться в насилии. Ему нужно отмыть эту футболку, пока капли крови не успели впитаться, а родители не успели вернуться. ⠀⠀⠀Ему еще нужно отмыть раковину до блеска и, желательно, помыться, чтобы у мамы не было лишних вопросов к его измученному виду. ⠀⠀⠀Эндрю Спир — бездушный кусок мяса и костей, который изредка шевелится, стоит только коснуться. Ему пятнадцать, самый расцвет молодости, который прошел мимо него, радостно размахивая плакатом с поддержкой. В этом дьявольском городе было еще хуже, чем в приюте с серыми стенами и пищанием грызунов. Кажется, сиротка Доу тогда мечтал выбраться поскорее в семью, смотря наивными глазами на мир за стенами нищего приюта. Но он не учел того факта, что жизнь за его пропахшей плесенью комнатой будет намного хуже, чем завтрак блевотной кашей и холодным чаем, ведь отопление снова отключили. В семье Спиров он жил уже пятый год, скрипя зубами терпя насилие со стороны сводного брата, ожидая свое взросление. Если Дрейка так привлекают юные тела мальчиков, то повзрослевшее тело Эндрю должно его оттолкнуть — во всяком случае, он старался думать так. Жизнь давно утратила свой первоначальный вкус, оставляя на языке только чувство разочарования и боли. Эндрю не беспокоился о своем будущем, плыл по течению дня и ночи с надеждой, что завтра наступит апокалипсис и всех людей переебашат зомби. Он будет первым, чей мозг раздавят и съедят. И он искренне улыбнется впервые за свою жизнь, когда противные руки умерших будут втаптывать его в землю, мешая с грязью. Только так его страдания смогут окупиться — они перестанут его тянуть назад, пробивая очередное дно, потому что прекратятся. ⠀⠀⠀Кажется, Эндрю Спир действительно жалок, раз думает о смерти в концепции невозможного апокалипсиса.

***

⠀⠀⠀Приемная мама что-то шептала себе под нос, заваривая ему отвратительный чай с утра пораньше. Школа уже началась как месяц, но Эндрю не горел туда идти еще с лета. Зачем, если единственное, что его ждет там, — косые взгляды, ведь он выглядит еще хуже, чем вчера, прогуливание половины уроков в расписании, потому что учитель истории его ненавидит, а учитель биологии учил его сводного брата и постоянно окликает его Дрейком, хотя его зовут Э-н-д-р-ю, английский, просто потому что ему на нем скучно. Не будь этот город мелким и старым, в дверь родителям бы постучали органы опеки, забирая его из семьи Спиров, но всем было плевать, пока никто на них не жаловался. Выжить в системе еще полбеды, выжить в жизни за пределами этой системы — совсем другое. В жизни Эндрю приемных семей было достаточно, чтобы понять, что есть мудаки с неотсохшим членом и желанием трахнуть того, кто не может даже ударить, поэтому, оказавшись в семье Кэсс и Ричарда Спиров, жизнь стала казаться ему раем, который искусственно возвела его приемная мать — Кэсс была хорошей матерью, пока ее родной сын не приехал домой на время, уж слишком задерживаясь сейчас дома. ⠀⠀⠀Эндрю чувствует себя свежим, несмотря на нисходящую боль ближе к паху. Вчера он наконец смог помыться, совсем отвлекаясь от всего, что происходило вокруг него. Перед его лицом стоит тарелка свежей каши и чай, но Эндрю не может съесть больше, чем три ложки и выпить полностью чай. Его вырвет, если Кэсс начнет упрашивать съесть всю порцию, поэтому он скорее выходит из-за стола, выхватывая из маминых рук контейнер с ланчем, к которому даже не прикоснется. Не видит смысла, пока может функционировать. ⠀⠀⠀Потертые носки черных кед выглядывают из-под штанины, пока Эндрю старается потуже завязать шнурки, что выходит крайне плохо. В спину слышится возглас Кэсс, но он пропускает мимо ушей ее слова, вставляя проводные наушники, полностью отстраняясь от мира. ⠀⠀⠀Одинаковые домики заставляют его потерять связь с миром, возвращая мозг к мысли о том, что все вокруг него — иллюзия идеальности. Идеальные домики, выстроенные четко в ряд, будто архитекторы скрупулезно высчитывали каждый дюйм. Идеальный газон, ровный тротуар, улыбающиеся друг другу люди — либо приступ дереализации, либо он просто перестал воспринимать мир вокруг себя как адекватный, цепляясь за тот клочок тьмы в своей комнате. В своей голове. ⠀⠀⠀Школа маленькая и старая. Тут всего около двухсот учеников, которые едут из всех окраин маленького города, потому что это единственный вариант на образование в этой Богом забытой дыре. Тут есть старшая школа, Эндрю готовится пойти в нее со следующего года, если, конечно, доживет, ведь мало ли, завтра наступит атака зомби, а он умрет, так и не окончив даже среднюю школу. ⠀⠀⠀Его пальцы изредка вздрагивали, натягивая рукава черной толстовки до самых кончиков. В школе пахнет чем-то тухлым, немного ржавчиной и, кажется, Эндрю чувствует чью-то мочу. У Спиров есть деньги переехать в какой-то более выгодный город, где школа будет хотя бы адекватного вида, но что-то их продолжает удерживать. По сравнению с той частью города, в которой и проживал Эндрю, это место было насмешкой самого Бога, который так и кричал, что это место проклято и забыто им. ⠀⠀⠀Его лицо кривится от посторонних запахов, так и показывая его реакцию. От шайки парней, что всегда стоит у школы, снова несло примесью дешевой травки и таким же табаком. Эндрю был в мгновении от того, чтобы не выблевать себе на кеды и так пустой желудок. В коридоре между тринадцатым и четырнадцатым кабинетом снова стоят две девочки — Эндрю уже знает, что именно сегодня у них первым уроком стоит математика, проходящая в тринадцатом. Глупые факты о незнакомых ему людях въедаются в мозг, постоянно всплывая в моменты встречи. ⠀⠀⠀В коридорах первого этажа становится невыносимо душно и тесно. С минуты на минуту начнется урок, в мыслях присутствует