Глава 26. Зло поверженно Добро мертво.
2 ноября 2025 г., 15:09
— Ну же, выбор за тобой: либо она умрёт, либо ты отдаёшь кинжал. — Кора.
Девушка посмотрела на мать, но та опустила голову. Это был выбор без выбора. Она не хотела смерти невинного человека, но... и смерти того, кого всё ещё любила, тоже не могла допустить...
— Анника... прошу, мы найдём способ победить, но Джоанна... она тут ни при чём, прошу. — рыдая, говорила Белоснежка.
Она посмотрела на женщину, которая кричала от боли, когда её сердце вновь сжимали.
— Хватит! Хорошо... хорошо, забирайте! — девушка кинула кинжал на землю, а сама упала на колени. Из глаз лились слёзы, надежда умирала.
— Отлично. — сказала Кора и взяла в руки кинжал. Реджина вернула сердце, и Джоанна подбежала к Белоснежке, обняв её.
— Всё закончилось, не волнуйся. — сказала та, обнимая её.
— О нет, ещё не всё. — сказала Кора и взмахнула рукой.
Джоанна поднялась вверх, и резко та выбросила её за стекло башни. Никто не успел и шевельнуться, как внизу послышался удар тела о землю.
— Нееет!! — Белоснежка подбежала к разбитому стеклу, смотря вниз и начиная плакать.
— Что ты сделала? — сказала Реджина, смотря на мать.
— Видите? Делать добро себе дороже. — сказала Кора, и они обе испарились.
— Я ненавижу её. — Мэри Маргарет.
— Это конец... Кинжал у них, Румпель умирает. Что нам теперь делать?! — Анника.
— Мы справимся, я уверен. — Дэвид.
Девушка уже хотела ответить, но ей позвонил Генри.
— Да? Генри, у нас плохие новости. Кора... она забрала кинжал. — Анника.
— Что?! О нет... Мы уже близко к Сторибруку. Что же делать? Яд подбирается к сердцу мистера Голда. — Генри.
— О нет... Генри, у меня есть идея. Дэвид и Мэри Маргарет вас встретят, а я задержу Кору и маму. — сказала девушка и отключила.
— Что? Анника, ты в своём уме?! Кора убьёт тебя! — Дэвид.
— Нет, пока она втирается в доверие мамы, не тронет. Я задержу их и заодно узнаю, что они замышляют, а вы встретьте Румпеля и остальных. Пожалуйста, не дайте ему умереть! — девушка побежала в мэрию. В последний раз они были там, значит, и в этот раз тоже должны быть.
.
.
.
— Значит, твоя дочурка решила играть против нас. — сказала Кора, вставая из-за стола.
— Твоя волшебная коробка и вправду чудесна. Мы слышим их разговоры. Но Тёмный умирает. Если он умрёт, его магия рассеется... У меня есть план: мы сделаем так, что твоя дочка будет думать, будто её план действует и она может нас задержать, а потом я убью Тёмного его же кинжалом и сама стану Тёмной. — Кора.
— Я делаю это ради семьи, ради нашей защиты! — Кора.
— Анника дорожит им! Она не простит мне этого. Мы не будем его убивать! — Реджина.
— Нам нужна эта власть, чтобы защитить Аннику и Генри. Проиграв эту битву, мы остаток жизни проведём на коленях перед ними, а я этого никогда не допущу. — Кора.
— Мам? — сказала девушка, войдя в кабинет.
— Анника! — женщина подбежала и обняла её.
— Я... я хочу быть с тобой. — девушка не смотрела на женщину.
Реджина смотрела на неё. Она понимала, что это ложь, но всё равно обняла её.
— Неужели ты поняла, что находишься не на той стороне? — Кора.
— Я здесь ради мамы, не тебя. Тебя я всё равно убью при первой же возможности, не расслабляйся. — язвительно ответила девушка.
Тем временем в лавке Голда.
— Мы нашли, но эта банка пуста. — сказала Эмма и потрясла её. — Хотя нет, кажется, что-то есть.
— Это мел-невидимка. Начертите им возле входной двери и возле моей — он задержит Кору. — Румпельштильцхен.
Все ушли помогать Эмме, а Мэри Маргарет осталась, смотря на свечу, что видела в детстве.
— Зачем вы её храните? — спросила та, держа в руках свечу.
