Дом-место в котором тебя ждут, мой же дом это ты.

Лёжа в своей кровати, девушка мирно посапывала. Время уже близилось к полудню, но тёмный маг решил не будить её. После вчерашнего… После слёз, криков и боли Софи просто уснула у него на руках, окончательно выбившись из сил. И впервые за долгое время Румпельштильцхен не стал насмехаться, язвить или требовать что-то взамен. Он просто отнёс её в комнату. И позволил поспать. Открыв глаза, девушка несколько секунд непонимающе смотрела в потолок. Но стоило воспоминаниям о вчерашней ночи всплыть в памяти, как внутри всё снова болезненно сжалось. Кровь. Тела. Крик Лианы. Мама… Софи медленно села на кровати и уставилась в стену пустым взглядом. Будто внутри неё что-то сломалось окончательно. Вдруг её внимание привлёк небольшой стеклянный флакон, стоящий на тумбочке рядом с кроватью. Под ним лежала записка. Девушка медленно взяла её в руки. «Выпей. Это облегчит твою боль». Софи удивлённо замерла. Неужели это оставил он? Но… зачем? Разве не он всегда говорил, что за любую магию нужно платить? Девушка осторожно взяла флакон и вышла из комнаты. Ноги сами привели её в сад. На улице было холодно, несмотря на солнце. Здесь зима будто навечно поселилась среди мёртвых деревьев и покрытых инеем цветов. Софи села на каменные ступени, ведущие в сад, и крепче сжала флакон в руках. Она пыталась думать. Но мысли путались. Слишком больно. Слишком пусто. Вдруг на её плечи опустилось что-то тёплое. Девушка вздрогнула. — Надень. Ещё не хватало, чтобы ты заболела. Румпельштильцхен набросил на её плечи свой плащ и сел рядом. На удивление молча. Будто просто ждал, пока она сама заговорит. Софи опустила взгляд. — Не знаю, когда эта боль уйдёт… — тихо сказала она. — И уйдёт ли вообще… Она взглянула на него. — У меня больше нет дома. Нет места, куда я могла бы вернуться. — Ты всё равно живёшь здесь. Какая разница, где тебе ночевать? — спокойно ответил мужчина. Софи нахмурилась. — Дом — это не просто место, где ты спишь. Она сжала ткань плаща в руках. — Это место, где тебя ждут… где ты знаешь, что тебя ждут. Голос дрогнул. — А у меня больше нет такого места. Нет никого, кто ждал бы меня… Я осталась одна. Совершенно одна. Мужчина молча посмотрел на неё. И сам не понимал, почему пытается поддержать её. Почему вообще сидит здесь рядом. Почему ему не всё равно. Может, из-за сделки. А может… Румпельштильцхен резко отвернулся от собственных мыслей и поднялся. — Похоже, у меня уже много лет нет дома, — тихо произнёс он, глядя куда-то вдаль. После этих слов он снова протянул ей флакон. — Выпей. Это не поможет забыть тот день… но сделает боль менее удушающей. И, сказав это, исчез. Софи ещё несколько секунд смотрела туда, где он только что стоял. А затем открыла флакон и выпила содержимое. Боль не исчезла. Но теперь казалось, будто со смерти её семьи прошёл не один день… а десять лет. Она тяжело выдохнула. И впервые за всё это время смогла нормально вдохнуть. Взгляд девушки невольно скользнул туда, где недавно стоял маг. На её губах появилась слабая улыбка. — Спасибо… Тихо прошептав это, Софи поднялась. Нужно было продолжать жить. Хотя бы пытаться. . . . Девушка убиралась в библиотеке. Пыль медленно кружилась в солнечных лучах, а вокруг возвышались огромные стеллажи со старыми книгами. Но убиралась она не просто так. Софи искала. Книгу о магических артефактах. Или старинных украшениях. Хоть что-нибудь. Ей нужно было понять, что за кулон она носит всю свою жизнь. Что в нём такого особенного. Почему из-за него умирают люди. Вдруг снизу послышался громкий грохот. Девушка вздрогнула. — Неужели он уже вернулся?.. Софи быстро спустилась вниз. Но вместо Румпельштильцхена в зале стоял незнакомый мужчина. Судя по одежде и луку — вор. — Вам лучше уйти, — нахмурившись, сказала девушка. Мужчина усмехнулся. — Тёмный поставил на стражу девчонку? Серьёзно? — Нет. Но он не любит воров. Все, кто пытались что-то у него украсть… умерли. Прошу, уходите, пока он не вернулся. Но мужчина резко направил на неё стрелу. — Отвечай. Где кинжал? Софи растерянно отступила. — Я… я не понимаю, о чём вы говорите. — Не скажешь — умрёшь. Сердце болезненно забилось. Часы пробили два часа. Обычно Румпельштильцхен возвращался именно в это время. — Уходите! — нервно сказала девушка. — У вас осталось меньше десяти минут! — Достала. Мужчина