желание выпить чего-нибудь горячего, может, сегодня наконец получится выпить какао, но карманы пусты — у него нет денег, чтобы купить стаканчик напитка, а просить у Кэсс стыдно. ⠀⠀⠀Последняя парта выглядела уныло, но еще хуже выглядело лицо преподавателя географии. В мыслях пронеслась забавная мысль, что тот пил не просыхая все выходные, позволяя себе усмехнуться. Эндрю не вслушивался ни в болтовню препода, ни в разговоры с соседних парт. В висках все сильнее стал отдаваться пульс, взгляд фокусировался с трудом, заставляя Эндрю массировать виски, чтобы не умереть за этой дряхлой партой. В кабинете воняло чем-то противным, запахом спирта, табака и пота. Подняв рассеянный взгляд на одноклассников, глаза пробежались из стороны в сторону, рассматривая каждого по секунде своего времени. Многие прикрывали нос одеждой, тоже чувствуя смесь запахов, другим было плевать. Взглянув на часы, висящие у выхода из кабинета, Эндрю поднялся на ватных ногах, сжимая губы в тонкую полоску. До конца урока оставалось еще тридцать минут, поэтому он оставил свои вещи в надежде, что придет за ними, а не упадет в обморок от истощения в дрянном туалете, пропитанном плесенью. ⠀⠀⠀Слыша в спину возмущения преподавателя, глаза закатились, пока дверь за ним захлопнулась. ⠀⠀⠀Сейчас только начало урока, а значит, дальний туалет, возможно, будет свободен, если какой-нибудь идиот не решит прогулять урок там. Бесшумно продвигаясь к двери в туалетное помещение, Эндрю никто не ловит за прогулом, предоставляя ему прекрасную возможность окунуться в мир изучения плесени туалета. ⠀⠀⠀И, кажется, сейчас все должно пройти просто прекрасно, Эндрю уже видит себя сидящим на холодной плитке у туалета, закрывшись в кабинке и вслушиваясь в посторонние звуки, чтобы никто не увидел его бледное лицо из-за недостатка солнечного витамина и обычной энергии, которую он так и не получает от приемов пищи. ⠀⠀⠀В висках все еще ощущается боль, но сердце пропускает удар, стоит ему тихо отпереть дверь в помещение. ⠀⠀⠀Кажется, тощий парень у раковин совсем не обращает на него внимания, дрожа как осиновый лист, пока короткое лезвие, возможно, от бритвы, проходит по его запястьям рваными движениями, благо не задевая вен — Эндрю был бы против стать тем, кто будет звать на помощь всех, чтобы этот парень остался в живых. Эндрю, пользуясь своим преимуществом, рассматривает его, пытаясь понять, кто это, пока взгляд карих глаз не оказывается на мутном отражении в зеркале, где все встает на свои места. За мешковатой и потертой одеждой, которая по виду снята с бомжа, Эндрю изначально не смог разглядеть в нем местную мишень для буллинга, но запутанные медные волосы и большие глаза выдали своего хозяина с поличным. ⠀⠀⠀Натаниэль Веснински выглядел как побитый грязный щенок, об которого на постоянке вытирали ноги и швыряли в разные стороны за его неприятный вид и старую одежду. Местной жертве буллинга уже успело достаться за сегодня, и, наверное, самым лучшим решением для Эндрю было бы закрыть дверь и сделать вид, что он ничего не видел, но с его губ сорвалась колючая фраза, прежде чем он успел ее обдумать: ⠀⠀⠀— Если хочешь умереть, режь вертикально, это будет сложнее зашить. — Испуганные голубые глаза резко обернулись на него, пока бордовая кровь стекала с рук в раковину. ⠀⠀⠀— Как ты сюда попал? — Прошипел Натаниэль. Его не смущало ничего: ни лезвие в его руке, ни ситуация, в которой они оказались. ⠀⠀⠀— Когда снова захочешь умереть, закрой дверь. — Эндрю прошелся за его спину, через плечо рассматривая порезы. — Криво режешь. ⠀⠀⠀— А ты прям знаток, я смотрю. — В голосе Натаниэля звучит едкая небрежность, он затравленно переводит взгляд на свои руки, шумно сглатывая, и, открыв кран, начинает смывать с себя кровь, пытаясь остановить, пока не стало слишком поздно. ⠀⠀⠀И у Эндрю нет поводов ему помогать — Натаниэль младше его на год, они пересекаются только в те моменты, когда банда пубертатных подростков с класса младше прилюдно травит его на глазах у мимо проходящих школьников. У Эндрю никогда не было желания втягивать себя в подобные инциденты, из-за чего он начинает понемногу жалеть — Натаниэль смотрит так, будто Эндрю — его самый главный враг. ⠀⠀⠀Эндрю Спир, проживший все детство в приюте, привык доверять своей голове, которая сейчас перестала работать, отдавая все в распоряжение сердца, которое, будто самостоятельно, подняло рукав кофты, вытягивая руку к Натаниэлю. ⠀⠀⠀— Возможно, знаток. — В глазах Натаниэля читается удивление, смешанное с пустотой. Эндрю бы пожалел, увидев в глазах жалость, но Натаниэль Веснински явно не способен на то, чтобы жалеть кого-то, кроме себя. ⠀⠀⠀— А мне казалось, такие, как ты, не занимаются таким. — Кровь останавливаться, заставляя Натаниэля сморщиться. ⠀⠀⠀— Такие, как я? — Дернув руках кофты, он закрыл порезы, скрывая от проницательных глаз. ⠀⠀⠀— Богатые. Я знаю, что ты живешь не в моей части города, и я знаю, что ты выбрасываешь свой ланч каждый день. — Сердце пропускает удар, когда слова бьют прямо по нему. Это не жалость, это интерес — зачем какому-то мальчишке знать о том, что он действительно выкидывает свой ланч, чтобы Кэсс не ругалась? Только если на это есть причина, которая находится в голове Эндрю так быстро, что он успевает только посмотреть на Натаниэля в отражении зеркала. ⠀⠀⠀Не для кого в этом городке не секрет, что часть населения составляла самые низкие слои населения, из которых, как понял Эндрю, был и Натаниэль. По потертой одежде он понял сразу, что у того проблемы с деньгами, но не придавал этому значения ровно до фразы про ланч. ⠀⠀⠀— Так тебя не кормят, что-ли? ⠀⠀⠀— По тебе, если честно, это видно сильнее. ⠀⠀⠀

