Знания не даются бесплатно

Ты сидела слишком близко к нему уже больше часа, колени порой задевали друг друга, пальцы сталкивались, когда вы одновременно тянулись за одной и той же ручкой, а голова была склонена набок, пока ты щурилась, вглядываясь в уравнения, которые Форд нацарапал на полях. Форд был терпелив, очень терпеливы. и он снова и снова всё объяснял, мечтая сидеть вот так весь день, просто глядя, как ты стараешься понять. Ты не слушала. Ну, то есть слушала, конечно. Твой репетитор был... завораживающий. Но тебя отвлекал розовый румянец на его щеках и то, как у него пушились кудри по краям, потому что в общежитии было жарко, и он волновался. И вот, наконец, что-то встало на место, и ты ахнула, будто только что стала свидетельницей чуда. — Оооо! — твои глаза засветились, — теперь это правда понятно. А я не тупая, да? Ты хихикнула, немного смущённо, опираясь щекой на ладонь, глядя на Форда. — Видишь? Я же говорил, ты не тупая. Может, просто раньше никто и не пытался тебе нормально объяснить, — улыбнулся он. — Это реально так интересно, Фордси, — ты произнесла это ласкательное имя вообще не подумав, — ты такой... умный. Правда, спасибо, что всё это объясняешь. Ты такой терпеливый. Такой классный репетитор! — но бедный парень напротив даже не успел ответить, потому что ты уже продолжила, — как мне тебя отблагодарить? хммм, — с самой нелепой мордашкой, в шутку, игриво и легко, — поцелуй в щёку? это всё, что у меня с собой есть. Он замер. Это была шутка. Очевидно. Ты ведь сама улыбалась, пока говорила. Но Форд, неловкий и до боли искренний, моргнул и кивнул. — д-да. Ты снова засмеялась, удивлённая, — серьёзно? — но Форд не двинулся с места, и ты, в общем-то, тоже не возражала, так что наклонилась, всё ещё улыбаясь, думая, что это просто шутка. Твои губы слегка коснулись его щеки, игриво, едва-едва, и тогда ты увидела этот изгиб. Отчётливый, выпирающий под тканью его брюк. Пять минут назад его там не было. Ты моргнула, ошеломлённая. Форд запаниковал, щёки вспыхнули алым, он тут же откашлялся и неловко поёрзал в кресле, надеясь хоть как-то скрыть эту нарастающую выпуклость, прижимающуюся к бедру. Но ткань натянулась так, что рисовала его форму полностью, налитый кровью, тяжёлый, всё твердеющий. — Ох, — только и вымолвила ты, уже не дразняще. Единственное, чего Форд хотел, это улететь на какую-нибудь далёкую планету и исчезнуть навсегда, потому что его член изгибался остро к бедру, уже твердый от одного лишь глупого, нежного поцелуя и пары добрых слов, слишком возбудившийся, чтобы это можно было игнорировать. — Я... прости, — начал он, в панике, но ты уже залезла к нему на колени, целовала его челюсть, шептала, что всё в порядке, что ты тоже его хочешь, что он такой умный, такой терпеливый, такой чёртовски послушный с тобой. Головка уже блестела, дёргаясь с каждым твоим прерывистым выдохом у него на шее. Твои бёдра были тёплыми вокруг его, и его член пульсировал около внутренней стороны твоего бедра, будто точно знал, куда хочет попасть. Но потом ты поцеловала его под ухом, от чего ручка Форда выпала из его руки. Форд уже полностью утратил здравый смысл. По какой-то причине тебе хотелось чего-то другого, не просто проникновения, да и ты совсем не была против поблагодарить своего репетитора за такие персональные уроки. Твои колени упали на пол, его рука дрожала, пока он приподнимал свитер, позволяя тебе расстегнуть его брюки, и господи, он был больно твёрдым. Его член был налит по всей длине, головка блестела каплями предэякулята, которые выступали медленно каждый раз, когда ты глупо хихикала что-то вроде, — уверена, твой мозг ещё больше, чем твой член, или — я уже говорила, как сильно я обожаю умных парней, милый? Форд подавился собственной слюной на этой фразе. После того, как ты позволила ему вложить столько в твой разум, теперь пришло время вложить кое-что и в твоё тело. Ты откинулась назад, раздвинула ноги, отодвинула в сторону трусики, всё так же хихикая, — мне ещё можно получить дополнительные баллы? И, чёрт, Форд даже не моргнул, прежде чем кивнуть. Он чуть не разрыдался, когда вошёл в тебя. Это было горячо, так влажно и узко, и это было действительно в миллион раз лучше, чем в его фантазиях, когда он дрочил, представляя, как ты жуёшь ручку и спрашиваешь, что значит ещё одно умное слово. Каким-то образом учебник всё ещё оставался у тебя в руках, прижатый к груди, пока Форд был глубоко внутри, двигался медленно, смакуя новые ощущения. Вы с Фордом стонали в открытые рты друг друга, два перевозбуждённых психа, испытывающих первый настоящий оргазм под лампами в общаге, чуть ли всхлипывая. Это было глупо. Твои штаны всё ещё болтались на одной ноге, книга врезалась в бок, но ты не могла перестать смеяться сквозь стоны. Форд прикусывал губу, чтобы не ляпнуть что-то стыдное, но это, похоже, не особо помогло. Две жалкие души в общаге, заваленной просроченными заданиями и плохим освещением. Такие влюблённые. В самый разгар экзаменов.