This Wouldn’t Be The First Or Last Time That Both My Tears and I Have Come!

Эндо не знает точно, как они к этому пришли – она помнит только, как сцеживала молоко из своих грудей, полных настолько, что она начала чувствовать тянущую боль. Это происходило каждый месяц или около того. У неё была специальная помпа, которую она использовала чтобы сцедить молоко. Эндо никогда не обращалась к врачам с этой фигнёй – с тем, что её грудь производила молоко, хотя Ямато не была беременной – просто в какой-то момент поняла, что её тело без какой-либо причины производит гормоны, необходимые для лактации. Сначала это было горячо, потом – начало раздражать. Так вот, она сцеживалась в своей комнате – ничего необычного, хах – когда Такииши распахнула дверь. А сейчас Чика лежала на её коленях и сосала её грудь, жадно глотая молоко. Такииши выглядела как настоящий ангел, с этим невинным выражение на её лице, пока её ладони – слишком маленькие, чтобы они смогли обхватить грудь Эндо целиком – мяли её в попытках выжать как можно больше молока. — Такиии–аааах-шшии… — Эндо безуспешно пыталась прикрыть рот ладонью, но всхлип всё равно сорвался с губ вместе со звуком чужого имени. Лицо её покраснело, глаза были плотно зажмурены, а сама она съёжилась, чтобы не издать ни единого звука. Сползший топ обнажал полную грудь, а её пышные бёдра казались Такииши облаками. Словно она была в раю. Это было самое сладкое лакомство, которое Такииши когда-либо пробовала. И оно, как решила Чика, должно принадлежать ей и только ей. Она не знала, когда именно у Эндо выросла такая большая грудь – чёрт, кажется, она была даже больше её головы – но Такииши решила, что ей это нравится. Это был настоящий рай. Словно она годами бродила по пустыне, прежде чем наткнулась на оазис, полный чистой воды и зелени. Эндо изо всех сил сжала ноги. Внизу, между бёдер, она чувствовала, становилось всё влажнее и теплее, пока она изо всех сил старалась не хныкать – а Такииши всё продолжала сосать её грудь, выписывая узоры языком, цепляя коротко зубами. Из-под зажмуренных век по лицу Ямато сами собой полились слёзы. Это была самая настоящая пытка. Такииши на мгновение взглянула на Эндо, и её золотые глаза будто пронзили самую душу, прежде чем она с лёгкостью подняла Эндо и поменяла их местами, усадив девушку себе на бедро. Эндо сморгнула коротко слёзы с ресниц, запутанная и смущённая. — Раз уж ты так отчаялась, садись верхом на моё бедро. Привычно-ровный тон голоса Такииши резко контрастировал с Эндо, выглядящей растрёпанной и – вправду – отчаявшейся. Глаза Ямато вспыхнули, едва она осознала сказанное – и она тут же вжалась в бедро Такииши, коротко притираясь, пока Чика снова опустила голову, присасываясь к другому соску. С губ Эндо слетали всхлипы и короткие стоны – она слишком сильно хотела чтобы сдерживать себя хоть немного. Эндо тёрлась о бедро Такииши так, словно от этого зависела её грёбаная жизнь, её грудь подпрыгивала в такт коротким толчкам, но Такииши крепко держала её своими ладонями и жарким ртом. Длинные чёрные кудри колыхались в унисон толчкам, чёлка прилипла к взмокшему лбу. Кожа покраснела и блестела от пота, а слёзы ручьём текли по лицу, отчего ресницы слились в блестящие длинные стрелки. Подняв взгляд, Такииши поймала себя на мысли, что вид вот такой Эндо ей чертовски нравится. Покачивая ногой навстречу рваным движениям дрожащих бёдер, Такииши надавила на чувствительный бугорок, и Эндо заскулила в голос, крепко впиваясь ногтями в плечи Такииши, чтобы не упасть. Возможно, в любом другом случае это не сошло бы ей с рук, но сейчас Такииши слишком сосредоточена на груди Эндо, чтобы обращать на это внимание. Грудь Эндо такая мягкая и большая, такая красивая и округлая. Они выросли вместе, но Такииши никогда раньше не замечала, что Эндо так выросла. Но сейчас они здесь, и Такииши нравится эта грудь. Очень нравится. Её соски цвета нежного персика, ареолы выглядят больше среднего, но не слишком крупными. И её соски – ох, её соски – упругие и такие чувствительные. Эндо обычно не носила бюстгальтер под свои чёрные майки, и сквозь тонкую ткань часто просвечивали выступающие бугорки. Люди иногда называли её “Провокаторшей”, и Такииши никогда не понимала, почему – а теперь, кажется, понимает. А ещё Такииши решила, что в груди Эндо ей нравится абсолютно всё. И то, что они выделяли такой восхитительный нектар, было огромным бонусом. Эндо плакала, объезжая чужое бедро, слёзы капали ей на грудь, а губы были закусаны докрасна. Такииши подняла взгляд на Эндо и потянулась вверх, скользя губами и языком по мокрой груди. У неё не было никаких мыслей о том, что делать дальше. Она просто хотела это сделать – и, что ж, она так и сделала. — Ты такая... милая, — выдохнула Такииши, прежде чем вжаться поцелуем в солёные от слёз губы Эндо и снова толкнуться коленом вперёд. И Эндо тут же кончила, рыдая в рот Такииши. Руки её взвились вверх, крепко обнимая Чику за шею, её крупная грудь прижалась к крошечной груди Такииши. Слезы текли по покрасневшему лицу, смешиваясь с потом. Целуя Эндо, Такииши жадно исследовала её рот – и её язык мгновенно взял верх в короткой борьбе. Зубы Эндо были такими острыми, особенно клыки, но остальная часть её рта была тёплой и мягкой, как бархат. Такииши представила себе, каково это – ласкать её между других губ, там, внизу. Эндо тряслась от рыданий, впиваясь ногтями в волосы и спину Такииши. Она едва могла дышать, полностью под контролем Чики. Это было так возбуждающе, что нога Такииши не переставала подпрыгивать и продолжала толкаться между ног Эндо, где сейчас было так мягко, мокро и тепло. Такииши вдруг укусила Эндо за язык так, что по рту разлилась солёная кровь, и поцелуй прервался с тихим, каркающим “Ох!” от Эндо. Но Такииши была уже готова продолжать. — П-подожди... Такииши… — выдохнула Эндо, тут же морщась – Чика бесцеремонно обхватила руками её лицо, сжимая до боли, и уже готова была снова начать целовать. — Подожди, подожди, — зная, что рискует получить в челюсть, Эндо притормозила Такииши, слегка отстраняясь. — Позволь мне тоже сделать тебе приятно! — торопливо проговорила Эндо, заглядывая Такииши в лицо. Чика моргнула, как сова, наклонив голову. — Я... Ты всё ещё не кончила, так? — Эндо прикусила губу, глядя на Такииши своими бирюзовыми, такими обманчиво невинными глазами. — Я... я чувствую, что ты этого хочешь, — скользнув ладонью вниз по хрупкому телу, Эндо уложила её между ног Чики, чувствуя, какая она горячая там, внизу. — Позволь мне помочь тебе… Эндо улыбнулась почти благоговейно, обнажая зубы, склонив голову набок – Такииши залюбовалась тем, как её кудрявые волосы водопадом скользнули ей на спину. И, что ж… Как Такииши могла отказать?