И на вопрос: «Где прячутся сейчас

Остатки красоты веселых лет?» –

Что скажешь ты? На дне угасших глаз?

Но злой насмешкой будет твой ответ.

⠀⠀⠀Эндрю все еще не понимает своих действий, не понимает себя и свое тело, которое, как кажется ему, двигается само по себе: он оставляет Натаниэля одного в туалете, говоря никуда не уходить, идет бежит к классу, из которого мечтал поскорее выйти. Под возгласы преподавателя и косых взглядов одноклассников, хотя Эндрю плевать на них всех, он запихивает свои вещи с парты в рюкзак, совсем неаккуратно и так небрежно, что кажется, они вывалятся спустя два шага его ходьбы, но на это было принято решение не обращать и секунды внимания. В нос ударяет тошнотворный запах, стоит вдохнуть его, но Эндрю уже выходит из кабинета, пропуская слова учителя о дисциплине и его невоспитанности. ⠀⠀⠀Натаниэль, наверное, даже не дышал, потому что Эндрю, захлопнув за собой дверь в туалет крепко-накрепко, смотрит, что тот даже не поменял своей последней позы. Он не уверен, что никто не зайдет в этот туалет, но шанс на такое развитие событий настолько жалок, что даже самолюбие Эндрю будет смотреть сверху. ⠀⠀⠀Эндрю не считает себя добродетелем, ему не жалко никого, даже себя на кровавых простынях, но он толкает дверь в последнюю кабинку — если кто-то и войдет, он не увидит двух подростков, один из который все еще с перерезанными и открытыми запястьями, будет поедать обед другого. Кивая головой в сторону открытой в кабинку двери, Эндрю садится на плитку у туалета, наблюдая, как с противоположной стороны садится Натаниэль, прежде этого закрыв на щеколду дверь. ⠀⠀⠀Колени касаются друг друга, они сидят лицом к лицу на старой потресканной плитке у грязного туалета, и в голове пролетает мысль, что это интимно. И нет, они не будут трахаться у вонючего толчка как в дешевом порно — единение души с Натаниэлем, что казался таким далеким на первый взгляд, но сейчас это ломает все стереотипы, выстроенные в голове Эндрю. Почему-то сейчас он думает, что вывалив все свои проблемы, он найдет успокоение и понимание в ледяных глазах напротив, но молчит, лишь достает из рюкзака контейнер с едой. Он прикасался к ней лишь в те моменты, когда ее нужно было выкинуть, после чего идти домой. Сейчас он передает контейнер в чужие руки, холодные, Эндрю видит, как выпирают кости и допускает мысль, что смог бы обхватить запястья Натаниэля указательным и большим пальцем одной руки — настолько тонкими они кажутся. ⠀⠀⠀Натаниэль недоверчиво смотрит на протянутую еду, но истощенный организм явно чувствует ароматный запах приготовленной и свежей еды, что решает все за него — берет вилку, лежащую в самом контейнере, и, удерживая правой рукой, начинает есть. ⠀⠀⠀— Так ты левша? — Эндрю становится неловко сидеть вот так спустя пару минут молчания, за которые Натаниэль успевает посмотреть на него раз десять и сжать контейнер в руке, двигая ближе к руке. Возможно, он думает, что Эндрю собирается отобрать у него эту несчастную еду и пафосно съесть на глазах у голодного Натаниэля. ⠀⠀⠀— Да, но отец хотел меня переучить. — При упоминании отца в глазах напротив что-то меркнет, но Натаниэль не кажется слишком расстроенным, особенно когда протягивает ему вилку, наполненную макаронами. — С моей стороны будет грубо, ты меня угостил, ничего не сказал, с урока ушел.. — Эндрю обрывает словесный поток умозаключений, пододвигая вилку к своему рту, чтобы съесть эти уже остывшие макароны. ⠀⠀⠀К горлу моментально подкатывает тошнота — он не привык есть вот так, не подготавливая свой организм к потреблению пищи. Опуская голову вниз, чтобы скрыть скрученное лицо от неприятного ощущения, Эндрю делает вид, что пережевывает и все с ним хорошо. Будь это кто-то другой, вилка была бы откинута к контейнеру, а Эндрю бы уже тут не сидел, но Натаниэлю хотелось как лучше — он наивен и совсем не опасен, внутренний ребенок Эндрю не чувствует от него угрозы, поэтому принимает каждое движение в свою сторону без опаски и возможности навредить. ⠀⠀⠀— Прости, мне не стоило. — Слова бьют под дых, Натаниэль явно понял, почему Эндрю ведет себя так. Дергающийся кадык, раскрытые глаза и быстрое дыхание — шестеренки в голове Натаниэля работают что надо, раз он сумел увидеть то, чего не смогла заметить Кэсс, являющаяся его приемной мамой. — Тебя же не станут искать за прогул урока? — Переводя тему, Натаниэль отодвигает от него по максимуму контейнер с едой. ⠀⠀⠀Целых четыре минуты понадобилось Эндрю, чтобы прийти в себя самостоятельно без подручных средств — он мог бы выблевать в рядом стоящий унитаз, но тогда бы это выглядело не очень, выйти из кабинки и выблевать в раковину, где виднеются потеки крови Натаниэля — звучит еще хуже. ⠀⠀⠀— Нет. — Эндрю медленно качает головой, наконец поднимая взгляд с пола. ⠀⠀⠀Натаниэль уже все доел, неловко сжимает пустующий контейнер, и смотрит куда угодно, но только не в сторону Эндрю. ⠀⠀⠀В тот день они не идут на уроки, оставаясь сидеть коленка к коленке у туалета.

***

⠀⠀⠀Эндрю всегда знал, что рожден для смерти. Как раненый заяц или птица, сломавшая крыло. Он цветок, выросший в непригодной для жизни почве, обязанный терпеть ливень и засуху, боль и страдание, просто чтобы выжить. ⠀⠀⠀Сейчас, когда по бедру стекает капли крови, а его самого вдавливают в кровать, не давая путей для отступления, или, еще хуже, для лишних действий и звуков, желание умереть вырастает в геометрической прогрессии, пока Дрейк позади что-то говорит. ⠀⠀⠀Боль уже не чувствуется — Эндрю уже привык к ней, она как опухоль, которая постоянно разрастается, но ее нельзя удалить из организма, заставляя тело гноиться и болеть. Эндрю молит несуществующих богов, молит, чтобы это прекратилось и перестало его мучить. Чужой член вновь толкается в него, смешивая сперму Дрейка с кровью, ведь он разорвал Эндрю на куски. Ублюдок пару минут назад говорил, что слишком устал, поэтому одного захода будет чертовски мало, особенно смотря как ты меня податливо принимаешь. Сейчас, смешивая сперму и кровь в одно ужасное месиво за его спиной, Эндрю мечтает оказаться где-нибудь не тут, не в своей кровати, не в доме Спиров, желательно, не в этом городе. ⠀⠀⠀По щекам скатываются горячие слезы, что сразу впитываются в простынь. Челюсть сжимается до боли в зубах, лишь бы не закричать. ⠀⠀⠀Эндрю замирает, когда чувствует, что чужой член наконец выскользнул из него, оставляя на ложбинке между ягодиц влажный след. Он не находит в себе силы даже двинуться, слыша, как за Дрейком захлопывается дверь. ⠀⠀⠀Тело дрожит, пока вся нижняя часть отдается огненной болью. Эндрю не может даже встать, чтобы убрать за собой — настолько больно. По ощущениям, кости таза разорваны и обглоданы, выставлены наружу и расходятся уродливой сеткой повреждений. Эндрю не может себе позволить лежать и истекать кровью, чтобы Кэсс, за которую он так отчаянно цепляется, вышвырнула его из дома. Он не может подвести свою приемную маму, поэтому поднимается сначала на дрожащих локтях, а после, пытаясь поднять таз, падает на кровать с измученным стоном. Со стороны он выглядит настолько жалко, что даже Натаниэль бы посмеялся, будь он тут. ⠀⠀⠀Мысли о Натаниэле приводят его в чувства — образ тощего и бледнолицего мальчика заставляет тело напрячься, когда в голове проносится момент их двухдневного диалога: Натаниэль поделился большой гематомой на бедре и спине, сидя на холодном кафеле туалета. Натаниэля избивают дома, возможно, даже сейчас тот лежит точно также, скрутившись на холодном полу, получая новые удары от отца-алкоголика. Может, в его мыслях тоже проносятся мгновенья, проведенные бок о бок с Эндрю. ⠀⠀⠀Боль немного отходила на второй план, давая Эндрю маленькую надежду на то, что сейчас он сможет подняться и убрать кровавые пятна с кровати и с себя. Он не должен подвести ни Кэсс, ни Натаниэля, который нуждается в нем не меньше. ⠀⠀⠀Маленький идиот не выживет в этой школе без Эндрю, хотя пытался жить долгое время, пока в его ужасной жизни не появился не менее ужасный и нудный Эндрю Спир, отдающий ему контейнер с едой уже вторую неделю. Слишком мелкий, чтобы быть чем-то значимый, и слишком яркий, чтобы стоять в стороне. ⠀⠀⠀Перед Эндрю проносятся холодные как ледники глаза Натаниэля, пока тот машет головой, переключая разум с мальчишки на насущные проблемы и собственное состояние. ⠀⠀⠀Ватные ноги совсем его не слушались, Эндрю то и дело был в шаге от того, чтобы свалиться мертвым грузом на пол своей комнаты. Достав влажные салфетки из ящика стола, кровь понемногу сходила с его тела, впитываясь в влажную ткань. В таком состоянии он не может выйти за пределы комнаты и добраться до ванной — привлечет ненужное внимание к себе, создаст массу проблем и окажется выброшенным в ближайший приют. Настольное зеркало слишком маленькое, чтобы охватывать все его тело, но пустые карие глаза впились в собственное лицо, когда Эндрю цепляется взглядом. Щеки впали еще хуже, синяки под глазами сейчас приобретают фиолетовый цвет, пока потресканные губы дрожат. ⠀⠀⠀И между ними двумя сильнее Натаниэль.

