Отпуск

В свой заслуженный отпуск Брок любил подолгу валяться в кровати не шевеля ни мускулом и не включая ни единую часть своего мозга, если только не на пожрать и поссать. Поэтому когда сзади начали ощутимо притираться с вполне прозрачным намёком на продолжение вчерашнего марафона, тот решил до последнего делать вид, что всё ещё спит. Жаль, конечно, но не прокатило. Холодные металлические пальцы скользнули вдоль бедра, начиная неспешно заводить и выводить из себя сонную кучу, которая предпочитала оставаться этой сонной кучей ещё хотя бы часа два. Но, как обычно, за неё решили, каким-то коллективным мозгом, по ошибке разделённым на два отдельных человека. Чёрт с вами, «ебите так» подумал Брок исправно пародируя незаинтересованного человека и даже не открыл глаза. Но спереди ластились отросшей щетиной, а сзади пощекотало длинными патлами. Левое ухо обдало дыханием и приторно сладким голосом. -Так и будешь спать, Командир? - сволочи, знают ведь, что он уже не спит. -Какого хрена, Барнс? - возмущение давалось сложнее, чем было запланировано в начале, из-за накативщего снежным комом возбуждения. Но достоинство всё ещё держало верх, - сколько по-твоему сейчас времени? -Шесть тридцать утра, - выдохнул Стив в шею и прижался всем телом, давая бедром почувствовать свой стояк. -С добрым утром, - смеясь выдал Солдат, и длинно поцеловал в шею, потом за ухом и продолжил свою дорожку вдоль спины, через поясницу - пока не дошёл до мягких, упругих булок. И раздвинув их руками, лизнул вход, выбивая короткий выдох. Сна больше не было ни в одном глазу. -Ебливые чудовища. -Зато твои, - прошептал в губы Роджерс и невесомо начал водить тёплыми руками вдоль пресса, нарочно задевая чувствительные соски. Зараза, не спускался ниже. В тылах уже начало горячо хлюпать, но, видимо, этого было мало и послышался щелчок открывшейся бутылочки смазки. А потом холодные пальцы нагло вторглись внутрь, мягко, но настойчиво распирая. -Сразу двумя, Барнс? Когда успел так соскучиться, что так торопиш.. мммх, - удачно провернул пальцы Баки и начал безжалостно гладить простату внутри. Брок уже стонал в голос, хотя они только начали. А Роджерс ни капли не помогал, жадно ловя его стоны губами. Внезапно пальцы пропали, обдувая прохладным воздухом, и сменились твёрдой головкой. -Расслабься, детка, - сладко и горячо простонал Баки, слитно входя на всю длину, - какой горячий, господи. Но Брок уже вошёл во вкус и ему было мало. Пройдясь ладонью вдоль щеки Роджерса, схватил того за волосы и с нажимом - намекая - потянул вниз. Тот последний раз поцеловав страстно в губы, опустился вниз, сгребая яйца перед собой в ладонь, легко сжимая. И коротко чмокнув головку, вобрал до горла, выбивая у любовника крик вперемешку с искрами, летящими из глаз. Мыча и лаская языком до конвульсивной дрожи и неконтролируемых позывов толкнуться. Стив любил так делать, доводить до края, а потом изводить на грани. Почувствовав приближающийся конец, он снялся с красивого члена и медленно облизнулся. Зрелище было прекрасным до поджимающихся яиц. Но этого было мало, чтобы кончить. Он было уже забыл, что в его заднице давно пригрелся большой дружок Баки, пока в него сильно не толкнулись. -Уже забыл про меня детка? -Про тебя хрен забудешь, - прохрипел более менее внятный ответ Брок. А потом ухнул от того, что резко перевернули на живот и прижали сверху. -Надеюсь, ты помнишь, что я тебе обещал? - вдыхая чистый запах Брока, моря и табака. Загар на любовнике добавлял желания раза в два. -Ты про «вытрахаю так, что ходить не сможешь»? -Именно, малыш, - в оскале улыбнулся Барнс, - вытрахаю так, что даже сигарету в руках не удержишь, - и вздёрнул на колени сразу набирая жесткий быстрый темп, чётко проходясь по самым чувствительным местам. Он говорил этим чудищам, чтобы не пялили так жёстко, что ходить потом было невозможно. Но эти демоны слишком хорошо его знали. Знали, что он такое очень любил. Любил до крышесносных ответных минетов. А ради них стоило стараться. Ещё никто недовольным от них не уходил. Брок уже чувствовал приближение конца, как из него вышли. -Какого?!.., - обернувшись, он