выпустил стрелу. Софи вскрикнула и зажмурилась. Стрела лишь скользнула по её щеке и вонзилась в стену позади. Щёку обожгло болью. — Уходите… пожалуйста… Теперь её голос дрожал от страха. Лучник нервно огляделся. И, похоже, всё же поверил ей. Выругавшись, он выпрыгнул в разбитое окно и исчез. Софи медленно сползла по стене вниз. Руки тряслись. Она действительно думала, что умрёт. Щека неприятно болела. Вдруг послышались шаги. Девушка резко вскочила, выдернула стрелу из стены и быстро спрятала её за спину, прикрыв царапину волосами. — И почему же окно разбито, дорогуша? — раздался знакомый голос. Румпельштильцхен. — Э… я… понимаете… кажется, была немного не в себе и случайно… запустила ведро в окно… Последнюю фразу она пробормотала почти шёпотом. Тёмный маг начал медленно приближаться. — Ведро? — переспросил он. — Значит, стрела, которую ты прячешь, просто валялась здесь? Софи нервно засмеялась. Но тут же поморщилась и схватилась за щёку. Мужчина мгновенно оказался рядом и убрал её руку от лица. На этот раз на его лице не было привычной ухмылки. — Сама расскажешь? Или мне придётся заставить тебя? Софи тяжело выдохнула. — Здесь был вор… Но он ничего не украл! Честное слово! Даже не прикоснулся ни к чему, отпустите его! — Тут ты ошибаешься, дорогуша, — тихо сказал маг. Его взгляд остановился на её щеке. — Он всё-таки успел тронуть мою вещь. Софи замерла. Всё в этом замке принадлежало ему. И, похоже… она тоже. Девушка отвела взгляд и тихо сказала: — Всё хорошо. Вещь ведь не сломана. — Ошибаешься. Он осторожно провёл пальцами по её щеке. — На наконечнике стрелы был яд. Ты могла умереть, если бы я не вернулся вовремя. Софи потрясённо коснулась кожи. Раны больше не было. Он исцелил её. Румпельштильцхен тут же снова стал привычно насмешливым. — Что ж, дорогуша, приготовь что-нибудь. Я, между прочим, голоден. Софи невольно улыбнулась. — Да, конечно. Сейчас всё будет готово. И быстро убежала на кухню. А мужчина ещё несколько секунд смотрел ей вслед. Слишком долго. . . . Ночью Софи проснулась от жажды. Сон никак не шёл, поэтому девушка решила спуститься за водой. Но проходя по коридору, она заметила свет в одной из комнат. Странно. Осторожно приоткрыв дверь, Софи замерла. Румпельштильцхен сидел у прялки. И прял солому. На глазах обычные сухие нити превращались в настоящее золото. Это было… завораживающе красиво. — Ты что-то хотела? — не оборачиваясь, спросил он. Софи смущённо прикусила губу. — Я просто хотела попить воды… И не знала, что мужчины тоже умеют прясть. Да ещё и золото. Она тихо усмехнулась. Мужчина едва заметно улыбнулся. — Это помогает расслабиться… забыться. Софи медленно подошла ближе и села рядом с ним на колени. — А вам есть что забывать? На мгновение в комнате стало очень тихо. — Многое хочется забыть. — Например что? — Дорогуша, ты слишком любопытна. Не забивай свою головку такими вещами. Софи нахмурилась. Но всё же спросила: — Почему люди называют вас чудовищем? Румпельштильцхен замер. — То есть… люди ведь сами заключают с вами сделки. А потом, не выполняя условий, винят вас во всём. Мужчина усмехнулся. Но как-то горько. — Они так говорят не только из-за магии. — Тогда почему? Он резко посмотрел на неё. — Потому что я выгляжу отвратительно! Люди боятся моего лица. Им мерзко смотреть на меня. Поэтому для них я чудовище! В его голосе впервые звучала настоящая злость. И боль. Софи осторожно придвинулась ближе. Из-за темноты она почти не видела его лица, но всё равно тихо сказала: — Люди часто судят книгу по обложке. Она положила руку ему на грудь, туда, где билось сердце. — Я видела ваше лицо. И вы не такой уж страшный. Мужчина замер. — Я видела людей намного хуже. С красивыми лицами… и ужасной душой. Софи мягко улыбнулась. — Вы не чудовище. Даже если сами в это верите. Её голос звучал почти шёпотом. — Я вижу вас другим. Вот здесь. Она слегка коснулась его груди. — Может быть, однажды вы покажете людям ту часть себя, которую скрываете. И тогда они увидят вас так же, как вижу вас я. С этими словами девушка поднялась. И направилась к двери. Уже на выходе она обернулась. — Спокойной ночи, Румпельштильцхен. Мужчина долго молчал. Слишком долго. А потом тихо ответил: — Спокойной ночи… Софи. И всё же он никогда не признается даже самому себе, что именно этой ночью внутри него начало меняться слишком многое.