***

⠀⠀⠀Сегодня, хоть Эндрю все еще не ел в школе, он попросил положить порцию побольше, наблюдая, как мама кладет горсткой рис, откладывая в сторону от него кусочки вареного мяса. От еды ничем не пахло, а значит, даже если Эндрю и не будет есть, его не станет тошнить от запаха, как было недавно, когда Кэсс положила ему запеченные баклажаны. Но Натаниэль все равно остался сытым, съедая все до пустующего контейнера. ⠀⠀⠀Дрейк уехал на целых два дня, что уже является праздником. Эндрю выглядит более радостным, хотя тело продолжает отдаваться ноющей болью, особенно в тазовых косточках, которые не переставали беспокоить Эндрю. Сейчас он может более спокойно перемещаться по дому, не боясь наступить на скрипучую доску, обнародовав свое местоположение. ⠀⠀⠀Прошел почти месяц с того момента, как Эндрю спалил Натаниэля за порезами. ⠀⠀⠀Прошел почти месяц с того момента, как Эндрю смог найти вынужденного друга. ⠀⠀⠀Каждые пять дней они запирались в той самой кабинке между уроками, просто чтобы отдохнуть. И если для Эндрю не имело значение, где ему находиться, то Натаниэля нужно было прятать, чтобы ему случайно не прилетело в лицо или на него не вылили какой-нибудь липкий и приторный сок. ⠀⠀⠀Эндрю рассеянно стучал по своей коленке, наблюдая за Натаниэлем напротив. Они никогда не меняли своей позы, по-прежнему соприкасаясь коленями как и в первый день знакомства. Его губа немного опухла, а рассеченная бровь явно болела — Натаниэль ничего не проронил по этому поводу, даже не замечая пытливого взгляда на свое лицо. Неизвестно, сколько еще таких украшений оставил на нем отец за вчерашнюю ночь, ведь вчера этого не было. ⠀⠀⠀— Твоя мама так вкусно готовит. — Натаниэль говорил об этом вслух не для того, чтобы заставить Эндрю съесть хотя бы немного, он просто говорил. ⠀⠀⠀Для человека, который должен молчать, чтобы ему не выбили лишние зубы, Натаниэль больно много разговаривал. У того явно отсутствует понимание чужого юмора и сарказма Эндрю, а еще нет тормозов, чтобы остановиться. ⠀⠀⠀По Натаниэлю не скажешь, что зимой ему исполнится пятнадцать, а сейчас он лишь четырнадцатилетняя школота. Его глаза то и дело опасливо поднимаются на Эндрю, а тело и вовсе замирает, стоит только вслушаться в звуки за кабинкой туалета. ⠀⠀⠀Оба забывают, что находятся все в той же убогой школе, а не оказываются в своем собственном мире по щелчку двери, как только закрывают дверь сюда. Встречаться дома опасно — у Эндрю Дрейк, который еще не прознал про милого мальчика со школы, с которым Эндрю любезничает каждый свой день вместо уроков, а у Натаниэля, по его словам, нет даже пола, вместо которого обычная земля и камни. ⠀⠀⠀Эндрю замирает точно также, выхватывая из рук Натаниэля вилку, не сводя глаз с ручки двери, которая начинает быстро дергаться. ⠀⠀⠀По противному смеху с той стороны двери становится понятно, что это одноклассники Натаниэля — малолетние подонки, которые не нашли больше смысла в жизни, как портить ее другим. Они о чем-то шушукаются между собой, когда Эндрю собирается подняться, но холодная рука, что мягко легла на колено, останавливает. Натаниэль смотрит снизу вверх умоляющим взглядом, кричащим «не надо». Эндрю послушно опускается вниз. ⠀⠀⠀Вытирая об одежду вилку, сжимает ее в руке. И хоть в контейнере оставалось ещё немного еды, Натаниэль тихо закрывает его, сжимая в руках. Невооруженным взглядом видно, как тот начинает бояться: кадык дергается, руки беспрерывно дрожат, глаза бегают по всему Эндрю, что, несмотря на собственный страх и чувство некомфорта, продолжает играть героя. ⠀⠀⠀— Эй, Натаниэлла, мы знаем, что твое смазливое личико там. — На дверь обрушивается дождь грубых стуков, кажется, еще немного побарабанить и дверь слетит с петель. ⠀⠀⠀— Дайте спокойно поссать, суки. — Эндрю не уверен, что эта шайка не знает о нем и о том, что Натаниэль сбегает к нему каждый день между вторым и третьим уроком. Голос звучит чуть ниже, более грубо и хрипло, хотя он вроде не должен так резко сломаться. ⠀⠀⠀— Пацан, прости, обознались. — Их пронесло. Про их странные взаимодействия еще никто не знает, что удивительно, но Эндрю сейчас это сыграло только на руку. Знай они про него, его фраза звучала как шутка над ними, а не попытка защитить себя и Натаниэля. ⠀⠀⠀Сейчас сердце перестает дико бить по грудной клетке, пытаясь выйти наружу. Эндрю замечает, что все это время добровольно сжимал чужую ладонь в своей.

***

⠀⠀⠀Сегодня вернулся Дрейк, поэтому Эндрю медленно ковыляет до дома, останавливаясь каждые пять минут, просто чтобы подышать. Голова заполнена ворохом мыслей, но не одна из них не является чем-то позитивным, кроме, разве что, воспоминаний про Натаниэля, потому что сегодня Эндрю напросился довести его до дома. Взгляд уловил все, начиная от стеснения за свое старое жилье, до радости, ведь Эндрю, ты такой заботливый. Конечно, это был сарказм, потому что после этого его стукнули в плечо. ⠀⠀⠀Мальчишка был неряшлив в своей зоне комфорта, совсем не заботился о страхе, ощущая себя в полной безопасности рядом с Эндрю, изредка кидая волнительные взгляды по сторонам, не прекращая разговаривать. Эндрю не мог сказать, что чувствовал к нему: Натаниэль не излучал опасность и не пытался причинить себе вред после их знакомства — Эндрю проверял руки. Пара белых шрамов все еще маячила перед ним, но это не имело значения, пока Натаниэль был рядом и не собирался оставлять новые увечья на своем теле. Эндрю точно был уверен, что кроме рук он себя не калечил, ведь вчера видел его тело, когда обрабатывал заживающей мазью свежие гематомы, оставленные отцом. У семьи Веснински не было денег для таких лекарств, поэтому видеть смущение во взгляде голубых глаз было не удивительно. Эндрю предположил, что даже сейчас может с точностью произвести в голове вид краснеющего Натаниэля, отводящего взгляд, когда он касался его ребер с видным синяком. ⠀⠀⠀Натаниэль был тем, ради которого жизнь имела хоть какой-то смысл. ⠀⠀⠀В доме уже горел свет, хоть солнце не зашло за горизонт, но небо стремительно окрашивалось в более темные цвета. Нехотя, но все же дойдя, Эндрю толкнул дверь, сразу после закрывая ее на ключ. В прихожей стояла противная обувь на десять размеров больше его ноги, которую он пихнул в сторону, оставляя свои кроссовки на полочке возле маминых ботинок. Дрейк стопроцентно был сейчас дома, а значит встреча неизбежна. ⠀⠀⠀Какой шанс, что сегодня Эндрю поспит спокойно? ⠀⠀⠀Его нет. ⠀⠀⠀Увидев в проходе на кухню Эндрю, Дрейк растянул губы в кусачей улыбке, обнажая зубы. Кэсс готовила ужин, не сразу замечая приемного сына, пришедшего позже обычного. ⠀⠀⠀— Эндрю, милый, ты сегодня поздно. — Сладкий голос мамы прозвучал сквозь шипение чайника. — Что-то случилось? ⠀⠀⠀На него уставились две пары глаз — одна голодная до боли, а другая настороженная. ⠀⠀⠀— Просто гулял. ⠀⠀⠀— Один? — Да какое, блядь, имело значение где он шатался, главное, что не дома. ⠀⠀⠀Выдавив из себя скупую улыбку, еле дергая губами, он отрезал: ⠀⠀⠀— Просто гулял. ⠀⠀⠀Кэсс, поняв, что Эндрю не будет говорить об этом, кивнула, поворачиваясь к плите. Прежде чем уйти в свою комнату, он словил заинтересованный взгляд Дрейка. ⠀⠀⠀Ускользнув к себе, Эндрю успел лишь выдохнуть и скинуть со спины рюкзак, когда дверь без стука открылась позади него. Напряжение прокатило по спине, сжимая губы до боли, поворачиваясь к приходу. ⠀⠀⠀— Подружка появилась? — Дрейк опирался плечом на стену, сложив руки на груди. — Или, может быть, дружок. ⠀⠀⠀— Какое тебе дело до этого? — Эндрю был максимально отрицательно настроен на этот разговор, отступая назад к своему столу. — Тебя не касается то, с кем я общаюсь. ⠀⠀⠀— Ну почему же ты так негативно к своему брату, я ведь только добра тебе желаю. — Беззвучно закрыв дверь в комнату, Дрейк возвысился над ним, заставляя Эндрю чувствовать себя крошечным. — Это интересно, не пробовал привести его сюда, а? ⠀⠀⠀— Никогда, сукин сын. — С размаха толкнув его в грудь, Эндрю увеличил расстояние между ними, чувствуя себя на пару секунд в безопасности из-за этого. — Он не придет сюда. ⠀⠀⠀Эндрю облажался, ему стоит умереть. ⠀⠀⠀— О, так значит, мальчишка. — Дрейк совсем не обратил внимание на толчок, подходя снова. — Хочу его увидеть. ⠀⠀⠀Намерения ублюдка были прозрачны, как и окно в комнате Эндрю. ⠀⠀⠀Он хотел Натаниэля к себе. Под себя, но Эндрю скривился от этой мысли. ⠀⠀⠀Натаниэль был синонимом к слову невинность, и думать о нем в таком ключе было неправильно. Эндрю, во всяком случае, не мог. Непорочный и чистый Натаниэль не должен был испачкать свое тело, утопая в этих грязных руках. ⠀⠀⠀Молчание Эндрю затянулось, заставляя Дрейка подавать голос первым: ⠀⠀⠀— Тебе же хуже, только не кричи, дверь не заперта.