— На чёрный день. — Румпельштильцхен.
— Я позвоню Аннике, нужно её предупредить. — Генри.
— Нет, лучше напиши ей. Она сейчас рядом с Корой, не нужно привлекать их внимание. — Дэвид.
— Да, точно. — сказал тот, печатая сообщение.
— Ваше спасение ведь в этой свече, верно? — Мэри Маргарет.
— Верно. — сказал мужчина хриплым голосом.
— Я не пошла на это ради мамы. Думаете, пойду ради вас? — сказала женщина.
— Сейчас вы взрослая. И если не ради меня, то ради Анники. Она отдала кинжал, чтобы спасти вашего дорогого человека. Я знаю, что дорог ей. Вряд ли вы бы хотели видеть, как она страдает из-за вас, когда спасала вашего друга. К тому же у нас одна цель на двоих. — Румпельштильцхен.
— Её жизнь в обмен на твою? — Белоснежка.
— Знаю, что ты справишься. Ты тоже хочешь её смерти. — Румпельштильцхен.
— Это будет необратимо. — Белоснежка.
— И моя смерть, увы, тоже. Если она убьёт меня, вы потеряете гораздо больше близких. — Румпельштильцхен.
— Даже если захочу, свеча сработает только тогда, когда я произнесу имя над жертвой. — Белоснежка.
— Сойдёт и сердце. — Румпельштильцхен.
— Её сердце... оно не в её теле. — Белоснежка.
— Возьми свечу и прокляни сердце. Но это ещё не самое сложное. — Румпельштильцхен.
— Нет? — Белоснежка.
— Нужно вернуть сердце в тело. Тогда она умрёт, а я буду жить. — Румпельштильцхен.
— Или можно по-другому: сердце Коры у меня, она становится на путь добра, а вы умираете. — Белоснежка.
— Хах, посмотрю я на лицо Анники, когда её подруга убьёт её дорогого человека. Или лицо Генри, когда его дедушка умрёт. — Румпельштильцхен.
.
.
.
Девушка посмотрела на сообщение от Генри:
«Не волнуйся, Эмма начертила волшебным мелом заклинание, и сейчас мы под защитой».
Девушка улыбнулась и убрала телефон.
— Итак, пора идти. Вот только ты, моя дорогая, с нами никуда не пойдёшь. — сказала Кора, указывая на неё.
— С тобой я и не собиралась никуда идти. — Анника.
— Отлично. Думала, что сможешь обхитрить нас? Задержать? — Кора.
Женщина, улыбаясь, подходила к ней, а девушка отходила назад.
— Мам, хватит. — Реджина.
Внезапно Кора взмахнула рукой, и девушка исчезла.
— Мама! Анника! Куда она делась?! — Реджина.
— Не волнуйся, она у тебя в склепе, за зеркалом. Посидит пока там, пока мы не победим. — Кора.
— Нет, ты заперла её?! Она боится, как ты могла?! Я иду за ней! — Реджина.
— Нет времени! — Кора.
— Мне всё равно. — сказала женщина и вышла из кабинета.
Открыв глаза, девушка поняла, что лежит на полу.
— Где это я?.. — поднявшись, она осмотрелась. Маленькая комната, диванчик, а напротив зеркало. Только в отражении она видела не себя, а... склеп.
— Нет... нет, нет! Я не могу быть снова в заперти! Эй, выпустите! Меня кто-то слышит?!
Девушка забилась в угол и начала плакать. В груди давило, становилось тяжело дышать. Воспоминания и кошмары из прошлого снова начали появляться перед глазами.
— Анника!
Подняв голову, она увидела Реджину, которая зашла через зеркало.
— Скорее, пойдём. — она схватила ту за руку и вытащила из зеркала. — Солнышко, прости... прошу, прости меня. Как ты?
Девушка ничего не отвечала, продолжая тяжело дышать.
Вдруг они услышали звуки из коридора.
— Я проверю. — Реджина.
Она пошла в сторону звука, но девушка пошла за ней. Найдя источник звука, они увидели Белоснежку, которая держала в руках коробку с... сердцем.
— Это тебе не принадлежит! — Реджина.
— Я как раз хотела тебе его отдать. — Белоснежка.
— Послушайте, разбирайтесь тут сами! Я не собираюсь слушать ваши ссоры! Румпеля там убить хотят, мне не до вас! — сказала девушка и выбежала из склепа, бежа к лавке.