увидел, как Стив, мягко придерживая за бёдра, сажал Солдата на свой ствол. И это было горячо. Горячо, если бы не прерванный оргазм, - невежливо забирать любовников прямо перед финишем, Роджерс. -Виноват, - смеялся над ним Стив, - присоединишся? -Да, малыш, иди к папочке нннх.., - от особенно глубокого толчка у Барнса закатились глаза. От этого вида, раскрытого перед ним любовника, теряющего периодически связь с реальностью, во рту скапливалась слюна. -Я это потом тебе припомню, Роджерс, - и скоро оказался возле колом стоящего члена, прыгающего от каждого движения Стива внутри, и смачно облизал от самых яиц и до кончика головки, слыша сверху резкий громкий выдох сквозь зубы, - такой сладкий, аж зубы сводит. Сладкие стоны разносились чуть ли не на весь квартал, а дыхание заканчивалось. Заглотив поглубже, пуская волну вибрации от собственного стона, Брок сильнее сжал горло, сжав при этом руку на бедре Стива, подгоняя. Тот вытащил почти полностью свой немаленький агрегат и резко вошёл, прижимая Баки за низ живота, усиливая ощущения. В благодарность за это, Барнс громко гортанно крикнул и затрясся от удовольствия, сжимая в себе Мелкого и хватаясь железной рукой за короткие чёрные волосы Рамлоу. -Мой маленький, мой хороший, - шептал Роджерс, рвано делая последние толчки, и следом затрясся с длинным стонущим выдохом. Картина была написана маслом - затуманеным взглядом, смотрящие на него любовники, забрызганный твёрдый пресс, мощные бёдра и вытекающие из зада соки. Он почти забыл про собственное возбуждение, которое пришлось променять на этот неземной вид. Барнс придя в себя после омывающей его неги, заметил потемневший текущий член партнёра и мягко улыбаясь похлопал себя по бедру. -Иди сюда, малыш. Папочка сделает тебе приятно. -Хочу напомнить, что деддикинк меня не возбуждает, - но всё равно пополз на колени Баки. И тот поцеловал его глубоко и жадно, медленно поглаживая задницу. А потом развёл половинки, и пристроившийся сзади Стив резко вошёл, заполняя, казалось, выше предела и целуя, куда достанет. Правое плечо, шея, щека, подбородок и перетёк на губы Барнса, неторопливо целуясь с ним через плечо часто задышавшего Командира. Те о чём-то договорились глазами, и началось что-то, что нельзя было объяснить словами - Кэп набрал быстрый темп и нещадно его таранил чётко поподая каждый раз в комочек нервов, Солдат в противовес сжал свои металлические пальцы на его члене и методично и расслабленно водил вверх и вниз. Не осталось сил даже, чтобы сказать что-нибудь едкое, только ловить кайф и губы Баки перед глазами. Чувствуя приближение, тот сжал их члены вместе и начал сильно отдрачивать догоняя ритм Роджерса. И не удержавшись Брок кончил, сумев лишь произнести слово «господи» и выпадая из реальности. Очнулся он только, когда обжатый с двух сторон, попеременно расцелованный во все приличные и не очень места, почувствовал, как в его зад снова лезут чьи-то руки. -Как дела, принцесса? Как себя чувствуешь? - этот любитель поболтать не унимался даже вусмерть оттраханным. Руки подрагивали после пережитого оргазма, но язык вроде подвести не должен. -Какая я тебе к чёрту принцесса, Барнс? - пытаясь выдавить больше злости, чем у него было. А после такого крышесносного секса её было не больше, чем ноль. -Самая красивая принцесса на всём белом свете, - сгребая в жаркие крепкие объятия пролепетал взъерошенный Барнс, а Стив где-то сбоку прыснул от смеха, - за которую можно и дракона зарубить, и кракена, и хрен ещё знает что. -В морду бы тебе дать, да смазливый слишком, - пробухтел Рамлоу. -Это называется любовь, - смеющиеся глаза напротив - вот то, за что правда не жалко было отдать жизнь и завалить одного кракена. -Брок, - Стив многозначительно прижался вновь поднявшимся возбуждением и посмотрел чуть виновато. Но все понимали, что вины он не испытывал ни на йоту, и не за что было. -Ебливые чудовища, - поцеловал жарко, обещающе - на всю жизнь, - жрать хочу, - и встал, не оборачиваясь, чтобы успеть отхватить хотя бы бутерброд. Кажется, он видел в холодильнике колбасу, если ту ещё не съели эти прожоры.