***

⠀⠀⠀Три раза Эндрю хотел умереть под Дрейком, один раз он хотел умереть в школе, два раза он собирался умереть. Пять раз, когда Эндрю Спир чувствовал себя на грани уйти из жизни, но так и не смог. Пять раз, когда его нервы сдавали, прекращая работать. Пять раз, когда он умер морально. ⠀⠀⠀Шестой произошел, когда его забытый телефон зазвонил посреди ночи. Эндрю не мог спокойно двигаться, тело отдавалось болью, ведь Дрейк сегодня был предельно жесток из-за его молчания. Живот скручивали спазмы боли, переходящие вдоль ног и обратно, пока он дотянулся до потертого телефона — Эндрю не пользовался им без надобности, поэтому находился в замешательстве, когда поплывший взгляд все еще фокусировался на имени звонящего. Неизвестный. ⠀⠀⠀— Алло? — На той стороне звонка стали слышны тихие хрипы и бормотание, но Эндрю не мог разобрать ничего толкового. — Кто это? ⠀⠀⠀— Это я. — Глупый Натаниэль, который сейчас звучал так, будто его перемололи через мясорубку и заставили жить. — Эндрю, прости, что я так, просто.. ⠀⠀⠀— Где ты? — У него не было собственного телефона из-за недостатка денег даже на самую дешевую модель, поэтому разумно было подумать о том, что тот находится где-то на улице. ⠀⠀⠀Поднявшись с кровати, Эндрю поморщился из-за режущей боли, но плотно сжал челюсть. Он дал свой номер телефона Натаниэлю в первые дни общения, ссылаясь на экстренные случаи. Сейчас был именно такой. ⠀⠀⠀— Я через две улицы от своего дома. Мы шли через этот путь, тут есть телефонная будка. — Голос дрожал, срываясь на шепот, заставляя Эндрю вжимать телефон в ухо. — Я не прошу, просто на всякий. — Натаниэль говорил легкими предложениями, что-то случилось серьезное. ⠀⠀⠀— Молчи и жди там. ⠀⠀⠀Тихие гудки, Эндрю сбросил трубку. Сон отошел на второй план, пока он перевернул уже раскрытый рюкзак, вываливая из него все содержимое на постель. Учебники и тетради ему сейчас не нужны. Во всяком случае, он не собирается учиться ночью. Закинув выпавшие таблетки и мази, которые приходилось таскать из-за Натаниэля, в горле пересохло. ⠀⠀⠀Ему нужно пройти в ванную и взять ещё бинты, наполнить валяющуюся пустую бутылку воды и взять более теплую толстовку — Эндрю сомневался, что Натаниэль смотрел на погоду, когда оказался на улице. ⠀⠀⠀Тело ныло и молило снова оказаться в кровати, но страх не успеть к Натаниэлю был выше боли, вытесняя ее из мозга. Переодевшись во что попало, Эндрю беззвучно пошел в ванную, осторожно обходя открытую дверь в родительскую комнату, откуда слышалось лишь сопение и храп приемного отца. ⠀⠀⠀Эндрю надеялся, что пять бинтов и самые простые медикаменты смогут вытянуть Натаниэля из того состояния, в котором он оказался на улице. Пол изредка трещал под ним, Эндрю опасался, что сможет разбудить кого-то, но все, вроде как, было спокойно. ⠀⠀⠀Тяжело дыша, он раскрыл окно, держа рюкзак за лямку на плече. Выходить через входную дверь опасно, а спрыгивать со своего окна — самое лучшее решение, которое он мог принять в своей жизни. Благо, расстояние до земли было чуть больше метра, Эндрю ничего не помешало спрыгнуть на постриженный газон и прикрыть за собой окно, не вызывая подозрений. ⠀⠀⠀На улице темно. ⠀⠀⠀Вся идеальная картинка, за которой наблюдал Эндрю каждый день, как шел в школу, меркла в темноте ночи. Фонари не работали, лишь некоторые изредка реагировали на него как на передвигаемый объект. Когда Эндрю уходил, успел взглянуть на часы. Час ночи — он поспал четыре часа, этого должно хватить до рассвета, а там как-нибудь разберется. ⠀⠀⠀Медленно плетясь по выносу тротуара, Эндрю начинал паниковать. Он не может бежать, не может даже ровно идти, постоянно останавливаясь, чтобы дать ногам отдых. За это время он мог уже добежать до Натаниэля и вытянуть его из той телефонной будки, где велел остаться. ⠀⠀⠀Эндрю ощущает себя немощным и беспомощным. Если он не может даже помочь своему единственному, который заменяет ему всех, то он жалок. Но даже ныть о своем состоянии кажется неправильным по отношению к Натаниэлю, который по воле случая должен ждать его и надеяться, что он придет и спасет его. Даст глоток жизни, пока сам истекает кровью. ⠀⠀⠀До того места идти около двадцати минут в равномерном темпе, но Эндрю кажется, что он идет уже битый час, пока улица сменятся за улицей. ⠀⠀⠀Та телефонная будка подсвечивается изнутри, и Эндрю видит сгорбленный силуэт, впервые срываясь на бег. Ноги ломит, пока он тяжело открывает стеклянную дверь в телефонную будку. ⠀⠀⠀Натаниэль такой маленький, сжавшийся в комочек, он уснул (или потерял сознание? Но во всяком случае, Эндрю надеется, что он уснул). Кожа рук в мурашках, Эндрю дрожит, когда падает на колени возле Натаниэля, осторожно смахивая прядку с его лица, открывая себе обзор на опухшую губу, позеленевший синяк на щеке и застывшую кровь у ноздри. ⠀⠀⠀Эндрю никогда не признает мальчишке, что боится. Волнуется, что того уже не спасти, дрожит от страха, думая, что не успеет. Натаниэль незаметно занял слишком крепкое место в его жизни, даже не спрашивая разрешения у Эндрю. Он не может поднять и перетащить его отсюда: тело Эндрю истощено и болит. ⠀⠀⠀Прикладывая два пальца и чувствуя явный пульс под кожей, Эндрю выдыхает. Натаниэль просто спит, он не умер, не потерял сознание — он спит, но мозг Эндрю пока что отказывается верить в то, что тот в сознании, стоит лишь потрясти за плечи. В кабинке еще есть место, чтобы Эндрю тоже сел, но он лишь стоит, уперевшись коленями в пол и не сводит взгляда с Натаниэля. ⠀⠀⠀Касаться его сейчас кажется неправильным. Натаниэль беззащитен к любым касаниям в таком состоянии, а значит, может испугаться, если Эндрю будет груб с ним. ⠀⠀⠀— Натаниэль. — Еле слышно с губ слетает такая тихая мольба проснуться. Эндрю не касается, сидит и смотрит, произнося еще несколько раз чужое имя. ⠀⠀⠀Только когда светлые ресницы начинают дрожать, глаза раскрываться, Эндрю пытается успокоить свое бушующее сердце. Натаниэль жив, сейчас смотрит на него своими до ужаса красивыми глазами и не понимает ничего. ⠀⠀⠀Сейчас Эндрю позволяет себе сесть рядом с ним на холодный пол в этой кабинке, соприкасаясь бедрами друг с другом. Слышен звук расстегивающейся молнии на рюкзаке, свернутая толстовка оказывается на коленях Натаниэля — ему холодно, а он одет в старую выцветшую футболку и легкие хлопковые штаны, которые Эндрю не часто видел на нем в школе. Это домашняя одежда, может, даже