— Хоть бы успеть...
Девушка бежала по дороге, пытаясь успеть, как вдруг ей позвонили.
— Да?
— Анника... это... это я, Румпель.
— Румпель! Боже, как ты? Не волнуйся, я уже бегу, потерпи ещё немного! — Анника.
— Нет... Кора здесь... Я... я хотел сказать тебе спасибо... Спасибо, что вернула в мою жизнь краски. Ты сделала её лучше. Ты полюбила меня таким, какой я есть, а я разбил тебя. Моих извинений не хватит, но я всё равно скажу: прошу, прости меня... Анника, ты самая добрая, удивительная девушка, которую я когда-либо встречал. Как бы ты ни была разбита, ты всегда боролась. Я счастлив, что тогда встретил тебя. Я люблю тебя, Анника. — Румпельштильцхен.
— Румпель... не... не говори так, будто сейчас умрёшь! Я уже иду, прошу, потерпи! — кричала девушка, но тот уже отключил.
Добежав до лавки, она увидела Дэвида.
— Она заперта, я пытался. — Дэвид.
Девушка вытянула руки, и вспышка магии открыла дверь. Без слов она забежала внутрь.
Она увидела, как Кора держала кинжал над Румпелем.
— Нееет!
Девушка резко встала между ними, и кинжал, который так быстро опустился, вонзился ей в живот.
Всё будто замерло.
Кора вытащила кинжал и что-то говорила, но девушка не слышала её. Тело стало ватным, и она начала падать, но сильные руки поймали её.
Кора обернулась на Реджину, когда та вернула её сердце.
— Мама... — сказала та, улыбаясь, но потом увидела, как её дочь, лёжа на руках Тёмного, истекает кровью.
— Нет! Анника! — Реджина.
— Реджина, я... я не хотела... Анника... — сказала Кора и резко начала задыхаться.
В комнату забежала Белоснежка, крича Реджине, но Кора упала без признаков жизни.
— Нет... нет... — Реджина сидела между телом матери и дочери.
— АННИКА! — крикнул Генри, когда забежал внутрь.
— Зачем ты это сделала?! Зачем?! — Румпельштильцхен рыдал над телом девушки.
— Нет, это всё из-за вас! Из-за вас! — Эмма попыталась оттащить Генри, но он сопротивлялся.
— Анника, прошу... прошу, ты не можешь умереть. — рыдала Реджина.
Девушка посмотрела на неё и на брата. Подняв руки, она с трудом сняла с себя амулет и протянула его Генри.
— Т-теперь он... твой... — Анника.
— Нет, нет, Анника, он твой! Ты будешь жить! Ты не можешь меня бросить! — Генри.
— Анника, потерпи, ты будешь жить, обещаю. — Румпельштильцхен.
— Румпель... ты... ты стал моим домом. — сказала девушка, закрыв глаза.
Мужчина со слезами на глазах произнёс:
— А ты моим.
Подняв девушку на руки:
— Скорее, телепортируй нас в больницу! Она не должна умереть! — сказал тот Реджине.
Взмахнув рукой, они исчезли.
— Скорее, пойдёмте в больницу! — сказала Эмма, и они все выбежали.
Добежав до больницы, они увидели, как Реджина и Голд стоят напротив операционной.
— Не волнуйся, она будет жить. — сказала Эмма Генри.
— Это всё вы! Вы все виноваты! — мальчик отбежал на другой конец коридора и забился в угол, рыдая.
— Если... если с ней что-то случится, я убью тебя! Она говорила столько раз! Но ты всё равно доверилась ей! Ты хоть видела, как она страдала из-за тебя?! — кричал Голд на Реджину.
— Хватит! Сейчас криками никто ей не поможет! Вы пугаете Генри, перестаньте! — Эмма.
— Мэри Маргарет, Анника как она?! — сказала подбежавшая к ним Руби.
— Ещё не знаем... надеемся, что всё будет хорошо. — Мэри Маргарет.
Прошло около шести часов, и из палаты вышел доктор Вэйл.
— Вэйл! Как она?! — все подбежали к нему, ожидая хороших новостей.
— Я... мне очень жаль. Она потеряла слишком много крови... Мы сделали всё, что могли, но, к сожалению... потеряли её.
Сказал тот, опуская голову.