единственная, в которой он ходит дома. На ногах у него благо свои кроссовки, но будь он босым, Эндрю бы пожертвовал своим теплом, чтобы согреть их. ⠀⠀⠀— Что случилось? — Тихо спрашивает Эндрю, поворачиваясь к нему с мазью и бинтом. ⠀⠀⠀Вытирая засохшую кровь из-под носа, Эндрю осторожно выдавливает на палец заживляющую мазь, осторожно растирая ее по щеке, пока она не впитывается в кожу. Пальцы действуют аккуратно, пытаясь не потревожить боль, скрывающуюся под кожей. Только сейчас Эндрю замечает кольцевые следы от пальцев на шее: Натаниэля душили, Эндрю знает, что такие синяки остаются от удушья. Злость накапливается в теле, но размышления о плохом прерывает Натаниэль, сидящий рядом. ⠀⠀⠀— Я сбежал. — Тихо и сипло. У того совсем нет сил даже говорить, горло явно отдает постоянной болью. — Он грозился, что убьет меня, если я не уйду. Я не знал, что мне делать. — Голос дрожит, но на лице Натаниэля нет и намека на слезы или истерику. Он молча смотрит перед собой, после медленно поворачиваясь к Эндрю. — Прости. — И это звучит так искренне, что Эндрю хочет упасть к ногам, сначала избавив весь мир от ублюдков, которые причиняют боль Натаниэлю. Но он не может. ⠀⠀⠀— Дурак. — Эндрю не хочет говорить ничего. Тянется руками к перекиси и вате в рюкзак, чтобы обработать опухшую губу Натаниэля. ⠀⠀⠀У него нет чего-то подходящего для губ, поэтому остается только надеяться, что это хоть как-то поможет, нанося на ватку совсем немного. Глаза Натаниэля щурятся, когда губу, похоже, начинает щипать. Эндрю не умеет быть нежным, но подуть на пострадавшую губу может, наклоняясь еще ближе, не сводя взгляда. ⠀⠀⠀Он не видит, как на него смотрит Натаниэль, не замечает, как наклоняется к самим губам, приходит в себя лишь в момент их слияния, ведь чувствует неприятный вкус перекиси на чужих губах. Натаниэль не против, он мягко отвечает на поцелуй, но не сдвигается с места, чтобы не потревожить старые раны. Сердце Эндрю готово выскочить из груди, шершавые губы Натаниэля так правильно касаются его, заставляя трепетать. Это не кусачий поцелуй, полный лишь боли и унижения, Натаниэль не напирает, отдавая всю власть Эндрю, давая свое разрешение полноправно вести поцелуй. ⠀⠀⠀Хочется быть ближе, Эндрю желает слиться с ним воедино, не оставляя между ними и миллиметра, хочет зафиксировать их навсегда, чтобы утром их тела нашли возле друг друга, слившимися в вечный поцелуй. Он хочет, чтобы мгновение никогда не кончалось, чтобы Эндрю смог наслаждаться им всегда. Натаниэль мычит в губы, когда зубы неловко проходятся по нижней, немного прикусывая ее. У Эндрю нет опыта в поцелуях, но Натаниэль явно не знает о том, как вообще должен происходить поцелуй, если он все еще рядом. ⠀⠀⠀На секунду Эндрю забывает о побеге из дома, о Дрейке и насилии, думает лишь о том, насколько приятно ощущать губы Натаниэля, сливаясь в чувственный поцелуй. ⠀⠀⠀Но кислород в легких закончился, заставляя оторваться друг от друга. ⠀⠀⠀Уши покалывает, они покраснели, выдавая Эндрю с поличным. Но, кажется, Натаниэля это не заботит — его щеки порозовели, а взгляд помутнел. Грудная клетка тяжело поднимается, вдыхая воздух большими порциями. ⠀⠀⠀И Эндрю кончается как человек. ⠀⠀⠀Седьмой раз он хочет умереть рядом с Натаниэлем, из-за Натаниэля, для Натаниэля. ⠀⠀⠀— Не знаешь, сколько времени? — Он шепчет Эндрю на ухо, выводя того из своих мыслей. ⠀⠀⠀— Что? Нет, я не знаю. — Рассеянно пожимает плечами Эндрю, принимаясь машинально складывать все свои лекарства в рюкзак, как замирает. — Твоя шея. ⠀⠀⠀Между ними чувствуется напряженное смущение из-за поцелуя, но Эндрю упрямо молчит, выдавливая себе на палец мазь, чтобы начать втирать ее небольшими мазками в синяки на шее. Кожа начинает краснеть, пока Эндрю старается не поднимать взгляда, сосредотачиваясь на чужих синяках. ⠀⠀⠀— У тебя есть синяки ниже? ⠀⠀⠀— Нет, отец сегодня не добрался до туда. ⠀⠀⠀Эндрю молча кивает, когда наконец начинает обматывать шею бинтом — он правда не знает, нужно ли это делать или нет, но так кажется правильнее, ведь теперь шея защищена хотя бы чем-то. ⠀⠀⠀— Эндрю. — Сложив все свои вещи в рюкзак, он опирается на стеклянную стенку позади себя, находясь бок о бок с Натаниэлем, зовущим его. ⠀⠀⠀— Что? — Четкость личных границ расплывается, когда дело доходит до Натаниэля. Он бы никогда не мог так свободно коснуться кого-либо, не испытывая при этом сильного отторжения, но с Натаниэлем все по-другому. Натаниэль другой. ⠀⠀⠀— Что мне делать? — Совсем тихо, почти беззвучно. Натаниэль опустил свою голову на плечо Эндрю, опираясь на него. ⠀⠀⠀Он искал в нем защиту и утешение. Эндрю не знал, сможет ли дать это. ⠀⠀⠀— Ты мне поверишь, если я скажу, что все хорошо? — Пожалуй, Эндрю не знал, что сказать. — Знаешь, я думаю, даже если твоя жизнь тяжела, она все равно приведет тебя в хорошее место. ⠀⠀⠀— И давно ты стал таким философом? — Эндрю тихо усмехнулся, поворачивая голову и рассматривая медные волосы Натаниэля. — В какое место ведет твоя жизнь? ⠀⠀⠀Эндрю замолчал, посмотрев на ночное небо. ⠀⠀⠀— Не знаю, может, туда, где и ты. ⠀⠀⠀Натаниэль зашуршал, поднимаясь чуть выше, чтобы коснуться губ Эндрю на секунду. Этого хватило, чтобы сердце пропустило удар. Этот мальчишка невозможен, Эндрю умрет из-за него. ⠀⠀⠀— Как бы темна не была эта ночь, она все равно закончится. — Эндрю продолжал ощущать тепло губ Натаниэля на своих. — Поэтому знаешь, думать о плохом все равно, что мечтать о неприятностях. ⠀⠀⠀Это будет эгоистично со стороны Эндрю, но он хочет умереть раньше, чем умрет Натаниэль — видеть его смерть будет хуже любой ночи, проведенной в доме Спиров. ⠀⠀⠀Молчание не длилось так долго, как казалось. Натаниэль потянулся к его запястью, Эндрю не решился отталкивать, начиная жалеть об этом в ту же секунду, как чужая рука потянула его рукав толстовки выше, обнажая белые шрамы. Старые уже не интересовали Натаниэля, он успел их увидеть и даже посчитать в туалете школы, но вот те, что ближе к сгибу локтя совсем свежие, оставленные недавно — Натаниэль заострил на них внимание. Контур нескольких шрамов все еще красноватый, они не успели зажить полностью, выделяясь этим на фоне других, белых. ⠀⠀⠀Вместо лишних слов, Натаниэль поцеловал их. Нежно и трепетно, просто касаясь губами. Каждое место, к которому прикоснулись его губы, обдавало жаром. ⠀⠀⠀— Мы справимся, Эндрю. — И это была та ложь, в которую хотели верить оба.

И только несчастные способны понять друг друга.

⠀⠀⠀Самой странной особенностью Натаниэля была его любовь к обшарпанному стадиону по экси, который построили здесь еще при их рождении. Сейчас, когда на дворе глубокая ночь, а его всего трясет из-за боли и холода, они идут именно туда, чтобы переждать там оставшуюся ночь. ⠀⠀⠀Эндрю не был фанатом спорта, а уж тем более такого, где нужно было постоянно бегать по полю и ловить мячи, сталкиваться лбами с противниками и пытаться забить по чужим воротам. Он относился равнодушно, но его дурашливый друг готов был из кожи вон лезть, чтобы побывать там. Для такого маленького города, как их, иметь такое большое сооружение (даже если оно скоро развалится на части) было затратно и невыгодно. Неизвестно по какой причине он был тут, но он явно не рабочий почти все время. Стадион даже не находился под охраной, хотя сигнализация должна была работать, если властям города так хочется иметь поле для игр. Как выяснил Эндрю спустя полчаса — никакая сигнализация уже не спасала здание от набегов бомжей или всяких подростков. Но Натаниэль только что лепетал про их городскую команду, и о том, насколько она плохо играет. Для человека, который стоял на поле для экси только в своих снах, а клюшку держал только представляя, Натаниэль имел слишком большие познания о том, как нужно играть на поле. ⠀⠀⠀— Представь, что ты когда-нибудь придешь на мою игру. — Натаниэль, склонив голову в бок, не сводил с Эндрю взгляда. ⠀⠀⠀Он прикрыл глаза на миг, правда стараясь представить, но все было таким расплывчатым. Оба понимали, что это за гранью невозможного. ⠀⠀⠀Натаниэль не выберется из нищеты, не станет крутым экси-игроком, останется никем и сдохнет где-нибудь тут от травли в школе. ⠀⠀⠀Эндрю быстрее умрет от себя же самого, чем доживет до своего совершеннолетия. И не важно, какой будет повод, число в календаре или взгляд Натаниэля. ⠀⠀⠀— Очень забавно, будешь прыгать и бегать по полю. — Пыль пробралась в нос, Эндрю чихнул, промаргиваясь после. ⠀⠀⠀Они обошли всю защиту стадиона, которая состояла из ничего и одного пьяницы, лежащем у вывески «охрана» без сознания. Разумно было пойти по домам и наконец доспать последние часы перед рассветом, но уйти сейчас означало оставить Натаниэля один на один с собой и своими страхами. ⠀⠀⠀— Натаниэль, — На грани слышимости. Эндрю хотел что-то сказать, но поморщился, выдавая совсем не то, что должен был. — дай ладонь. ⠀⠀⠀Протянутая ладонь оказалась сжата пальцами в замок, Эндрю оставил на тыльной стороне чужой руки осторожный поцелуй.

***

⠀⠀⠀Эндрю, здравствуй? ⠀⠀⠀Это может показаться странным, но я твой близнец. Офицер Хиггинс, который работал с тобой в детстве, спутал меня. Я сейчас в Окленде, это не так далеко от твоего города, мы могли бы встретиться???

НЕТ, отвали

⠀⠀⠀Эндрю продолжает смотреть немигающим взглядом на сообщение и свой ответ, надеясь, что это розыгрыш. С того ночного побега проходит почти четыре дня, все постепенно приходит в норму, и Эндрю молчит, не рассказывая никому про их вылазку. ⠀⠀⠀Нет, сука, нет. Все не должно было пойти не так, он должен был в относительном спокойствии доживать свои несчастные дни в дьявольском городе, выжимающем из него все соки. Он должен был просто следить за Натаниэлем, пытаться выжить и любить, а не таращиться на сообщение от своего брата. От своего близнеца. ⠀⠀⠀Интересно, он выглядит также ужасно, или получше? ⠀⠀⠀Благо, номер Хиггинса находит сам себя быстрее. ⠀⠀⠀— Привет, как дела? Не хочешь мне рассказать о том, как дела у меня из Окленда? — Напыщенное дружелюбие. Если его разыграли и это все вранье, Хиггинс не поймет, в чем дело и что он от него хочет. И тогда все новые проблемы исчезнут так, будто их и не было. ⠀⠀⠀— Здравствуй. — На той стороне затянулось молчание, поэтому Эндрю хотел было раскрыть рот. — Это случилось случайно, я перепутал его с тобой и подошел к нему. Как оказалось, его зовут Аарон Майкл Миньярд, он проживает в Окленде вместе с вашей мамой. — Это правда. Тот стремный тип из его мессенджера реально его брат. Пиздец. Но почему то с этой мыслью он свыкся, но не с фразой офицера. ⠀⠀⠀— Нашей? — Кэсс что, тоже имеет двойника. — Свиггинс, ты что-то путаешь, моя мать сейчас со мной. ⠀⠀⠀— Нет, Эндрю. Твоя приемная мать, может, и с тобой, но вот биологическая рядом с Аароном. — Хиггинс явно не был рад такому обращению к себе, но промолчал, зная характер Эндрю. — Не знаю всех мотивов, но насколько я понял, Тильда Миньярд — твоя родная мать, она изначально отдала вас обоих в систему, но забрала Аарона через какое-то время. ⠀⠀⠀Эндрю сбросил трубку, не став продолжать разговор. Мысли смешались воедино, но в груди возродилось чувство пустоты — неправильное и давно ушедшее. Натаниэль умело смог перекрыть и выгнать его, но сейчас Эндрю будто перекрыли кислород. Глаза заметались от одного угла комнаты в другой, цепляясь за окно, у которого он стоял. ⠀⠀⠀Значит, у него есть близнец, живущий в Окленде, который сам не знал о его существовании до встречи с Хиггинсом. Рука покалывала из-за сильной хватки в кулак — ногти оставили кровавые полумесяцы на коже. Телефон упал куда-то под ноги. ⠀⠀⠀А еще у него есть, оказывается, биологическая мать, которая какого-то хуя оставила его в системе, забирая одного лишь Аарона. Был ли он зол? Определенно. Чем он мог заслужить такое, почему он не оказался на месте близнеца, но эти мысли были пеплом, улетевшим стоило ему закачать головой из стороны в сторону. Это неправильно — Аарон не виноват в сучьем поведении их матери, он такой же ребенок, и уж тем более навлекать на него судьбу Эндрю будет ужасно. ⠀⠀⠀Эндрю Миньярд. ⠀⠀⠀В системе всем давали одну фамилию на всех, поэтому долгие годы он был Доу, а сейчас, когда у него возможно захотят отобрать его законную по документам фамилию, он не знает, что делать. ⠀⠀⠀Оставаться в Спирах кажется правильным, но он не хочет. Спиры — единственное связующее звено между ним и этим городом. Между ним и Натаниэлем. Если он уедет к своему брату и матери, что будет с Натаниэлем? На Кэсс нет дела, те теплые чувства в его душе давно перестали играть роли, пока ее родной сын истерзал его тело. Он не может больше жертвовать собой ради нее, но уйти не позволяет сердце. ⠀⠀⠀— Так значит, близнец, да? — Скользкий голос. ⠀⠀⠀Только сейчас Эндрю замечает, что в отражении стекла виднеется силуэт позади. Эндрю не заметил его, как долго Дрейк тут стоял, как много смог услышать? ⠀⠀⠀— Тебе не должно быть до этого дела. — Эндрю шипит, разворачиваясь в его сторону на пятках. — Это не касается тебя. ⠀⠀⠀— Касается. — Губы того расплываются в улыбке. Ядовитой и мерзкой, Эндрю хочет проехать кулаком по его лицу, но что он может сделать? — Ты же мой любимый брат, не забыл? ⠀⠀⠀— Не называй меня так, ты монстр. — И, кажется, ему не стоило это говорить. Глаза Дрейка ощутимо меняются, становятся мрачнее, пока между бровей вылезает складка. ⠀⠀⠀— Ты, кажется, не понял. — Дрейк медленно надвигается на него. — Я хочу, чтобы этот твой близнец побыл у нас в гостях, мне кажется, это будет забавно. Вы будете таким милым комплектом. — Эндрю пытается прикрыть уши, старается не слушать, но чужие руки одергивают его, крепко сжимая. — Давай же, Эй-Джей, будь лапочкой. ⠀⠀⠀Хуже уже не будет.

***

⠀⠀⠀Будет, ведь когда об этом узнает Кэсс, становится в разы ужаснее. Приемная мать теперь начинает настаивать на Аароне, как только узнает часть ситуации. Эндрю плюется ядом, язвит и отказывается идти на контакт. Он не позволит Аарону пересечь дом Спиров, когда Дрейк ясно дал понять, что будет с ними двумя, оставь их один на один ночью. ⠀⠀⠀Аарон, словно тупица, продолжает написывать ему после нескольких отказов. И, кажется, он смог бы вынести его компанию в жизни, но только не в этом городе, не в этой семье и не в этих обстоятельствах. ⠀⠀⠀Единственной надеждой на благоразумие остается Натаниэль, но тот такой же сумасшедший, как и он сам. Натаниэль поддерживает любую идею Эндрю, следуя за ним как верный пес. ⠀⠀⠀Эндрю хочет бежать отсюда подальше, но не может оставить Натаниэля умирать одному. ⠀⠀⠀— Значит, я найду способ отправится вслед за тобой. — Он смешно склоняет голову, его кудряшки лезут в глаза, и он забавно пытается сдуть их. ⠀⠀⠀Натаниэль действительно хочет уйти вместе с ним. ⠀⠀⠀Эндрю не позволит им попасть в детский дом из-за своих личных убеждений. Натаниэль, даже если бы и хотел именно туда, не заставил бы Эндрю пересечь порог приюта. ⠀⠀⠀— Получается, колония для несовершеннолетних? ⠀⠀⠀— Мы сумасшедшие.

***

⠀⠀⠀Никто в здравом уме не пойдет добровольно за решетку, даже если это не повлияет на будущую жизнь. А нет, повлияет. Эндрю сможет быть свободен, Натаниэль будет рядом, а глупый близнец потеряется где-то между сообщениями от полиции и предупреждениями о погодных явлениях. ⠀⠀⠀Эндрю так и не понял, что именно собирается делать Натаниэль, но свои действия выедаются под коркой мозга. ⠀⠀⠀Ночью Эндрю не спит, выжидая собственного кроватного монстра. Дрейк давно не заходил к нему, рассчитывая на послушание, ведь все еще не отпускал мысли про Аарона и их чудесный комплект. Возможно, именно сегодня будет та возможность выбраться на свободу, которую он никак не мог упустить. ⠀⠀⠀Дрейк Спир будет гореть в муках, чтобы Эндрю выбрался отсюда подальше, затягивая за собой Натаниэля. ⠀⠀⠀— О, ты уже ждешь, как приятно. — Шорохи за спиной, Эндрю не оборачивается, но страх проходит по спине. ⠀⠀⠀Сжимая рукоять, он поджидает тот момент, чтобы действовать. Ему не нужно ждать, пока тот как-то разденет его, не нужно пытаться вырваться. Ему надо, чтобы Дрейк его перевернул. ⠀⠀⠀— Иди ко мне. — Мерзость, но чужие руки на своем теле поворачивают Эндрю лицом к лицу. ⠀⠀⠀Нож, что крепко сжимал в своей руке Эндрю, оказывается полностью в плече Дрейка. Спир кричит, падавая на колени перед кроватью, хватаясь за уже окровавленное плечо. Эндрю поджимает колени ближе к себе, сжимаясь в комок на кровати, не сводя глаз с него. ⠀⠀⠀Залетевшие к ним родители остаются последним воспоминанием из дома Спиров. Больше он сюда не вернется.

***

⠀⠀⠀— Не знал, что за мелкое хулиганство и распитие алкоголя сажают в колонию. ⠀⠀⠀Эндрю добился своего. ⠀⠀⠀Он вне дома Спиров, он в относительной безопасности, Натаниэль рядом. Сейчас он его видит впервые после двух недель порознь. Судебное разбирательство приговорило его к колонии для несовершеннолетних до того момента, пока он не исправится. И, кажется, Натаниэль справился куда быстрее чем он. ⠀⠀⠀— Вообще-то я опасный преступник, ты должен меня бояться. ⠀⠀⠀— Да, и что же ты сделал? — Выгибая бровь, Эндрю не сводит глаз с Натаниэля. ⠀⠀⠀— Съел твой обед. — На губах расцветает забавная улыбка, ведь у Натаниэля торчат два зуба словно клыки. Эндрю допускает мысль, что не прочь подставить шею. ⠀⠀⠀Эндрю хочет жить, находясь в колонии. ⠀⠀⠀— Кстати, я записался в местную команду по экси. — О нет, Эндрю умрет здесь раньше, чем умер бы на свободе. — И тебя тоже там ждут, там свободные места. ⠀⠀⠀Ладно, он, возможно, доволен своей жизнью.